Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь

Принципы дезалкоголизмии




 

Для успешного проведения дезалкоголизмии необходимо руководствоваться принципами гортоновики, которые рассмотрены выше (стр.21). К сожалению, многие наркологи игнорируют их, за что пациенты расплачиваются здоровьем, благополучием, а иногда и жизнью.

Большое значение имеет принцип материалистического монизма. При проведении дезалкоголизмии необходимо руководствоваться этим принципом, в действительности же мы зачастую придерживаемся поповских представлений, суть которых кратко и четко отображена в анонимном литературном памятнике XVI в. «Домострое»: «Не реку, не пити, – не буди то, но реку, не упиватися во пиянство злое. Аз дара Божия не похуляю, но похуляю тех, иже пиют без воздержания» («Домострой», Одесса, 1887, с.35). Только последовательный материализм обеспечивает успешное проведение дезалкоголизмии.

Принцип нервизма обязывает при рассмотрении патологического процесса непременно учитывать роль нервной системы. Формирование алкоголизма почти целиком связано с нервной системой, с патофизиологическими изменениями, происходящими преимущественно в коре больших полушарий, именно поэтому удается успешно проводить дезалкоголизмию с помощью словесных воздействий. Ключ от проблемы алкоголизма находится не у биохимиков, как многие считают, а у психологов и физиологов.

Принцип оптимализма обязывает при лечении алкоголиков искать наилучшие, оптимальные способы воздействий, в жизни же иногда применяются пессимальные или близкие к ним. Примером может служить имплантация эспераля, которая как бы минирует алкоголика: хорошо чувствительным к препарату достаточно произвести одно неосторожное действие (принять спиртное), чтобы погибнуть. Методом имплантации наркологи устрашают пациентов, мобилизуют их на длительное воздержание, однако он не излечивает от алкоголизма. Эспераль имеет много противопоказаний, вызывает побочные явления (головная боль, импотенция, психозы и др.), в части случаев наблюдаются нагноения с последующим отторжением препарата. Эффективность метода сравнительно высока, но она как показал Н.Н.Иванец с соавторами, снижается при повторных применениях и с течением времени. Ремиссия продолжительностью свыше 12 месяцев отмечена у 87,1 % пациентов, которым произведена имплантация препарата в 1969 г., у 85,6, 75,5, 74,6 и 61,6 % алкоголиков, оперированных соответственно в 1970, 1971, 1972 и 1973 гг. В этих данных четко просматривается большая роль психологического фактора. Явно пессимальными и варварскими методами лечения алкоголиков являются лоботомия, экстирпация отдельных пунктов мозга и электрошоковая терапия, разработанные зарубежными эскулапами. Оптимальными методами избавления от алкоголизма могут быть только психофизиологические.



Выбор оптимальных дезалкоголизмирующих воздействий невозможен без учета принципа сингулизма. Претворение в жизнь этого принципа резко повысит эффективность наркологического лечения. Между алкоголиками существуют огромные различия, что ярко проявляется при так называемых тетурамо-алкогольных пробах, когда диапазон реакций индивидов колеблется от удовольствия до тяжелейших страданий, подчас (при отсутствии врачебной помощи) завершающихся смертью. Апоморфин у одной полярной группы алкоголиков вызывает опьянение, а у другой – коллапс. Мои (пока случайные) наблюдения позволяют думать, что такие значительные различия реактивности алкоголиков связаны с их разной вникаемостью. В дальнейшем предполагается этот вопрос подвергнуть специальному исследованию.

Значение принципа сингулизма для наркологии можно хорошо показать на примере использования условно-рефлекторной терапии, разработанной в нашей стране полвека назад. Обычно в качестве безусловного раздражителя применяется апоморфин, условного – запах и вкус алкоголя. Вследствие многократных сочетаний с безусловно-рефлекторной рвотой вдыхания паров спиртного и его приема у части пациентов вырабатывается тошнотно-рвотный рефлекс. Условно-рефлекторный метод делает алкоголика воздержанником, обычно продолжительность ремиссии небольшая, рефлекс угасает спонтанно или в результате активности пациента. Метод позволяет использовать ремиссию для проведения с пациентами психотерапевтической и иной лечебной работы. В этом его достоинство. Важнейшие недостатки: 1) вредное действие апоморфина на организм, в связи с чем многим алкоголикам он противопоказан, 2) выраженные условные рефлексы вырабатываются далеко не у всех и 3) для проведения условно-рефлекторной терапии требуется квалифицированный специалист и определенная медицинская обстановка. Принцип сингулизма открывает новый подход к условно-рефлекторной терапии.

Существует связь между вникаемостью и вырабатываемостъю условных рефлексов, что показывает таблица 8.9. Вникаемость выявлялась следующим образом. Испытуемый, согласно инструкции обязан был по сигналу экспериментатора во всех случаях работать на телеграфном ключе с наибольшей скоростью; продолжительность работы равнялась 15, пауза для отдыха – 45 секундам. Порядок обследования был таким: 1) тренировка для достижения максимальной скорости работы на ключе, 2) установление исходных данных, 3) выяснение влияния на темп работы отрицательного, 4) восстанавливающего и 5) положительного текстов. Производилось по три замера, на основе их результатов вычислялись средние арифметические. Отрицательный текст извещал о трудностях предстоящей работы на ключе и о сниженной скорости, содержание положительного было противоположным. Разность между результатами работы, полученными после предъявления положительного и после предъявления отрицательного текстов, считается количественным показателем вникаемости. Именно он внесен в таблицу 8.9. Данные о вырабатываемости рвотных рефлексов при использовании в качестве подкрепления апоморфина получены от пациентов, оценка вырабатываемости тех же рефлексов через вторую сигнальную систему произведена мною приблизительно. Учитывая сказанное, статистическая обработка материала не произведена.

К сожалению, пока не удались попытки провести совместно с наркологами экспериментальное изучение корреляции между вырабатываемостью рвотных рефлексов на основе апоморфина и вникаемостью. Важнейшая причина – трудно найти добровольцев на условно-рефлекторную терапию. Как-то я договорился с наркологом о следующем: он проводит в моем кабинете выработку рвотных рефлексов у своих пациентов, а я определяю их вникаемость и графически регистрирую изменения комплекса физиологических реакций (слюноотделение, рвота, пульс и др.). Мы пообещали добровольцам после лечения апоморфином закрепить результаты психотерапевтическими сеансами и избавить желающих от курения. Достаточно было наркологу приступить к инъекциям апоморфина, чтобы наши пациенты «пропали без вести».

 

Связь между вникаемостью и вырабатываемостью

рвотных рефлексов у алкоголиков

(Подкрепление - апоморфин)

 

№ п.п. испытуемые возраст вникаемость Выработка рвотного рефлекса классическим способом Оценка внушенного рвотного рефлекса
Число сочетаний Оценка рефлекса
1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 12. 13. 14. 15. 16. 17. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. 25. 26. 27. 28. 29. 30. Ю.Ф. И.Б. Н.В. М.А. В.Р. В.С. Н.С. А.К. Н.Ш. Э.Г. В.Т. С.П. Э.Л. А.Е. Н.С. Н.В. Ю.Б. Ю.М. В.Б. Г.Б. А.И. Б.Е. В.Ш. В.Г. R.K. В.Б. В.Л. Н.Б. В.Г. А.К.     I -2   - - - - - - - - I I   I I а  

 

Примечания:

1) Все испытуемые мужчины, кроме В.Т., М.А. и Н.Б.

2) В. графе «число сочетаний» отмечены: а/ порядковые номера сочетаний, на которые впервые появилась рвотная реакция, б/ общее число сочетаний инъекций апоморфина с запахом и вкусом спиртного (для неудачных случаев) и в/ отсутствие у испытуемых сведений, что обозначено знаком « - ».

3) В графе «оценка рефлекса» представлены оценки испытуемыми выраженности условных рвотных реакций. Значения цифр: «0» – условная реакция не появлялась, «1» – появлялась, но была очень слабой, «2» – реакция была слабой, «3» – условная реакция была удовлетворительно, «4» – хорошо, «5» – отлично выражена.

4) Таково же значение цифр и последней графы. В данном случае оценку условных реакций производил не испытуемый, а исследователь.

 

В таблице 8.9 испытуемые расположены соответствии с их вникаемостью, исключение составил А.К. (№ 30), который дал парадоксальную реакцию на выработку условного рефлекса классическим способом; он, как сам пишет в прилагаемом тексте выступления, тяжело переносил апоморфин, однако процедуры условно-рефлекторной терапии вызывали не отвращение к спиртному, а сильную потребность в нем. Мне удалось в течение нескольких минут выработать у А.Кротова внушенный тошнотно-рвотный рефлекс. Индивидуальные занятия с ним почти не проводились, ему очень помогло активное участие в работе нашей Противоалкогольной дружины. С 1 января 1975 г. он даже не пригубил спиртное. Можно думать, что во время прохождения рефлекторной терапии в диспансере, вспышку потребности в алкоголе вызывал прием его в качестве условного раздражения. Кстати, такие «угощения» – большой недостаток рассматриваемого метода, не случайно отдельные наркологи ограничивают пациентов вдыханием паров спиртного и полосканием им ротовой полости.

Корреляция между вникаемостью и вырабатываемостью рвотных рефлексов отмечена при использовании разных методик, в том числе очень простой экспресс-методики, описание которой приложено. Уже в настоящее время можно советовать наркологам в первую встречу с пациентом выявлять его вникаемость и, если она окажется достаточной, проводить психотерапевтическую выработку тошнотно-рвотного рефлекса. В случае слабой выраженности условных реакций можно применить рвотное средство. Я при проведении дезалкоголизмии никогда никакими препаратами не пользовался. У алкоголиков, обладающих хорошей вникаемостью, удается вырабатывать с помощью слова сложный комплекс противоалкогольных реакций (тошнота, рвота, расстройство работы кишечника, головная боль, невозможность поднести сосуд со спиртным к губам и др.). Рефлекс можно поддерживать по телефону, магнитофонной записью, с помощью текстов, периодически зачитываемых близким человеком или самим пациентом. Противоалкогольный условный рефлекс по мере необходимости допустимо усложнять. Конкретное представление о выработке рефлекса с помощью слова, о его усложнении и проявлениях дает следующая выборка материала из дневников Н.В. и его жены.

Н.В., мужчина 47 лет, писатель, вторая стадия алкоголизма, продолжительность запоев до 10 дней, вникаемость хорошая, выпивать начал на фронте. В первый сеанс в гипнозе выработан сложный рефлекс на запах, вкус и прием внутрь спиртных напитков, в который вошли: тошнота, рвота, кашель и нарушение работы кишечника. Для проверки стойкости рефлекса жене Н.В. предложено дома выбрать удобный момент и попросить мужа понюхать стакан, предварительно тайно смоченный водкой. Эффект оказался значительным, о чем свидетельствуют следующие сообщения Н.В. и его жены.

«Пришел домой из ИЭМ, хотелось тотчас сесть за стол и начать писать. Голова была ясная, мысль работала четко. Прилив сил, какой бывает обычно с утра.

Подошла жена, протянула пустой стакан и попросила понюхать. Понюхал. В глазах у меня потемнело и даже в животе все опустилось вниз. Жена успела выхватить из моих рук стакан. Я слова не успел вымолвить – побежал в туалет. Позыв на рвоту был такой сильный, что пошла густая тягучая слюна. Желудок сокращался болезненными длинными спазмами. Так продолжалось минуты две. Я сильно вспотел, вышел из туалета ослабленным, даже руки тряслись».

«По вашей просьбе предложила мужу понюхать стакан, предварительно смоченный водкой. Была очень бурная реакция. Ужас! Отскочил от меня, лицо исказилось, пытается сжать губы, щеки раздулись, начался кашель, позыв на рвоту, убежал в туалет. Пришел в себя не сразу. Говорит: «Так бодро себя чувствовал, а тут сразу ослаб».

Через неделю словесно был усложнен противоалкогольный рефлекс, о результатах можно судить по следующей цитате из дневника Н.В.: «Когда я вышел из гипноза, Г.А. налил в пластмассовый стаканчик очень слабый раствор спирта и попросил поднести его ко рту. Я отнесся к этому с опаской (слишком хорошо помнил первый опыт, когда меня начало неудержимо тошнить). «Тошнота будет?» – спросил я. «Не бойтесь, попробуйте!»

Я взял стаканчик пальцами и... уронил его, расплескав жидкость. Концы пальцев как бы потеряли чувствительность, онемели, суставы плохо сгибались. «Берите, берите!» – подбадривал Г.А. Я сделал еще попытку – и с тем же результатом. Стаканчик вырвался из рук и упал. От запаха алкоголя меня начало мутить. Неприятно сжался желудок.

Это настолько ошеломило меня, что я не поверил. Но и третья попытка не удалась…

Придя домой, я долго размышлял над этим. «Не может быть, чтобы каждый раз пальцы немели!» – подумал я. Дома была четвертинка водки, и я попытался повторить эксперимент. Но мне не удалось даже налить ни капли в стакан. Бутылка рвалась из рук, да еще к этому прибавилось такое отвращение к запаху водки, что я бросил попытки и больше не пробовал наливать. Тошнота после домашнего эксперимента держалась около 20 минут...

Чувство бодрости не оставляет меня. Работоспособность очень большая. Сон отменный. Очень хочется, чтобы всегда было так...»

К сожалению, условно-рефлекторные реакции со временем угасают, угасли они и у Н.В. Алкоголики, отличающиеся хорошей вникаемостью, могут самостоятельно угашать условные рефлексы. Недавно я вооружил алкоголика В.К. приемом благотворных самовоздействий, он дважды пользовался им для подавления внушенного противоалкогольного рефлекса.

Намечено в ближайшем будущем предпринять поиск возможности повысить стойкость внушенных условных рефлексов. Кроме того, предполагается экспериментально доказать наличие положительной корреляции между вникаемостью и вырабатываемостью рефлексов, усовершенствовать метод условно-рефлекторной терапии и предложить его наркологам. Большое практическое значение намечаемых исследований не подлежит сомнению.

Выгодно при проведении дезалкоголизмии учитывать подвижность нервной системы и памятливость. Показателями подвижности служили максимальные скорости работы на телеграфном ключе и максимальный счет шепотом. Малая скорость характерна для флегматиков, большая – для холериков. Знание подвижности позволяет сознательно выбирать отношение к пациентам и способы оптимальных воздействий на них. Например, с холериком приходится осторожно общаться, чтобы не допускать появления раздраженности, обиды и мыслей о прекращении дезалкоголизмии.

Памятливость определялась путем предъявления для запоминания рядов чисел и небольших текстов. При фармакологической и условно-рефлекторной терапии знание памятливости не требуется, а при проведении гортоновической дезалкоголизмии оно необходимо. Для превращения алкоголика в трезвенника важно, чтобы он не просто слушал речь специалиста, но хорошо и надолго усвоил ее содержание. Алкоголикам со сниженной памятливостью неизменные истины преподносятся неоднократно, но в разные сеансы.

Существенные специфические свойства алкоголиков, которые необходимо учитывать при дезалкоголизмии, следующие: воздерживаемость, дезалкоголизмийность, реалкоголизмийность и угашаемость условных рефлексов. Алкоголики резко отличаются по воздерживаемости. Одно сопоставление.

А.У., мужчина 41 года, инженер, работает мастером по ремонту цветных телевизоров, вникаемость очень слабая, пришел ко мне с рекомендацией ученого нашего института в 1974 г., причем только один раз. Четыре года спиртные напитки совершенно не употреблял. В 1978 г., будучи в отпуске, под влиянием пьяниц понемногу начал принимать спиртное, возвратившись в Ленинград, продолжил это занятие, но только по праздникам, выпивки участились в очередной отпуск. А.У. сильно напился на Октябрьские праздники (1979 г.), опасение рецидива заставило его во второй раз явиться на прием. Пациент остался питейно запрограммированным, полную трезвость считает недостатком человека, он так сформулировал свой идеал: «Хочу пить как моя жена – в праздники и немного». Я рассказал А.У. о концепции питейной запрограммированности, провел сеанс настройки на трезвость, просил побывать у меня еще по меньшей мере раза три, назначил очередную встречу. Он не явился, но пока воздерживается от спиртного. Его антипод по воздерживаемости Л.Ф., в других отношениях они сходны (возраст, вникаемость, должность, самонадеянность, нежелание пройти курс дезалкоголизмии). До встречи со мной почти непрерывно Л.Ф. был во хмелю, поэтому родственники длительный период не могли привезти его. Он побывал у меня на приеме в 1979 г. семь раз, трижды присутствовал на собрании нашего Клуба одумавшихся алкоголиков, беседовал с сознательными трезвенниками из числа моих бывших пациентов. Заметное улучшение не отмечено, в настоящее время переносит тяжелейшие муки во время запоев, в связи с чем иногда прибегает к помощи участкового врача, однако все еще надеется самостоятельно справиться с бедой.

Дезалкоголизмийность существенно отличается от воздерживаемости, она характеризуется не способностью человека воздерживаться от приема спиртного, а его податливостью полному избавлению от алкоголизма. Ярким примером обладателя высокой дезалкоголизмийности является Г.Г. (писатель 40-а лет, II-III степень алкоголизма, перенес белую горячку, неоднократно лечился, пить начал подростком под нажимом взрослых, навязывавших ему самогон). В марте 1971 г. его привела ко мне жена и заверила, что всегда будет доставлять супруга в назначенное время; пояснила: «Его постоянно нужно водить за ручку, чтобы не исчез и не напился; приходится сопровождать в командировки, поскольку неоднократно возвращался основательно пьяным, без шапки, пальто или иного предмета. Через несколько часов повезу мужа в Колпино, где у него состоится встреча с читателями». Я попросил собеседницу ни сегодня, ни в дальнейшем не конвоировать моего нового пациента. Г.Г. впервые за долгое время в день нашей первой встречи возвратился домой из поездки трезвым, чистым и невредимым, хотя в Колпино специально заранее было все приготовлено для массивного пиршества. Писатель за истекший многолетний период ни разу даже к губам не поднес спиртное, хотя тесно общался с алкоголиками, а с одним в первые месяцы трезвости длительное время находился под одной крышей, выполнял совместную творческую работу и часто был очевидцем его пьянства.

О дезалкоголизмийности составляется представление по аутоанамнезу, ведению дневника, по содержанию записей в нем, по взглядам, анализу причин рецидивов после наркологического лечения.

Реалкоголизмийность в основном характеризуется легкостью появления рецидива после дезалкоголизмии. Важнейшим ее показателем является восстановление угасшей в процессе терапии потребности в алкоголе, У некоторых это восстановление происходит после первой порции спиртного, отдельные пациенты, как отмечено выше, безрецидивно пьют годы. Возродившаяся потребность может подавить настройку на трезвость и повлиять на взгляды. Рецидив алкоголизма практически не угрожает только людям, прошедшим курс гортоновической дезалкоголизмии и ставшим сознательными трезвенниками.

Угашаемость условных рефлексов представляет интерес для, наркологов, применяющих условно-рефлекторный метод, ее важно знать при планировании поддерживающих мероприятий. Выявить угашаемость противоалкогольного рефлекса можно экспериментально, однако в настоящий момент рискованно давать определенные рекомендации; необходимо специальное физиологическое изучение вопроса.

В литературе и в жизни распространена тенденция всю вину за алкоголизм возлагать на его жертвы, многие бездумно твердят: «Алкоголик болен по своей воле». Подобное обвинение можно предъявить и к нам, получившим увечья на фронте. Я, например, нисколько не сомневался в том, что фашисты засекли мой наблюдательный пункт (НП, чердак высокого дома) и стараются уничтожить его. В роковой для меня день мы, корабельные артиллеристы, вывели из строя три танка и бронемашину, что помешало мотомеханической части незаметно напасть на нашу позицию, сорвали психическую атаку... Легко представить ярость врага. Он сжег впереди и по бокам стоявшие здания, два фашиста стреляли по моему чердаку разрывными пулями, затем минометчики открыли непрерывный огонь по нашему НП. Два осколка мин прошли через мои голени. Меня можно обвинить за то, что я не укрылся во время обстрела, не сменил НП, не внял просьбе матроса, передававшего мои команды радисту, сойти с чердака, напротив, приказал ему возвратиться в коридор... Против маня можно выдвинуть много обвинений, в госпитале я сам занимался этим.

Закономерные следствия всякой войны – раненые и убитые, неизбежные спутники массового алкоголепотребления – пьяницы и алкоголики. Подобно тому, как мы, инвалиды, являемся жертвами войны, так алкоголики являются жертвами сходного с нею противоестественного и нелепого занятия – поглощения дурманящих напитков. Каждый пьющий содействует распространенности алкоголизма в той мере, в какой он употребляет спиртное. Правильно подметил В.М.Бехтерев еще в 1913 г.: алкоголики больны не по своей воле и не по своей вине. На алкоголиков следует смотреть как на козлов отпущения, на которых возложены грехи всех пьющих и которым, приходится вести мученическую и позорную жизнь.

Недопустимо применение травмирующих и жестоких способов лечения алкоголиков, тем более бесполезных и малоуспешных. Из всех методов, которые применяются в наркологии, больше других отвечает требованию гуманности психотерапия. Есть основания считать гуманными гортоновические методы.

Принцип личного примера обязывает всех, проводящих противоалкогольную работу, в том числе наркологов, быть трезвенниками. Данный принцип грубо попирается очень многими наркологами, членами комиссий по борьбе с пьянством, сотрудниками медвытрезвителей и т.д. Это важнейшая причина широкого распространения в СССР пьянства. Я обязан своими научными, лекторскими и практическими успехами прежде всего трезвости. Будь я даже особо «культурно» пьющим, не смел бы даже мечтать о подготовке рукописи, подобной этой.

Трудно придумать более позорную карикатуру, чем пьяница или алкоголик в роли нарколога. А таких больше, чем принято думать. Если нарколог употребляет спиртные напитки, он питейно запрограммирован, а, следовательно, искаженно понимает алкогольную проблему и не усвоил основные ее положения. В дооктябрьское время и в период советского трезвенного движения понимали, что важнейшая профессиональная обязанность наркологов и психиатров – быть трезвенниками. Теперь об этом забыли и некоторые из них чуть ли не гордятся принадлежностью к алкоголепийцам и курильщикам. Пьющие наркологи косвенно и пряно вызывают у своих пациентов рецидив алкоголизма. Приведу два факта. С.П., обладающий хорошей вникаемостью, в результате условно-рефлекторной терапии не мог переносить вкус и запах алкоголя. .Он не пил около трех месяцев, пока случайно не увидел в очереди за «бормотухой» нарколога, лечившего его. Врачеватель алкоголиков выпил два стакана вина, потом добавил, это так повлияло на С.П., что он потерял веру в лечение, в наркологов и в себя. Наступил рецидив. С.П. повезло: попал в медвытрезвитель, где член нашей Противоалкогольной дружины уговорила его походить к нам. Согласился, перестал пьянствовать, начал новую жизнь.

Герой повести Л.Семина и Г.Шичко «Горбатый стакан» как-то пригласил на дачу нарколога, лечившего его, а этот уговорил выпить с ним за компанию. Выпили, врач уехал в Ленинград, а его пациент впал в тяжелый запой. Прав нарколог-трезвенник В.А.Рязанцев, упрекнувший пьющих коллег в том, что они не до конца осознали специфичность своей профессии, что их «маленькая слабость» если не прямо, то косвенно обязательно станет помехой в работа».

Известно, что пьяный социально опасен, не грех считать таковым каждого пьющего. Наркологи-алкоголепийцы не только социально, но и идеологически опасны, поскольку распространяют проалкогольные взгляды и там питейно программируют людей. Бывший глава ленинградских наркологов В.П.Беляев такими «откровениями просвещал» в 1973 г. читателей журнала «Аврора»: «Я ведь тоже не трезвенник и не проповедник, и я думаю, что традиция, имея столь глубокие корни, будет еще долго жить. Ее ведь не вырвешь, не запретишь, не отменишь. Когда меня спрашивают: «Почему люди пьют?» – я отвечаю: «Это приятно» (№ 10, с.54).

«Зачем пьет человек?

И вот что выясняется. Один пьет от робости: хочет познакомиться с девушкой, а духу не хватает. Другой, воспитанный эгоистом, не поднялся на ступень выше по служебной лестнице: все, конец света, крах карьере, неудача, и он пьет от досады (между прочим, у него находятся сочувствующие). Третьего, допустим, покинула жена, она полюбила другого человека. Опять душевная трагедия, на сей раз чистого свойства. И снова – спасение в водке (№ 10, с.55).

В той же публикации частое курение главного нарколога в стенах больницы преподнесено в виде некоей доблести. В.П.Беляеву даже невдомек, что алкоголепитие и сосание сигареты совсем не красят психиатра и нарколога. Заявление, будто люди пьют, потому что это приятно, есть обман читателей и призыв их к вредному занятию. Питье спиртного приятно пьяницам и алкоголикам, причем далеко не всем. Вторая цитата призывает к тому же: робеешь перед девушкой – одурманивай себя ядом, появилась досада также поступай, мучает душевная трагедия «чистого свойства» – ищи «спасение в водке». Шеф ленинградских наркологов как-то в Управлении здравоохранения преподнес нам, участникам узкого совещания, такие собственные «открытия»: сексологическая проблема важнее алкогольной, противоалкогольные клубы – пережиток прошлого, они не вписываются в социализм... Не случайно он всячески «выписывал из социализма» наши противоалкогольные объединения. Конечно, от наркологов – носителей подобных абсурдных и вредных взглядов – проку мало, их нужно просвещать до тех пор, пока не станут сознательными трезвенниками, а сопротивляющимся – откровенно заявить: «Алкоголики больше не нуждаются в ваших услугах». Существующая наркологическая служба за последние годы заметно расширилась, однако распространенность алкоголизма продолжает расти. Это не только позор для нашего здравоохранения, но большое народное бедствие. Ведь у нас, по косвенным подсчетам, на сегодня около двадцати миллионов алкоголиков. Конечно, неправильно всю вину возлагать на наркологов: они мало виноваты в том, что пьют, их так воспитали; не виноваты, что не располагают эффективными методами лечения. Ответственность за это лежит на ученых, в том числе и на мне. Эффективность наркологической службы можно резко повысить путем проведения с наркологами специальных занятий по превращению пьющих в сознательных трезвенников. Среди наркологов есть много честных и серьезных людей, которые легко отказываются от ложного в пользу истинного. Приведу один факт.

Вечером 9 декабря в Дзержинске в нашем совместном с Ф.Г.Угловым большом номере «люкс» оказалась группа делегатов конференции, за чашкой чая обсуждалась алкогольная проблема. Мне удалось убедить скептиков, в их числе были и наркологи, в том, что проблема отнюдь не такая сложная, как принято считать, что ее можно решить в течение пятилетки. Мой основной оппонент, нарколог автономной республики, согласился, но здесь не заявил, что нельзя торопиться с утверждением трезвости, потому что на смену алкоголизму придет наркомания; он особо подчеркнул: «Нам лучше иметь пять алкоголиков, чем одного наркомана». Достаточно было небольшого товарищеского диспута, чтобы умный и принципиальный наш гость признал свой взгляд ошибочным и отказался от него.

Мне удается без больших усилий склонять к трезвости наркологов, с которыми приходится общаться. Эти специалисты обладают большим объемом знаний по проблеме алкоголизма, поэтому достаточно дополнить их некоторыми важными научными истинами, чтобы нейтрализовать питейную запрограммированность.

Важно незамедлительно приступить к воплощению в жизнь принципа личного примера, для чего следует помочь работникам наркологической службы стать сознательными трезвенниками. Временным пособием может служить данный отчет.





Читайте также:





Читайте также:
Почему человек чувствует себя несчастным?: Для начала определим, что такое несчастье. Несчастьем мы будем считать психологическое состояние...
Как построить свою речь (словесное оформление): При подготовке публичного выступления перед оратором возникает вопрос, как лучше словесно оформить свою...
Как вы ведете себя при стрессе?: Вы можете самостоятельно управлять стрессом! Каждый из нас имеет право и возможность уменьшить его воздействие на нас...

©2015 megaobuchalka.ru Все права защищены авторами материалов.

Почему 3458 студентов выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.012 сек.)