Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь

Требования поручителя и наследственная масса




Одним из достоинств действующего Гражданского кодекса РФ является закрепление принципа универсальности правопреемства при наследовании и определении состава наследства.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. При этом исключаются из состава наследства:

1) имущественные права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя;

2) имущественные права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается законом;

3) личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Не возникает сложностей в определении второй и третьей групп категорий, исключенных из наследства в силу их конкретности. Что же касается прав и обязанностей, включенных в первую группу, то выявление их может вызвать сложности.

Права и обязанности, относящиеся к первой группе, обладают одним общим признаком: они должны быть неразрывно связаны с личностью наследодателя. Эта связь должна быть именно неразрывной, т.е. вне этого правоотношения право или обязанность не может существовать. Лицо, обладающее этим правом (т.е. лицо, получающее алименты или суммы в возмещение причиненного здоровью или жизни вреда), имеет право получать периодические платежи, цель которых состоит в обеспечении условий для нормальной жизни и деятельности человека. Поэтому смерть лица, получавшего такие периодические платежи, ведет к прекращению этого права.



Отдельные виды имущественных прав и обязанностей, относящихся к первой группе, не обязательно должны указываться в ГК или ином законе. Как справедливо отмечает И.П. Гаврилов, «они автоматически включаются в эту группу, если у них имеется упомянутый признак: неразрывная связь с личностью наследодателя»[29].

Рассматривая первую категорию изъятий из состава наследственной массы, следует также заметить, что в ее состав также не включаются права и обязанности, вытекающие из договоров, прекращающиеся со смертью физического лица (ст. 418 ГК РФ). Например, по наследству не переходит право на получение рентных выплат после смерти получателя пожизненной ренты. Со смертью гражданина прекращается договор поручения, независимо от того, в качестве кого (доверителя или поверенного) в нем участвовал наследодатель. По общему правилу договор комиссии прекращается со смертью комиссионера (ст. 1002 ГК РФ), а договор безвозмездного пользования - со смертью гражданина-ссудополучателя, если иное не предусмотрено договором (ст. 701 ГК РФ).

Некоторые авторы относят к числу таких договоров и договор поручительства, указывая на то, что отношения поручительства имеют выраженный фидуциарный характер, и проявляется это тогда, когда физические лица, обязывающиеся отвечать перед банком, магазином и т.п., поручаются за того, кого лично знают[30]. А сам договор поручительства в силу п. 1 ст. 418 ГК РФ прекращается смертью должника, так как данное обязательство неразрывно связано с его личностью.

Между тем решение данной проблемы имеет важное практическое значение, так как влияет на правовую судьбу обязательств, возникших в рамках договора поручительства в случае смерти поручителя. Возникает вопрос: подлежат ли включению в наследственную массу обязанности поручителя по соответствующему договору?

Исходя из логики вышеуказанных авторов - нет. По такому же пути идет и судебная практика.

Банк «Снежинский» обратился в суд с иском к К.М.С. о взыскании задолженности по договору поручительства. В обоснование иска указал на то, что между Банком и К.М.В. был заключен договор поручительства, по которому последний обязался нести солидарную ответственность с заемщиком банка за неисполнение им кредитных обязательств. Однако впоследствии К.М.В. скончался. После его смерти открылось наследство, единственным наследником является его супруга К.М.С. С нее как наследника поручителя Банк просит взыскать задолженность по кредитному договору в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного имущества.

Ответчица К.М.С. просила в удовлетворении иска Банка отказать, ссылаясь на отсутствие законных оснований для возложения на нее ответственности по договору поручительства, заключенному с ее мужем в обеспечение кредитных обязательств.

Решением Златоустовского городского суда Челябинской области от 25 декабря 2009 г. в удовлетворении иска Банка «Снежинский» отказано в полном объеме.

Отказывая в удовлетворении исковых требований Банку, суд руководствовался положениями ст. 361, 363, п. 1 ст. 367, п. 1 ст. 418, ст. 1112 ГК РФ и исходил из того, что правовые основания для возложения ответственности на наследника поручителя в случае смерти последнего за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по кредитному договору основным заемщиком отсутствуют.

Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что обязательства поручителя по договору поручительства неразрывно связаны с его личностью, со смертью поручителя они прекращаются и к его наследникам в порядке универсального правопреемства не переходят.

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда такой вывод суда первой инстанции нашла правильным. А доводы кассационной жалобы о том, что суд неправильно применил ст. 418 ГК РФ, а также что обязанности поручителя по договору поручительства не являются неразрывно связанными с личностью поручителя, поэтому подлежат включению в состав наследства и переходят к наследникам, признала несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права.

Суд кассационной инстанции также отметил, что нормами ГК РФ о поручительстве не предусмотрен переход к наследникам поручителя в порядке правопреемства обязанностей по исполнению обязательств должника в случае смерти поручителя. Следовательно, сохранение после смерти поручителя обязательства по договору поручительства наследниками противоречит ст. 361, 367, 418 ГК РФ[31].

Однако с такой позицией суда согласиться нельзя. Еще со времен римского права считалось, что «поручитель и сам обязывается, и наследника оставляет обязанным, поскольку замещает основного должника»[32]. Такой подход представляется верным. Попытаемся обосновать его собственными аргументами.

Очевидно, что поручительством обеспечиваются заемные обязательства. Поэтому можно сказать, что обязательство поручителя носит денежный характер (так как в силу ст. 361 ГК РФ поручитель обязывается перед кредитором отвечать за неисполнение должником его обязательства полностью или в части, а такая ответственность перед банком-кредитором возможна лишь в денежном выражении) и соответственно может быть произведено без его личного участия. Кроме того, отношения в данном договоре возникают между поручителем и банком и не носят лично-доверительного характера. Отношения между должником и поручителем, безусловно, являются основанием для заключения договора поручительства, однако, как указано в информационном письме ВАС РФ от 26 января 1994 г. № ОЩ-7/ОП-48 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением, изменением и расторжением кредитных договоров»[33], не влияют на отношения по договору поручительства между кредитором и поручителем. Можно сказать, что личный характер отношений между поручителем и должником является мотивом для заключения договора поручительства, а, как известно, мотив не имеет значения для существования сделки.

Таким образом, если в отношениях между поручителем и должником существуют лично-доверительные отношения, то совсем иной характер носят отношения между кредитором и поручителем. Поэтому правило п. 1 ст. 418 ГК, согласно которому обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без его личного участия, в данном случае неприменимо. А следовательно, обязанность поручителя переходит к его наследникам как составная часть наследственного имущества в порядке универсального правопреемства в соответствии со ст. 1110 и 1112 ГК РФ. Данная обязанность переходит к наследникам умершего поручителя в составе «пассива» наследственной массы (долгов наследодателя). А наследник, принявший наследство, не вправе отказаться от долгов, поэтому вопрос о добровольности его вступления в данные правоотношения не возникает. Наследник во всяком случае занимает место должника в обязательствах своего правопредшественника, и это не требует согласия кредитора (как при сингулярном правопреемстве) в силу универсальности правопреемства при наследовании.

 

 





Читайте также:


©2015 megaobuchalka.ru Все права защищены авторами материалов.

Почему 3458 студентов выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы


(0.086 сек.)