Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


ОБЩЕСТВО, КУЛЬТУРА И ЛИЧНОСТЬ В СОЦИОЛОГИЧЕСКОМ РАССМОТРЕНИИ 3 страница




По плотности стратификационные изменения делятся на единичные и групповые. В первом случае из одного слоя в другой перемещаются единицы- отдельный инженер, врач, офицер, ра­бочий и т.п., а в другом - целая социальная группа. Такие группо­вые восхождения и нисхождения случаются чаще всего во время революций, контрреволюций или других крупных трансформаций в обществе Например, до революции 1917 г. в России занимать высокое положение при императорском дворе Романовых означа­ло иметь самый высокий социальный ранг. Ниспровержение этой династии в вихре революционных потрясений привело к социаль­ному нисхождению связанных с нею социальных рангов. Наобо­рот, большевики в России до Октябрьской революции не имели общепризнанного высокого социального положения. А в результа­те распада КПСС и развала СССР бывший верхний слой партгос-


номенклатуры утратил свое привилегированное положение на са­мом верху стратификационной иерархии, зато в процессе транс­формации социально-экономического строя на вершину экономи­ческой стратификации поднялись так называемые «новые рус­ские», «новые белорусы» и др., а командные высоты в политиче­ской стратификации заняли новые политические группировки, победившие на президентских и парламентских выборах. Индиви­дуальные и коллективные формы восходящих и нисходящих пото­ков в социальной мобильности образуют сложную конфигурацию социальных перемещений, изображенную схематично на рис. 15.

Исторический опыт свидетельствует, что социальная стра­тификация может иметь различную внутреннюю структуру, вы­званную различиями в интенсивности и всеобщности горизон­тальной и вертикальной мобильности, а последние зависят от типа общества. В обществах так называемого «закрытого» типа (напри­мер, в тоталитарных системах) социальная стратификация и ее ди­намическое воплощение в социальной мобильности имеют пира­мидальную форму. В таком типе общества на верхушке стратифи­кационной иерархии находится узкий социальный слой (скажем, партгосноменклатура в СССР), а подавляющее большинство соци­альных групп - рабочие, крестьяне, интеллигенция, служащие -составляют нижние, гораздо более обширные этажи социальной пирамиды.

Общества так называемого «открытого» типа, или демокра­тические, обладают иной формой социальной стратификации -ромбовидной. Это связано с резким возрастанием в них численно­сти так называемого среднего класса, который, по некоторым под­счетам, составляет около 60 % населения США. Что касается Бе­ларуси и других стран СНГ, то в настоящее время «средний класс» включает в себя примерно 18-20 % населения, хотя по мере дви­жения общества к социально ориентированной рыночной эконо­мике он будет неуклонно возрастать, обеспечивая стабильность такого общества и его социальной структуры. В состав форми­рующегося и расширяющегося «среднего класса» в нашем совре­менном обществе входят средние и мелкие предприниматели, биз­несмены, менеджеры, научно-техническая интеллигенция и высо­коквалифицированные рабочие, которые в наибольшей мере заин­тересованы в обеспечении социально-экономической и полити­ческой стабильности, а, следовательно, стабильности и одно­временно динамичности социальной структуры.



 


В переходный период, в условиях кризиса, сотрясающего постсоветские общества, обычная для нормального, бескризисного социально-экономического развития субординационная взаимо­связь компонентов стратификационного процесса нарушается, в нее внедряются элементы хаоса, дестабилизации, непредсказуемо­сти. В результате происходит не столько реконструкция, т.е. пере­страивание совершенно по-новому, сколько деконструкция - раз­рушение старой, по-своему стройной, стратификационной систе­мы при неупорядоченном возникновении и развитии новой, во многом социально порочной и патологичной. Часть элементов старой стратификационной системы — рабочие, крестьяне, служа­щие, интеллигенция - сохраняется, но возникают новые стратифи-кационые слои, в том числе коррумпированные и паразитические. Основным стратифицирующим критерием в обществе становится масштаб присвоения собственности, а население все более отчет­ливо и резко стратифицируется на узкий социальный слой богатых и широкие массы бедных, даже нищенствующих, людей. В Бела­руси, в частности, две трети населения существуют на грани вы­живания и за чертой бедности, а основные богатства сосредоточи­ли в своих руках 2-3 % наиболее предприимчивых и ловких дель­цов, сумевших разными путями присвоить непомерно большую долю прежде общественной собственности, ставшей частной. Что же входит в состав действующих в современном переходном об­ществе экономических критериев стратификации?

Первое по значимости место среди этих критериев, несо­мненно, занимает владение капиталом, приносящим прибыль. Не­отъемлемые от кризисного состояния общества социально-эко­номические деформации приводят к тому, что наиболее прочным финансовым могуществом располагают ныне не те лица и группы, которые вкладывают капитал в производство, а те, кто действуют в банковской сфере, производя и воспроизводя в расширенных размерах ростовщический капитал. Этот узкий, привилегирован­ный в экономическом отношении слой составляют люди, владею­щие большими богатствами и в силу этого способные позволить себе все - строительство роскошных коттеджей не только на роди­не, но и в дальнем зарубежье; владение несколькими квартирами, ресторанами, кафе и другой недвижимостью, автомобилями ино­странных марок; путешествия и отдых на побережье теплых мо­рей; учебу своих детей в престижных и дорогостоящих универси­тетах США, Англии, Германии и т.п.


Второй экономический критерий, характерный для переход­ного состояния общества, составляет причастность к процессам перераспределения общественного богатства в результате разгосу­дарствления и приватизации собственности, ее акционирования, перекупки и т.п. В результате развертывания данного сложного и противоречивого процесса наряду с частной и общественной соб­ственностью, в том числе и крупной, возникают такие виды него­сударственной собственности, как акционерная, корпоративная, кооперативная, групповая и др. В зависимости от обладания тем или иным видом собственности, а также от масштабов подобного обладания, определяются социальный статус и социальная роль, т.е. основные стратифицирующие характеристики индивида или социальной группы. Этот слой более широкий по своему составу, а также более разнообразный по своим имущественным, возрас­тным, социокультурным признакам, чем только что нами описан­ный. Наряду с богатыми и очень богатыми людьми в нем пред­ставлены и люди сравнительно небогатые. При всем разнообразии социальных черт, отличающих их друг от друга, объединяются они в одну социальную группу именно тем, что сумели в довольно сжатые сроки, благодаря предприимчивости, связям, готовности идти на риск и т.п., использовать процессы разгосударствления и приватизации в целях приобретения большего или меньшего стар­тового капитала для перехода в социальный слой предпринимате­лей. Верхняя, наиболее могущественная в финансовом отношении часть этого слоя, представляющая из себя хорошо видимую вер­хушку предпринимательского айсберга (так называемые «новые русские», «новые белорусы»), по своему социальному статусу практически смыкается с верхушкой наиболее удачливых дельцов, сумевших быстро нажить ростовщический капитал в условиях развала прежней экономической системы и появления широких возможностей для финансовых махинаций в период политического и экономического безвременья в Беларуси в 1992-1994 гг. Верши­ну предпринимательской и политической элиты подпирает совсем не отказавшаяся от стремления забраться на эгу вершину более многочисленная и разношерстная в социально-экономическом и политическом отношении группа предприимчивых людей, хорошо и с выгодой для себя ориентирующаяся в быстро изменяющихся условиях с трудностями и сложностями складывающихся рыноч­ных отношений. Средний возраст этой группы гораздо меньший, чем предыдущий (35 лет против 50), что дает ей серьезные шансы


на продвижение к желанной цели в более или менее близкой пер­спективе. Однако такое продвижение, связанное со сменой эконо­мических и политических эли г, не может в кризисном обществе осуществляться бескризисно, безболезненно и бесконфликтно.

Еще одним значительным критерием стратификационной дифференциации в современном постсоветском обществе является уровень личного дохода и потребления. Расхождения между выс­шими и низшими уровнями доходов в обществе, осуществляющем переход к рыночной экономике, не только весьма существенны, но и все более возрастают.

В 1990 г. доля доходов, полученных от официально не учи­тываемой тогда предпринимательской деятельности, составляла менее 2 % во всем объеме доходов, полученных населением Бела­руси, а в 1999 г. она возросла в 6 раз и превысила 12 %. При этом следует учесть, что за те же годы общее падение реальных доходов населения республики в целом (без учета его имущественной дифференциации) превысило 44%, т.е. произошло фактическое снижение их почти вдвое. В 1990 г доля населения республики, имеющего доход на уровне минимального потребительского бюд­жета, составила всего 3 %, а в 1999 г. она возросла до 80 %. Одно­временно отношение среднего дохода 10% наиболее богатых се­мей к среднему доходу 10 % самых бедных семей возросло с 3 раз в 1990 г. до 9,8 раз в 1999 г.

Происходит массовое обнищание населения республики за счет размывания средних слоев и сближения их в имущественном отношении с беднейшими группами населения. Наряду с немного­численной, исчисляемой примерно в 3 %, группой так называемых «новых белорусов», появились «новые бедняки», - те, кто раньше никогда не относился к этой социальной группе, в том числе ра­ботники сферы культуры, учителя, врачи. Перемещение больших групп населения из высоко- и среднеобеспеченных в малообеспе­ченные, отождествляемые с понятием «бедных», привело к нарас­танию обеспокоенности не только отдельных индивидов, но и це­лых их социальных общностей многими, в том числе и наиболее важными сторонами их повседневной жизнедеятельности. В ходе опроса, проведенного в 1999 г., выяснилось, что более 2/3 респон­дентов- 67,7% из 1209 опрошенных- в наибольшей степени обеспокоены низким уровнем доходов, а каждый третий встрево­жен социальной незащищенностью. Менее половины квалифици­руют материальное положение семей как удовлетворительное, толь-190


ко 8,7 % - как хорошее, а 42,2 % - как плохое. Чрезмерно большое количество респондентов (69,9 %) считают, что они вправе рас­считывать на материальную помощь. Конечно, в последнем случае сказывается живучесть в нашем обществе отживших свой век па­терналистских иллюзий («государство поможет»), но нельзя не видеть за этой картиной широко распространенных ожиданий и реальной проблемы - резкого снижения уровня доходов, перехода не отдельных граждан, как это было в советское время, а довольно широких слоев за черту бедности.

Проблема бедности, хотим мы это признать или не хотим, становится весьма актуальной в нашем обществе, осуществляю­щем сложный переход к рыночной экономике, тем более, как это было заявлено во всех программах, - к социально ориентирован­ной рыночной экономике Представить всю масштабность и дра­матизм этой проблемы можно, лишь сопоставив уровень сего­дняшней бедности с тем, что было в дореформенное время (отме­тим в скобках, что уровень бедности определяется как процент людей с денежными и натуральными доходами ниже черты бедно­сти, которая, учитывая возраст человека, число и демографиче­скую характеристику людей, живущих в доме, определяется как минимальный доход, необходимый для сносного существования, основанного на минимально необходимой «потребительской кор­зине»). До развала СССР бедность в Беларуси, являвшейся одной из наиболее экономически развитых республик страны, не превы­шала 1 % по отношению к общей численности населения, а в 1999 г. она превысила, по официальным данным, 36 %, а в реаль­ности, по-видимому, достигла значительно больших размеров.

В постсоветском обществе существенно расширяется сегь критериев стратификационной динамики. Наряду с издавна дейст­вующими экономическими, политическими, социокультурными факторами приобретают критериальный статус факторы «тене­вые» (нелегальный бизнес, прес1упность) и маргинализационные Если первые из них подталкивают преуспевающих в соответст­вующих сферах деятельности индивидов к верхним ступеням иму­щественной и социально-статусной лестницы, то вторые, наобо­рот, сталкивают не адаптировавшихся к новым социально-эконо­мическим условиям людей на социальное «дно».

Обобщение статистических материалов и данных социоло­гических исследований позволяет сделать вывод, что реальное

19J


распределение населения Беларуси по различным группам, разли­чающимся имущественным положением выглядит следующим об­разом:

1) богатые люди, составляющие примерно 1,5 % от общего
количество населения;

2) состоятельные, могущие позволить многие дорогостоя­
щие покупки, совершать путешествия, отдыхать в дорогих санато­
риях и т.п. (5-6 %);

3) обеспеченные (8-9 %) ощущают ограничения при приобре­
тении дорогостоящих вещей типа автомашины или компьютера, по­
сещении ресторанов, осуществлении зарубежных путешествий и т.п.;

А) среднеобеспеченные (около 14%) характеризуются гем, что у них начинают появляться свободные деньги и в соответствии с приоритетами семьи возрастает вариативность денежных затрат, приходится делать выбор: либо бытовая техника, либо добротная одежда, либо хорошее питание, но очень редко и то, и другое, и третье разом;

5) малообеспеченные (примерно 17%) не могут купить бы­
товую и иную дорогостоящую технику или позволить себе приоб­
рести деликатесы. Они ощущают серьезные затруднения при по­
купке одежды, посещении театров, концертов, кинотеатров и т.п.;

6) бедные (примерно 46 %) только изредка могут себе позво­
лить покупать мясо, фрукты, одежду; они не в состоянии оплачи­
вать учебу детей, посещать театры, кафе и т.п.;

1) нищие (7 %) - находятся на грани выживания, не в со­стоянии покупать мясо, сладости, новую одежду для детей, а тем более для себя; часто живут за счет подаяния, нередко становятся частыми посетителями помоек.

Эта социоструктурная иерархия, воплощающая в себе иму­щественное расслоение населения, взаимодействует с иерархиче­ской структурой, построенной по социально-статусным критери­ям. Их субординационный ряд приобретает такой вид:

1) на вершине стратификационной пирамиды находится
высший слой - новая элита, в состав которой входят богатые пред­
приниматели (владельцы банков, частных крупных фирм и др.),
высшие должностные лица в ранге министра и выше. Это факти­
чески новая буржуазия и высшая государственная бюрократия;

2) высший средний спой- средние и мелкие предпринимате­
ли, директорский корпус, популярные художники, артисты, теле-


 


комментаторы, крупные ученые, владельцы частных больниц, сто­матологических кабинетов и др.;

3) средний средний слой - профессура, врачи и юристы, име­
ющие частную практику, руководители отделов (служб) крупных,
эффективно работающих предприятий, старшие офицеры и др.;

4) низший средний слой - учителя, линейные (рядовые) ин­
женеры, работники учреждений культуры, младшие офицеры, ква­
лифицированные рабочие и т.п.;

5) низший слой- малоквалифицированные рабочие, крестья­
не, служащие, сержантский состав вооруженных сил и правоохра­
нительных органов и др.;

6) паразитические слои — мафиозные группы, рэкетиры, гра­
бители, вымогатели, участники бандитских формирований, колду­
ны, гадалки, проститутки и т.п.;

7) маргинальные слои — опустившиеся на социальное дно из
различных социальных групп нищие, бомжи, беженцы, вынужден­
ные переселенцы, беспризорные подростки и т.п.

Выделенные семь ступеней в каждой из рассмотренных ие­рархий социокультурной дифференциации не всегда совпадают с соответствующим уровнем другой иерархии, а это еще более ус­ложняет динамику социальной структуры современного постсо­ветского общества, делает непредсказуемыми возможные ее изме­нения.

В большинстве случаев верхние ступени социально-иму­щественной иерархии совпадают с верхними ступенями социаль­но-статусной стратификации (богатые люди, как правило, относят­ся, к высшему социальному слою), а низшие - бедные и нищие - с низшими социально-статусными слоями - маргинальными. Одна­ко такое совпадение происходит не всегда, вследствие чего выде­ленные семь ступеней в каждой из рассматриваемых матриц не в полном своем объеме коррелируют с соответствующими уровнями другой матрицы, а это еще более усложняет динамику социальной структуры современного постсоветского общества, вносит в нее элементы нелинейности, хаотичности, непредсказуемости. И все же, если изобразить проанализированные тенденции социально-стратификационных трансформаций в схематичном виде, то две сочлененные матрицы (А и В) с их семеричными градациями при­мут вид, изображенный на рис. 16.


 


7 Зак 2030




 


Кроме названных критериев стратификационной динамики в современном обществе важное значение имеют и социокультур­ные индикаторы социальной стратификации. К наиболее важным социокультурным критериям структурной дифференциации в со­временном обществе относятся:

1) этнонационалъные (дифференциация на белорусов, рус­
ских, украинцев, поляков, литовцев, евреев, татар и т.п.);

2) мировоззренческие (верующие, неверующие, колеблю­
щиеся между верой и неверием, атеисты);

3) религиозно-конфессиональные (православные, католики,
протестанты, мусульмане и др.);

4) образовательные (лица с высшим, средним, неполным
средним образованием и др.);

5) духовно-культурные (поборники народной, элитарной, мас­
совой культуры, субкультуры, псевдокультуры, контркультуры);

6) идейно-почитические (приверженцы либерально-демокра­
тической, коммунистической, праворадикалистской идеологии и
т.п.);

7) ценностноориенпищиоиные (приверженцы религиозной,
внерелигиозной морали, нравственного релятивизма, аморализма
и т.п.)

Эти семь индикаторов находятся в еще более сложной и противоречивой взаимосвязи как между собой, так и с каждым из стратификационных критериев прежде рассмотренных двух ие­рархий — имущественной и социально-статусной, а многомерность их взаимосвязей, разумеется, в упрощенном, схематизированном виде, воплощена в рис. 17 Многообразие взаимопересекающихся связей и взаимодействий трех выделенных групп индикаторов предопределяет сложную, неустойчивую, развивающуюся по прин­ципам нелинейности панораму социально-стратификационных из­менений в современном постсоветском белорусском и российском обществе. Упорядочить эти изменения, вывести их из хаотическо­го состояния и придать черты гармоничности возможно только на путях реализации идеи обеспечения динамичного и устойчивого развития общества, формирования в нем подлинно социального правового государства, создающего не только предпосылки, но и политические, экономические, правовые, социальные гарантии обеспечения благополучия, высокого социального и духовного развития личности в стратификационно-структурном пространстве общества.



 


2. Бабосов Е.М. Беларусь после «Беловежского развода». Как и почему
происходит расслоение нашего общества //Беларуская думка. 1996. № 1.

3. Беляева Л.А. Средний класс российского общества: проблемы обретения
социального статуса //Социологические исследования. 1993. № 10.

4. Блау П.М. Различные точки зрения на социальную структуру и их об­
щий знаменатель //Американская социологическая мысль. Тексты.
М, 1996.

5. Гидденс Э. Социология. Гл 7. М., 1999.

6. Кули Ч. Первичные группы //Американская социологическая мысль.
Тексты. М., 1996.

7. Комаров М.С. Введение в социологию. Гл. IV. М., 1994.

8. Кравченко А.И. Социология Разд. IV. Социальная структура и стра­
тификация. М., 2001.

9. Мертон Р.К. Социальная теория и социальная структура //Социоло­
гические исследования. 1992. № 2.

10. Парсонс Т Функциональная теория изменения //Американская со­
циологическая мысль. Тексты. М., 1996.

11. Попова И.П. Новые маргинальные группы в российском обществе
//Социологические исследования. 1999. № 7.

12. Смелзер Н. Социология. Гл. 3. Разд. 1. Социальная структура. М., 1994.

13. Сорокин П. Социальная и культурная мобильность. Разделы: «Соци­
альная стратификация», «Экономическая стратификация», «Полити­
ческая стратификация», «Профессиональная стратификация», «Соци­
альная мобильность, ее формы и флуктуации» //Человек, цивилиза-

( ция, общество. М., 1992.

14. Тихонова Н.Е. На пути к новой стратификации российского общест­
ва//Социологические исследования. 1998. № 3.

15. Фролов С.С. Социология. Гл. 13. М, 1996.

16. Щепаньский Я. Элементарные понятия социологии. М., 1969.

Глава 16. СОЦИАЛЬНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА ОБЩЕСТВА

Все явления и процессы в обществе протекают в определен­ном социальном пространстве. Одной из основных характеристик структурирования общества является его территориально-прост­ранственная организация. Люди и социальные группы дифферен­цируются в обществе не только по их социальному статусу и соци­альной дистанции между этими статусами, но и по отношению к определенной территории. Для их социального положения и соци­ального самочувствия существенное значение имеет, живут ли они


в большом или малом городе, в городе или деревне, на Западе или Юге страны. Следовательно, люди различно взаимодействуют ме­жду собой, а также с определенными видами материального и ду­ховного производства, с явлениями культуры, образования, здра­воохранения, быта в определенных социально-территориальных общностях — в городе, деревне, регионе и т.п. Вот эта структури­рованность повседневной жизнедеятельности людей в пределах какой-то общей им территории и фиксируется в социологическом понятии «социально-территориальная общность (или структура)».

Социально-территориальная структура общества составляет своеобразную социальную сеть, каждая ячейка которой (тот или иной тип поселения - город, деревня, поселок и проживающая в нем общность) предстает в качестве своеобразного микрокосма общества в целом. В этой сети органически взаимопереплетены две составляющие. Первая из них- город, деревня, регион и т.п., представляющая собой герриториально-предметную совокупность жилищ, транспортных и иных коммуникаций, — является непо­средственной пространственной средой .жизнедеятельности ин­дивидов и социальных групп Вторую составляет население опреде­ленной территориальной структуры, образующее социальную общность, которая оказывается непосредственной социальной сре­дой формирования, развития и повседневной жизнедеятельности индивидов.

Население определенной территориально-поселенческой структуры называется поселенческой общностью. Поселенческая общность - это совокупность людей, которые имеют общее по­стоянное место жительства, зависят друг от друга в повседневной жизни и осуществляют разнообразные виды деятельности для удовлетворения своих экономических, социальных и культурных потребностей.

При этом необходимо иметь в виду, что каждая территори­ально-поселенческая структура отличается от простой суммы множества составляющих ее независимых или связанных друг с другом домов и проживающих в них людей. Организуясь в некое целостное образование (деревня, город), эти дома, другие соору­жения, транспортные коммуникации, средства связи и т.п., а также пользующиеся всем этим люди, — предстают уже не просто как сумма независимых друг от друга частей, а в качестве своего рода самостоятельного социального организма, приобретающего свой­ства целостности, не сводимой к сумме составляющих ее частей.


Характерной особенностью поведения индивида по отноше­нию к социально-территориальной общности (поселению) стано­вится относительное, продолжающееся более или менее длитель­ное время (а иногда и всю жизнь) закрепление за местом житель­ства Закрепленность человека за поселением означает, что удов­летворение потребностей и интересов (в труде, общении, мате­риальных и духовных благах и т.п.), а стало быть, и возможности развития его во многом обусловлены обстоятельствами его жизни в поселении. Поэтому определенная поселенческая структура вы­ступает в качестве непосредственной среды жизнедеятельности человека. Существующая же в данном поселении совокупность условий трудовой деятельности, учебы, культуры, быта и г.п. са­мым прямым образом определяв! меру возможностей социально­го развития индивида. В отличие от школы, университета, завода и т.п., которые правомерно назвать цокольной средой, поселенческая структура (город, деревня, регион) является целостной средой жизнедеятельности и развития человека.

Существующие в обществе различия в возможностях соци­ального развития людей в решающей степени предопределяются различиями в условиях и возможностях соответствующих соци­ально-территориальных общностей. Основная ось неоднородно­сти, неодинаковости таких условий и возможностей проходит по линии сопоставления: крупный город— малый город- деревня. К тому же надо иметь в виду, что социокультурные различия меж­ду крупным и малым городом остаются подчас более существен­ными, чем между малым городом и деревней. Одним из прямых и очевидных подтверждений более благоприятных условий жизни в крупных городах следует считать более высокий уровень мигра­ции в эти города

Следует отметить, что более устойчивым притоком мигран­тов отличаются города так называемого многофункционального профиля, характеризующиеся более разносторонним и гармонич­ным развитием своей градообразующей базы, т.е. наличием не только развитого производства, но и культуры, образования, быта и т.п. В социологии принято различать градообразующую базу и градообслуживающую сферу жизнедеятельности городской посе­ленческой структуры. К числу градообразующих факторов отно­сят: промышленность, транспорт, связь, учреждения науки, куль­туры, образования. С точки зрения социологии эта система пока­зывает, что может город предоставить индивиду и обществу отно-


сительно наличия рабочих мест, видов приложения труда, квали­фикации кадров, их подготовки, культурного развития и отдыха. Градообслуживающая же сфера имеет целью обеспечить достой­ное и благоприятное для жизни людей обслуживание их потребно­стей и интересов, включая разветвленность и качество учреждений торговли, бытового обслуживания, транспорта, внутригородской и междугородней связи, наличия условий для воспитания и обуче­ния детей и подростков (детские ясли, сады, школы, клубы и др.), для организации полноценного и культурного отдыха и духовного развития личности (театры, музеи, библиотеки, концертные залы, кинотеатры, стадионы, бассейны и т.п.). Чем более гармонизиро­ваны градообразующие и градообслуживающие факторы, тем бо­лее многофункциональным становится город как специфическая поселенческая структура; тем более привлекательным и притяга­тельным становится он для проживания людей.

Город представляет собой такую территориально-поселен­ческую структуру, которая обеспечивает все этапы и все стороны жизнедеятельности человека. Город охватывает такие существен­ные для жизнедеятельности компоненты повседневного бытия че­ловека, как труд, потребление материальных и духовных благ, об­разование и воспитание, охрана здоровья, подготовка кадров, со­циальное обеспечение, охрана общественного порядка, рекреация, общественно-политическая и социокультурная деятельность. Если на работе, будь это завод, больница, торговая фирма, банк и т.п., человек проводит примерно одну треть суток в периоде от 18 до 60 лет, то в определенной поселенческой структуре, в частности, в городе, он проводит все время суток и почти всю свою жизнь — от родильного дома до гробовой доски. Поэтому-то в социологии в качестве очень важного структурного компонента жизнедеятель­ности личности и общества выделяется поселенческая структура, в том числе наиболее развитый и многофункциональный ее тип — город.

Условия жизнедеятельности населения в той или иной посе­ленческой структуре определяют возможности социального разви­тия человека. Они подразделяются на два типа.




Читайте также:
Как распознать напряжение: Говоря о мышечном напряжении, мы в первую очередь имеем в виду мускулы, прикрепленные к костям ...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (351)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.009 сек.)