Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь

ЗАКАЗ МАШИН ДЛЯ КРЕЙСЕРА «АВРОРА»




Важными и серьезными вопросами, повлиявшими на сроки постройки крейсера «Аврора», явились выбор изготовителя и заказ паросиловой установки. Еще 11 декабря 1896 г. командир Петербургского порта запрашивал МТК, можно ли при разработке чертежей третьего крейсера пользоваться чертежами механизмов «Паллады» и «Дианы», разработанных Обществом Франко-Русских заводов. На это был получен ответ от 13 декабря, из которого следовало, что исполнитель механизмов не определен, и если механизмы крейсера типа «Диана» будут заказаны не заводу Франко-Русского общества, а другому заводу, то расположение механизма иной конструкции, чем на «Диане», может потребовать изменения направления осей гребных валов, изменений в расположении забортных отливных труб, клапанов и др. Поэтому «по отношению третьего крейсера нельзя придерживаться чертежей общего расположения механизма «Диана» и «Паллада» 49.

Такой ответ МТК объяснялся тем, что управляющий Морским министерством вице-адмирал П. П. Тыртов, желая сэкономить средства, намеревался выдать наряд Балтийскому заводу на изготовление паросиловой установки для этого крейсера по чертежам, разработанным Обществом Франко-Русских заводов для первых двух крейсеров. Запрос о выполнении такой работы и был послан в правление Балтийского завода в январе 1897 г. Ответ К. К. Ратника был неутешителен. По его мнению, передача заказа никакой бы экономии не дала: цены на изготовление требуемых механизмов на Балтийском заводе будут выше, поскольку заводу придется все равно не только разрабатывать свои собственные чертежи, но и изготовлять модели, специальный инструмент и оснастку, т. е. повторять уже выполненное на Франко-Русском заводе.

Вопреки мнению К. К. Ратника, ГУКиС по приказу управляющего Морским министерством все-таки обратился к Франко-Русскому заводу с просьбой передать чертежи и модели механизмов Балтийскому заводу. Но, как и следовало ожидать, Общество Франко-Русских заводов 20 марта 1897 г. отказало в этом, и, со своей стороны, выступило с предложением взять на себя выполнение данного заказа со стоимостью, меньшей на 2% стоимости первых паросиловых установок для «Дианы» и «Паллады».



Для стесненного в средствах Морского министерства это было решающим доводом. Кроме того, это позволяло немедленно продолжать работы в Новом Адмиралтействе, откуда все время поступали доклады, что работы приостановлены из-за отсутствия данных о машинах и котлах и что в сложившейся обстановке трудно указать даже приблизительный срок готовности крейсера к спуску. И так было потеряно более полугода. Началась разработка контракта и спецификации.

ГУКиС и МТК пожелали несколько улучшить технические характеристики паросиловой установки за счет замены котлов Бельвиля образца 1894 г. новыми котлами — с экономайзерами и водогрейными трубками, не сварными, как на «Палладе» и «Диане», а цельнотянутыми. Общество Франко-Русских заводов согласилось принять эти усовершенствования в спецификацию на механизмы, но предупредило, что это повлечет за собой увеличение массы котлов на 48 т и общей стоимости на 60 тыс. руб. Попытка МТК и ГУКиС улучшить характеристики котельных установок была остановлена решением П. П. Тыртова, поскольку «он не допускает увеличения веса котлов для крейсера «Аврора», почему и отказывается от экономизаторов (экономайзеров.— Л. П.)» 50.

Только к 27 июля было достигнуто соглашение, а 8 августа подписан контракт между ГУКиС и Обществом Франко-Русских заводов на изготовление машин, котлов и всех механизмов, перечисленных в спецификации, которая была идентична спецификации «Паллады» и «Дианы». «...Общество также принимает на себя доставку и погрузку в судно всех частей механизмов, а равно установку, проверку и укрепление их как на стапеле, так и по спуске судна на воду, для чего это судно будет подведено к заводам Общества под паровой береговой кран, по возможности, не позже 1 ноября 1898 г., где оно должно находиться в течение предусмотренного ст. 3 шестимесячного для сборки механизмов срока. Затем крейсер может быть взят от завода в мае 1899 г. немедленно. В этот промежуток шести месяцев механизмы должны быть испытаны на швартовах» 51.

Стоимость всех работ, согласно контракту, равнялась 2 275 560 руб., т. е. на 60 440 руб. дешевле, чем для первых двух крейсеров. Наблюдающим за изготовлением механизмов для крейсера 1 ранга «Аврора» был назначен старший инженер-механик А. А. Перов.

С разрешения ГУКиС часть деталей, а также некоторые материалы заказывались во Франции. Так, сталь для механизмов была заказана двум заводам — «Компани де от Фурно — Форж э Асьейри» и «Марна э Шемэн де фэр а Сен Шамон», все валы (коленчатые, промежуточные, упорные, дейдвудные и концевые) изготовлял «Сен Шамон э Маррель Фрэр», стальные паропроводные трубы — «Компани Франсэз де Мето».

СТАПЕЛЬНЫЕ РАБОТЫ

Тем временем крейсера на стапелях понемногу росли. Правда, в эллингах Галерного островка уже в мае были установлены бронзовые форштевни, а в Новое Адмиралтейство форштевень был доставлен только в начале сентября. Ну, -что ж, третий — он всегда третий! Во всяком случае, к посещению 10 октября Нового Адмиралтейства управляющим Морским министерством П. П. Тыртовым форштевень «Авроры» был установлен на стапеле. Внимательно ознакомившись с ходом работ, Тыртов отдал строителю корабля Э. Р. де Грофе распоряжение, чтобы при постройке крейсера «Аврора» не было сделано ни малейшего отступления (как в общем расположении, так и во всех деталях) от постройки крейсеров «Паллада» и «Диана».

Благодаря тому, что на «Авроре» была полностью закончена настилка жилой палубы, в октябре месяце были отправлены во Францию последние шаблоны палубной брони, а на самом крейсере установлены бронзовые ахтерштевень и рулевая рама. В этом же месяце и на Франко-Русском заводе развернулись работы по строительству машины. В кузнице был откован один шатун и 15 эксцентриковых тяг. В литейной начались формовка цилиндра низкого давления и отливки из чугуна и бронзы различных деталей механизмов. В феврале 1898 г. из Франции прибыла первая партия броневых плит.

К середине 1898 г. степень готовности корпуса «Авроры» достигла 28%, а машин и котлов, изготовлявшихся на Франко-Русском заводе, — соответственно 59 и 20%. В связи с назначением инженер-механика Н. А. Петрова старшим судовым механиком крейсера, ему поручили и наблюдение за изготовлением паросиловой установки для своего корабля вместо А. А. Перова.

К этому времени на всех трех строящихся кораблях начали появляться и офицеры — вновь назначенные командиры, старшие судовые механики и некоторые старшие специалисты. Офицеры не чувствовали себя гостями на стапелях; они старались вникать в материалы проекта и ход постройки, изучали тактико-технические характеристики своих будущих кораблей. Некоторые даже высказывали предложения по улучшению тактических элементов.

С очень важным предложением, изложенным в докладной записке от 23 мая на имя главного инспектора артиллерии генерал-майора А. С. Кроткова, выступил командир крейсера «Паллада» капитан I ранга А. Р. Родионов. В этой записке, с приложением диаграмм обстрела корабельной артиллерии, с убедительной логикой доказывалось, что как «Паллада», так и другие однотипные ему два крейсера совершенно беззащитны с кормовых курсовых углов. Однако, «исполняя разведочную службу при эскадре вблизи неприятельского флота или у берегов, крейсеру такого рода всегда надо будет ожидать атаку неприятельских минных судов и, в случае встречи, уходить от них, не имея цели вступить с ними в бой», и в этом случае «крайне необходимо возможно большее развитие силы кормового огня» 52.

Далее А. Р. Родионов предлагал для устранения этих существенных недостатков перенести бортовые 152-мм пушки с 98 на 111-й шпангоут, где при направлении орудия на корму дульный срез будет находиться почти вровень с бортом и, следовательно, орудию можно будет придавать угол снижения, уменьшая вместе с этим мертвое пространство до минимума. Новая установка 152-мм орудий, по его мнению, давала возможность сделать некоторые изменения во внутреннем расположении крейсера, а это, со своей стороны, позволяло добавить еще шесть 75-мм пушек, две из которых предлагалось установить в адмиральской каюте, а четыре — на кормовой надстройке.

Это предложение А. Р. Родионова, поддержанное командиром «Авроры» капитаном 1 ранга А. А. Мельницким и командиром «Дианы» капитаном 1 ранга М. Г. Невинским, было рассмотрено в июле МТК и утверждено управляющим Морским министерством. Решили установить дополнительно четыре 75-мм пушки — две на верхней палубе на спонсонах у 101-го шпангоута, по одной на борт, и две побортно на батарейной палубе между 125 — 126-м шпангоутами в капитанской столовой (при новом размещении кают), где для них предусматривались в бортах ниши, допускающие стрельбу параллельно диаметральной плоскости, и от этой линии — на 50° к траверзу. 152-мм пушки переставлялись ближе к корме на 109-й шпангоут. Боезапас к 75-мм пушкам было решено не увеличивать.

Важным новшеством для этих крейсеров, повышающим живучесть управления кораблем, явилось предложение старшего артиллерийского офицера «Паллады» лейтенанта Ф. И. Федорова об устройстве под защитой карапасной (броневой) палубы боевого центрального поста, в котором были бы, как и в боевой рубке, сосредоточены все средства управления кораблем и его оружием в бою. После всестороннего рассмотрения этого предложения в МТК было решено: боевой центральный пост расположить в трюме, между 31 и 35-м шпангоутами под помещением подводных минных аппаратов. Для прокладки кабельных линий из боевой рубки в центральный пост была предусмотрена установка специальной броневой трубы с толщиной брони 89 мм. К середине 1898 г. решился вопрос и с минным вооружением крейсеров.

Ни спецификация на корабль, ни другие материалы проекта не содержали конкретных данных по минному вооружению. Только из записки строителя «Дианы» А. И. Мустафина от 2. ноября 1896 г. можно сделать вывод, что первоначально на крейсерах предполагалось установить по два бортовых надводных минных аппарата для стрельбы минами Уайтхеда. Окончательно же состав минного вооружения должен был решаться позднее, на стадии строительства корабля. Вот почему только 8 марта 1897 г. главный инспектор минного дела контр-адмирал Н. И. Скрыдлов, возглавлявший минный отдел МТК, обратился к командиру Петербургского порта вице-адмиралу К. К. де Ливрону с письмом, в котором просил «прислать также чертежи форштевней крейсеров «Диана» и «Паллада» для соображений по проектированию на этих последних подводных носовых аппаратов под шпироном, в форштевне, если к выделке штевней еще не приступлено» 53.

На первый взгляд может показаться, что в данном запросе МТК ошибка — речь идет о надводном носовом минном аппарате! Но конкретное указание места установки — «под шпироном» — дает право считать, что первоначально и имелся в виду носовой аппарат именно подводный, так как слово «шпирон» означало таран, который у проектируемых кораблей находился под водой. Однако идея установки подводного носового минного аппарата, видимо не получила дальнейшего развития, поскольку было решено устанавливать в форштевне надводный аппарат.

По окончательному мнению минного отдела МТК, на каждом крейсере должны были устанавливаться три минных аппарата. Один, как говорилось выше, надводный аппарат в форштевне и два подводных — траверзные (по одному с каждого борта) в помещении между 29 и 35-м шпангоутами.

По инициативе минеров МТК для определения изготовителя минных аппаратов ГУКиС объявил конкурс между Обществом Путиловских заводов, Петербургским Металлическим заводом, Машиностроительным и котельным заводом Лесснера, а также заводом Нобеля. Предприятие, чья разработка будет признана лучшей, получало заказ на изготовление и установку всех минных аппаратов как для крейсеров, так и для их катеров. Участники конкурса должны были представить проекты и назвать стоимость вооружения не позднее середины января следующего 1898 г. Два конкурента — завод Лесснера и завод Нобеля довольно быстро отказались от участия в конкурсе, Металлический и Путиловский заводы представили проекты: первый—17, а второй — 20 января.

По сути технические решения в проектах были одинаковы. Оба конкурсанта предлагали установить: 1) носовой надводный аппарат для выбрасывания мин Уайтхеда порохом, который перед стрельбой вручную, с помощью рукояток, выдвигался наружу вместе с бронзовым совком; отверстие в форштевне при убранном аппарате должно герметично закрываться изнутри бронзовой крышкой; 2) траверзный подводный щитовой аппарат для выбрасывания мины Уайтхеда сжатым воздухом; выдвигание щита перед выстрелом и автоматическое убирание его после выстрела, а также открывание и закрывание верхней (зарядной) крышки аппарата должно производиться электроприводом.

МТК внимательно рассмотрел оба проекта и отдал предпочтение проекту Петербургского Металлического завода, в котором были применены такие технические решения, которые исключали возможность неправильного действия личного состава корабля и тем самым вывода аппарата из строя.

На основании доклада МТК управляющий Морским министерством разрешил заключить контракт с Петербургским Металлическим заводом на изготовление и поставку минного вооружения для всех трех крейсеров. Контракт на изготовление минных аппаратов для крейсера «Аврора» был заключен 6 июня 1898 г. По контракту помимо трех аппаратов завод должен был изготовить два стальных съемных катерных аппарата для стрельбы порохом метательными минами. Кроме того, Металлический завод обязался установить эти аппараты на крейсере и его катерах 54. Не остался в стороне от работ и Путиловский завод, который был привлечен в качестве контрагента Металлического завода по высверливанию стальных щитов для подводных аппаратов.

В ходе разработки аппаратов по настоянию МТК были предприняты попытки заменить паровой двигатель воздушного насоса (компрессора) электрическим. Это давало ряд преимуществ: исключалось значительное повышение температуры в отделении насосов, что улучшало условия обитаемости для личного состава, исключалась необходимость в паропроводах с их сложной аппаратурой и контрольно-измерительными приборами, а главное — такой насос был прост в обращении.

Однако попытка не увенчалась успехом. Те же участники конкурса, Путиловский и Металлический заводы, согласившиеся выполнить эту работу, не справлялись с заданием. Электрические насосы, сконструированные ими, превышали по массе и габаритам существующие паровые и стоили в три раза дороже. Поэтому пришлось отказаться от желания иметь на крейсерах электрические насосы и довольствоваться паровыми.

Немало забот доставила разработка рулевого устройства для крейсеров. Согласно проекту, корабли должны были иметь дистанционное ручное управление и впервые применяемое в отечественном кораблестроении электрическое управление рулем (с помощью электродвигателя) взамен ставшей уже традиционной на флоте паровой рулевой машины. Изготовителем механической части рулевого устройства и ручного дистанционного привода были определены Адмиралтейские Ижорские заводы, а изготовителем дистанционного электрического управления — Акционерное общество русских электротехнических заводов Симменс и Гальске.

В начале 1898 г. МТК возбудил вопрос о необходимости кроме электродвигателя, действующего на румпельный привод, иметь и паровую рулевую машину. ГУКиС поддержал мнение МТК, и было решено устройство всей системы рулевого управления (ручное, паровое и электрическое) поручить одному исполнителю — Адмиралтейским Ижорским заводам. После пятимесячного молчания (!?) Ижорские заводы откликнулись на решение ГУКиС и, ссылаясь на то, что они не занимаются изготовлением электромоторов, просили привлечь к работе в этой части электротехнические фирмы. Поскольку вопрос создания электрического устройства управления рулем являлся новым, то в июне, опять же по инициативе минного отдела МТК, был объявлен конкурс на разработку этого устройства.

В конкурсе приняли участие Балтийский завод Морского министерства и частные фирмы «Унион» и «Симменс и Гальске». Итоги конкурса подводились в конце февраля 1899 г. По мнению специалистов минного отдела МТК и членов комиссии, участвовавших в испытаниях предъявленных устройств в условиях лабораторий, лучшей разработкой была признана работа Балтийского завода, затем фирм «Унион» и «Симменс и Гальске». Было принято решение установить на строящихся кораблях все три устройства, с тем чтобы провести сравнительные испытания в реальных условиях, после чего выбрать лучшее и рекомендовать его для флота. Эта рекомендация была доложена управляющему Морским министерством, и с его одобрения было решено установить: на крейсере «Аврора» устройство фирмы «Симменс и Гальске», на крейсере «Диана» устройство фирмы «Унион», на крейсере «Паллада» устройство Балтийского завода.

28 июля 1898 г. в МТК рассматривался новый, окончательный теоретический чертеж строящихся крейсеров. Он был разработан по поручению главного инспектора кораблестроения А. И. Мустафиным, который с октября 1896 г. в связи с болезнью старшего судостроителя П. Е. Андрющенко руководил постройкой крейсеров «Диана» и «Паллада». Вместе с теоретическим чертежом в МТК были представлены также расчеты водоизмещения, вертикальной и продольной нагрузок, прочности и др. Все расчеты делались на основании уже имеющихся фактических данных, полученных при постройке корабля, т. е. с учетом того, чего нельзя было полностью предвидеть на этапе проектирования в 1895 г., когда не были точно известны ни массогабаритные характеристики паросиловой установки, ни состав вооружения, ни многое другое, что определилось лишь почти через два года с момента начала постройки кораблей. Поэтому никого особенно не удивило, что в расчетах, представленных А. И. Мустафиным, водоизмещение крейсера оказалось равным 6731 т (на 49 т больше, чем было указано раньше). Проверка же в чертежной МТК вновь представленных нагрузок крейсеров «Паллада», «Диана» и «Аврора» показала, что у них запас водоизмещения получается около 62 т, метацентрическая высота составляет около 1,15 м, а дифферент на корму — 12,7 см. Общий подсчет всех статей нагрузки одного из крейсеров в процентах от водоизмещения дал следующий результат:

Статьи нагрузки Масса, т 55 % от водоизмещения
Корпус с дельными вещами 2671,36 39,69
Бронирование 707,45 10,51
Механизмы (с принятой водой в междудонных отделениях) 1619,60 24,06
Топливо (нормальный запас) 800,00 11,89
Артиллерия с лебедками 368,33 5,47
Минное вооружение 114,44 1,70
Снабжение и рангоут 387,66 5,76
Запас водоизмещения 62,16 0,92
Всего: 6731,00 100,00%

Главные элементы крейсера по последним данным характеризовались следующими величинами:

Длина по ГВЛ, фут (м) 406 (123,5)
Наибольшая ширина, фут (м) 55 (16,76)
Осадка на ровный киль (с деревянным килем), фут (м) 21 (6,4)
Водоизмещение по разбивке на плазе (с выступающими частями), т
Водоизмещение на 1 дюйм осадки, т
Центр величины ниже ГВЛ, фут (м) 8,51 (2,59)
Поперечный метацентр над ГВЛ, фут (м) 3,24 (0,99)
Центр тяжести ниже ГВЛ, фут (м) 0,537(0,16)
Поперечная метацентрическая высота, фут (м) 3,777(1,15)
Момент, изменяющий дифферент на 1 дюйм, т 786,8
Мощность машин, л. с. 11 610
Предполагаемая скорость, уз 20,0
Нормальный запас топлива, т
Полная вместимость угольных ям, т

МТК на этом заседании решил «одобрить вновь предъявленные расчеты нагрузок и главные элементы названных крейсеров, с поправками красными чернилами, ввиду того, что они не изменяют качеств крейсеров «Паллада», «Диана» и «Аврора» и не вызывают перегрузок этих судов...» 56

К концу 1898 г. на стапеле деревянного эллинга Нового Адмиралтейства возвышался уже почти полностью обшитый стальными листами корпус крейсера. Началась обшивка подводной части тиковым деревом, доставка которого к «строению» задержалась почти на два месяца. Работами по постройке крейсера руководил младший судостроитель К. М. Токаревский, сменивший 10 октября Э. Р. де Грофе, получившего новое назначение на постройку крейсера «Аскольд» в Германии.

Работы по изготовлению на Франко-Русском заводе машин и котлов, по данным наблюдающего старшего инженера-механика Н. А. Петрова, шли без срывов, и к 1 января 1899 г. готовность машин была 65 %, а котлов — 37 %.

В этот же период был рассмотрен очень важный вопрос о размещении магнитных компасов на этих крейсерах. Поскольку в те годы магнитный компас на корабле был единственным средством курсоуказания, то его размещение в стальном корпусе корабля являлось очень ответственным делом. Для получения рекомендаций по установке компасов на крейсерах был привлечен заведующий компасным делом при мастерской мореходных инструментов Главного гидрографического управления лейтенант Н. Н. Оглоблинский.

По первоначальному замыслу каждый крейсер должен был иметь пять магнитных компасов, которые размещались следующим образом: главный носовой (10-дюймовый) 57 магнитный компас — на ходовом мостике над носовой боевой рубкой; боевой путевой (7,5-дюймовый) — в боевой рубке у штурвала; главный кормовой (10-дюймовый) — на специальной площадке кормового мостика между 93 и 94-м шпангоутами; путевой (7,5-дюймовый) — на кормовом мостике у штурвала; нижний боевой (7,5-дюймовый) — в румпельном отделении у штурвала 58.

Первое замечание, высказанное лейтенантом Н. Н. Оглоблинским,— это отсутствие на крейсере ходовой рубки. Учитывая, что большую часть времени корабль проводит в плавании вне боевых действий, управлять его маневрами с мостика на крыше боевой рубки, подавая постоянно команды рулевому у штурвала, находящемуся внизу в боевой рубке, неудобно и чревато различными осложнениями. Поэтому Н. Н. Оглоблинский предложил оборудовать на крыше боевой рубки, на ходовом мостике, ходовую рубку, в которой следует разместить штурвал, путевой 7,5-дюймовый магнитный компас и стол для ведения прокладки и путеисчисления при повседневном плавании. В этом случае рулевой находился бы в непосредственной близости от вахтенного офицера или командира и, кроме того, сам мог бы наблюдать обстановку, что особенно важно при совместном плавании кораблей и при плавании в узкостях. Главный носовой компас Н. Н. Оглоблинский предложил установить впереди рубки, откуда будет обеспечен максимальный обзор впереди по курсу до курсовых углов 135° на оба борта. Затененным оставался лишь кормовой сектор. Это важное замечание заведующего компасной частью было принято. Увеличилось и число магнитных компасов, теперь их на крейсере становилось шесть.

Другое, не менее серьезное замечание — неблагоприятная магнитная обстановка в районе размещения компасов. К решению этого вопроса был даже привлечен основоположник отечественной теории девиации (науки о влиянии судового железа на магнитный компас) заведующий компасным делом на флоте, профессор Морской академии, генерал-майор флота, член-корреспондент Петербургской Академии наук И. П. де Колонг. Рассматривались условия работы компасов на главных ходовых постах, на ходовом мостике, в ходовой и боевой рубках. По рекомендации И. П. де Колонга для постройки ходовой рубки и настила средней части ходового мостика в районе размещения компасов решили использовать маломагнитный материал. Такой же маломагнитный материал следовало применять для палубы и крыши боевой рубки. Штурвалы с тумбами к ним, переговорные трубы и другие приборы, размещенные вблизи магнитных компасов, должны были изготовляться из бронзы или меди. Маломагнитным материалом для производства листовой стали для ходовой рубки и настила мостика и брони для крыши и палубы боевой рубки послужила специально разработанная и отлитая на Адмиралтейских Ижорских заводах сталь с 25 %-м содержанием никеля. Прокат стали был осуществлен на Путиловском заводе.

Позже, когда решился вопрос о создании боевого центрального поста, в нем, рядом со штурвалом, был размещен 7,5-дюймовый путевой боевой компас. Все компасы, независимо от места их расположения, были снабжены девиационными приборами и мягким судовым железом, с помощью которых уничтожалась девиация, т. е. сводилось к минимуму влияние окружающего железа.

В марте 1899 г. был наконец-то решен вопрос с водоотливной системой, который надолго задержал постройку первых двух крейсеров. Проектом на кораблях предусматривалась водоотливная система с общей магистральной трубой, идущей по всей длине судна. Эта труба соединялась с помпами, размещенными в отдельных отсеках, в том числе и с циркуляционными помпами главных холодильников машин. От магистральной трубы в каждый отсек шли заборные отростки с клапанами и приемными сетками. В случае заполнения того или иного отсека с помощью помпы, подключенной к магистральной трубе, можно было откачать из него воду за борт после заделки пробоины. Однако разработка этой водоотливной системы, применявшейся в то время на кораблях русского флота, была приостановлена МТК в марте 1897 г. вследствие поднятого «общего вопроса о неудовлетворительности существующей в настоящее время водоотливной системы на боевых судах» 59.

Этот вопрос как часть проблемы непотопляемости корабля поднял вице-адмирал С. О. Макаров еще в 1894 г. 60 Он считал, что такая система с применением магистральной трубы большего диаметра (около 0,5 м), проходящей по всей длине корабля, сводила на нет роль водонепроницаемых переборок. И теперь, по прошествии трех лет, проблема так и не была решена. Несмотря на то, что еще по приказу бывшего управляющего Морским министерством Н. М. Чихачева была проведена большая работа по сбору и обобщению сведений об устройстве водоотливных систем на кораблях Франции, Англии, Италии и Германии, МТК не смог прийти к единому мнению, какой должна быть водоотливная система на кораблях русского флота.

Задерживалась постройка не только крейсеров, однотипных с «Авророй», но и всех кораблей, строившихся в то время на заводах Петербурга, Николаева и за границей. И только гневная резолюция П. П. Тыртова в первых числах марта 1899 г. на записке о ходе кораблестроительных работ на крейсере 1 ранга «Паллада»: «Крейсер надо через два месяца спускать, а ТК до сих пор не утверждает чертежей водоотливной системы, когда же это будет, пусть председатель мне доложит!» — стронуло дело с мертвой точки. 11 марта председатель МТК вице-адмирал И. М. Диков доложил управляющему Морским министерством, что «журнал по одобрению чертежей водоотливной системы для крейсеров «Диана», «Паллада» и «Аврора» состоялся 10 сего марта за № 41, и сего 11 марта будет сообщен командиру С.-Петербургского порта» 61.

В результате столь длительной работы по определению схемы водоотливной системы для этих крейсеров и для всех вновь строящихся кораблей русского флота была принята схема с применением водоотливных турбин, устанавливаемых в каждом большом по объему отсеке, на которые делился корпус водонепроницаемыми переборками. По новым чертежам на «Авроре» устанавливались: в носовом и кормовом отсеках по одной турбине производительностью 4,17 т/мин; в каждом из трех котельных отделений по две турбины производительностью 6,65 т/мин. В машинном отсеке в качестве водоотливных средств должны были использоваться три циркуляционные помпы главных холодильников машин производительностью по 13,30 т/мин каждая.

Одновременно с утверждением чертежей водоотливной системы были рассмотрены и утверждены чертежи и других систем — осушительной, затопления и пожарной.

В качестве контрагента для выполнения работ по изготовлению и установке на крейсере «Аврора» трубопроводов и необходимой арматуры перечисленных систем было привлечено петербургское предприятие механика П. С. Кротова, который, чтобы не терять времени, приступил к работам с 7 июля, не ожидая оформления контракта. Контракт же на сумму 53250 руб. был оформлен и подписан 17 сентября 1899 г. со сроками окончания работ к 15 июля 1900 г.

Утверждение чертежей водоотливной системы и срочное изготовление и установка подводной арматуры в корпусах «Паллады» и «Дианы» позволили спустить их на воду со стапелей Галерного островка. 14 августа был спущен крейсер «Паллада», а спустя полтора месяца, 30 сентября, его собрат — крейсер «Диана» 62. К этому времени на «Авроре» были закончены испытания междудонных отсеков на водонепроницаемость, которые продолжались все лето. Но тут опять возникла заминка: уже почти на полгода задерживалась разработка детальных чертежей артиллерийских погребов и пушечных портов для 75-мм пушек батарейной палубы. «Диана» и «Паллада» так и не дождались этих чертежей до спуска на воду. Отсутствие их, особенно на погреба, влияло не только на разработку чертежей смежных помещений, но также и на установку систем затопления погребов, пожарной, водоотливной и др.

Забегая несколько вперед, здесь уместно сказать о предложении строителя «Авроры» К. М. Токаревского. На основании опыта постройки крейсеров для русского флота в Германии («Богатырь» и «Аскольд»), он предлагал не делать на крейсере «Аврора» сложных и громоздких ставень к портам 6-дюймовых орудий, которые только увеличивают массу и так перегруженных судов. С мнением К. М. Токаревского были согласны командир порта, инспектор морской артиллерии полковник К. Т. Дубров и строители крейсеров «Паллада» и «Диана». Это предложение после рассмотрения в МТК было принято для «Авроры» и «Дианы», а на «Палладе» решили сохранить ставни.

В последние месяцы 1899 г. на «Авроре» шла интенсивная работа по укладке и креплению доставленной из Франции палубной брони. Для ее крепления русские корабельные инженеры применили оригинальный способ. За основу была взята французская система крепления брони, заключавшаяся в том, что к двухслойному палубному настилу, соединенному между собой потайными заклепками, тонкая горизонтальная броня крепилась непосредственно заклепками в потай, а толстая броня на скосах — гужонами без головок снизу. Броневые плиты в своих соединениях по пазам имели зазор в 5 мм. Преимущество крепления толстой брони к палубному настилу гужонами состояло в том, что в броневой плите отсутствовали сквозные отверстия для заклепок, способствующие образованию трещин при ударе снаряда в плиту, и отлетание частей заклепок не могло привести к выводу из строя личного состава и механизмов, расположенных в районе удара.

Способ крепления плит при строительстве «Авроры» и однотипных ему крейсеров заключался в следующем. Поскольку на этих кораблях применялся однослойный палубный настил, толщина которого не превышала 1/5 толщины брони на скосах (12,7 мм), то применение гужонов, из-за малой толщины настила слабо державших плиты, было признано нецелесообразным. Решили более толстую броню на скосах крепить болтами с винтовой нарезкой и гранеными шляпками. Такое крепление можно было допустить потому, что скосы почти на всем протяжении приходятся над угольными ямами, и только сравнительно небольшая их часть — над машинными отделениями, поэтому от отскакивания шляпок болтов во время боя значительного вреда не предвиделось. Для полной же защиты личного состава и механизмов от отскакивающих головок болтов, удерживавших броневые плиты на скосах, а также от заклепок, крепящих горизонтальную броню, было принято решение сделать под бимсами легкую сплошную подшивку, а кроме того — не делать зазоры в 5 мм между броневыми плитами.

Одновременно с монтажом броневой палубы на крейсере началась установка подводной арматуры в котельных и машинных отделениях (отливные клапаны, клинкеты и кингстоны). Начали погрузку и сборку отдельных частей паровых котлов средней и кормовой групп. На Франко-Русском заводе в присутствии комиссии были проведены испытания проворотом как вручную, так и с помощью поворотного механизма, всех трех собранных полностью машин.

К концу года на корабле был закончен монтаж палубной брони и брони котельных кожухов. В машинных и котельных отделениях опробованы водой клинкеты, кингстоны и отливные клапаны. В котельных отделениях закончена установка наружных корпусов всех трех котельных групп, и в них начались работы по кирпичной кладке. Для монтажа гребных валов произведена расточка линии вала.

20 ноября комиссия освидетельствовала установленные на месте кингстоны, клинкеты, отливные клапаны и другую арматуру, которая, согласно контракту, должна быть установлена до спуска крейсера на воду, и пришла к заключению, что установленные механизмы, изготовленные Франко-Русским заводом, не препятствуют спуску корабля на воду.

Весну 1900 г. корабль встретил 78-процентной готовностью по корпусу. Готовность машин составляла 82%, котлов — 61%. На корабле полным ходом шли работы по установке водоотливной, пожарной, водопроводной систем и парового отопления. Кроме того, с марта развернулись работы по установке судовой и машинной вентиляции, которые, согласно контрактам, заключенным с механиком П. С. Кротовым, должны были быть завершены к 15 сентября и 31 декабря соответственно.

Франко-Русский завод установил на крейсере дейдвудные трубы с гребными валами и винтами. Заканчивалась кирпичная кладка в последней, носовой группе котлов, и началась установка котельных элементов. Кроме того, устанавливались вентиляционные машины и некоторые части трубопроводов.

СПУСК НА ВОДУ

11 мая 1900 г. в жизни корабля произошло знаменательное событие. В 11 ч 15 мин в торжественной обстановке, под гром артиллерийских салютов стоящих на Неве кораблей, крейсер 1 ранга «Аврора» благополучно был спущен на воду, «причем перегиби и течи не оказалось. Углубление форштевнем 12 фут, ахтерштевнем 15 фут и 6 дюймов»,— докладывал в рапорте строитель крейсера К. М. Токаревский 63.

В паспорте спущенного на воду корабля было записано:

... 32-х пушечный трехвинтовой крейсер 1 ранга «Аврора»

Вся длина с тараном............... 416 фут

Наибольшая ширина ............... 55 фут

Среднее углубление в полном грузу........ 21 фут

Полное водоизмещение .............. 6731,28 т

Общее число индикаторных сил механизмов для трех винтов...................... 11610

К постройке корпуса приступлено 18 октября 1896 г. Постройка корпуса крейсера производилась казенными средствами в С.-Петербурге на верфи Нового Адмиралтейства из стали Александровского и Ижорских заводов. Бронзовые штевни, руль, кронштейны гребных валов и мортиры отлиты на заводе Д. Пульмана. Палубная броня изготовлена заводом «Шатильон-Комантри» во Франции, а кожуховая — Ижорскими заводами. Подводная часть корпуса крейсера обшита однорядной тиковой обшивкой, покрытой медью.

В постройку корпуса до спуска на воду употреблено стали 175625 пудов, медного сплава на штевни, руль, кронштейны гребных валов и т. п. до 5659 пудов и листовой красной меди с гвоздями для обшивки подводной части 1691 пуд и установлено дельных вещей до 4372 пудов.

Для вооружения корпуса предназначены: восемь 6-дюймовых дальнобойных патронных орудий, двадцать четыре 75-мм скорострельных пушки, восемь 37-мм пушек Гочкиса и три аппарата для выбрасывания мин.

Паровой механизм тройного расширения строится Франко-Русским заводом. Котлы системы Бельвиля. Корпуса котлов частью собраны и установлены на место.

Строитель крейсера корабельный инженер, младший судостроитель Токаревский. По С.-Петербургскому порту 64.

Спуск на воду крейсера 1 ранга «Аврора» 11 мая 1900 г.





Читайте также:





Читайте также:
Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...

©2015 megaobuchalka.ru Все права защищены авторами материалов.

Почему 3458 студентов выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.021 сек.)