Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Русская Правда – кодекс раннефеодального права




Становление Древнерусского феодального права.

 (её происхождение и основные редакции ).

Процесс возникновения права так же сложен, как и процесс возникновения государства. И протекают оба эти процесса одновременно. Возникновение Древнерусского государства естественно сопровождалось формированием древнерусского феодального права. Если отталкиваться от положения, что реализация права обеспечивается государством, то приходится признать, что право не может возникнуть раньше государства. Естественно, и в догосударственный период имелись нормы, регулировавшие отношения в обществе: нормы морали, религиозные нормы, нормы обычаев. Они соблюдались прежде всего благодаря авторитету традиций, общественного мнения и религиозных верований. Эта сила была, пожалуй, сильнее угрозы наказания со стороны государства.

Отношение государства к обычаям племенного строя и периода военной демократии было неодинаково. Одни обычаи регулировали отношения, в которые государство не считало нужным вмешиваться, представляя населению самому решать, соблюдать их или не соблюдать. Эти нормы так и действовали как нормы обычаев. В частности, государство не вмешивалось в ход проведения сельскохозяйственных работ, здесь продолжал действовать календарь – древнейший обычай, определявший дни начала пахоты, сева. Другие обычаи оказались вредными в новых условиях, и государство всеми силами стремилось их изжить. Так, в связи с переходом в руки государственных органов суда по наиболее тяжким правонарушениям (например, убийству, разбою) государство преследует суд и расправу общины над преступниками. Ещё одну категорию обычаев составляли те, в соблюдении которых государство было настолько заинтересовано, что готово было всеми силами принуждать к их исполнению.[5]



Нормы этих обычаев становились таким образом обычно-правовыми и в совокупности явили собой древнейший, первый по времени возникновения источник права – обычное право. Итак, нормы догосударственного периода как бы плавно врастают в право. Примечательно, что право у славян обозначалось общим термином «правда».

Древние обычаи, воспринятые государством в качестве правовых и ставшие древнейшим источником права, хотя и не были записаны, достаточно хорошо сохранились в памяти народа. Подобно обычаям племенного строя, нормы обычного права были облечены в форму поговорок, пословиц, песен, сказаний.

В сфере уголовного права нормы обычного права действовали достаточно долго. В начале IX века Ярослав законодательным путём закрепил правовой обычай кровной мести, внеся в него свои изменения и дополнения. Регулирование имущественных отношений нормами обычного права осуществлялось тоже в течение достаточно длительного времени, поскольку государство не спешило вмешиваться в сферу частных отношений. Длительное время законодатель не касался порядка заключения договоров, оставляя это на усмотрение сторон. Лишь конфликты, возникшие на этой почве, заставляли государство так или иначе реагировать. Особое значение приобретали символы и обряды, долженствующие заставить стороны исполнить обязательство не только при помощи хорошо запоминающихся свидетелям и самим сторонам действий, но с опорой на религиозные верования. Можно назвать следующие символы, активно использовавшиеся в обрядах, которые сопровождали заключение договоров: рукобитье, руковица, ключ, дерн. Однако постепенно, с развитием экономических связей, порядок заключения договоров упрощается, символы и обряды из норм права вновь переходят в разряд норм обычая, к соблюдению которых государство относится, скорее, безразлично, чем отрицательно.[6]

Среди норм обычного права, регулировавших имущественные отношения, выделяются нормы, регулировавшие отношения между купцами. Купцы были связаны единством профессиональных интересов. Внутри их сообщества складывались свои нормы поведения, основанные на солидарности интересов, взаимном доверии. В ряде случаев купцы не пользовались сугубо формальными способами заключения договоров. Так складывались обычаи торгового оборота. Значение купечества в жизни государства заставляло законодателя учитывать эти обычаи, а суды опираться на них при разрешении споров. В результате из норм обычаев, действовавших в среде купечества, создавалось торговое обычное право. В ряде случаев государство издаёт специальные нормативно-правовые акты, включающие нормы торговых обычаев. Из обычаев торгового оборота, нормативно-правовых актов, принятых на их основе, постепенно начинает складываться торговое право, являющееся подотраслью гражданского.

Обычное право как источник права удобен своей консервативностью: его нормы широко известны и к ним привыкли. Соблюдение норм правового обычая, помимо силы государственного принуждения, обеспечивается и их религиозным характером. Однако экономическое, социальное и политическое развитие общества требует урегулирования тех отношений, которые были неизвестны ранее или способ регулирования которых в силу изменившихся обстоятельств должен изменяться. Здесь обычное право как источник права не подходит: его нормы складываются слишком медленно, а изменить старые практически невозможно. Вот тогда появляется новый источник права – нормативно-правовой акт. [7]

Будучи вторым после правового обычая по времени возникновения, нормативно-правовой акт постепенно вытесняет его и становится первым по значению источником древнерусского права. Первоначально нормативно-правовой акт опирался на правовой обычай, но в дальнейшем используется судебная практика; при регулировании семейно-брачных и в какой-то степени имущественных отношений происходит заимствование норм иностранного права, главным образом болгарского и византийского.

Нормативно-правовой акт как источник права обладал неоспоримыми преимуществами: он очень гибок – его нетрудно отменить или изменить. Письменная форма облегчала уяснение его содержания и давала возможность проконтролировать правильность исполнения.

Первые нормативно-правовые акты, вероятно, регулировали отношения, не урегулированные нормами обычного права. Исходя из этого, в качестве первых нормативно-правовых актов можно назвать акты, устанавливавшие порядок регулирования отношений между обществом, объединенным в общины, и людьми, находившимися вне общин, под непосредственной защитой князя. Это прежде всего дружинники, купцы, изгои, иностранцы.

Международные договоры также являют нам один из наиболее древних примеров нормативно-правовых актов.

К важнейшему нормативно-правовому акту Древнерусского государства относятся договоры Руси с Византией (или Руси с Греками). Упоминание о договорах Руси с Византией и тексты некоторых из них содержатся в Повести Временных лет под 907, 911, 944, 971 гг. подлинность их в настоящее время не вызывает сомнений. Оспаривается лишь факт заключения договора в 907 году. Ряд исследователей предполагает, что в 907 году было заключено предварительное соглашение, а в 911 году развивающий и дополняющий его договор. Договоры Руси с Византией заключались после окончания военных походов Руси на Византию. Успех похода влиял на содержание договора. [8]

Эти договоры имели целью обеспечить регулирование отношений между двумя странами. Будучи международными, эти договоры в ряде случаев фиксируют межгосударственные нормы, но древнерусское право находит в них яркое отражение.

Договоры заключались от имени киевского князя, подчиненных ему князей и «всех людий Русской Земли».[9]

Тексты договоров относятся к международному, торговому, процессуальному, гражданскому и уголовному праву. В договорах определялось юридическое положение русских купцов (гостей) в Византии, торговые льготы и пошлины, положения о взаимном выкупе рабов и пленников, выдаче преступников.

Нормы уголовного права содержали положения о смертной казни и кровной мести, наказаниях за причинение телесных повреждений, имущественных преступлениях (краже, грабеже и разбое).

К сфере гражданского права относятся нормы о завещаниях и наследовании, заключении договоров, возвращении беглых рабов (что также относилось к имущественным обязательствам).[10]

Договоры Руси с Византией составлялись, как правило, в двух экземплярах: один, написанный на древнерусском языке, передавался на хранение в Византию; другой, написанный на греческом языке, отсылался в Русь.

По договорам русский князь мог посылать ежегодно в Византию любое количество кораблей с послами и купцами. Русские получали в Константинополе помещение, содержание, защиту своих прав и интересов.

В некоторых положениях рассматриваемых документов исследователи находят зачатки международного частного права (например, вопросы охраны имущественных прав иноземцев, порядок наследования имущества, оставшегося после Руса в Византии).[11]

Другим не менее важным нормативно-правовым актом является церковные уставы, а также сборники церковных законов, пришедшие к нам из Византии. Особое место можно выделить каноническому (церковному) праву. Оно в каком-то смысле международное, поскольку многие его нормы общие для всех христианских народов и государств. Это объясняется тем, что материальным первоисточником таких норм служит Божественная воля Основателя церкви. «Правовые заповеди Спасителя и постановления, изданные боговдохновенными апостолами..., содержащиеся в Священном писании, а также заповеди, не вошедшие в Писание, но хранившиеся в церкви изначально..., составляют, по общепринятой у канонистов терминологии, Божественное право»[12]. Таким образом, в Божественное право входят правовые нормы, содержащиеся в Священных Книгах (Ветхий и Новый Заветы) и в Священном Предании.

Важное место в каноническом праве принадлежит и нормам, выработанным самой Церковью. К ним прежде всего относятся Правила Святых апостолов, Вселенских и Поместных Соборов и Святых Отцов. Имеются и иные источники, которые подробно изучает каноническим правом.

Однако, христианская церковь, несмотря на свой Вселенский характер, существует в конкретных государствах. Правовые нормы, принимаемые государством, могут регулировать как правовое положение церкви в государстве, так и внутрицерковное устройство. Если в первом случае нормы государства являются безусловным источником права, то возможность регулирования государством внутрицерковных отношений безоговорочно признаётся только протестантами. Католики в принципе отрицают возможность государства вмешиваться в дела церкви. Для православных признание возможности государственного регулирования внутрицерковных отношений обусловливалось, во-первых, православием самого носителя государственной власти – монарха и, во-вторых, одобрением их православным духовенством.

Крещение Руси (988 год) потребовало урегулирование отношений между церковью и государством. С этой целью князьями принимаются уставные грамоты. Позднее на их основе создаются уставы, в состав которых входит одна или несколько уставных грамот, дополненных более поздними статьями. Особое место в древнерусском праве принадлежит княжеским церковным уставам: Уставу Владимира Станиславовича о десятинах и людях церковных и Уставу Ярослава о церковных судах, Устав князя Всеволода.[13]

Эти документы дают возможность определить положение церкви в государстве. В Уставах закреплялось положение о десятине, согласно которой государство передавало Церкви одну десятую долю со всех собираемых им даней, судебных платежей и торговых пошлин.

Устав князя Владимира разграничивает великокняжескую и церковную юрисдикцию, передавая на рассмотрение церковного суда семейные преступления, преступления против нравственности, колдовство, отступление от вероучения (ереси), а также разрешение споров между церковными людьми, в число которых входили не только церковнослужители, но и зависимое от церкви население, непристойное поведение в церкви, оскорбление словом.

Устав князя Ярослава развивает основные положения Устава князя Владимира. Примечательно, что в Уставе князя Ярослава содержатся санкции, присущие именно русскому праву: смертная казнь и увечащие наказания были заменены денежными штрафами, несмотря на то, что в византийском праве, на которое опирался русский законодатель при регулировании отношений с церковью, господствовали телесные наказания. В Устав Ярослава включены и нормы семейного права, в том числе основания для развода.

Уставная грамота князя Всеволода, данная церкви Ивана на Опаках, является подлинным документом, может быть, только слегка измененным. В этой грамоте говорится об учреждении особой торговой корпорации – так называемого Ивановского купечества. Она датируется 1135 годом. [14]

Из Византии через Болгарию пришли на Русь два сборника церковных законом, бывших в то время в употреблении: Свод законов, или Номаканон, антиохийского юриста VI века Иоанна Схоластика (впоследствии Константинопольского патриарха), а также Номаканон в окончательной редакции, приписываемый патриарху Фотию.

Первый сборник представлял собой систематизированное собрание церковных правил, разделенный на 50 титулов, часто сборник состоял из 14 титулов и содержал в первой части предметный указатель к имеющимся в нем законам, а во второй – их полный текст, причем законы в этом сборнике были помещены в хронологическом порядке. Оба сборника были уже переведены на славянский язык. Они содержали не только нормы церковного права, но и иные законы, изданные императором применительно к условиям греческой жизни.

Если по своему положению русская митрополия подчинялась Константинопольскому патриарху, то вряд ли можно было ожидать подчинения Древнерусского государства византийскому императору. Поэтому нормы канонического права действовали на Руси неукоснительно, императорские же указы по нецерковным делам теряли на Руси нормативно-правой характер.[15]

Наиболее важное значение среди правовых памятников имеет Русская Правда – кодекс феодального права Древней Руси. Правда дошла до нас более чем в ста списках (в составе летописей и различных юридических сборников). Исследователи давно уже стали классифицировать отдельные списки «Русской Правды» по сходным спискам, но тем не менее полного единства классификации не установилось. По мнению Юшкова С.В., надо считать удовлетворительной ту классификацию, которая лучше всего отражает изменения в тексте в связи с общественно-экономическим развитием Русского государства. Исходя из этого предложено делить списки «Русской Правды» на шесть редакций: I – редакцию составляют краткие списки, II – списки Синодального и Троицкого изводов, III – Карамзинские списки, IV – списки, включающие особое нравоучительное предисловие, V – списки, представляющие собой соединение «Русской правды» с памятником болгарского права «Законом судным людей», VI – редакцию составляют так называемые «Сокращенные из пространной» списки. Единства взглядов о происхождении «Русской правды» до сих пор не достигнуто.

Древнейшей редакцией является краткая редакция, которая в свою очередь состоит из двух частей: так называемой «Правды Ярослава» (ст.1-18) и «Правды Ярославичей» (ст. 19-28 с дополнениями – ст.29-41). Наиболее древние списки этой редакции называются «Академическим» и «Археологическим»).

Основным источником «Правды Ярослава» надо признать обычное право, приспособленное к нуждам княжеской власти, а также законодательство самого Ярослава.

Ни текс самой «Правды», ни летописные известия не содержат данных, которые позволили бы нам отнести её происхождение к какому – либо определенному году. Можно предполагать, что Ярослав составил эту «Правду» в 30-х годах IX в. Что касается места возникновения памятника, то само название его не составляет сомнений в появлении «Правды» в Киеве, так как в первой половине IX в. Название «Русь» присваивалось обычно Киевской земле.[16]

В «Правде Ярославичей» уже ясно выражены принципы феодального права как права привилегии. В ней четко выступает классовый, феодальный подход к преступлению и к преступникам. Правовой комплекс, известный под названием «Правды Ярославичей» является новым этапом в развитии права в Киевском государстве.

С.В. Юшков считает, что в краткой редакции «Русской правды» наряду с «Правдой Ярослава» содержится новый пласт правовых норм, возникших после смерти князя Ярослава. Этот пласт, которому давно уже присвоено название «Правды Ярославичей», основным источником имеет не нормы обычного права, а законодательство и судебную практику князей. Однако и «Правда Ярославичей» в некоторой части содержит нормы обычного права, специально закрепленные и зафиксированные Ярославичами. Краткая редакция содержит ряд норм, которые не могут быть приписаны с полной определенностью Ярославичам, так как они по своему характеру значительно отличаются от всех других норм «Правды Ярославичей». В самом тексте «Правды» говорится о принадлежности некоторых постановлений не Ярославичам, а Ярославу.

Таким образом, в краткой редакции «Русской правды» можно выделить четыре пласта: «Правду Ярослава», постановления Ярославичей, нормы, время происхождения которых не установлено, и постановления князя Ярослава, не вошедшие в состав «Правды Ярослава». Следовательно, краткая редакция являлась не механическим соединением правового материала, а сборником права Киевского государства. Возникновение сборника мы относим к последней четверти XI в.

Списки «Русской Правды», относящиеся к II-V редакциям принято называть пространными списками. Большинство этих списков делилось переписчиками на две части. Первая часть озаглавливалась обычно «А се суды Ярослава Володимировича», или «Устав великого князя Ярослава о судах», другая часть озаглавливалась «Устав Владимира Всеволодовича», или «А се уставил великий князь Владимир Всеволодович Мономах».

Неудивительно, что исследователи давно уже стали высказывать мнение, которое нами решительно поддерживается, что пространная редакция состоит из двух частей, из двух пластов правовых норм. Происхождение первого пласта (Устава князя Ярослава) они относят ко временам, предшествовавшим княжению Владимира Мономаха (1113-1125 гг.). Постановления Второй части (Устава князя Владимира) они приписывают князю Владимиру Мономаху и называют эту часть «Мономаховской Правдой».[17]

Устав Ярослава представляет собой систематический сборник правовых норм, вошедших в состав «Правды Ярослава», «Правды Ярославичей» и ряда княжеских постановлений, изданных детьми и внуками князя Ярослава. Устав князя Ярослава является как бы третьим этапом в истории правового кодекса в Киевском государстве. В этом памятнике основные принципы феодального права – права-привилегии – выявляются с полной определенностью. Кровная месть окончательно отменяется. Княжеской юрисдикцией охвачена вся территория Киевского государства. Общинные суды перестают функционировать. Основными источниками Устава Ярослава являются княжеское законодательство и судебная практика.

Так как основные постановления принадлежали великим князьям, то место возникновения этого памятника является Киев. Возникновение этого памятника может быть отнесено к последней четверти XI в. или к началу XII в. (до 1113 г.).

Устав князя Владимира Всеволодовича знаменует важный момент в развитии основных принципов феодального права. Князь, пришедший к власти после восстания 1113 года, принужден был принять меры к некоторому смягчению классовых противоречий в Киевском государстве, находившемся в процессе дальнейшего феодального распада. Он уменьшил размер процентов, освободил от личной ответственности купцов, обанкротившихся вследствие несчастных случаев, урегулировал отношения между закупами и их господами. Одновременно Владимир Мономах установил основные принципы феодального наследственного права. Он посвятил холопам ряд норм своего законодательства, так как они к этому времени играли важную роль в феодальном хозяйстве. Вопрос о месте и времени издания Устава Владимира Мономаха, на наш взгляд, не вызывает особых затруднений. Устав как сборник законов великого князя Владимира Мономаха был составлен в Киеве между 1113-1125 гг.

II – V редакция возникли тогда, когда текст «Русской правды» окончательно установился. Возникновением этих редакций мы обязаны переписчикам кормчих (юридических и канонических сборников).[18]

Переписчики дополняли «Русскую правду» или сокращали ее. Это видно из отдельных приписок или вставок. Так, например, в списках III редакции «Правда» заканчивается Уставом о мотах, изданным новгородским князем Ярославом. Это дополнение даёт основание предположить, что III редакция возникла в Новгороде. Время её возникновения приблизительно отнесено к XIII – XIV вв. Списки IV – V редакции содержали кроме новых статей, особое предисловие.

Эти списки также возникли в Новгороде в XIV в.

Число списков, относящихся к VI редакции – так называемой сокращенной из пространной редакции, очень незначительно: известны только два списка. Составитель этой редакции не только механически сокращал постановления пространной «Правды», но и изменял их, приспосабливая к современному ему праву.

Ряд данных, в частности то, что списки этой редакции встречаются в московских кормчих, и то, что составитель этой редакции изменял постановления «Русской правды» в духе московского права, побуждает считать местом возникновения этой редакции Москву, или Московское государство. Время её возникновения трудно установить, но всего вероятнее, его надо отнести к середине XV в.[19]

Следует отметить, что Пространная Правда существенно отличалась от Краткой Правды числом статей (121), и содержанием. В Краткой есть ссылка на законодательства Ярослава и его сыновей (Ярославичей), в Пространной – на устав Владимира Мономаха, княжившего в Киеве в 1113-1125 гг. В Пространной Редакции в отличие от Краткой можно выделить также устав о закупах, торговое право, банкротский устав, наследственное право. Если в Пространной Правде дан целый устав о холопах, то статьи о холопах в Краткой редакции значительно беднее содержанием. Таким образом, Пространная Правда существенно отличается от Краткой большей развитостью норм гражданского права и разработкой норм, касающихся лиц рабского или зависимого состояния. [20]

Наряду с вопросом о происхождении основных редакций «Русской правды» в исторической литературе считается спорным вопрос об официальном или неофициальном её происхождении. Некоторые исследователи считают «Русскую правду» официальным кодексом права, другие – частным правовым сборником.

Многие учёные настаивают на официальном происхождении «Русской правды». Поскольку основным источником «Русской правды», начиная с «Правды Ярославичей», было княжеское законодательство, сами князья и княжеские агенты, естественно, крайне нуждались в сборнике законов и судебных решений.

Буржуазные историки, особенно из лагеря норманистов, всячески настаивали на низком уровне общественно-экономического, политического и правового развития Киевской Руси. Многие из них стали доказывать, что нормы «Русской правды» не могли возникнуть самостоятельно, что её составители использовали главным образом чужеземное право – скандинавское, германское, византийское и древнееврейское. Надо решительно отвергнуть эти измышления.

Киевская Русь была страной, где окончательно оформились феодальные отношения. Нормы так называемых «варварских германских правд», в особенности скандинавских, отображали гораздо более низкий уровень развития. Если же наблюдается некоторое сходство норм «Русской правды» с чужеземными памятниками, то это объясняется не заимствованием, а некоторым сходством общественно-экономического развития.

«Русская правда» является основным памятником развивавшегося в Киевском государстве феодального права. .[21]

«Русская правда» являясь первым сборником русского права, имеет исключительное значение в истории не только русского, но и украинского, и белорусского права. Её нормы лежат в основе Псковской и Новгородской судных грамот. Наконец, «Русская правда» является основным источником литовского права.

Исследуя материалы по данному вопросу, можно сделать вывод, что  источниками древнерусского права являлось обычное право, нормативно – правовые акты, каноническое (церковное) право. При этоманоническое (церковное) право. являлу, можно сделать вывод, что некоторым сходством общественно-экономического развития.

аво  к наиболее распространенным нормативно-правовым актам можно отнести договоры Руси с Византией, церковные уставы и «Русскую правду». Нормативно-правовой акт, как правило, принимался в связи с конкретными обстоятельствами. Поэтому в законах часто отсутствуют положения, совершенно необходимые с точки зрения современного юриста. Так, в «Русской правде» полностью отсутствует норма о порядке заключения договора мены. Это естественно для древнего законодательства: зачем записывать то, что и так известно. Вся совокупность законов и правовых обычаев создала основу довольно развитой системы древнерусского права. Как всякое феодальное право, оно было правом – привилегий, т.е закон прямо предусматривал неравноправие людей, принадлежащих к разным социальным группам. Так, холоп не имел почти никаких человеческих прав. Весьма ограничена была правоспособность смерда, закупа. Зато права и привилегии верхушки феодального общества охранялись в усиленном порядке.[22]

 

                                   Право собственности.

Основу производственных отношений феодального строя составляет собственность феодалов на средство производства, в первую очередь, на землю. Крестьяне находятся в различных формах зависимости от феодалов, не являясь их полной собственностью. Феодалы имели право на труд крестьян, прикрепленных к земле и вынужденных выполнять повинности в пользу эксплуататоров. Наряду с собственностью феодалов существует собственность крестьян и ремесленников на своё хозяйство, основанное на личном труде.[23]

  Право собственности – право владеть, пользоваться и распоряжаться вещью. В Русской Правде не было специальных статей о правах собственности на землю. Право владения исторически предшествует праву собственности. Владение защищается законом от насилия и самоуправства независимо от того, законно оно или нет: «Аще познаеть кто, не емлеть его, то не рци ему: мое, нь рци ему тако: поиди на свод, где еси взял; или не поидеть, то поручника за пять днии».[24] Однако даже если доказано, что владение является добросовестным, т.е. владелец вещи не мог предполагать, что приобретает вещь у несобственника, имущество передаётся собственнику вещи. Объектами права собственности выступает весьма обширный круг вещей – кони и скот, одежда и оружие, торговые товары, холопы также рассматривались как объекты имущественных отношений. Субъектами права собственности могут быть только люди не рабского сословия, включая иностранцев.

Русская Правда отражает рост феодальной собственности на землю. За перепахивание межи взимался крупный штраф в размере 12 гривен. Это свидетельствует об особой заинтересованности феодалов в усиленной охране своих земельных владений от посягательств смердов. Феодальная собственность на землю становится дифференцированной, поскольку она принадлежит нескольким феодалам, стоящим на разных ступенях феодальной лестницы. Сначала крупным землевладельцем становится князь. Он раздавал свои земли боярам – вассалам, они со своей стороны раздавали полученную землю своим боярам и близким людям. Постепенно полученные за службу князю земли закрепились за боярами и слугами и превратились в наследственные. Эти земли стали называться вотчинами.

Земли же, которые давались в условное владение за службу и под условие службы, получали название поместий. Крупными земельными собственниками стали князья. Рост эксплуатации зависимого населения стал причиной первых классовых выступлений против феодалов. «Русская правда» содержит ряд статей об охране княжеской собственности, которая защищалась более ревностно. Устанавливался штраф за убийство княжеского коня в три гривны, а за коня смерда – в 2 гривны.[25]

Право собственности на движимые вещи возникает раньше права собственности на недвижимость, прежде всего на землю. С того момента, как князья начинают учреждать станы, погосты, ловища и села, начинают раздавать, а родовая знать присваивать земли, населённые смердами, изгоями, свободными общинниками, возникает и право собственности на такие земли. Ведь именно населенные земли представляли значительную ценность. Субъектами права собственности на землю становятся частные лица, феодалы и общины.

«Русская правда» и другие юридические памятники Киевского государства указывают, что смерды и иные зависимые группы крестьянства владели на праве собственности скотом, домашней птицей, сельскохозяйственными орудиями, предметами домашнего обихода. Отношение к личности определялось в первую очередь именно наличием собственности.

Среди способов приобретения права собственности источники древнерусского права выделяют передачу, а практика свидетельствует о давности владения, завладении, отделении плодов.

Передача права собственности осуществлялась на основании договоров (например, купли-продажи, дарения) и наследования, обязательно публично, сопровождалась определенным обрядом, использовались символы. Передача права собственности являлась физическим актом, то есть имущество или символ, олицетворяющий вещь, реально передавались новому собственнику.

Давность владения была способом приобретения права собственности на землю. Владение селами и территориями (волостями) было естественным шагом к возникновению права собственности на них. Давность владения в Древней Руси достаточно близка завладению, чему способствовала некоторая неопределенность границ владений как частных лиц и общин, так и самого государства. Из статей Русской Правды, посвященных феодальному землевладению, видно, что урожай, собираемый в селе феодала, принадлежал ему как хозяину земли. То же можно сказать и о природе скота. Таким образом, отделение плодов и приплод являлись естественными основаниями возникновения права собственности.

Прекращение права собственности связывалось с передачей, уничтожением, потерей вещи. Древнерусское право знало и такой специфический способ, как судебное постановление. Достаточно интересно в данном случае такое наказание, как «поток и разграбление», где разграбление подразумевает насильственное изъятие имущества у собственника по решению суда.  Статья 54 и 55 Пространной Правды предполагает возможность принудительной продажи имущества должника и его самого.

Русская Правда говорит об общей собственности детей до раздела наследства отца (ст. 99, 102,103,108 Пространной Правды). Предполагается, что в случае смерти главы семьи до достижения детьми совершеннолетия наследство переходит под управление их матери или опекуна, которые отвечают за сохранность имущества. [26]

В древнем праве существовала и общинная собственность. Субъектом здесь выступала вервь, которая являлась юридическим лицом, объектом – земля, находившаяся в её владении. Интересно, что гражданское законодательство даже капиталистической России именует этот вид собственности «общинное владение».

В праве русского народа право собственности выражалось словом имение, а в состав имения частных лиц входили только движимые вещи.

Говоря о праве собственности нельзя не сказать о наследственном праве. Наследственное право характеризовалось открыто классовым подходом законодателя. Так, у бояр и дружинников наследовать могли и дочери, у смердов же при отсутствии сыновей имущество считалось выморочным и поступало в пользу князя. Цель такого порядка наследования заключалась в том, чтобы сохранить недвижимые имущества правящей верхушки и привилегированного слоя в руках этих формирующихся аристократических семейств. В науке был спорен вопрос о существовании в Древней Руси наследования по завещанию. Завещание были, конечно, устными.

При наследовании по закону, то есть без завещания, преимущества имели сыновья умершего. При их наличии дочери не получали ничего. В таком случае актуальна поговорка: «Сестра при братьях – не наследница».  На наследников возлагалась лишь обязанность выдать сестер замуж. Наследственная масса делилась, очевидно, поровну, но младший сын имел преимущество – он получал двор отца. Незаконные дети наследственных прав не имели, но если их матерью была роба-наложница, то они вместе с ней получали свободу.

 В законодательстве нет указаний на наследование восходящих родственников (родители после детей), а также боковых (братьев, сестер). Другие источники дают основание предполагать, что первое исключалось, а второе допускалось.

Закон нигде не говорит о наследовании мужа после жены. Жена тоже не наследует после мужа, но остаётся управлять общим хозяйством, пока оно не будет разделено между детьми. Если это имущество будет делиться между наследниками, то вдова получает определенную сумму на прожиток. Если вдова вторично выходит замуж, она ничего не получает из наследства первого мужа.[27]

                                        Уголовное право.

 В эпоху возникновения феодального права отмечается ряд особенностей в понятии преступления. Своеобразно трактует Русская Правда общее понятие преступления: преступно только то, что причиняет непосредственный ущерб конкретному человеку, его личности или имуществу. Отсюда и термин для обозначения преступления – «обида». Круг деяний, признаваемых преступлением, постепенно расширялся. В Уставе Владимира упоминаются такие преступления, как моление у воды, ввод в церковь животных и другие. Эти действия не причиняли никому материального вреда, но тем не менее считались преступными. [28]

Соответственно пониманию преступления как «обиды» строится в Русской Правде и система преступлений. Русская Правда знает лишь два рода преступлений – против личности и имущественные. В ней нет ни государственных (например, восстание против князя или других феодалов; перевеет, то есть переход на сторону врага, измена), ни должностных, ни иных родов преступлений. Это не означало, что выступления против княжеской власти проходили безнаказанно. Просто в таких случаях применялась непосредственно расправа без суда и следствия.

В уголовном праве особенно ярко проявляется классовая природа феодального права, открыто встающего на защиту господствующего класса и пренебрегающего интересами трудящихся. Это отчетливо видно при рассмотрении отдельных элементов состава преступления.  Так, субъектами преступления в феодальном праве являлись феодалы, городские люди и феодально зависимые крестьяне.  Холопы, не относившиеся к указанным лицам, естественно, таковыми не являлись. Они являлись объектом преступления. За действия холопа полностью нес ответственность его господин. Так, если холоп совершал кражу коня, то господин за него уплачивал штраф в размере 2 гривен. Удар, нанесенный холопом, был настолько оскорбителен, что хозяин холопа выплачивал потерпевшему штраф в размере 12 гривен. Однако, в некоторых случаях потерпевший может сам расправиться с холопом-обидчиком, не обращаясь к государственным органам, вплоть до убийства холопа, посягнувшего на свободного человека.

Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Читайте также:
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Почему люди поддаются рекламе?: Только не надо искать ответы в качестве или количестве рекламы...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (225)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.037 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7