Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь

Уголовно - правовые и иные правовые меры противодействия проституции и порнографии




Уголовная политика в области противодействия проституции и распространению порнографии.

Уголовно - правовые и иные правовые меры противодействия проституции и порнографии.

http://law.edu.ru/book/book.asp?bookID=1407544

В 90 - е годы прошлого века в России начался процесс коренных изменений и преобразований в экономической, социальной, политической, культурной и других сферах общественной жизни.

Ориентация на рыночную экономику повлекла за собой коммерциализацию многих человеческих проявлений, в числе которых оказались сексуальные отношения и их символизация.

Широкое использование в современной жизни компьютерных технологий и телекоммуникационных средств связи, создание на их основе глобальных компьютерных сетей, ставшие привычной частью общественных отношений во всех сферах жизнедеятельности, не только создали предпосылки, облегчающие совершение преступлений, но позволили перенести часть преступных посягательств непосредственно в киберпространство.

Среди них значительное место занимает распространение порнографических изображений, в том числе несовершеннолетних.

Государства - участники, подписавшие Конвенцию ООН о правах ребенка, в числе которых и Российская Федерация, обязались защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения, включая эксплуатацию детей в порнографии и порнографических материалах.

Поэтому в ст. 14 Федерального закона № 124 от 24 июля 1998 года (ред. от 21.12.2004 г.) «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» установлено, что органы государственной власти обязаны принимать меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от распространения печатной продукции, аудио-, видеопродукции, пропагандирующей порнографию.

Между тем, по данным управления «К» по борьбе с преступлениями в сфере информационных технологий МВД РФ, в сети Интернет распространяется до 75% всей детской порно продукции. По данным Европейской Комиссии ЕС, из числа детей, пользующихся Интернетом, более 44% сталкиваются с порнографическими и иными непристойными материалами, 40% - со случаями онлайновых обращений к ним людей, просивших о личной с ними встрече, причем 14% из числа этих детей действительно пытаются откликнуться на подобные просьбы. Согласно исследованию, проведенному при поддержке «Всемирного фонда детей» в Санкт-Петербурге и Северо-Западном регионе России, около 40% опрошенных юношей и 30% девушек заявили, что смотрели порнографические материалы, 9,1% юношей и 5,4% девушек не отрицали возможности участия в порносъемках. Следует также обратить внимание, что 82% всех отслеживаемых сайтов с детской порнографией размещаются на кастинговых площадках провайдеров США и России.



На фоне столь негативных тенденций виктимизации детей наблюдается недопустимая недооценка в массовом и профессиональном сознании общественной опасности их сексуальной эксплуатации и растления. Распространение порнопродукции в сети Интернет имеет характер массовых и систематических развратных действий в отношении детей и причиняет вред их нормальному физическому, нравственному и духовному развитию.

Несмотря на введение в УК РФ ст. 242.1, современное состояние уголовно-правовой защиты несовершеннолетних от вовлечения в оборот порнографии не соответствует признанному правовому принципу приоритетной защиты государством прав и законных интересов детей. Внесенные изменения и дополнения в ст. 242.1 УК РФ Федеральным законом № 215 от 27.07.2009 г. не устранили в полном объеме пробелы и недостатки в данной уголовно-правовой норме. В действующей редакции ст. 242.1 УК РФ отсутствует ответственность за использование несовершеннолетнего в целях изготовления детской порнографии либо распространение порнографии среди них.

Также отсутствует ответственность за приобретение, владение или хранение детской порнографии без цели распространения.

Статья 242.1 УК РФ не учитывает повышенную степень общественной опасности оборота детской порнографии с использованием современных информационных технологий.

Наличие признака «незаконное» в диспозиции ст. 242 УК РФ является необоснованным в связи с отсутствием нормативной базы, регламентирующей законный оборот порнографических материалов или предметов, а следовательно, законность привлечения граждан к ответственности по данной норме представляется более чем сомнительной.

Отсутствие в российском законодательстве определений «обычной порнографии» и «детской порнографии» обусловливает трудности доказывания по данной категории преступлений и влечет судебные ошибки. Имеющиеся в науке уголовного права определения этих понятий нельзя в полной мере признать удачными. Они или неполны, или изобилуют оценочными категориями, или включают полисемические признаки, допускающие их различное толкование, или содержат избыточные, лишние признаки, что затрудняет их использование в правоприменительной деятельности.

В то же время не все теоретические и практические вопросы, связанные с противодействием незаконному обороту порнографии, получили достаточную систематическую и комплексную разработку и освещение в современной литературе.

Есть необходимость современного комплексного исследования уголовно-правовых и иных правовых мер противодействия незаконному обороту порнографии.

Законодательством субъектов Российской Федерации с учетом национально-культурных особенностей могут быть установлены и иные признаки порнографии, но не ниже уровня, предусмотренного Федеральным законодательством. Не относятся к порнографии материалы или предметы, содержащие сексуальную информацию и имеющие особую историческую, художественную или культурную ценность либо научное, образовательное или медицинское назначение.

Детская порнография - это продукция сексуального характера, содержащая описание или изображение (в том числе созданное средствами компьютерной графики, анимационными или иными изобразительными средствами):

1) половых органов несовершеннолетнего в сексуальных целях;

2) несовершеннолетнего, совершающего или имитирующего половой акт или иные действия сексуального характера;

3) совершеннолетнего лица, имитирующего несовершеннолетнего и его половые органы с сексуальной целью либо совершающего реально или имитирующего половой акт или иные действия сексуального характера;

4) совершения реального или имитируемого полового акта или иных действий сексуального характера совершеннолетним лицом в отношении несовершеннолетнего или с его участием.

Не относятся к детской порнографии материалы или предметы, содержащие сексуальную информацию о несовершеннолетнем и имеющие особую историческую, художественную или культурную ценность либо научное, образовательное или медицинское назначение.

Определения обычной порнографии и детской порнографии необходимо закрепить в двух Федеральных законах «О государственной защите нравственности и здоровья граждан и об усилении контроля за оборотом продукции сексуального характера» и «О защите детей от информации, наносящей вред их здоровью, нравственному и духовному развитию».

Факторами, обусловливающими общественную опасность деяний, связанных с незаконным оборотом порнографии, являются:

а) значительная распространенность этих преступлений и их высокий уровень латентности;

б) наличие причин как объективного, так и субъективного характера, создающих сложность в выявлении и расследовании этих преступлений, совершенных с использованием сети Интернет;

в) порнобизнес характеризуется высокой степенью организованности и все более приобретает международный и транснациональный характер;

г) порнобизнес служит источником получения криминальных доходов, исчисляемых миллиардами долларов;

д) распространение порнографии в сети Интернет имеет характер массовых и систематических развратных действий в отношении детей;

е) неконтролируемый оборот порнографии, и прежде всего детской порнографии, негативно влияет на состояние нравственности в обществе и причиняет вред нормальному развитию несовершеннолетних.

5. Деяние, предусмотренное статьей 242 УК РФ, необходимо декриминализировать, обоснованием чему могут послужить следующие доводы:

а) наличие признака «незаконное» в диспозиции ст. 242 УК РФ является необоснованным в связи с отсутствием нормативной базы, регламентирующей законный оборот порнографических материалов или предметов;

б) отсутствие законодательного определения понятия порнографии, а также предварительной экспертизы материалов или предметов на наличие либо отсутствие в них признаков порнографии ставит под сомнение законность привлечения граждан к уголовной ответственности за действия с такими предметами;

в) результаты проведенного исследования общественной опасности деяний, связанных с незаконным оборотом порнографии, свидетельствуют о том, что распространение порнопродукции среди лиц, достигших совершеннолетнего возраста, не представляет серьезной угрозы их нравственному здоровью, поскольку они имеют сформировавшиеся и устоявшиеся представления о характере сексуальных отношений и их эстетике;

г) с установлением в Федеральном законе «О государственной защите нравственности и здоровья граждан и об усилении контроля за оборотом продукции сексуального характера» ограничительного порядка законного оборота порнографической продукции (за исключением детской порнографии) необходимость наличия ст. 242 в Уголовном кодексе отпадает. Предполагается, что оборот порнопродукции на территории Российской Федерации будет осуществляться при наличии специального разрешения (лицензии), выдаваемого органами государственной власти. Следовательно, незаконные действия по изготовлению или распространению порнопродукции будут расцениваться как незаконная предпринимательская деятельность.

6. При совершении действий, выражающихся:

а) в использовании несовершеннолетних в целях изготовления детской порнографии;

б) в привлечении их в качестве исполнителей для участия в зрелищных мероприятиях сексуального характера;

в) в распространении, публичной демонстрации порнопродукции среди них,

основным непосредственным объектом являются общественные отношения, обеспечивающие нормальное физическое, нравственное и духовное развитие несовершеннолетних. В связи с этим предлагаем ввести в Главу 20 Уголовного кодекса РФ ст. 151 в следующей редакции:

«Статья 151.1. «Использование несовершеннолетнего в целях изготовления и оборота детской порнографии.

1. Использование несовершеннолетнего в целях изготовления детской порнографии или привлечение несовершеннолетнего в качестве исполнителя для участия в зрелищных мероприятиях сексуального характера, либо распространение, публичная демонстрация порнопродукции среди несовершеннолетних, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, -

наказываются лишением свободы на срок до пяти лет.

2. Те же деяния, совершенные родителем или иным лицом, на которое законом или договором возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогом или другим работником образовательного, воспитательного, лечебного учреждения, обязанным осуществлять надзор за несовершеннолетним, -

наказываются лишением свободы на срок от двух до восьми лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пятнадцати лет или без таковой.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные:

а) в отношении двух или более лиц;

б) с применением насилия или с угрозой его применения;

в) с использованием средств массовой информации либо информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования;

г) из корыстных побуждений, -

наказываются лишением свободы на срок от трех до десяти лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй третьей настоящей статьи, совершенные:

а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

б) в отношении лица, не достигшего четырнадцатилетнего возраста;

в) с извлечением дохода в крупном размере, -

наказываются лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Примечание: Крупным размером в ст. 151.1 и 2421 настоящего Кодекса признается стоимость или доход в сумме, превышающей пятьдесят тысяч рублей».

7. Предлагаем ст. 242.1 Уголовного кодекса РФ изложить в следующей редакции:

«Статья 242.1. Оборот детской порнографии.

1. Приобретение, владение, хранение детской порнографии, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, -

наказываются штрафом в размере от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработка или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

2. Изготовление детской порнографии без реального участия несовершеннолетнего, либо распространение, публичная демонстрация или рекламирование детской порнографии, совершенные лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, -

наказываются лишением свободы на срок от двух до восьми лет с ограничением свободы до двух лет либо без такового.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные:

а) группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

б) с использованием средств массовой информации или телекоммуникационных сетей общего пользования;

в) с извлечением дохода в крупном размере, -

наказываются лишением свободы на срок от трех до десяти лет с ограничением свободы до двух лет либо без такового».

8. В целях пресечения перемещения детской порнографии через Государственную границу Российской Федерации предлагаем дополнить детской порнографией перечень предметов, содержащихся в ч. 2 ст. 188 УК РФ «Контрабанда».

9. Под иными правовыми мерами противодействия незаконному обороту порнографии следует понимать: урегулированность посредством законов и иных нормативных актов отношений, складывающихся по поводу охраны и защиты общественной нравственности и здоровья граждан, а также нормального физического, нравственного и духовного развития несовершеннолетних при обороте продукции сексуального характера и проведении зрелищных мероприятий сексуального характера.

Теоретическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что сформулированные в нем теоретические положения

могут быть использованы в дальнейших исследованиях актуальных проблем противодействия незаконному обороту порнографии.

Практическая значимость исследования заключается в том, что выводы и предложения, содержащиеся в диссертации, могут быть использованы при совершенствовании уголовного и иного законодательства, направленного на противодействие незаконному обороту порнографии. Выводы настоящего исследования также могут быть учтены в судебной и следственной практике при квалификации рассматриваемых преступлений.

Научные положения и практические выводы исследования можно использовать при преподавании курсов уголовного права и криминологии.

Апробация исследования. Основные положения диссертационного исследования опубликованы автором в восьми научных статьях общим объемом 4,5 п.л., три из которых - в ведущих рецензируемых научных изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации.

Апробация результатов диссертационного исследования проводилась путем участия автора в следующих научно-практических мероприятиях: в Научно-практической конференции «Состояние и проблемы борьбы с коррупцией и преступностью в сфере экономики» (Саратов, Саратовская государственная академия права, 21 - 22 марта 2000 г.); во Всероссийской научно-практической конференции «Эффективность уголовного законодательства РФ по обеспечению задач, стоящих перед ним» (Саратов, Саратовская государственная академия права, 25 - 26 марта 2004 г.); в Международном научно-практическом семинаре «Детская порнография и торговля детьми через Всемирную сеть Интернет: состояние проблемы, возможности и перспективы противодействия, опыт зарубежных государств» (Саратов, Саратовская государственная академия права, 10 - 11 июля 2006 г.); во Всероссийской научно-практической конференции «Качество уголовного закона: состояние, пути повышения, необходимость глобального реформирования» (Саратов, Саратовская государственная академия права, 16 - 17 апреля 2009 г.).

Кроме этого, диссертант в составе рабочей группы Комитета по вопросам законности, работе с территориями и общественными организациями Саратовской областной Думы принимал участие в подготовке Закона «О мерах по защите общественной нравственности и об усилении контроля за оборотом продукции сексуального характера в Саратовской области». В частности, диссертантом была подготовлена аналитическая справка «Ответственность за оборот порнографии в

международном и зарубежном законодательстве» и разработаны два раздела законопроекта - «Порядок распространения продукции сексуального характера и проведения зрелищных мероприятий сексуального характера» и «Общественный контроль за деятельностью органов государственной власти и местного самоуправления в сфере регулирования и контроля оборота продукции сексуального характера и проведения зрелищных мероприятий сексуального характера».

Структура работы соответствует цели и задачам исследования и включает в себя введение, две главы, заключение, библиографию и приложение.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, отражается степень ее разработанности, определяются цели и задачи, объект и предмет исследования, а также методологическая, теоретическая, нормативная и эмпирическая основа работы, раскрывается ее научная новизна и практическая значимость, формулируются основные положения, выносимые на защиту, приводятся данные об апробации результатов исследования и структуре диссертации.

Глава первая «Социально-правовая характеристика порнографии: история и современность» состоит из четырех параграфов: 1) «История уголовного законодательства России и зарубежных стран об ответственности за оборот порнографии», 2) «Современное уголовное законодательство зарубежных стран об ответственности за оборот порнографии», 3) «Проблема понятия порнографии в России и зарубежных странах», 4) «Общественная опасность деяний, связанных с незаконным оборотом порнографии».

В первом параграфе проанализированы основные этапы истории уголовного законодательства России и зарубежных стран об ответственности за оборот порнографии.

Автор отмечает, что развитие уголовного законодательства об ответственности за оборот порнографии принято связывать с Женевской Конвенцией «О пресечении обращения порнографических изданий и торговли ими» от 12 сентября 1923 года. Проведенный диссертантом историко-сравнительный анализ законодательных актов, содержащих уголовно-правовые запреты, показал наличие более ранних норм об ответственности за оборот порнографии и позволил выделить несколько этапов, каждый из которых имеет свои особенности.

Первый этап характеризуется становлением национального уголовного законодательства по защите «пристойности» или «добрых нравов». По мнению автора, особенностью законодательства этого периода является то, что в уголовно-правовых нормах для обозначения предмета преступления термин «порнография» не используется. Законодательство России и зарубежных стран оперировало понятиями «произведения, нарушающие добрые нравы» или «бесстыдные произведения». Автором также отмечается, что уже в первых законодательных актах многих государств подчеркивалась необходимость особой защиты несовершеннолетних от вовлечения в оборот «непристойных» и «бесстыдных» произведений. Однако ответственность за такие действия еще не сопровождалась строгими санкциями. Исключением было Уложение о наказаниях уголовных и исправительных Российской Империи 1845 года, содержащее повышенную наказуемость учителей, наставников и опекунов за распространение ими «непристойных произведений» в учебных заведениях или между несовершеннолетними, вверенными их надзору.

Второй этап определяется установлением международных связей в пресечении обращения порнографии и принятием международно-правовых предписаний в данной сфере.

Автор отмечает, что происшедшие в первые десятилетия XX века в большинстве стран Европы и США экономические, идеологические и социальные преобразования расширили границы художественного осмысления такой стороны человеческой жизни, как сексуальные отношения. Появление сексуального направления в культуре вызвало растерянность официальных государственных структур, посчитавших карательную практику в качестве действенного средства защиты общества от этого явления. Наличие международных связей ряда государств Европы выступило одним из обстоятельств, облегчающих объединение усилий в противодействии обороту порнографии, итогом которого явилось заключение 4 мая 1910 года «Соглашения о пресечении обращения порнографических изданий».

Важным шагом в унификации законодательства разных стран об ответственности за действия с произведениями сексуального содержания было принятие 12 сентября 1923 года Женевской Конвенции «О пресечении обращения порнографических изданий и торговле ими». Советский Союз 8 июля 1935 года ратифицировал эту Конвенцию и Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 25 ноября 1935 года УК РСФСР 1926 года был дополнен ст. 1821, содержавшей ответственность за оборот порнографии. В дальнейшем диспозиция ст. 1821 будет полностью воспроизведена в ст. 221 УК РСФСР 1960 года.

Третий этап, продолжающийся в настоящее время, отмечается дальнейшим развитием международного сотрудничества по пресечению оборота порнографии, и прежде всего, детской порнографии в сети Интернет и совершенствованием уголовного законодательства в этой части.

Автор отмечает, что в международном сотрудничестве на третьем этапе наметились тенденции либерализации уголовной политики в борьбе с оборотом обычной порнографии, основу которой положили международные конгрессы, состоявшиеся в 60 - 70-х годах прошлого века (IX Конгресс международной ассоциации уголовного права в Гааге 24 августа 1964 года, международный криминологический конгресс в Брюсселе 15 марта 1972 года).

По мнению диссертанта, либерализация уголовной политики в отношении оборота обычной порнографии явилась результатом происходивших в тот период в большинстве стран Европы и США так называемых «сексуальных революций», негативные последствия которых проявятся в дальнейшем и в Советском Союзе.

В анализируемый период в отношении детской порнографии принимается целый ряд международных конвенций и соглашений, регламентирующих полный запрет оборота этого вида сексуальной продукции, и прежде всего в сети Интернет (Конвенция о правах ребенка 1989 г., Факультативный протокол к Конвенции о правах ребенка, касающийся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии 2000 г. и т.п.).

Автор отмечает, что в этот период в уголовном законодательстве России произошли кардинальные изменения, которые были обусловлены принятием в 1996 г. нового Уголовного кодекса. Уголовный кодекс 1996 г. сохранил ответственность за оборот порнографии. Однако в ст. 242 устанавливалась ответственность за незаконное (в ранее действовавшем законодательстве этот термин не употреблялся) распространение порнографических материалов или предметов. В дальнейшем, в целях выполнения Россией международных обязательств по пресечению оборота детской порнографии, в Уголовный кодекс была введена ст. 2421 «Изготовление и оборот материалов или предметов с порнографическими изображениями несовершеннолетних» (ФЗ от 08.12.2003 г. № 162-ФЗ).

Во втором параграфе диссертант исследует современное уголовное законодательство государств - участников СНГ и Балтии, государств Европы и США, предусматривающее ответственность за оборот порнографии.

Автором отмечается, что после распада Советского Союза в странах СНГ и Балтии произошло существенное реформирование уголовного законодательства. В 1996 году Постановлением Межпарламентской Ассамблеи государств - участников СНГ был принят Модельный уголовный кодекс, основные положения которого нашли свое отражение в новых уголовных кодексах этих государств. Применительно к исследуемой проблеме Модельный уголовный кодекс в ст. 237 установил ответственность только за незаконный оборот обычной порнографии. Указание на «незаконность» оборота порнографии, кроме ст. 242 УК РФ, содержится и в ст. 241 УК Республики Таджикистан, ст. 242 УК Азербайджанской Республики, ст. 263 УК Республики Армения и в ст. 274 УК Республики Казахстан. Однако в уголовном законодательстве Республики Таджикистан (ст. 166) и Армении (ст. 186, 269), в отличие от уголовных кодексов других вышеперечисленных стран, предусматривается повышенная ответственность за вовлечение несовершеннолетних в изготовление порнографии, а в УК Армении - и за распространение детской порнографии с использованием компьютерных технологий.

В уголовном законодательстве Республики Беларусь, Кыргызской Республики, Республики Узбекистан и Украины признак «незаконность» законодателем не используется в отношении установления ответственности за оборот порнографии.

В уголовном законодательстве Латвии, Литвы и Эстонии ответственность за оборот порнографии дифференцируется в зависимости от вида порнопродукции (обычная порнография или детская порнография) либо возраста лиц, вовлеченных в оборот порнографии. По мнению диссертанта, заслуживает внимания положение ч. 1 ст. 2003 УК Эстонской Республики, в котором содержится ответственность за изготовление детской порнографии без реального участия несовершеннолетнего. В российском уголовном законодательстве остается нерешенным вопрос об ответственности лиц, производящих детскую порнографию с применением компьютерного монтажа (например с использованием программ типа Photo Shop) без реального участия детей. Заложенное в таком решении рациональное зерно вполне может быть востребовано отечественным законодателем при дальнейшем реформировании уголовно-правовых норм об ответственности за оборот детской порнографии.

По мнению диссертанта, в уголовном законодательстве государств Европы и США уделяется должное внимание ответственности за оборот порнографии. Вместе с тем уголовные законодательства зарубежных стран неодинаково решают вопросы об установлении ответ-

ственности за оборот как обычной порнографии, так и детской порнографии. Диссертант условно выделяет три группы государств, в уголовных кодексах которых имеются существенные различия в регламентации ответственности за оборот порнографии.

Первую группу составляют страны, в которых законодатель установил уголовную ответственность только за оборот обычной порнографии (ст. 175 УК Японии, ст. 11 УК Швеции, ст. 364 УК КНР).

Во вторую группу входят государства, уголовное законодательство которых устанавливает ответственность только за оборот детской порнографии (§ 207 «а», § 207 «b» УК Австрии, ст. 128 УК Аргентины, ст. 240 «b» УК Голландии).

Третью группу образуют страны, уголовные законодательства которых регламентируют ответственность за оборот как обычной порнографии, так и детской порнографии (§ 106, § 184 УК ФРГ, § 204 УК Норвегии, ст. 202 УК Польши, ст. 197 УК Швейцарии, ст. 227-23, ст. 227-24 УК Франции, ст. 43.21, ст. 43.22, ст. 43.26 УК штата Техас).

Проведенное диссертантом исследование современного уголовного законодательства зарубежных стран об ответственности за оборот порнографии позволило сформулировать следующие выводы:

во-первых, во всех двадцати шести уголовных кодексах содержится ответственность за оборот обычной порнографии или детской порнографии;

во-вторых, в большинстве уголовных законодательств зарубежных стран предусмотрена повышенная уголовная ответственность за использование несовершеннолетних в целях изготовления детской порнографии или при вовлечении несовершеннолетнего в качестве исполнителя для участия в зрелищных мероприятиях сексуального характера либо распространение порнопродукции среди них, что свидетельствует об особой защите государством физического и духовно-нравственного развития несовершеннолетних;

в-третьих, законодательный опыт зарубежных стран заслуживает внимания и может быть использован в Российской Федерации в целях повышения эффективности противодействия преступлениям, связанным с незаконным оборотом порнографии.

Третий параграф посвящен исследованию понятия порнографии в России и зарубежных странах.

Диссертант поддерживает высказанную в литературе позицию ученых-криминалистов, что отсутствие в российском законодательстве определений понятий обычной порнографии и детской порнографии обусловливает трудности доказывания по данной категории уголовных дел и влечет судебные ошибки.

В науке российского уголовного права отсутствует единство в понимании обычной порнографии. Имеющиеся многочисленные определения понятия обычной порнографии (М.В. Денисенко, О.Ш. Петросян, В.В. Сучкова и др.) изобилуют оценочными признаками, такими как «грубо натуралистическое», «непристойное», «вульгарное», «циничное». Подобного рода дефиниции, отмечает автор, дают некоторое представление об обычной порнографии. Однако наличие оценочных признаков в определении обычной порнографии дает основание для их неоднозначного толкования, а следовательно, делает его неудобным для применения в правоохранительной и экспертной деятельности.

Некоторые отечественные исследователи (А.Н. Игнатов, Р.С. Джинджолия и др.) выделяют в качестве существенного признака обычной порнографии цель создания предмета (материала) - «издания, имеющие своей целью нездоровое возбуждение полового чувства», «способное вызвать извращенное сексуальное чувство». Автор не разделяет данную точку зрения ученых, так как этим сужается перечень предметов (материалов), которые фактически (объективно) являются порнографическими, но цель их создания иная (например, извлечь коммерческую выгоду, совершить развратные действия в отношении детей).

По мнению автора, наиболее приемлемой по данной проблеме является позиция ученых (А. Дьяченко и Е. Цымбала), суть которой в том, что подготовка общего определения обычной порнографии выглядит сомнительной, предпочтительней будет выделение критериев, совокупность которых характерна для любого порнографического материала. Перечень критериев порнографических материалов или изображений может быть опубликован в виде методических рекомендаций.

Автор разделяет точку зрения (А. Дьяченко и Е. Цымбала) в той части, что понятие обычной порнографии следует формулировать не в виде общего определения, а на основе перечня признаков (критериев). В то же время не согласен с тем, что перечень признаков (критериев) обычной порнографии следует изложить в виде методических рекомендаций.

Автор считает, что исчерпывающий перечень признаков (критериев) обычной порнографии необходимо изложить в федеральных законодательных актах, что будет способствовать более эффективному противодействию незаконному обороту порнографии на всей территории Российской Федерации.

Законодательством субъектов Российской Федерации с учетом национально-культурных особенностей могут быть установлены и иные признаки (критерии) обычной порнографии, но не ниже уровня, предусмотренного федеральным законодательством. Дело в том, отме-

чает автор, что определение признаков (критериев) обычной порнографии связано с оценкой нарушения действующих в обществе весьма специфических моральных норм. В отдельных регионах России немаловажным элементом воззрений на определенные ценности являются исторически сложившиеся национально-религиозные традиции и обычаи, которые могут обусловить расхождение в определении того, что пристойно или непристойно в изображении или описании интимных сторон жизни человека, а следовательно, в определении того, что следует считать порнографией.

Проведенное диссертантом исследование имеющихся в науке российского уголовного права и представленных депутатами Государственной Думы РФ законопроектах определений понятия детской порнографии позволило сделать вывод о том, что отсутствует единообразие в понимании этой дефиниции. Во-первых, в определениях отсутствует единство при обозначении лица, задействованного в данном виде порнографии - «дети», «ребенок», «несовершеннолетний». Автор считает, что следует использовать в дефиниции термин «несовершеннолетний», как это изложено в международных актах (например, Конвенция о преступности в сфере компьютерной информации, Будапешт, 23 ноября 2001 года) и в действующей редакции ст. 2421 УК РФ. Во-вторых, сексуальная информация, содержащаяся в признаках детской порнографии, должна относиться к половым органам, половому акту или иным действиям сексуального характера. Такой подход будет удобным при оценке предметов (материалов), содержащих сексуальную информацию, либо в процессе разграничения обычной порнографии от детской порнографии.

Автор отмечает, что сложности в установлении признаков исследуемых дефиниций типичны не только для российской науки и правоприменительной деятельности, но и для других государств. В зарубежной науке уголовного права, законодательстве и судебной практике отсутствует единство в понимании признаков обычной порнографии и детской порнографии. Из двадцати шести проанализированных диссертантом уголовных кодексов зарубежных стран только в Примерном Уголовном кодексе США (ст. 251.4), УК штата Техас (ст. 42.25), УК Норвегии (§ 204), УК КНР (ст. 367) содержатся нормативные определения этих дефиниций, которые по содержанию имеют существенные отличия между собой.

На основании проведенного исследования понятия порнографии в России и зарубежных странах автором предлагаются определения понятий обычной порнографии и детской порнографии, приведенные в положениях, выносимых на защиту.

В четвертом параграфе исследуется общественная опасность деяний, связанных с незаконным оборотом порнографии.

По мнению автора, вопрос об общественной опасности и социальных последствиях незаконного оборота порнографии является ключевым при выборе стратегии противодействия данному явлению и установления параметров его наказуемости. Специфичность социальных последствий незаконного оборота порнографии заключается в том, что они не поддаются четкому количественному измерению и не имеют материального выражения. Тем не менее, общество постоянно испытывает на себе воздействия этих последствий.

Автором отмечается, что одним из факторов, обусловливающих общественную опасность деяний, связанных с незаконным оборотом порнографии, является их распространенность. Во времена бывшего СССР изготовление и распространение порнографии не имело массового характера. Однако в начале 80-х годов в стране начался процесс интенсивного распространения видеоаппаратуры. Отсутствие в стране развитой системы видеопроката и материально-технической базы для оперативного создания собственных видеопрограмм способствовали быстрому возникновению теневой видеокультуры и криминального видеобизнеса. В обороте находились видеофильмы, не подвергнутые какому-либо отбору по идеологическим и нравственным критериям, устоявшимся в советском обществе. Многие видеофильмы содержали пропаганду порнографии, сексуальных отклонений, культ насилия и жестокости.





Читайте также:


Читайте также:
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Почему люди поддаются рекламе?: Только не надо искать ответы в качестве или количестве рекламы...
Как построить свою речь (словесное оформление): При подготовке публичного выступления перед оратором возникает вопрос, как лучше словесно оформить свою...

©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (646)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.021 сек.)