Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь


СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ




«Политика» Аристотеля интересна и в то же время важна: интересна она тем, что показывает предрассудки, общие образованным грекам его времени, а важна как источник многих принципов, влияние которых сохранилось до конца средних веков. Я не думаю, чтобы в ней было много такого, что оказалось бы практически полезным для государственных деятелей наших дней, но многое проливает свет на борьбу партий в различных частях эллинистического мира. В ней мало сведений о методах управлениях в неэллинских государствах. Все рассуждения касаются городов-государств, и отсутствует предвидение их упадка. Греция благодаря тому, что она делилась на независимые города, была лабораторией для политических экспериментов. Но от времён Аристотеля до возвышения итальянских городов в средние века не было ничего такого, к чему приложимы были бы эти эксперименты. Во многом тот опыт, к которому обращался Аристотель, имел большее отношение к современному миру, чем к любому такому, который просуществовал тысячу пятьсот лет после того, как была написана его книга.[7]

Аристотель чувствует, что государство всё же ограничено в своих воспитательных возможностях, в его ведении находятся скорее этические, чем дианоэтические добродетели. Поэтому в «Политике» Аристотель говорит лишь об этических добродетелях, а если о дианоэтических, то в связи с практическим разумом. В качестве таковы Аристотель выделяет мужество, благоразумие, справедливость и рассудительность.

Аристотель понимает справедливость как общее благо. Достижению общего блага и должна служить политика. Достичь этой цели не легко. Политик должен учитывать, что человек подвержен страстям и что человеческая природа испорчена. Поэтому политик не должен ставить своей целью воспитание нравственно совершенных граждан, достаточно, чтобы все граждане обладали добродетелью гражданина - умением повиноваться властям и законам.[7]

Такова программа-минимум «Политики» Аристотеля. Программа-максимум распространяется Аристотелем лишь на правителей: для умения властвовать необходима не только добродетель гражданина, но и добродетель человека, ибо власть имущий должен быть нравственно совершенным.[7]

Аристотель определяет государство как «форму общежития граждан, пользующихся известным политическим устройством» политическое же устройство - как «порядок, который лежит в основании распределения государственных властей» Политическое устройство предполагает власть закона, определяемого философом как «бесстрастный разум», как «те основания, по которым властвующие должны властвовать и защищать данную форму государственного быта против тех, кто её нарушает»

Аристотель различает в политическом устройстве три части: законодательную, административную и судебную. Говоря о составе государства, Аристотель подчеркивает его многочастность и не подобие частей друг другу, естественное различие составляющих его людей - «из людей одинаковых государство образоваться не может», а также различие семей в государстве.[7]

Основа государства - гражданин. Государство состоит именно из граждан. Отмечая, что каждое политическое устройство имеет своё понятие о гражданине, сам Аристотель определяет гражданина как того, кто участвует в суде и в управлении, называя это «абсолютным понятием гражданина». Кроме того, граждане несут военную службу и служат богам. Итак, граждане - те, кто исполняет воинскую, административную, судейскую и жреческую функции.

Государство, будучи формой общежития граждан, - не единственная его форма. Другие формы - семья и селение. Они предшествуют государству, которое по отношению к ним выступает как их цель. Государство - энтелехия семьи и селения, энтелехия человека как гражданина. Аристотель определяет человека как по своей природе политическое животное.

Больше Аристотель ничего не может сказать о стимулах создания государства, для него государство существует естественно. Это означает, что философ не может найти специфические законы общественного развития, он даже не подозревает об их существовании.

Первый результат проявления политической сущности человека - образование семьи. Семья в изображении Аристотеля непременно имеет три двойные части и соответствующие им три формы отношений, «первые и самомалейшие части семьи суть: господин и раб, муж и жена, отец и дети» а потому «в семье имеют место отношения троякого рода: господские, супружеские и родительские». В соответствии с этим Аристотель различает в семье власть господскую и власть домохозяина, первая власть - власть над рабами, вторая - над женой и детьми.[7]

Аристотель рассматривает рабство как необходимое и вечное явление. С самого рождения одни существа предназначены к подчинению, другие - к властвованию. «Природа устроила так, что и физическая организация свободных людей отлична от физической организации рабов; у последних тело мощное, пригодное для выполнения необходимых физических трудов, свободные же люди держатся прямо и неспособны для выполнения подобного рода работ; зато они пригодны для политической жизни». У раба на первом месте тело, у свободного - душа, а душа - начало властвующее.[7]

Аристотель неправильно считает, что несколько семей со временем образуют селение. На самом деле, как известно, индивидуальные семьи выделяются из первобытной общины и из групповых семей. У Аристотеля же селение - разросшаяся семья, интересы которой уже превосходят обыденные нужды. Из нескольких селений как их энтелехия возникает государство. Аристотель не смог глубоко взглянуть на суть процесса генезиса государства. Неверно он представляет себе и природу государственной власти. Для него власть в государстве - продолжение власти главы семьи.[7]

Такова патриархальная теория происхождения государства Аристотеля. А так как власть домохозяина по отношению к жене и детям, как отмечалось, монархическая, то и первой формой политического устройства была патриархальная монархия.

Однако патриархальная монархия - не единственная форма политического устройства. Таких форм много.

Аристотель прежде всего разделяет государства на правильные и неправильные. В первых правительство заботится об общем благополучии, во вторых - лишь о собственном благополучии. Существуют три вида правильных государств: монархия, аристократия и полития (республика) и три вида неправильных государств: тирания, олигархия и демократия. Кроме того, существует множество переходных форм.

Хотя монархия - древнейшая, «первая и самая божественная» форма политического устройства, аристократия всё же лучше её. При аристократии власть находится в руках немногих, обладающих личными достоинствами; аристократия возможна лишь там, где личное достоинство ценится народом. Полития - власть большинства. Большинству присуща единственная общая им всем добродетель - воинская, поэтому «республиканское общество состоит из таких людей, которые по природе своей воинственны, способны к подчинению и власти, основанной на законе, по силе которого правительственные должности достаются и бедным, лишь бы они были достойны».[7]

Среди неправильных форм государства прежде всего выделяется тирания. «Тираническая власть не согласна с природой человека». К ней Аристотель относится резко отрицательно. Вторая неправильная форма - олигархия. Это власть немногих, но не достойных (как при аристократии), а богатых. Далее следует демократия. Существуют два варианта этой формы государства: демократия, которая основана на законе, и демократия, при которой власть находится в руках толпы, а не закона; фактически же власть находится в руках народных льстецов-демагогов.

Говоря о наилучшем политическом устройстве, Аристотель различает абсолютно наилучшую и реально возможную формы. Но идеальное государство Платона Аристотель не относит к этим формам. Против этой доктрины Платона Аристотель выдвинул три главных соображения:

1) Платон переступил пределы допустимого единства, так что его единство даже перестаёт быть государством, ибо единство государства - единство во множестве, а не единство как таковое, при этом «единство менее сжатое предпочтительнее единства более сжатого»

2) у Платона благо целого не предполагает блага частей, ведь он даже у своих стражей отнимает счастье, но «если воины лишены счастья, то кто же будет счастлив?» (II, 2). Уж конечно не ремесленники и не рабы.

3) в отличие от Платона, который был коммунистом в той мере, в какой видел в частной собственности главный источник социальных зол и хотел её устранения, Аристотель - апологет частной собственности. Он провозглашает, что «одна мысль о собственности доставляет несказанное удовольствие», что отмена её ничего не даст, так как «общее дело все сваливают друг на друга». Итак, делает вывод Аристотель, «все мысли Платона хотя чрезвычайно изысканы, остроумны, оригинальны и глубоки, но при всём том трудно сказать, чтобы были верны» .

Однако собственные идеалы Аристотеля весьма не определённы. В наилучшем государстве граждане счастливы, их жизнь совершенная и вполне себе довлеющая, а так как умеренное и среднее - наилучшее, то там граждане владеют умеренной собственностью. Такое среднее сословие и устанавливает наилучшую форму правления. Казалось бы, что Аристотель - демократ, что он сторонник средних слоёв населения, большинства. Однако и это не так. Хитрость Аристотеля в том, что он остаётся на стороне большинства или даже всех граждан, предварительно исключив из их числа большинство жителей государства. Для этого философ различает существенные и несущественные, но тем не менее необходимые части государства. К необходимым, но несущественным частям государства Аристотель относит всех трудящихся, а к существенным - лишь воинов и правителей.[7]

Аристотель прямо заявляет, что «государство, пользующееся наилучшим политическим устройством, не даст, конечно, ремесленнику прав гражданина» (III, 3), что, с другой стороны, «граждане такого (наилучшего) государства не должны быть земледельцами» (ведь у ремесленников и земледельцев нет философского досуга для развития в себе добродетели).

Выход из создавшегося противоречия Аристотель находит в экспансии греков. Грек не должен быть ни ремесленником, ни земледельцем, ни торговцем, но эти занятия в государстве совершенно необходимы, и место эллинов здесь должны занять варвары-рабы.

По программе Аристотеля, в наилучшем государстве все граждане- греки превращаются в рабовладельцев, а все народы мира - в их рабов. Греки должны стать властелинами мира.[7]

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, Аристотель прожил славную и многотрудную жизнь. Задачей его философии было ничто иное, как самосознание эллинской культуры. Он был величайшим учеником Платона и знаменитым учителем Александра Македонского.

Однажды некоего иезуитского профессора XVIII века пригласили посмотреть в телескоп и убедиться, что на Солнце есть пятна, он ответил астроному Кирхеру: «Бесполезно, сын мой. Я два раза читал Аристотеля от начала до конца, и я не обнаружил у него никакого намека на пятна на Солнце. А, следовательно, таких пятен нет».

Существовала легенда, что Аристотель, будучи не в состоянии решить проблему сильных приливов и отливов в проливе Еврип, отделяющем остров Евбею от Беотии, бросился в него.

«Искать истину - и легко и трудно, ибо очевидно, что никто не может ни целиком ее постигнуть, ни полностью ее заменить, но каждый добавляет понемногу к нашему познанию природы, и из совокупности всех этих фактов складывается величественная картина». Эти слова Аристотеля выгравированы на здании Национальной академии наук в Вашингтоне.

Цицерон так говорил об Аристотеле: «Аристотель, безусловно, первый среди философов, кроме Платона».

В то время жили и трудились многие философы: Фалес, Анаксимандр, Анаксимен, Гераклит, Парменид, Платон, Пифагор, но Аристотель, ученик Платона в этом списке занимает одно из ведущих мест.

Греческая философия вырастает на почве замкнутой в себе национальной культуры, она есть чистый продукт греческого духа. Она начинается с обособления потребности к познанию, вращается исключительно около свободного от побочных целей стремления к знанию и оканчивается в лице Аристотеля частью всеобщей теории науки, частью начертанием развившейся отсюда системы наук. Энергия этого чисто теоретического интереса угасает в последующее время и отчасти сохраняется только в скромных работах по отдельным положительным наукам. В философии же, напротив, выступает на первый план практический вопрос о житейской мудрости: знания не ищут больше ради знания, но - только, как средство для правильного строя жизни.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Асмус В. Ф. Античная философия. - М., 1998г.

2. История философии: Учебник для вузов / В. Ильин. - СПБ.: Питер, 2003г.

3. Рассел Б. История западной философии. - Новосибирск: Изд-во НГУ, 1999г.

4. Философия: Учебник для студентов технических вузов / Под ред. И.Я. Копылова и В.В. Крюкова. - Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2002г.

5. Чанышев А.Н. Курс лекций по древней и средневековой философии. М., 1991г.

6. Чанышев А.Н. Философия древнего мира: Учебник для вузов. - М., 2001г.

7. Чанышев А.Н. История философии Древнего мира: Учебник для вузов. - М.: Академический Проект: 2005г.

 






Популярное:
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...
Модели организации как закрытой, открытой, частично открытой системы: Закрытая система имеет жесткие фиксированные границы, ее действия относительно независимы...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (707)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.007 сек.)