Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Возникновение интернет-технологий




Причины и предпосылки создания Интернета

Сетевые компьютерные коммуника­ции, наиболее значимым воплоще­нием которых остается на сегодняш­ний день глобальная сеть Интернет, возникли в результате синтеза двух самостоятельных, зародившихся в разное время и создавав­шихся в разных целях, хотя и содержательно взаимосвязанных ком­понентов: компьютерной технологии и сетевой архитектуры. Исто­рия технологии сетевых компьютерных коммуникаций, ее зарожде­ние и развитие связаны с важнейшими политическими процессами и явлениями второй половины XX в. Возникнув во многом как побочный продукт уходящей социально-политической эпохи, Ин­тернет сегодня становится новым фактором, определяющим кон­туры политической и общественной жизни будущего.

Важнейшей движущей силой научно-технического прогресса издавна выступало военное дело, совершенствование средств и способов ведения войн. Военно-промышленный комплекс первым осознал важность вычислительной техники, и во второй половине XX в. система национальной безопасности оставалась главным дви­гателем развития компьютерных технологий. Шифрование и де­шифрование секретных сообщений, баллистические расчеты для зарождающейся ракетной техники, а позже и моделирование гло­бальных термоядерных конфликтов — таков был круг задач, ре­шавшихся первыми электронно-вычислительными машинами.

Казалось бы, какое отношение к истории возникновения сетевых компьютерных коммуникаций может иметь запуск Советским Союзом в 1957 г. первого искусственного спутника Земли? Однако вспомним, что это эпохальное событие не толь-


ко было прорывом в области науки и техники, но и обладало важнейшим внешнеполитическим смыслом в контексте глобаль­ного противостояния СССР и США в период «холодной войны». Как для советских, так и для американских военных стратегов и политиков успешный вывод искусственного объекта на около­земную орбиту прежде всего означал то, что отныне СССР обла­дает баллистическим носителем, способным доставить ядерный заряд в любую точку Земли. Этот факт качественно менял всю геостратегическую ситуацию в противостоянии двух сверхдержав. Если раньше большая часть территории США оставалась прак­тически недосягаемой для советских ядерных бомбардировщи­ков, то с появлением межконтинентальной баллистической ра­кеты СССР получал стратегическое преимущество, имея воз­можность нанести удар по любому объекту на территории США. В условиях отсутствия на тот момент эффективных технологий противоракетной обороны это означало действительно серьез­ный вызов национальной безопасности США.

Новый виток гонки вооружений, начавшийся с появлением меж­континентальной баллистической ракеты, поставил американское оборонное и внешнеполитическое сообщество перед необходимо­стью радикальных решений, связанных с пересмотром националь­ной военной доктрины, реформированием структуры вооруженных сил, изменением приоритетов в бюджетном финансировании, и т.д.

Одним из таких решений стало создание при министерстве обороны США Агентства передовых исследовательских проектов (ARPA). Перед ним ставилась амбициозная задача — осуществле­ние научно-технического прорыва. Причем ARPA получило право в случае необходимости избегать формальных бюрократических процедур согласования и утверждения исследовательских проек­тов, а также карт-бланш на привлечение любых чудаков с их бе­зумными идеями, лиШь бы это помогло преодолеть барьеры суще­ствующих технологий, совершить революцию в области компью­терных технологий. Однако гиганты компьютерной индустрии и обслуживающее их научное сообщество вовсе не были заинтересо­ваны в такой революции. Их вполне устраивала ситуация, когда компьютеры первых поколений стоили миллионы долларов, за­нимали площади в несколько сот квадратных метров и требовали постоянного обслуживания нескольких десятков специалистов с научными степенями.

ARPA сделало ставку на молодых хакеров (хакеров в изначаль­ном смысле этого слова — одержимых молодых энтузиастов, не признающих авторитетов, увлеченных поиском элегантных нетриви-


альных решений сложных технических ситуаций, предпочитаю­щих создавать новые технологии там, где другие пытались совер­шенствовать морально устаревшие). Так, в стенах секретных воен­ных лабораторий произошло удивительное соединение интересов военно-промышленного комплекса и поколения бунтарей-шес­тидесятников, в решающей мере предопределившее дальнейшую судьбу новых информационно-коммуникационных технологий.

Одна из первых стратегических задач, решение которой пору­чили специалистам ARPA, была связана с проблемой выживае­мости систем управления вооруженными силами в ситуации тер­моядерной войны. Еще в 1950-е годы корпорация RAND занялась разработкой сверхсекретных сценариев третьей мировой войны, в условиях которой приоритетной целью вражеских ракет станови­лась инфраструктура стратегических коммуникаций: командные центры, линии связи, приемники и передатчики и т.д. Наиболее уязвимым элементом таких систем был центральный компьютер, обеспечивавший функционирование всех остальных компонентов и подсистем.

Сотрудник RAND П. Бэран предположил, что проблема выживаемости любой коммуникационной системы в условиях ядерной войны может быть решена посредством децентрали­зации функций поддержания системы в рабочем состоянии. Взамен иерархической архитектуры центров управления сис­темами коммуникаций, воспроизводящей иерархическую орга­низацию военной машины, он предложил схему, вообще не предполагающую управляющих центров.

Ключевая идея была сформулирована следующим образом: «информационные сообщения должны быть разбиты на рав­ные части, которые в сети пересылаются по любому функци­онирующему маршруту в пункт назначения, где вновь собира­ются в единое целое». Другими словами, разрежьте информа­ционное сообщение на небольшие «пакеты», сопроводите каждый «пакет» указанием пункта отправления и конечного адресата, а также порядка «сборки» с остальными пакетами; разместите по всей сети маршрутизаторы, способные пони­мать эти указания и переправлять их дальше по назначению; придайте маршрутизаторам способность с регулярной перио­дичностью оценивать состояние сети в данный момент време­ни и обмениваться этой информацией друг с другом; если от­дельные узлы повреждены или выведены из строя, «пакеты» будут направлены по другим функционирующим маршрутам, пока не достигнут адресата; если адресат при «сборке» сооб-


щения обнаруживает недостающие или поврежденные «паке­ты», он может повторно запросить сеть дослать недостающие части. Подобная система способна сохранять работоспособность, даже когда один узел за другим выходят из строя. Это решение легло в основу технологии «пакетирования», на которой пост­роены интернет-коммуникации.

В 1968 г. ARPA объявило конкурс на разработку технического решения географически распределенной компьютерной сети. В ос­нову проекта, предложенного Л. Робертсом и Р. Каном, сотрудни­ками Массачусетского технологического института (MIT), закла­дывалась схема «пакетирования». В 1969 г. были введены в действие первые четыре узла, образовавшие сеть ARPANET, ставшую пред­течей современной глобальной сети.

Эволюция, которую совершила технология электронно-вычис­лительных машин, оказалась вторым необходимым компонентом, породившим современные сетевые компьютерные коммуникации. Вернемся к истокам этого процесса. К концу Второй мировой вой­ны в США уже действовали первая электромеханическая вычис­лительная машина «Марк-1» и целое семейство электронных ма­шин ENIAC.

ENIAC (Electronic Numerical Integrator and Computer — элек­тронный числовой интегратор и вычислитель) был создан в 1946 г. в университете штата Пенсильвания. Это электронное устройство имело в своем составе более 18 тыс. электровакуум­ных ламп и тысячи электромагнитных реле и ферритовых ячеек памяти. В ответ на запрос каждая такая ячейка, переходя из состояния включения к выключению, представляла ответ «да» или «нет», т.е. хранила один бит информации. Компьютеры первого поколения были столь громоздки и выделяли столько тепла, что им требовалось несколько этажей хорошо вентили­руемых зданий. Когда оператор включал ENIAC на полную мощность, в домах города Филадельфии начинал мигать свет. Десятки специалистов с научными степенями обслуживали эти устройства, переводя на машинный язык вводимые програм­мы и расшифровывая многометровые числовые распечатки, содержащие результаты вычислений.

Мало кто предполагал, что может потребоваться существенно больше компьютеров и значительно большей мощности, чтобы удовлетворить вычислительные потребности общества. К концу 1950-х годов люди уже понимали, что компьютеры представляют собой полезные устройства, чуть менее громоздкие и менее доро-


гие, чем ЭВМ, однако использующиеся исключительно как вы­сокотехнологичные инструменты для научных исследований и эко­номических расчетов. В эти годы лишь немногие задумывались о том, как компьютеры способны изменить образ жизни человека.

Декабрьским днем 1950 г. Д. Энгельбарт по дороге на работу задумался о том, насколько сложной и комплексной стала со­временная цивилизация: как люди собираются управляться со всем этим новым миром, порожденным наукой и техникой? Какие инструменты могут помочь современному человеку в его колоссальной мыслительной работе? «Символы» — такой от­вет подсказывало ему инженерное образование. Можем ли мы использовать машины для работы с символами, а не только с цифрами и математическими уравнениями? Почему бы нет? Могли бы компьютеры автоматизировать действия с символа­ми и тем самым помочь людям мыслить быстрее, лучше, иметь дело с более комплексными проблемами? Логика рассуждений казалась Энгельбарту настолько очевидной, что он позже не переставал удивляться, почему другие не могли этого понять. Энгельбарт, служивший оператором радара во время Второй мировой войны, представлял себе картину будущего ярко и образно: «Когда я впервые услышал о компьютерах, я понял, что если эти машины могут выводить информацию на бумаге, они смогут выводить ее и на экран. Как только я мысленно соединил вместе экран кинескопа, информационный процес­сор и символическую среду, опосредующую взаимоотношения с человеком, все стало на свои места»1.

Однако в 50-е годы прошлого века проблема заключалась в том, чтобы заставить кого-либо выслушать себя, кого-либо, спо­собного дать доступ к компьютеру и финансовым средствам. Оби­вая пороги университетов, промышленных предприятий и част­ных компаний, Энгельбарт потратил десять лет, безуспешно пы­таясь убедить ученых, предпринимателей и политиков в том, что компьютеры способны стать великолепными помощниками для людей умственного труда. Идеи Д. Энгельбарта могли бы остаться гласом вопиющего в пустыне, а он сам — разделить участь милли­онов изобретателей с их вечными двигателями, пылящимися в гаражах, если бы не воля случая.

В начале 1960-х Энгельбарт публикует статью «Приращение человеческого интеллекта», которая попадает в руки Дж. Ликлай-дера — еще одного мечтателя, имевшего счастливую возможность обеспечить их общие футуристические фантазии финансовыми и


организационными ресурсами. В 1960 г. он изложил свое видение будущего в статье «Симбиоз Человека и Компьютера»2, предре­кая, что «пройдет не так уж много лет, и человеческий мозг будет объединен с вычислительной машиной и будет способен мыслить так, как ни одно человеческое создание прежде не было способ­но, и обрабатывать данные так, как не способна ни одна извест­ная нам сегодня информационно-вычислительная машина».

Как и Энгельбарт, Ликлайдер был одержим идеей приме­нения компьютеров как инструментов, облегчающих умствен­ную работу. «Озарение» снизошло на него, когда он сидел в своем офисе и заполнял статистические таблицы, рисовал гра­фики для очередного исследования. Неожиданно он осознал, что выполнение этой механической работы занимает у него гораздо больше времени, чем мышление. А что если бы эту работу взял на себя компьютер? Ликлайдер не был ни выдаю­щимся инженером, ни конструктором, его гений состоял в умении соединить в нужном месте и в нужное время передовые идеи, организационные возможности и финансовые ресурсы. Используя свои старые связи в Массачусетском технологичес­ком институте, Ликлайдер приобщил Энгельбарта к работе над сверхсекретными оборонными проектами, связанными с со­зданием новых компьютерных дисплеев для системы ПВО США. Когда было создано ARPA, Ликлайдер смог убедить руковод­ство агентства в том, что новые идеи в области компьютерных технологий имеют непосредственную значимость для противо­ракетной обороны. В 1962 г. его приглашают возглавить техни­ческий отдел обработки информации ARPA3.

ARPA финансирует Энгельбарта, исследовательский коллек­тив которого за время своей работы создал такие эпохальные ком­пьютерные технологии, как текстовый процессор, гипертекстовая система, цифровое видео, видеоконференции и, наконец, знако­мое каждому пользователю устройство ввода графической инфор­мации типа «мышь». Один из учеников Ликлайдера, А. Сазерленд по контракту в ARPA разрабатывал направление компьютерной графики. Переход от текстовой распечатки к графическому дисп­лею оказался одним из ключевых событий в истории эволюции способа взаимодействия человека и компьютера.

Ликлайдер был хорошо знаком с когортой молодых неорто­доксальных компьютерных гениев, сотрудничавших с лаборато­рией искусственного интеллекта при Массачусетском технологи­ческом институте и другими центрами по всей стране. Им не тер-


пелось получить доступ к новым компьютерным ресурсам, недо­ступным гражданским пользователям в эпоху мейнфреймов и пер­фокарт. Многим из них в то время едва исполнилось 20 лет, и они мечтали ни много ни мало изобрести компьютер заново.

В технологии компьютеров первых поколений было два «узких места»: очередь к оператору, осуществлявшему ввод программы в машину, и географическая дистанция между пользователем и ком­пьютером, между одним компьютером и другим. В MIT усилия энтузиастов, финансируемых ARPA, были первоначально сосре­доточены на технологии «разделения времени», позволявшей мно­гим пользователям напрямую взаимодействовать с центральным компьютером через терминал, минуя привычную живую очередь к оператору, осуществлявшему ввод программ. С созданием техноло­гии «разделения времени», решившей первую из двух проблем, возникла идея относительно второй проблемы: если можно соеди­нить терминал пользователя с компьютером в соседнем помеще­нии с помощью медного провода, почему бы не проложить про­вод длиной несколько тысяч километров, соединив пользователей с компьютерами и компьютеры друг с другом в разных городах? Сетевая технология «пакетирования» оказалась естественным от­ветом на этот вопрос.

Конечно, рамки оборонных проектов и военных лабораторий не могли не сдерживать полет мысли первопроходцев сетевых ком­пьютерных технологий. Они мечтали о компьютерах, на которых подготовленный пользователь мог бы играть, как на музыкальном инструменте, в реальном времени. Достигнув определенных резуль­татов в разработке таких компьютеров, их создатели пришли к мысли о возможности их использования в качестве коммуникацион­ных устройств. Однако на этот раз убедить военных в том, что их деньги должны быть затрачены на создание подобных устройств, оказалось невозможным. И вновь политическая история XX в. спо­собствовала тому, что развитие технологий компьютерных сетевых коммуникаций вышло на качественно новую траекторию.

К тому времени как в 1968 г. первый прототип сети ARPANET начал функционировать и развиваться, война во Вьетнаме уже в значительной мере политизировала взаимоотношения Пентагона и научной элиты, сотрудничавшей с ARPA. Прежние звезды ARPA уже создавали собственные компании и руководили исследователь­скими лабораториями, когда новое поколение первопроходцев решило довести начатое дело до конца: превратить компьютеры из промышленных вычислительных машин и научных рабочих стан­ций в умных помощников «для всех остальных». На этот раз ини-


циатива в развитии сетевых компьютерных технологий перешла к частному сектору.

В 1969 г. П. Маккаллах, исполнительный директор компа­нии Xerox, заявил о намерении превратить ее в «информаци­онного архитектора будущего». Он инициировал строительство многомиллионного суперсовременного информационно-вычис­лительного исследовательского комплекса в Калифорнии, по­лучившего название Palo Alto Research Center (PARC), которо­му суждено было стать одним из краеугольных камней в осно­вании легендарной Силиконовой долины. Руководить научными исследованиями Xerox пригласил Р. Тэйлора, А. Кея и ряд дру­гих звезд ARPA.

Эти люди, прежде работавшие в университетах и исследо­вательских центрах в разных концах страны, на протяжении десятка лет трудившиеся над общими проектами под эгидой ARPA, впервые собрались в одном месте как звездная «коман­да мечты». Их обеспечили солидным бюджетом и самым луч­шим оборудованием, а руководство поручили тем, кто разде­лял их видение будущего. Когда они изобретали технологию «разделения времени» и компьютерную графику, многим из них было по 20-25 лет и они были все еще достаточно молоды, чтобы совершить еще одну революцию.

PARC 1970-х годов возрождал идеи Энгельбарта, Ликлайдера и их последователей о создании компьютеров достаточно мощ­ных, компактных и недорогих, способных занять место на рабо­чем столе каждого пользователя, — персональных компьютеров (PC). Новое поколение энтузиастов уже знало, что себестоимость вычислительной мощности падает вдвое каждые два года и что новые технологии производства микрочипов сделают персональ­ные компьютеры экономически рентабельными в течение ближай­ших семи лет. Они знали также, что около семи лет уйдет на то, чтобы спроектировать и создать такой компьютер.

Возникновение Интернета Работая над прототипами персо-

нальных компьютеров будущего,

ветераны ARPA в то же время желали сохранить ту персональную коммуникационную взаимосвязь, которую они открыли для себя, пользуясь закрытой служебной сетью ARPANET. И они создали высокоскоростную сеть Ethernet, связавшую все рабочие компью­теры в комплексе зданий PARC. Идея локальной сети — LAN {Local Area Network) — родилась из этого первого опыта. Здесь же была


разработана технология, позволяющая соединить различные ло­кальные сети посредством шлюзового компьютера с общенацио­нальными сетями, подобными ARPANET. Межсетевая — internet — технология, разработанная в PARC, стала одним из основных ка­тализаторов взрывообразного роста современной глобальной сети, поскольку позволяла соединить многочисленные, растущие как грибы после дождя локальные сети.

И вновь не ведущие специалисты компьютерной индустрии и научного сообщества того времени, а гениальные чудаки и оди­ночки создали доступный большинству персональный компьютер. Не соображения национальной безопасности и не мотив прибы­ли, а желание создать инструмент для изменения мира двигали этими первооткрывателями.

Центрами притяжения новых идей в 1970-е годы становят­ся не сверхсекретные военные лаборатории или офисы про­мышленных гигантов, а студенческие клубы и пивные бары. В Менло-Парке (Калифорния) был основан студенческий ком­пьютерный клуб, в состав учредителей которого входили С. Джобе и С. Возняк. Основав в 1976 г. компанию Apple, они 1 апреля того же года «выпустили на рынок» первый в мире персональный компьютер Apple I. Это изделие, собранное в пу­стующей комнате в доме одного из друзей, предлагалось к про­даже в виде готовой платы, а деревянный корпус счастливому покупателю приходилось изготавливать самому из подручных материалов.

Презентация первого в мире ПК состоялась в клубе Homebrew Computer («Компьютер домашней выделки»), среди завсегда­таев которого в то время ничем особенным не выделялся сту­дент Стэнфордского университета Билл Гейтс.

Уже в следующем, 1977 г., компания Apple выпустила пол­ноценную серийную модель персонального компьютера Apple II, оснащенную цветным дисплеем с разрешением 280 х 192 точ­ки, игровым портом и бытовым кассетным магнитофоном в качестве жесткого диска. Цена нового изделия — 1 298 дол­ларов — вполне устраивала потенциальных потребителей.

Революция персональных компьютеров (PC) представляла со­бой субкультурный прорыв, последовавший спустя десять лет пос­ле бурной эпохи 1960-х. Легендарный С. Джобе провел несколько лет в Индии в поисках истины, создатель знаменитого программ­ного пакета Lotus 1-2-3 М. Капур в свое время был учителем транс-цедентальной медитации. Когда С. Джобе пригласил на работу од-


ного из ведущих менеджеров компании Pepsi, он озадачил его пред­ложением: «Выбирай, что для тебя важнее: продавать подслащен­ную воду для молодежи или изменить мир?»4.

Пионеры PC-революции были на 5—10 лет младше поколения хиппи 60-х, однако они в полной мере впитали идеи раскрепоще­ния личности и бунтарский дух своих старших братьев и сестер. Технология и индустрия персональных компьютеров и РС-ком-муникаций создавались людьми, пережившими крах сексуальной и наркотической революций, и персональный компьютер для мно­гих из них стал талисманом последнего освободительного похода этого поколения. Надкушенное яблоко добра и зла — эмблема ком­пании Apple — символизировало в глазах этих первопроходцев освобождение и приобщение человека к запретному плоду, преж­де доступному лишь узкому кругу избранных «небожителей».

С 1970-х годов сетевые компьютерные коммуникации стано­вятся, пожалуй, самым быстрорастущим и развивающимся тех­нологическим, а теперь и экономическим, культурным и, нако­нец, политическим феноменом второй половины XX — начала XXI столетия. Немалую роль в этом процессе сыграла операцион­ная система UNIX, разработанная в лабораториях Белла в 1969 г., одновременно с появлением на свет ARPANET. UNIX позволяла любому компьютеру автоматически подключаться и обмениваться данными посредством модема с любым другим UNIX-компьюте­ром; тем самым была создана доступная сетевая альтернатива для миллионов компьютеров, не имеющих подключения к высоко­скоростным и дорогостоящим сетям, подобным ARPANET. В 1983 г. группа программистов из Калифорнийского университета, фи­нансируемая ARPA, разработала новую версию UNIX, совмести­мую с интернет-протоколами (TCP/IP). Важнейшую роль сыграл тот факт, что операционная система UNIX была изначально объяв­лена бесплатной для всех потенциальных пользователей, поскольку ее разработка финансировалась из государственного бюджета. Ло­кальные сети, построенные на базе UNIX, стали быстро распро­страняться по всему миру: в университетах, колледжах и органи­зациях. Совместимость программных протоколов давала им воз­можность осуществлять коммуникации друг с другом и с крупными национальными сетями, такими как ARPANET.

К этому времени организационные и финансовые издержки, связанные с функционированием ARPANET, вышли за рамки воз­можностей ARPA. В начале 1980-х годов инициативу берет на себя Национальный научный фонд США (NSF), предложивший ам­бициозный проект по объединению в сеть национальных супер-


компьютеров с целью увеличения их совокупной вычислитель­ной мощности и создания новых приложений. В середине 80-х го­дов XX в. эволюция компьютерных технологий уже перешагнула тот рубеж, когда потребность в использовании суперкомпьютеров выходит за рамки государственных нужд и интересов. Десятки на­учных центров требовали доступа к ресурсам национальных су­перкомпьютеров. Ответом на эти требования и стал новый сете­вой проект NSFNET, связавший суперкомпьютерные центры меж­ду собой и с сообществами их пользователей. NSFNET вошел в строй в 1986 г. и стал основным инфраструктурным компонентом современного Интернета. Их предтеча, сеть ARPANET, была тор­жественно закрыта и демонтирована в марте 1990 г.

В том же 1990 г. в Институте по изучению элементарных частиц в пригороде Женевы заработал первый веб-сервер. Технология WWW (World Wide Web) — наиболее популярный на сегодняш­ний день сервис Интернета — была создана Т. Бернес-Ли и Р. Кейо. В 1993 г. появился популярный веб-браузер Netscape Navigator, сде­лавший Всемирную паутину доступной для миллионов пользова­телей.

Сеть становилась все более значимым ресурсом, и пользовате­ли самых разных родов деятельности стали требовать доступа к ней, даже если их работа не имела прямого отношения к научным исследованиям. Сетевые коммуникационные технологии встали на тот же путь диффузии, который двумя десятилетиями ранее про­делали компьютерные технологии: имевшие первоначально воен­ное значение, они вскоре доказали свою значимость и доступ­ность для ученых и исследователей, затем для крупного бизнеса, позже для малого бизнеса и, наконец, для простых граждан. С 1993 г., по мере того как инфраструктура Интернета частично приватизировалась, были сняты последние ограничения на ком­мерческое и частное использование глобальной сети Интернет.

Конечно, первопроходцы глобального виртуального простран­ства пожинали плоды субсидировавшихся государством исследо­ваний и разработок, поскольку маловероятно, что микрочипы и интерактивные компьютеры могли бы стать доступны людям се­годня, если бы военно-промышленный комплекс несколько де­сятилетий назад не посчитал их необходимыми для националь­ной безопасности. Но энтузиасты-любители, без которых также не было бы сегодняшней глобальной сети, были бесконечно да­леки от интересов национальной безопасности и большой науки. Их интересовало, что человек может сделать со своим компьюте­ром у себя дома, собственными руками и по доступной цене. Если


бы не эти люди, компьютерные и сетевые технологии так и оста­лись бы дорогостоящими атрибутами военных лабораторий, госу­дарственных учреждений и крупных корпораций.

Так, с самого начала важнейшие компоненты и популяр­ные приложения сетевых компьютерных коммуникаций воз­никали скорее вопреки, нежели благодаря замыслам заказчи­ков и спонсоров, «паразитируя» на технологиях, создаваемых для иных целей.

Электронная почта — один из старейших и наиболее попу­лярных по сей день сервисов Интернета — появилась на свет благодаря «злоупотреблению служебным положением» и «не­целевому использованию технических средств». Сотрудники и грантополучатели ARPA, работавшие в различных научных и исследовательских организациях, создавая систему, позволяю­щую нескольким десяткам или сотням программистов на своих рабочих местах напрямую взаимодействовать с центральным сервером, закладывали основание под первые виртуальные общины. Рано или поздно у них возникла бы идея, не вставая из-за стола, обмениваться с коллегами мыслями и находками посредством своих терминалов. Электронная почта появилась благодаря именно такой потребности, как побочный продукт основного проекта.

Глобальная сеть Usenet была создана группой студентов уни­верситета Северной Каролины, искавших доступный по цене способ коммуникации между отдельными компьютерными со­обществами, не обладавшими в то время дорогостоящим и ог­раниченным доступом к высокоскоростным национальным се­тям, таким как ARPANET.

BBS (Bulletin Board System) создали в 1979 г. любители из Чикаго, которым надоело ездить друг к другу через весь город, чтобы перенести программы с одного компьютера на другой. BBS — наиболее простой и дешевый сетевой сервис: достаточ­но установить на домашнем компьютере специальную, как правило, доступную программу и подключить его к телефон­ной сети, чтобы каждый желающий, знающий номер вашего телефона, смог установить удаленный доступ и воспользовать­ся информационными ресурсами вашего компьютера. Техно­логия BBS широко использовалась в начале 1990-х годов в не­коммерческом сегменте Интернета, оказавшись незаменимым инструментом для правозащитных, активистских (в том числе экстремистских) движений и организаций.


 



19-4386




 


ном времени. Телевидение, радио и телефон имеют высокую ско­рость передачи сообщения, однако эффективность этих средств коммуникации ограничена: адресат (например, адресная группа избирателей данного региона) может отсутствовать на месте в силу разницы поясного времени или других причин. Даже факсимиль­ные сообщения могут быть задержаны на занятой телефонной ли­нии. Интернет — единственное средство коммуникации, соединя­ющее в себе скорость спутниковой связи с терпением мальчика-рассыльного, ожидающего у двери появления адресата.

Наряду с этими преимуществами интернет-технологии обла­дают и определенными издержкамипри передаче информации. Прежде дорогостоящие информационно-коммуникационные техно­логии были доступны только политической и деловой элите. Распре­деленные компьютерные сети способствуют дисперсии контроля и власти, а технологии производства компьютерных компонентов сни­жают предельные издержки информации и коммуникации. Возмож­ности распространения, сбора и интерпретации информации бо­лее не являются исключительной прерогативой государства. Хотя производственные мощности компьютерной индустрии довольно дороги, низкие предельные издержки и экономия от масштабов производства электронных компонентов делают персональные ком­пьютеры, факсы, спутниковые принимающие устройства дос­тупными широкой публике по приемлемым ценам.

Фиксированные издержки для индивида, стремящегося стать генератором (а не только получателем) информационных посла­ний, существенно варьируются в зависимости от выбранных ме­диа. Компьютер, стоимость которого исчисляется сотнями долла­ров, располагается где-то в середине спектра, скорее ближе к по­чтовой марке, чем к телевизионной студии. При этом если стоимость почтовой марки (равно как и стоимость минуты эфирного време­ни) постоянно растет, стоимость отдельного послания в сети ра­дикально падает в реальном выражении. Что касается международ­ных коммуникаций, здесь электронная почта не знает себе равных по стоимости послания, даже в сравнении с телефоном, телегра­фом или факсом.

Отметим преимущества Интернета перед другими средствами передачи информации, имеющими политические и географичес­кие ограниченияв ее распространении. География ограничивает традиционные средства коммуникации физически, в то время как государственные институты ограничивают их функционально. Тра­диционные средства массовой информации способны покрывать значительные площади земной поверхности, однако их инфраструк­тура (издательские, вещательные мощности) относится к катего-292


рии недвижимости. Сотовые телефоны, спутниковые системы, ви­деокамеры и другие новейшие коммуникационные достижения идут в ногу со временем, однако в отношении географической независи­мости они все еще несопоставимы с глобальными компьютерными сетями. Обмен информацией в архитектуре Интернета осуществля­ется таким образом, что географическое положение и национально-государственная принадлежность как источника, так и адресата по­слания перестает быть сколь-нибудь значимым фактором. В отличие от обычного почтового ящика электронный почтовый ящик досту­пен его владельцу, в какой бы точке планеты он ни находился.

Традиционные средства коммуникации зависимы от пропуск­ной способности «критических узлов». Это дает государству воз­можность контролировать поток информации и вмешиваться в него. В противоположность этому сетевая архитектура Интернета была изначально спроектирована таким образом, чтобы исключить за­висимость от критических узлов и централизованного контроля, обеспечить функционирование информационного обмена даже в ситуации целенаправленных внешних атак и искусственных помех. Благодаря технологии маршрутизации и переадресации пакетов данных Интернет интерпретирует цензуру в том или ином узле как помеху и просто обходит данный узел.

Несомненны преимущества Интернета и в плане содержатель­нойобработки информации. Для традиционных средств коммуника­ции всегда была актуальна дихотомия содержания: образ против струк­турированных данных. Людям удобнее общаться посредством обра­зов: визуальных, звуковых или осязаемых. Образы способны вызывать эмоциональную реакцию, превосходящую ту, что вызвает «голая» информация. Именно с этим связан так называемый эффект CNN. Образная информация лучше откладывается в памяти.

Структурированные данные имеют свои преимущества. Они пла­стичны (ими можно манипулировать), доступны машинному чте­нию, поддаются вызову из базы данных, фильтрованию, упорядо­чению, изменению и повторной передаче в измененном виде, что недоступно образной информации. Изобретение факса в свое вре­мя открыло возможность передачи визуальной и текстовой инфор­мации по телефонным сетям. Однако информация, получаемая посредством факса, не поддается машинному чтению, манипули­рованию и повторному использованию, поскольку, хотя и пере­дается в виде электронных битов, по сути, является набором чер­ных и белых точек. Только цифровые компьютерные технологии снимают эту дихотомию образной и структурированной информа­ции. Благодаря свойству мультимедийности в одном пакете дан­ных, путешествующем по компьютерным сетям, можно переда-



 


рования демократического процесса: право обращения с петиция­ми к властям соответствует диалоговому типу коммуникаций между гражданами и государством; свобода слова обеспечивает демокра­тический монолог, распространение информации; свобода собра­ний закрепляет многосторонние связи в публичных дебатах.

Многостороннее качество публичных дебатов обеспечивается тогда, когда каждый участник имеет возможность слышать и быть услышанным. Демократические архетипы — народные собрания в Древней Греции, Великом Новгороде и колониальной Новой Ан­глии — примеры такого рода коммуникации. В современных де­мократиях подобные народные собрания в физическом простран­стве и времени неосуществимы, традиционные коммуникацион­ные технологии — телевидение, телефон и т.д. — не способны адекватно технически обеспечить их. Только виртуальное простран­ство сетевых коммуникаций дает такие возможности.

С началом информационной (цифровой) революции происхо­дит размывание границ между коммуникациями различных типов и технологий, между телефоном, телеграфом и телевидением, ра­дио и прессой. Единый физический носитель — провода, оптико­волоконные кабели или микроволны — способен нести одновре­менно такого рода сообщения, которые в прошлом были жестко разделены между отдельными медиасредствами. Функциональная специализация коммуникационных медиа исчезает, ей на смену приходит мультимедийность. Сетевой компьютер может функцио­нировать и как телевизор, и как телефон, и как газета (и даже как радио).

Вернемся к нашему рисунку. Идеал демократии располагается в его правом верхнем углу, соответствуя положению, когда идеи свободно конкурируют на общественно-политическом рынке, уча­стники которого — производители и потребители информации. Прогресс компьютерных технологий должен коррелировать с рас­ширением доступа населения к интерактивным коммуникациям.

Отличие современного этапа информационно-коммуникацион­ной революции состоит в том, что срединная область между двумя осями в нашей системе координат более не является вакантной, не занятой




Читайте также:
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Модели организации как закрытой, открытой, частично открытой системы: Закрытая система имеет жесткие фиксированные границы, ее действия относительно независимы...
Как распознать напряжение: Говоря о мышечном напряжении, мы в первую очередь имеем в виду мускулы, прикрепленные к костям ...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (336)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.01 сек.)