Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь

Глава 7. ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ






Воспитание и обучение у древних славян



 


Ограниченность числа источников приводит иногда к ди­аметрально противоположным оценкам состояния воспита­ния и обучения в Древней Руси: от утверждения, что все древние славяне были невежественны, до чрезмерной идеа­лизации постановки у них воспитания и обучения.

Характер воспитания и обучения у древних славян изме­нялся в процессе продвижения их на север и восток, в связи с чем обогащались и их представления о целях и содержании воспитания, что происходило благодаря тесному общению с другими народами.

Следует иметь в виду и то, что Русь приняла христиан­ство почти на полтысячи лет позднее Европы и к этому мо­менту имела развитые самобытные традиции, которые были необычайно крепки и жизненны. В итоге на Руси сформиро­валась специфическая воспитательно-образовательная куль­тура, принципиально отличавшаяся от западноевропейской.

_ Письменные свидетельства южных

Воспитание »

„ „«„„„..„.. соседей, а также данные археоло-

м обучение ' к

.. r,^l»««w «.«•,».„«„ гии помогают восстановить карти-

у древних славян, „ „, v

" '" ну характерного для VI—IX вв. ро-

доплеменного общества у восточных славян. Так, в сочине­ниях Прокопия Кесарийского (VI в.) и в других источниках отмечались типичное для «славян и антов» обостренное чув­ство общности и справедливости, устойчивая вера в суще­ствование верховного существа, вера в магию, добронравие, воинская обученность. Византийский стратег Маврикий от­мечал и такие качества, как свободолюбие, мужественность, физическая развитость и закаленность.

Как воспитывались дети у древних славян, можно предста­вить себе лишь в самых общих чертах, и только в контексте ос­мысления жизни людей того времени в целом. В практике вос­питания и обучения можно обнаружить сохранение традиций первобытао-общинной эпохи: то же включение детей в различ­ные виды деятельности в достаточно раннем возрасте, то же различие в воспитании мальчиков и девочек, те же обряды ини­циации. Однако развитие внутриобщинных экономических про­цессов постепенно привело к выделению семьи как самостоя­тельной хозяйственной ячейки и к обособлению различных со­циальных слоев — земледельцев, ремесленников, общинной знати, жречества. Воспитание и обучение в каждом из этих сло­ев, как и у других формировавшихся народов, начало приобре­тать свои специфические черты, ориентироваться на свой идеал. Так, дети знати должны были готовиться к руководству жизнью общины, жречества — к овладению священным знанием, дети рядовых общинников учились трудовой деятельности.




Воспитание детей осуществлялось прежде всего в семье. Роль родителей в это время значительно возросла, особенно суще­ственно было влияние матери. Не случайно, что впоследствии на Руси человека, достигшего полной зрелости, стали назы­вать словом «матерый», т.е. воспитанный матерью. В обиход­ной речи появились слова, обозначавшие различные возраст­ные группы: «дитя», т.е. ребенок, который вскармливается гру­дью; «молодой» — до 3—6 лет, воспитываемый матерью; «чадо» — до 7—12 лет, начавший обучаться; «отрок» — подро­сток 12—15 лет, проходивший специальное ученичество пе­ред посвящением во взрослые члены общины или рода.

Большое значение в этот период придавалось военному обучению. Экономически общины уже могли позволить себе содержать дружины — профессиональных воинов.

Последовательно развивался и процесс разделения видов труда, обособления ремесел и их усложнения, в связи с чем возрастала длительность подготовки к профессиональной де­ятельности. Б результате в VI—IX вв. у восточных еласян уже обозначилась такая форма обучения, как ученичество. Нужно отметить, что мастер должен был не только обучать ученика специальным умениям и навыкам, но и знакомить его с оп­ределенными культовыми знаниями, а сами ремесленники считались у восточных славян чародеями.

Вообще, воспитание в ту эпоху осуществлялось в соответ­ствии с языческим мировоззрением древних славян. Как и дру­гие народы, славяне поклонялись разнообразным богам и боги­ням. Были среди них главные и второстепенные, могучие и сла­бые. Во главе стоял великий Сварог — бог Вселенной (аналог древнегреческого Зевса). Его сыновья — Сварожичи — солнце и огонь являлись носителями света и тепла. Весьма почитался бог солнца — Даждьбог. Так еще в «Слове о полку Игореве», памят­нике XII в., славяне назывались «Даждьбожьими внуками». Мо­лились славяне Роду и Рожаницам — богу и богиням плодоро­дия. Бог Белее являлся покровителем скотоводства или, иначе, богатства. Стрибог повелевал ветрами, как древнегреческий Эол.

Помимо богов были и другие сверхъестественные суще­ства. Многие из них связывались с представлениями славян о загробном царстве: злыми духами потустороннего мира явля­лись упыри, а добрыми, охранявшими человека — берегини. От них получили свое название древнеславянские амулеты — обереги. В лесу обитал леший, а у воды жили русалки. Славяне считали, что каждый дом находится под покровительством домового, которого отождествляли с духом своего пращура — чура, или щура. Поэтому, защищаясь от злых духов, человек должен был позвать домового: «Чур меня!»


                   
   
   
     
 
     
 
 
 

Глава 7, ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ

Таким образом, вся жизнь древнего славянина была орга­нично связана с добрыми и злыми силами природы. Все быто­вые обряды формировались под влиянием языческого мироо­щущения: коляды, Масленица, день Ивана Купалы, рождения, свадьбы, похороны, праздники года. Оно же сказалось на разви­тии традиций в воспитании детей, которые сохраняются в той или иной степени и поныне, особенно вне городской среды.

Языческая культура не знала письменности, все понятия о жизни, конкретные знания передавались устным путем. Од­нако деловая жизнь городов, законодательство, связи с дру­гими пародами не могли развиваться без использования той или иной формы письменности. Можно полагать, что уже в родоплеменной период славяне использовали пиктографичес­кое письмо. Об этом сообщал болгарский монах Храбр в ска­зании «О письменах» (X в.): «Ведь прежде славяне, когда были язычниками, не имели письмен, но читали и гадали с помо­щью черт и резов». Однако это было примитивное, зародыше­вое письмо, на основе которого не могла возникнуть настоя­щая книжная культура. Только создание в 863 г. Кириллом и Мефодием славянской азбуки положило начало ее развитию. Некоторые свидетельства древних источников позволяют предположить, что распространение славянской письменнос­ти началось на Руси в начале IX в. в связи с проникновением христианства, до официального его принятия. Возможно, ин­дивидуальное обучение грамоте осуществляли первые гречес­кие миссионеры, и к 988 г. в Киеве, Смоленске, Новгороде уже были грамотные люди, которые использовали славянскую письменность. Во всяком случае, договоры, заключенные кня­зьями Олегом в 911 г., Игорем в 944 г. с греками, были состав­лены и по-гречески, и по-русски. Существуют также археоло­гические находки, свидетельствующие о том, что письменность достаточно широко использовалась в X в. даже в быту. Однако настоящее распространение письменности и организация сис­тематического обучения начались, безусловно, с момента кре­щения Руси. Факт совпадения по времени данных историчес­ких событий (распространения письменности и христианства) явился чрезвычайно важным, определившим специфику педа­гогической культуры средневековой Руси.

Боепитание „ и обучение влиянием киевского князя Влади- в Киеве ко й Рус и миРа славяне присоединились к во- в X—XIII вв. сточной христианской церкви, приняв православную веру от Ви­зантийской империи. С этого времени население Киевской Руси стало называться крестьянами, т.е. христианами, чего не

г. в значительной степени под


 

Воспитание и обучение в Киевской Руси в X-XIII вв

было ни в одной стране западного мира эпохи средневековья. Однако сам акт крещения не мог сразу изменить сложившееся за тысячелетия языческое мировоззрение восточных славян. Хри­стианские представления лишь постепенно проникали в язы­ческое сознание, взаимодействуя с ним.

Русь приняла христианство на 500 лет позднее, чем Запад­ная Европа, в период расцвета Византии. Это обстоятельство благоприятствовало приобщению Киевской Руси к мировой цивилизации. Древняя славянская культура соединилась со зре­лым восточным христианством и породила древнерусское пра­вославие и его понимание воспитания человека.

Славянское языческое сознание постигало христианство, знакомясь с его книжной основой — Священным писанием, отбирая для себя в первую очередь то, что было близко и понятно. По мнению известного русского историка педаго­гики П.Ф, Каптерева, древним славянам той эпохи более всего подходила, говоря современным языком, модель воспита­ния, основанная на патриархальном семейном укладе с не­пререкаемым авторитетом отца, подчиненном положении женщины и детей, строгой домашней дисциплине и вместе с тем «отличавшаяся ореолом святости и утверждавшаяся на слове Божьем». В итоге был заимствован не новозаветный воспитательный идеал с его проповедью любви, кротости, ценности каждого человека, а старый, суровый, во многом варварский — ветхозаветный идеал. Согласно ему служение отцу и матери уподоблялось служению Богу, оскорбление их — его оскорблению. Жена не рассматривалась как само­стоятельная личность, ценность ее определялась отношени­ем к мужу, аналогичным было и отношение к детям. Акцент в новой религии ставился не столько на истинно доброде­тельной жизни христианина, сколько на требовании испол­нения внешних обрядов — постов, праздников, причаще­ний и т.п. Главной почитаемой книгой русского народа на многие века стала ветхозаветная Псалтырь, а не Евангелие. Важной особенностью древнерусской культуры и образо­вания было то, что языком богослужения, литературы и шко­лы стал не греческий, как в Византии, не латинский, как в Западной Европе, а родной, славянский.

Создателями славянской письменности, уже упоминавши­мися ранее Кириллом и Мефодием, одновременно был осу­ществлен перевод основных богослужебных книг и учебной ли­тературы с греческого на славянский язык, что способствовало распространению религии и стимулировало процесс обучения грамоте. Это же обстоятельство, с одной стороны, обусловило самобытность древнерусской школы, а с другой — затрудняло


150 Глава 7- ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ

доступ учителей и учеников к первоисточникам, что со време­нем сказалось на интеллектуальном развитии общества.

Постепенно все меньше и меньше греко-византийских источников переводилось на славянский язык, а преимуще­ство отдавалось религиозным книгам в ущерб книгам учеб­ным (грамматике, риторике, философии и др.), что объяс­нялось нараставшим влиянием православной церкви. Насто­роженность в вопросах веры, доходившая до нетерпимости, была вызвана тем фактом, что Русь приняла христианство во время серьезного осложнения между восточной греческой церковью и западной, латинской. Разделение церквей на пра­вославную и католическую («схизма») произошло в 1054 г., и этот факт способствовал развитию отрицательного отно­шения к «латинянам». Русь сознательно отделяла себя от за­падной цивилизации и ее культуры. Когда же впоследствии Византийская империя, гибнувшая под ударами турок, на Флорентийском соборе (1439) заключила «унию» между ка­толической и православной церквями, русская церковь не приняла ее и стала настороженно относиться и к византий­скому культурному влиянию, фактически замкнулась в рам­ках ранее переведенного и освоенного круга литературных источников и созданной к этому времени славянской духов­ной литературы. Сформировавшийся в таких условиях педа­гогический идеал во многом обусловил характер и последу­ющее развитие воспитания и обучения на Руси.

Для глубокого понимания христианства необходима была определенная образованность, однако в сложившейся ситу­ации она отсутствовала. Вскоре такое положение стало даже приветствоваться, так как возникла опасность из-за науки потерять веру. Поэтому в одном из древнерусских поучений написано: «Богомерзостен перед Богом всякий, кто любит геометрию, а еще душевные грехи — учиться астрономии»; «Люби простоту больше мудрости, какое тебе дано от Бога готовое учение, то и держи».

Таким образом, на Руси постепенно сформировался осо­бый, отличный от западноевропейского, культурный мир, который характеризовался своими взглядами на воспитание и образование, своим отношением к общечеловеческим цен­ностям, способам передачи их от поколения к поколению.

Выбор веры был одновременно и выбором школы, ха­рактера образования. В 988 г. Киевская Русь приняла право­славие и князем Владимиром Святославичем (ум. 1015) была открыта первая школа «учения книжного». Великий князь и его окружение были заинтересованы в распространении но­вой религии как идеологической основы формировавшегося


 

Воспитание и обучение в Киевской Руси в X-XIII вв

государства. Владимир заботился о распространении образо­вания прежде всего среди господствующего сословия. Обра­зование на первых порах насаждалось сверху, так как школа была явлением совершенно новым и воспринималась с опас­кой. Матери плакали по отданным в школу детям, «аки по мертвецам», не зная, что их ожидает.

Однако определенные результаты не заставили себя ждать: к середине XI в. в Киеве уже появились начитанные, обладавшие довольно широкими знаниями знатные люди: великий князь Ки­евский Ярослав Мудрый (ок. 978—1054), его дети, окружение. Сын Ярослава, Всеволод, как отмечал Владимир Мономах в своем «Поучении», изучил пять иностранных языков. Была грамотна и Анна, дочь Ярослава, ставшая королевой Франции. Известны документы, подписанные ею: «Анна ръина» (Анна королева), в то же время ее супруг Генрих I ставил лишь крестик.

Занимаясь распространением просвещения, Ярослав Муд­рый создал первую библиотеку при Киевском Софийском соборе. Она включала в себя переводные произведения с гре­ческого и с древнеболгарского. Для переписки книг Ярослав привлек большое количество писцов. Именно в это время рождалось уважительное отношение славян к книге. В «Пове­сти временных лет» о книгах говорилось так: «Это — реки, напоминающие вселенную, это источник мудрости, в кни­гах ведь неумеримая глубина; ими мы в печали утешаемся; они — узда воздержания. Если поищешь в книгах мудрости прилежно, то найдешь великую пользу для души своей».

Во время своего правления (1019—1054) Ярослав Мудрый открывал школы «учения книжного» не только в Киеве, но и в Новгороде. А к XIII в. школы существовали уже в Переяслав-ле, Суздале, Владимире, Чернигове, Полоцке, Муроме, Ту-рове, Ростове и в других городах. Вначале подобные училища создавались государством при княжеских дворах, но вскоре с упрочением церковной организации на Руси они постепенно переходили в ведение церкви. Это объяснялось двумя причи­нами: во-первых, освоение христианской книжности было необходимо прежде всего священникам — распространите­лям православной религии в стране, а во-вторых, обучение грамоте и обучение вере воспринималось как единый процесс. Об этом же свидетельствует содержание обучения в школах, где главным считалось усвоение книжной мудрости, отражен­ной в «изборниках» (хрестоматиях) того времени.

Одной из подобных книг, дошедших до нашего времени, является «Изборник Святослава» (1073). С педагогической точки зрения это был своеобразный пропедевтический курс семи свободных искусств и христианской премудрости, пред-


152Глава 7- ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ

назначенный для запоминания и для нахождения готового ответа в целях введения новокрещсиых христиан в круг идей и представлений, связанных с принятой ими верой. «Избор­ник» должен был в достаточно краткой и легкой форме по­мочь ученикам овладеть элементами знаний, которые при­близили бы их к византийской образованности.

Необходимо отметить, что школы «ученья книжного» представляли собой повышенную по сравнению с простым обучением грамоте ступень образования. В них особенное вни­мание отводилось тривиуму, включавшему грамматику, ри­торику и диалектику, что было характерно для школ этого типа в Западной Европе того времени.

Грамматика, судя по сочинениям хорошо известного на Руси Иоанна Дамаскина, включала в себя учение о восьми частях речи, сведения по этимологии, о грамматических категориях, о поэтической образности языка. В содержание этого предмета входило также изучение и толкование текстов Священного писания: Евангелия, Псалтыри и некоторых библейских книг. Первоначально, возможно, ученики знакомились и с текста­ми античных авторов. Важное место отводилось риторике — обучению навыкам красиво говорить и писать. Образцами ри­торского искусства служили произведения Иоанна Златоуста, которые пользовались на Руси широкой известностью, входи­ли в состав «Изборников» 1073 и 1076 гг., сборников «Златост-руй», «Измарагд», «Златоуст». Под диалектикой в то время на Руси подразумевали главным образом начала философии.

Простое обучение письму, чтению и счету осуществлялось чаще всего «мастерами грамоты» и было их основным ремес­лом. Мастер мог иметь сразу нескольких учеников, которые и составляли «училище». Обучали их так же, как любой другой ремесленник обучал своих подмастерьев основам профессии. Знакомство с грамотой происходило с помощью буквослага-тельного метода, заимствованного из византийской школы. Сначала заучивались наименования букв в азбучной последо­вательности: а — аз, б — буки, в — веди, г — глаголь, д — добро и т.д. Затем учащиеся тренировались в написании букв на вощеных дощечках или вычерчивали их острым «писалом» на бересте. После усвоения азбуки в прямой последовательно­сти приступали к упражнениям: азбука повторялась наизусть в обратном порядке и вразброс. Далее шло обучение чтению и написанию слогов (складов): буки-аз — ба; веди-аз — ва; гла­голь-аз — га и т.д. Слоги заучивались в сочетаниях двух, трех, а в дальнейшем даже в девятибуквенных сочетаниях. Из сло­гов складывались слова. После этого ученики переходили к чтению и переписыванию молитв, псалтырных текстов. Обу-


 

Воспитание и обучение в Киевской Руси в Х-ХШ вв.

чали также правилам чтения, подразумевавшим равномерный темп, троекратное повторение прочитанного, обращение за разъяснением непонятного к старшему. Кроме того, древне­русский ученик, подобно ученику ремесленника, должен был по образцу сделать новое изделие: составить на основе изуче­ния и осмысления учебных текстов собственную книгу — из­борник, переплести и проиллюстрировать ее.

Можно предположить, что в зависимости от цели элемен­тарного образования различался и его характер. Так, новгород­ский мальчик Онфим (XIII в.), по свидетельству источников, освоил 26-буквенный алфавит, вполне достаточный для запи­си речи того времени, ведения торговых и деловых записей, но недостаточный для перехода к «учению книжному», основан­ному на 43-буквенном церковнославянском алфавите, вклю­чавшем надстрочные знаки — титла, сокращения слов, знаки препинания, специальные указания для церковного чтения.

Обучение арифметике на начальном уровне в Древней Руси состояло в овладении нумерацией, а на повышенном заключа­лось в счете на абаке. Детей знакомили с так называемым цифро­вым алфавитом (в — 1, б — 2, в — 3 и т.д.), т.е. с буквенной записью цифр. Такому алфавиту учили последовательно, по час­тям. На грамотах-упражнениях Онфима были нарисованы чело­веческие фигурки воинов, демонстрировавших разное количе­ство пальцев на руках. Возможно, это было своего рода нагляд­ным арифметическим пособием. На следующем этапе ученики осваивали действия: удвоения, раздвоения (теперь не использую­щиеся), вычитания, сложения, умножения и деления.

В XIII в. школы «ученья книжного» приходят в упадок. Од­ной из причин явилось то, что православные священники, не обремененные обетом безбрачия, стали часто передавать профессию и связанные с ней знания по наследству. В то же самое время священники практиковали обучение грамоте детей из других семей у себя на дому и традиции семейного воспитания и обучения, таким образом, оказались сильнее попыток создавать школы.

Вместе с этим повышенный уровень образования даже для элиты становился все менее необходимым. В православной церкви в отличие от католической зрело убеждение, что фи­лософия ей не нужна, так как все истины в высшем воплоще­нии заключены в Священном писании, в творениях святых отцов и учителей церкви. Кроме того, обучение грамоте и чте­нию книг, любое дополнительное знание дети высших сосло­вий могли получать на дому.

Очень большую роль в развитии образования в средневеко­вой Руси играли монастыри. Они фактически представляли со-


                   
   
     
     
 
 
 
   
 
 

•J 54 Глава 7. ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ

бой крупнейшие центры образования того времени. Зачинате­лем таких монастырских центров считается русский, просвети­тель и религиозный деятель Сергии Радонежский (1314—1391). В них учились не только лица, готовившиеся к принятию духов­ного звания, но и просто желавшие овладеть грамотой и читать книги. При монастырях получили элементарное образование и воспитание значительное число русских людей.

В этот период именно в среде монахов постепенно укреп­лялось отрицательное отношение к рациональному знанию, наукам о внешнем мире, строгое следование формуле апосто­ла Павла, который полагал, что все человеческое знание ис­ходит от Бога. Интерес к этическо-нравственным проблемам все менее места оставлял для рассмотрения общефилософс­ких вопросов и дидактических задач. Если в западноевропейс­ких университетах, открывавшихся в это время, обучение пре­следовало цели вооружения учащихся инструментами позна­ния, методами рационального доказательства, то в монастырях Руси сложилось отношение к книжным знаниям как к духов­ному сокровищу, которое следует накапливать, «аки пчелы мед с цветков». На Западе формировалось стремление понять и исследовать Священное писание, а на Востоке — следовать ему. Не собственное мышление ученика, а послушание цени­лось в монастырских кругах на Руси.

Постепенно чтение церковных книг стало единственной возможностью удовлетворить стремление к знанию. Такое книжное обучение получило впоследствии название образо­вания путем начетничества. По существу, оно являлось ин­дивидуально-самодеятельным, так как помощь наставника была минимальной.

Вокруг образованного человека в ряде случаев собирался своеобразный «книжный кружок», в котором обсуждали про­читанное. Этот способ приобретать знания создал тип древ­нерусского ученого, уважавшего книгу, прочитавшего суще­ствовавшие на Руси рукописи и по возможности выучивше­го их наизусть. Поскольку вся литература того времени почти исключительно носила религиозно-духовный характер, та­кая ученость сочеталась с фанатической религиозностью.

Семейное воспитание детей в этот период по-прежнему стро­илось на основе народных традиций, правда, стала заметной тенденция взять его под государственный контроль. Так, в Ки­евской Руси родители были обязаны готовить своих детей к трудовой и семейной жизни, о чем говорилось, в частности, в своде документов того времени — «Русской правде».

Методы и приемы семейного воспитания были достаточно раз­нообразны, что нашло отражение в народных песнях, сказках,


 

Воспитание и обучение в XIV-XVI вв.

притчах, былинах, загадках, счи­
талках, скороговорках, обрядах,
календарных праздниках и играх.
В многочисленных пословицах го­
ворилось о необходимости орга­
низации воспитания детей: «Гни
деревце, пока гнется, учи дитят­
ку, пока слушается»; «Ученье в
детстве, как резьба по камню»;
«Учить — ум точить». Школьное
обучение в народе постепенно
осознавалось как важное дело. В
устной народной словесности те
родители, которые заботились об
обучении детей, представлялись
людьми, достойными подража­
ния, о них пелось в былинах: «А Никола в житии
и будет Волх семи годов, отдава­
ла его матушка грамоте учиться, а грамота Волху в наук пошла».

В древнерусском изобразительном искусстве устойчив ико нописный сюжет «Приведение в учение». На иконах изобра­жены мать и отец, которые приводят мальчика 6—7 лет к учителю, восседающему на возвышении. Они вручают сына учителю, в облике которого средствами живописи подчерк­нута высокая духовность. Ученик, как правило, держит в руках книгу — азбуку.

В целом анализ различных источников позволяет говорить о том, что уровень освоения элементарной грамотности в Древней Руси был достаточно высок, грамотность проникала почти во все слои населения. Так, многочисленные берестя­ные грамоты, датированные XII—XIII вв., содержали обыч­ные житейские записи: «Поклон от Якова куму и другу Мак­симу. Купи мне, кланяюсь, овса у Андрея, если он продаст. Возьми у него грамоту да пришли мне хорошего чтения».

B»«nuvauu« » »c....AUUa В XIV—XVI вв. получают развитие те
Боепитание и оотчени® _ J ^

в XIV-XVI вв воспитательно-образовательные тен-

денции, которые наметились в пре­дыдущую эпоху. В феодальных странах Западной Европы под дав­лением экономических факторов увеличивалось количество школ и университетов, которые сохраняли и укрепляли традиции обу­чения, тесно связанные с классическим античным, образовани­ем.^ На Руси государственно-экономическое развитие не оказы­вало существенного влияния на систему образования, не требо­вало введения школьного обучения. Подготовка ребенка к взрослой, самостоятельной жизни осуществлялась вне школы.


           
 
   
   
 
 

Воспитание и обучение в XIV—XVI вв.

156 Глава 7. ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ

Основу такой подготовки составляло овладение трудовы­ми навыками. Поэтому в каждом сословии продолжали су­ществовать свои традиции профессионального обучения. Чаще всего ремесло передавалось от отца к сыну, но иногда детей отдавали на выучку к мастеру-профессионалу, который при­надлежал к тому же сословию. Обучение грамоте, чтению, счету могло также происходить в семье, у грамотного род­ственника либо на дому у «мастера грамоты». Такого рода обучение было частным, платным, как говорили тогда, «за мзду». Учителями становились светские лица — мелкие слу­жители канцелярий, приказных изб и т.д., а также предста­вители низшего духовенства — певчие, чтецы, диаконы.

В конце XVI в. на Руси появились первые печатные учеб­ники — азбуки. Основоположником отечественного книго­печатания считается Иван Федоров (ок. 1510—1583). В 1574 г. во Львове и в 1580—1581 гг. в Остроге он издал знаменитые буквари, впитавшие опыт учительской работы мастеров гра­моты предшествующих веков. В послесловии к «Букварю» (1574) Иван Федоров изложил некоторые методические тре­бования к использованию этих изданий. Само название пос­лесловия — «Обращение к детям и родителям» — говорит о том, что букварем могли пользоваться и дети и родители, а обучение грамоте рассматривалось как дело семейное.

За религиозное воспитание детей отвечала церковь. В обя­занности священников входило обучение основным догма­там христианского вероучения, воспитание уважения к цер­ковным и светским властям. Религиозно-нравственное воз­действие сочеталось с элементарным обучением, большая 'часть «училищ» находилась при приходских церквях.

Связь между образованием и церковью все более укреп­лялась. Грамота по-прежнему изучалась ради возможности читать одобренные церковью книги, чтению и письму обу­чали, как и раньше, по Псалтыри, Часослову, Евангелию. Формировалось представление о том, что школа есть «цер­ковный угол», и зачастую невозможно было различить, где кончается одно и начинается другое. Характер такой шко­лы — церковно-религиозный, «душеспасительный» — соот­ветствовал общему духу времени и всему жизненному укла­ду. При этом, как отмечал известный историк отечественной школы П.Ф. Каптерев, три черты были свойственны русско­му обучению в то время: «продолжительность, многий труд и битье». Физические наказания использовались постоянно, обучение было трудным, однообразным и не соответствова­ло особенностям и возможностям детского возраста, поэто­му оно не могло обходиться без насилия.


Б v0gycaA0 н л « | ^ пи

& е а

в

£ ж к а щ ч & а г ? м g £ V Z I

я | н «Г Ш % (4 д

У

^ ga ы га £» m && m m мл па да м м *гд

Титульный лист и страница «Азбуки» И. Федорова

Существовавшие тогда способы обучения вполне отвеча­ли потребностям государства и общества, какая-либо новая организация образования казалась ненужной, и до XVII в. государственных школ грамоты в России не было. Как отме­чал историк В.О. Ключевский, главное внимание уделялось усвоению детьми житейских правил, а не научных знаний. Кодекс сведений, которые считались необходимыми для ус­воения этих правил, состоял из трех частей: учение о спасе­нии души, наука о гражданском общежитии и усвоение пра­вил ведения домашнего хозяйства. Все это и составляло со­держание общего образования в Древней Руси.

Обучение ребенка начиналось приблизительно с 7 лет, и в целом дети всех сословий получали весьма ограниченное начальное образование. Тот, кто тянулся к книге и знаниям, должен был трудиться самостоятельно. Но повседневная жизнь, как правило, не требовала больших знаний.

Повышенный уровень образования был нужен только тем, кому прёдстбяло'занять место на государственной службе или в церковной иерархии. Однако людей для государственной служ­бы требовалось в то время немного, чаще всего на нее пригла­шали иностранцев (медиков, переводчиков, архитекторов и т.п.). Есть сведения о том, что некоторые из русских обучались за


158 Глава 7. ВОСПИТАНИЕ В ДРЕВНЕЙ РУСИ И РУССКОМ ГОСУДАРСТВЕ

границей, в частности есть предположение, что в Краковском университете обучался Иван Федоров. Однако выезды за гра­ницу не одобрялись ни церковью, ни государством, к овладе­нию европейскими языками и науками традиционно относи­лись с предубеждением, к тому же православная вера и незна­ние латыни препятствовали обучению в Европе.

Источников, позволяющих судить об уровне грамотности в этот период, очень мало. Конечно, высшие сословия были более образованны. Князья, бояре должны были управлять страной, крупными вотчинами, и сохранившиеся деловые документы показывают, что их составляли не только профес­сиональные писцы, но и частные лица. В отношении распрос­транения грамотности среди низших сословий сказать что-либо очень сложно.

Самым образованным сословием было духовенство. Конеч­но, православная религия значительно ограничивала роль ра­зума в делах веры, считая, что постижение Бога возможно лишь путем созерцания, нравственного подвига, через рели­гиозное чувство. Однако само православие требовало опреде­ленных книжных знаний. Важным обстоятельством, подтвер­дившим необходимость образования для духовенства, явилась борьба с еретическим вольнодумством, которую в XTV— XVI вв. вынуждена была вести православная церковь. В результате к этому времени произошло укрепление положения таких оча­гов образования, как монастыри.

В монастырях можно было получить широкое по тем време­нам образование. Конечно, акцент традиционно делался не столько на усвоении суммы знаний, сколько на нравственно-религиозном воспитании, духовном самосовершенствовании. Среди всех монастырей того времени выдающимися образова­тельными и книгописными центрами были Чудов, Спасо-Ан-дрониковский, Троице-Сергиев, Кирилло-Белозерский и не­которые другие, поддерживавшие и развивавшие книжные тра­диции. По принятым и сохранившимся на Руси византийским правилам монахи были обязаны часть времени, свободного от церковной службы, уделять чтению и переписке книг.

Среди белого духовенства совершенно неграмотных людей, скорее всего, не было, так как иначе они не могли бы выпол­нять свои обязанности. Вместе с тем существует также мнение о низком уровне грамотности среди священников в этот пе­риод. Так, в конце XV в. на это указывал новгородский архи­епископ Геннадий, отмечавший, что многие священники не способны правильно читать богослужебные книги, занимать церковные должности, а также не в состоянии бороться с богословски образованными вольнодумцами. Эти факты зас-


 





Читайте также:

B. величина, показывающая на сколько снижаются доходы при увеличении государственных расходов на единицу.
II. Древнейший государственный строй
Административного регламента проведения проверок при осуществлении государственного лесного контроля и надзора
АЛФАВИТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ ТЕРМИНОВ НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ
Анализ и совершенствование системы стратегического управления персоналом (на примере Государственного Комитета Псковской области по дорожному хозяйству)
Анализ культуры государственного управления
Анализ основных направлений деятельности Государственного Комитета Псковской области по дорожному хозяйству
Анализ территориальных подразделений государственных органов власти.
Англоамериканизмы в русском и некоторых европейских языках
Б. Какую заработную плату следует устанавливать государственным служащим?



Рекомендуемые страницы:


Читайте также:
Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной...
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...

©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (668)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.023 сек.)