Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Теория социального научения




Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Концепции агрессии, разработанные в русле теорий социального научения, ведут свое происхождение от теоретических представлений 5—й-типа (прежде всего от Халла): в них различным образом определяются и по-разному связываются между собой компоненты поведения, ответственные за его побуждение и направление. Наибо­лее влиятельными представителями этого течения являются Берковиц и Бандура. Первоначально Берковиц (Berkowitz, 1962) стоял на позициях, тесно связанных с фрустрационной теорией агрессии. Отказавшись от не выдерживающего критики постулата о том, что фрустрация всегда ведет к агрессии, он ввел две промежуточ­ные переменные, одна из которых относилась к побуждению, а другая — к направ­ленности поведения, а именно гнев (как побудительный компонент) и пусковые раз­дражители (запускающие или вызывающие реакцию ключевые признаки, releasing or eliciting cues). Гнев возникает в том случае, когда достижение целей, на которые направлено действие субъекта, блокируется извне. Однако сам по себе он еще не ведет к поведению, определяемому побуждением данного типа. Чтобь гэто поведе­ние осуществилось, необходимы адекватные ему пусковые раздражители, а адекват­ными они станут лишь в случае непосредственной или опосредованной (например, установленной с помощью размышления) связи с источником гнева, т. е. с причиной фрустраций. Таким образом, основополагающей для Берковица здесь оказывается концепция поведения как следствия толчка (push), вписывающаяся в парадигму классического обусловливания. Сам он приводит следующее определение:



«Сила агрессивной реакции на какое-либо препятствие представляет собой совмест­ную функцию интенсивности возникшего гнева и степени связи между его побуди­телем и пусковым признаком» (Berkowitz, 1962, р. 33).

Рис. 10.3.Схема различных теорий агрессии. Гипотетические конструкты заключены в рамку

(Bandura, 1973, р. 54}

Позднее Берковиц (Berkowitz, 1974, 1984) расширил и видоизменил свою ме­ханистическую концепцию толчка, соответствующую лоренцовской модели врож­денного запускающего механизма. Согласно первой модификации модели (1974 г.) пусковой раздражитель уже не является необходимым условием перехода от гне­ва к агрессии; агрессия может вызываться и раздражителями, связанными с под­крепляющей функцией последствий агрессивных действий. Иными словами, в ка­честве дополнительной опоры своей концепции Берковиц привлекает парадигму инструментального обусловливания. Кроме того, предполагается, что появление релевантных агрессии ключевых раздражителей может повысить интенсивность агрессивного действия; например, замечание оружия в ситуации, воспринимаемой человеком как провокационная, — так называемый эффект оружия (Berkowitz, LePage, 1967).

Вторая модификация стимулировалась когнитивно-психологическими пред­ставлениями и результатами новейших исследований памяти, согласно которым восприимчивость к информации, подобной встреченной ранее, возрастает (эффект загрузки), и даже слабо связанные с ней содержания могут от этого выиграть, ибо семантические сети активируются и остаются активными в течение некоторого времени (эффект распространения). Такой способ рассмотрения представляется более адекватным для понимания побуждающего воздействия средств массовой информации, чем прежние объяснения, исходившие из теории стимула и реакции. Согласно этому «когнитивному неоассоцианизму», образ агрессивного действия активизирует семантически родственные ему представления, которые, в свою оче­редь, заставляют переоценить распространенность такого рода активности в обще­стве (предположительно, на основе «эвристики доступности», ср.: Tverski, Kalmeman, 1973), так что человек лишается сдерживающих механизмов, препятствующих осу­ществлению им самим такого рода действий.

Бандура (Bandura, 1973) больше ориентировался на парадигму инструменталь­ного обусловливания, причем центральное место он отводит научению путем на­блюдения за образцом. По его мнению, эмоция гнева не является ни необходимым, ни достаточным условием агрессии. Поскольку гнев представляет собой с точки зрения Бандуры всего лишь состояние возбуждения, которое идентифицируется как гнев лишь постфактум, всякое эмоциональное возбуждение, идущее от нега­тивно воспринимаемой стимуляции (скажем шум, жара), может влиять на интен­сивность агрессивных действий, если только действие вообще будет развиваться по пути агрессии. Протекание такого действия не связано с простым запуском услов­ных реакций, зависящих от предвосхищаемых последствий возможных действий, и никакое состояние эмоционального возбуждения, никакой побудительный компо­нент не являются для него необходимыми. Теоретическая позиция Бандуры, буду­чи многокомпонентной, ориентированной на теорию привлекательности концеп­цией поведения в духе притяжения (pull), представляет собой синтез идей теории научения и когнитивных теорий мотивации. В первую очередь поведение опреде­ляется привлекательностью предвосхищаемых последствий действий. К числу та­ких решающих дело последствий относится не только подкрепление со стороны других людей, но и самоподкрепление, зависящее от соблюдения внутренне обя­зательных для личности норм поведения. Поэтому при одних и тех же особенностях ситуации вместо агрессии может быть выбрано действие совершенно иного рода, например: подчинение, достижение, отступление, конструктивное решение про­блемы и т. д.

Основные положения концепций Фрейда, Лоренца, Берковица и Бандуры в виде несколько упрощенных схем представлены на рис. 10.3. Более поздние теоретические подходы, базирующиеся на теории социального научения, в значительной мере объ­единяет отказ от подчеркнутой простоты и строгости S—R- механизма за счет расши­рения роли когнитивных процессов в осмыслении ситуационной информации — тенденция эта восходит к Хайдеру (Heider, 1958). К этим процессам относятся атри­буция состояний эмоционального возбуждения, интерпретация намерений других людей, объяснение как своего, так и чужого действия диспозициональными или ситуационными факторами, обозначение поведения как агрессии (Dengerink, 1976) и эффект обдумывания представляемого насилия (Berkowitz, 1984):

Наряду с Берковицем и Бандурой среди авторов, сыгравших значительную роль в разработке данного направления, следует упомянуть Фешбаха (S. Feshbach, 1964, 1970, 1974). Как мы уже видели, он внес существенный вклад в уточнение понятия «агрессия», а в более поздних работах и в выявление условий возникно­вения агрессии и индивидуальных различий агрессивности, соотнеся последние с общим когнитивным развитием. Фешбах придерживается точки зрения, очень близкой типичным когнитивно-личностным и мотивационно-психологическим концепциям, таким как концепции Корнадта (Kornadt, г974, 1982b) и Олвеуса (Oiveus, 1972), рассмотрению которых посвящен один из последующих разделов.

Экспериментальное изучение агрессии

Во второй половине 1950-х гг., еще до появления работ Басса (Buss, 1961) и Берко­вица (Berkowitz, 1962), стимулировавших лабораторные экспериментальные ис­следования агрессии, были приложены большие усилия для измерения индиви­дуальных различий агрессивности в терминах тенденций стремления-избегания, прежде всего с помощью методик, основанных на ТАТ (см.: S. Feshbach, 1970, р. 180-184). Данные, полученные с помощью различных ключевых категорий анализа содержания рассказов ТАТ, сопоставлялись с прямыми показателями агрессивно­го поведения (например с оценками других людей, с наказуемыми проступками). В результате возникла довольно сложная картина, противоречивость которой была устранена лишь после того, как исследователи с помощью ТАТ занялись вычле­нением тенденции подавления агрессии, рассматривая ее как регулятор открыто агрессивного поведения. В начале 1960-х гг., т. е. после разработки лабораторных экспериментальных исследований, в которых до сих пор индивидуальные разли­чия никак не изучаются, эти усилия сошли на нет. И только в 1970-е гг. возобно­вились попытки диагностики мотива агрессии, но уже посредством проективных методик (Oiveus, 1972; Kornadt, 1974).

Экспериментальное исследование агрессии началось с поисков ответа на один нелегкий вопрос. Как, возбуждая агрессивность в лабораторном эксперименте, контролировать условия ее возникновения, измерять ее воздействие на поведение и не причинять при этом страдания испытуемым и не нарушать этических прин­ципов? Как правило, испытуемый получает инструкцию, предписывающую ему осуществить электроразряд на другом человеке, выполняющем какое-либо зада­ние. (В действительности этот человек, будучи помощником экспериментатора, никакого удара током не получал.) Разумеется, чтобы побудить испытуемого на­казывать другого человека, требуется какой-либо фиктивный повод. Рассмотрим три экспериментальные процедуры, обычно применявшиеся в этих опытах. Пер­вой из них была «машина агрессии» Басса (Buss, 1961). Испытуемый с помощью электроразряда различной интенсивности должен был сообщать другому чело­веку, который в том же или в соседнем помещении выполнял задание на научение, о допущенных тем ошибках. Испытуемым говорилось, что таким образом они смо­гут оказывать влияние на успешность научения другого человека. Как правило, они могли выбирать из 10 степеней интенсивности электроразряда (минимальная из них должна была означать успех). Помимо силы тока зависимыми переменными выступали количество, продолжительность и латентное время наказаний; послед­нее, скорее, отражало импульсивные тенденции наказывающего (Berkowitz, 1974). Вторая процедура (Berkowitz, 1962) с незначительными изменениями повторяла первую. Испытуемый должен был оценить работу (например сочинение) другого и выразить свое мнение ударом тока определенной интенсивности. Удар током осуществлялся под предлогом обратной связи, направленной на улучшение резуль­татов, и мог, как и в случае «машины агрессии», истолковываться в качестве просоциального акта (что и происходило на самом деле) (см.: Baron, Eggleston, 1972). В последнее время было проведено также немало исследований, в которых вместо электроразряда использовались шумы различной силы, превосходящей болевой порог (Fitz, 1976).

Третья процедура — выполнение задания на скорость реакции — была предложе­на Тейлором (S. Taylor, 1965,1967). Испытуемые-мужчины соревновались с подстав­ным партнером. Перед каждым туром им предлагалось выбрать один из 5 вариантов интенсивности тока, который они могли применить по отношению к сопернику, если время реакции последнего превосходило время реакции испытуемого. Испытуемым сообщалось, что их «противник» будет вести себя точно так же.

Типичными вариациями условий во всех трех процедурах являются предвари­тельное оскорбление человеком, которого испытуемый затем должен ударять то­ком, интенсивность тока, которую намеревался применить другой человек, и ожи­дание того, что роли переменятся и оппонент сможет отомстить. Введение пред­варительного оскорбления соединяет инструментальную агрессию с враждебной. Актуализованная агрессивность контролировалась главным образом с помощью опроса, направленного на выяснение ее типа, степени и состава (результаты опро­са, разумеется, соотносились с последующей силой ударов током). Применявшие­ся в этих исследованиях экспериментальные ситуации были весьма искусственны­ми. Поэтому осталось неясным, в какой мере полученные результаты обладали внешней (экологической) валидностью, иначе говоря, сохраняли или нет выявлен­ные взаимосвязи свою силу для ситуаций повседневной жизни. Удар током был выбран исследователями в качестве формы наказания, поскольку он хорошо со­ответствовал строго бихевиористскому определению агрессии Басса и посколь­ку причинение физической боли считалось существенным признаком нападения. Однако в действительности все было не так. В частности, в ситуации перемены

ролей не было обнаружено никаких различий в силе ответных ударов током в тех случаях, когда до этого испытуемый получал от своего противника реальные уда­ры током или когда он просто узнавал, током какой интенсивности противник на­мерен его ударить (Schuck, Pisor, 1974). Кроме того, сомнения вызывает и внутрен­няя валидность результатов, полученных при помощи машины Басса (см.: Капе, Joseph, Tedeschi, 1976; Werbik, Munzert, 1978).

Лишь в очень немногих1 исследованиях испытуемые не включались в структу­ру весьма искусственного механизма наказания электротоком, а вовлекались в со­бытия, искусственность которых была заметна далеко не сразу (Kornadt, 1974). Однако в этих случаях всегда остается проблематичной этическая сторона дела, даже когда после эксперимента испытуемым все объясняют. Как показывают ре­зультаты уже рассмотренного исследования Бандуры и его коллег (Bandura et al, 1975), для многих испытуемых то, что им приходится делать, представляется со­мнительным с моральной точки зрения.




Читайте также:
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...
Модели организации как закрытой, открытой, частично открытой системы: Закрытая система имеет жесткие фиксированные границы, ее действия относительно независимы...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (318)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.007 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7