Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Тарелка спутниковой антенны 4 страница




Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

У нее кружилась голова. Она никак не могла решить, с чего начать. Она хотела, чтобы Аннет узнала о Соломоне все и сразу. Но с чего же лучше начать?

— Сара, — услышала она голос Соломона в голове, — я тот, кто я есть, и никакие объяснения этого не изменят. Аннет привыкнет к мысли обо мне, как привыкла ты, а потом Сет. Все хорошо. Просто начинай.

Сет увидел, как Сару охватило чувство покоя, и расслабился и прислонился спиной к дереву. Он чувствовал, что все хорошо, и чувствовал, как Сару посещает вдохновение.

— Итак, Аннет, думаю, я начну с того, что объясню тебе, кто такой Соломон.

— Это филин, правильно? — быстро вставила Аннет.

Сет и Сара переглянулись и ухмыльнулись.

В общем-то да, но — Аннет, он настолько больше, чем просто филин! Соломон говорит, что все мы больше, чем то, что мы о себе думаем. — Она внимательно всматривалась в лицо Аннет, ища признаки тревоги или недоверия.

Продолжай, — попросила Аннет.

Он говорит, что, пока мы здесь, в этих телах, которые можем видеть и чувствовать, есть и другая часть нас, намного старше, которая никогда не умирает, — и эта часть всегда с нами, все время. Соломон говорит, что некоторые называют эту часть Душой, но он сам называет ее Внутренней сущностью.



Аннет молчала.

— Соломон говорит, что наша Внутренняя сущность живет вечно. И что иногда она выражает себя в физических проявлениях. Он говорит, что это непохоже на жизнь и смерть, потому что смерти нет. Просто иногда Внутренняя сущность обретает физическую форму, а иногда нет, — но она всегда жива и всегда счастлива, несмотря ни на что.

Продолжай, — повторила Аннет.

Мы как бы продолжение этой древней Внутренней сущности. И когда мы чувствуем себя по-настоящему хорошо, это значит, что в это время мы позволяем большей части Внутреннего «Я» течь через нас. Но когда мы чувствуем себя не так хорошо, понимаешь, как когда мы напуганы или злимся, или еще что-нибудь, — тогда мы не позволяем тому, чем мы на самом деле являемся, проявляться.

Слезинка сорвалась с ресниц Аннет и покатилась по ее щеке. Сара посмотрела на нее. Она не знала, следует ли ей продолжать.

— Мама говорила мне точно то же самое. Она пришла ко мне во сне и сказала, что будет со мной говорить,

если я захочу, — но только если я буду счастлива. Она сказала, что я не смогу ее услышать, если не буду счастлива. Когда я проснулась, то плакала и не могла остановиться. Я не представляла, что это возможно — быть счастливой снова теперь, когда она умерла. Поэтому я думала, что никогда больше не смогу с ней поговорить.

Но потом тетя принесла нам котенка, и котенок вылизывал мне лицо своим шершавым язычком. И когда я смеялась от этого, то услышала мамин голос. Она сказала: «Какая красивая кошечка, Аннет. Назови ее Сара».

Я была так счастлива. Тогда я поняла, что мама имела в виду. Мне все равно было грустно из-за того, что она умерла, и из-за всего остального, но в тот момент я поняла, что если котенок может со мной играть и отвлечь меня от моей грусти достаточно надолго, чтобы я смогла услышать маму, то найдется много другого, что поможет мне услышать ее.

Сара и Сет слушали ее, пораженные. Саре хотелось ее обнять и поцеловать. Она не понимала, о чем тревожилась раньше. Аннет уже понимала на собственном жизненном опыте многое из того, что Сара хотела ей рассказать.

Все трое сидели маленьким кружком, молча глядя друг на друга, и глаза у всех были полны счастливыми слезами узнавания — узнавания друг друга и Благополучия. Сара протянула руки, обнимая одной рукой Аннет, а другой Сета. Сет и Аннет тоже обняли ее и друг друга. Они сидели так, и сердца у них пели.

Думаю, теперь моя очередь, — сказал Соломон, сидя на ветке дерева над ними. — Более подходящего момента быть не может. — И быстрым и плавным движением он спустился к своим трем бескрылым друзьям, приземлившись точно посреди их маленького кружка. — Найдете для меня место? — спросил он.

Соломон — воскликнула Сара. — Мы так рады тебя видеть!

— Что ж, мои дорогие бескрылые друзья, приятно, что меня видят. Здравствуй, Аннет, очень приятно наконец официально с тобой познакомиться.

У Аннет отвисла челюсть. Она посмотрела на Сару, на Сета и на Соломона, а потом снова на Сару. Губы ее двигались, но слов не получалось.

Сара и Сет широко улыбались. Они знали, что Аннет сейчас чувствует, потому что не так давно сами впервые услышали, как разговаривает Соломон.

— Итак, — сказала Сара, — как обычно говорят - говорящий филин стоит тысячи слов.

Сет и Аннет расхохотались.

— К сожалению, ребята, я не могу задержаться, — сказал Соломон. — Я опаздываю на урок испанского. Ноя вернусь завтра. Тогда мы сможем поговорить. Hastala vista. — И не успели они и глазом моргнуть, как Соломон улетел.

Сара и Сет рассмеялись.

— Он не просто говорит, но говорит на нескольких языках? — сказала Аннет, хохоча так, что у нее по лицу текли слезы.

— Видимо, да, -- сказала Сара сквозь смех. —С ним не соскучишься. Все всегда меняется — и всегда совершенно.

Они посидели на платформе неподвижно.

Хотите покататься на канате? — спросил наконец Сет.

Не-а, — сказала Сара.

Не-а, — сказала Аннет.

Глава 15

Сара, Сет и Аннет сидели на полу дома на дереве и ждали, когда к ним присоединится Соломон.

Пока ждем, можем покататься, — предложил Сет.

Нет, я лучше посижу, — ответила Сара.

И я тоже, — кивнула Аннет.

У Сары до сих пор мысли скакали во все стороны. Прошлой ночью она почти не спала и практически не обращала внимания на то, что происходило днем в школе. Ее занимал вопрос, который ей не терпелось задать Аннет.

— Ты сказала, что мама тебе о нас рассказывала? - Да.

Сара хотела, чтобы Аннет сама продолжила.

Она приходит ко мне во сне. Не каждую ночь, просто иногда. О, вот и он! — Аннет вскочила на ноги, указывая в небо. Сара и Сет тоже поднялись.

Он такой большой! — воскликнула Аннет, глядя, как Соломон кружит в небе над домом на дереве.

Сет и Сара посмотрели друг на друга и ухмыльнулись. Соломон уже давно не устраивал такого торжественного появления. Сара посмотрела на Аннет и ощутила знакомый укол восторженного предвкушения, а Соломон кругами спускался ниже и ниже, к дому на дереве.

И вот наконец он приземлился на перила.

— Здравствуйте, мои дорогие бескрылые друзья...Аннет взвизгнула от восторга.

Как дела сегодня, мисс Сара'? — Соломон внимательно посмотрел Саре в глаза.

Лучше не бывает! — Она действительно ощущала себя прекрасно.

Мне это совершенно очевидно. А у тебя, Сет?

Хорошо, Соломон. Очень хорошо.

Действительно. Аннет, я очень рад, что ты к нам присоединилась. Как у тебя сегодня дела ?

Тоже хорошо, Соломон. И я так рада, что вы позвали меня к себе. Не могу поверить своему везению. Я такая счастливая!

Все мы чувствуем то же самое. Как прекрасно быть вместе. Все мы птицы одного полета, знаешь ли, — а такие птицы летают вместе!

Аннет рассмеялась.

— Сара, как по-твоему, что из того, что ты узнала с тех пор, как мы летаем вместе, самое важное?— спросил Соломон.

Аннет и Сет рассмеялись. Сара посмотрела на Соломона. Почему он задает ей такой сложный вопрос? Почему бы ему не начать с того, чтобы объяснить все Аннет так же, как он объяснял Саре, а затем Сету? Она надеялась, что Соломон научит Аннет летать, как научил Сару, когда они познакомились, а потом Сета.

Она зажмурилась, пытаясь найти ответ на такой сложный вопрос. Ей казалось, что она узнала от Соломона очень много всего, и все было важным. С их знакомства в жизни Сары произошло так много событий, и он помогал ей и Сету в стольких трудных ситуациях, что ей казалось невозможным разобраться во всем прямо сейчас и выбрать что-то одно, самое значительное.

— Соломон, я не...

Сара, — перебил ее Соломон, — я дам тебе подсказку. Определить, что важнее всего, можно по тому, что эмоции, которые ты испытываешь по поводу этого, очень-очень сильные. Поэтому если ты вспомнишь самые сильные эмоции, то поймешь, что важнее всего.

Ты говоришь о положительных эмоциях или отрицательных? — спросила Сара. Это было интересно. Ей нравилось так учиться у Соломона.

И о положительных, и об отрицательных. Когда чувства сильные, то, будь они хорошими или плохими, они всегда обозначают что-то важное. Но часто бывает проще вспомнить сильные плохие эмоции. Они оказываются первым индикатором того, что происходит нечто важное.

Ты хочешь сказать, что если я вспомню самое плохое, что со мной происходило, или самые ужасные чувства, которые испытывала, то пойму, что для меня самое важное?

Именно так.

Ну, если так, то это просто. Потому что хуже всего во всей моей жизни мне было, когда Джейсон и Билли застрелили тебя. И ты истекал кровью. А потом закрыл глаза. И я думала, что ты умер.

Аннет поморщилась и крепко обхватила себя руками.

— Я действительно умер, Сара! — драматически сказал Соломон. — По крайней мере в том смысле, в котором оцениваете это вы, смертные. Твой отец похоронил мятую горсть моих испорченных молью перьев на заднем дворе. Разве ты не помнишь?

У Сары вырвался взрыв хохота. Откровенное неуважение к смерти, которое проявлял Соломон, застало ее врасплох. И то, что он сидел здесь и разговаривал с ними о своей собственной смерти, хотя был настолько явно живым, как-то лишало печальную тему остроты.

— Да, я предвижу много радостных разговоров о смерти между вами троими.

Сара, Сет и Аннет рассмеялись вместе.

— Ох, Соломон, у тебя очень странный взгляд на вещи.

— У меня странный взгляд ? Я думаю, это у вас, смертных, он странный. Только подумайте: каждый из вас знает, приходя в эти прекрасные физические тела, что вы обитаете в них лишь временно. И каждый из вас, даже сейчас, понимает, что вы не останетесь в них навсегда. Все вы верите, что умрете, потому что не знаете никого, кто смог бы этого избежать. И тем не менее вы упорно тревожитесь из-за смерти и отталкиваете ее. Вы не видите ее как нечто прекрасное, нормальное, чудесное — хотя она именно такая. Вместо этого вы рассматриваете ее как нечто нежелательное, ненавистное, вы считаете ее наказанием. А когда вы находите в своем обществе того, кого искренне презираете, вы наказываете его смертью; неудивительно, что ваше представление о ней так запутано.

Все трое молча уставились на Соломона. Он был прав. Ни один из них не знал людей, которые не боялись бы одной мысли о смерти. Это был печальный, неприятный предмет размышлений.

— Большинство людей так боится смерти, что не позволяет себе жить. И это особенно неприятно, потому что смерти нет. Есть только жизнь, и другая жизнь.

Я хочу знать все, как знаешь ты, Соломон, — сказала Сара.

Что ж, Сара, ты уже знаешь. Я здесь только для того, чтобы помочь тебе все получше вспомнить. Ты будешь вспоминать все постепенно, и все в свое время. Вы трое уже прекрасно справляетесь с воспоминаниями о том, кто вы такие.

Что ж, мне пора. Приятного вам катания на канате. Хорошего дня! — Соломон одним могучим взмахом крыльев поднялся в небо и улетел.

Аннет посмотрела на двоих своих новых друзей. Она чувствовала себя счастливее, чем когда-либо.

Мама была права, — сказала она. — Вы знаете о смерти.

Мы знаем, — сказала Сара. — Нам только нужно не забывать, что мы знаем.

Глава 16

Сара оставила пиджак на цементных сваях в конце моста Мэйн-стрит и забралась в свое гнездышко, наслаждаясь теплом солнечного субботнего дня. Ей нравилось это место. И река. Реку Сара любила больше, чем кто-либо другой. Она любила ее весной, когда вода почти заливала берега и захлестывала перекинутое через нее бревно, по которому Саре нравилось ходить. Она любила ее зимой, когда лед подкрадывался от берегов к центру, пока холодная вода не скрывалась полностью под заснеженной ледяной коркой. Она любила ее летом, когда вода становилась такой теплой, что можно было закатывать брюки и ходить вброд в мелких местах. И она любила реку осенью, как сейчас, когда красивые листья превращались в разноцветные лодочки и плыли по течению в неведомые места. Сара часто представляла себя крохотной, как Дюймовочка, ее любимый персонаж из детских сказок: тогда она могла бы кататься в одной из лодок-листьев и открывать для себя прекрасные неведомые миры, которые лежали между ее родным городком и огромным океаном, в который впадала река. Сара положила подбородок себе на колени, представила эту прогулку и улыбнулась.

«Мама была бы в восторге», — саркастически подумала она, вспоминая, сколько раз ее мама выражала тревогу из-за того, что Сара была практически одержима рекой. Приятные размышления Сары о реке развеялись, когда она подумала о мамином иррациональном беспокойстве.

«Родители вечно волнуются из-за ерунды, — подумала она. — Переживают из-за всего подряд, хотя на самом деле переживать вовсе не из-за чего».

Сара вспомнила свою удивительную встречу с рекой. Она всегда испытывала странную смесь чувств, когда вспоминала, как упала с бревна, перекинутого через реку; а точнее, когда ее сбила большая и слишком любвеобильная собака. За то короткое время, которое она провела в воде, ее чувства сменились с совершенного ужаса на расслабленное понимание того, что ей, видимо, придется утонуть, а потом — на изумленное восхищение красотой реки, по которой Сара плыла на спине милю за милей вниз по течению; и наконец пришло триумфальное осознание того, что, что бы ни случилось, в ее жизни все хорошо. Сара знала, что ее невероятное путешествие по фантастической реке как-то изменило ее. С тех пор у нее зародилось понимание, что все хорошо.

— Сара! Сара! Сара!

Сара вздрогнула от звука голоса ее младшего брата.

— Ты слышала, что Сэмюэль Моррис чуть не утонул в реке? Сара! Сара! Ты слышала?

Сара выбралась из своего гнездышка и посмотрела на брата, который мчался к ней, на бегу придерживая шапку.

Сэмюэль? — сказала Сара про себя. — Кто такой Сэмюэль Моррис? Ох, нет, — ахнула она, сложив в уме два и два. «Это младший брат Сета».

Откуда ты знаешь? Кто тебе сказал? Где он? С ним все в порядке? — Вопросы Сары лились нескончаемым потоком, и Джейсон не успевал ответить на один, как она уже задавала следующий.

Об этом говорили в аптеке Пита.

Так рассказывай! — сердито крикнула Сара, схватив Джейсона за руку и пристально глядя ему в лицо. — Что они сказали?

Не знаю я! — заорал Джейсон, выдергивая руку и отступая от нее. — Да что с гобой такое, Сара?

Извини, Джейсон, я не хотела тебя хватать. Просто... — Сара осеклась. Она не собиралась объяснять своему брату, что близко дружит с Сетом, старшим братом Сэмюэля. Про это она не смогла бы рассказать и за сотню лет. И сейчас все равно было неподходящее время. — Просто расскажи мне, что ты слышал.

Джейсон заупрямился. Ему не нравилось, как Сара иногда пыталась им командовать, и было приятно, что он знает то, что не знает она. Он как будто обладал властью над ней.

Джейсон, пожалуйста, ну, что ты слышал? Расскажи мне!

Только то, что этот дурной пацан попытался построить плот и хотел спуститься на нем по ручью, но там, где ручей впадает в реку, плот перевернулся, и он свалился, а течение было слишком быстрым. И еще что-то насчет того, что брат его вытащил, как раз вовремя.

«Сет!» — подумала Сара.

С ним... с ними все в порядке?

Не знаю, Сара. Я тебе все рассказал. — Джейсон побежал в сторону дома.

Сара стояла посреди моста, не зная, что теперь делать. Должна ли она пойти в дом Сета и просто постучать в дверь? Это было смелым шагом. Она никогда не была в доме Сета. «Наверное, я просто пройдусь мимо и посмотрю, что там происходит». Она свернула за угол и направилась к дому Сета.

Улица выглядела совершенно такой же, как обычно. Сара никого не увидела: вокруг не было машин, и людей тоже. Дом казался спокойным, как и всегда. Нигде ничего не происходило.

У Сары сердце отчаянно билось. Она хотела найти своего друга и получить от него подтверждение, что все в порядке, но не знала, куда идти. Она редко видела Сета по выходным. Она не знала, что делать. Сара побежала к аптеке. Может быть, там по-прежнему об этом говорят. Может быть, там кто-нибудь знает, что произошло.

Сара влетела в двери аптеки, располагавшейся в старом разрушающемся здании. Ее встретил знакомый запах лекарств и духов в сочетании с запахами гамбургеров и жареного лука. Она увидела нескольких человек у автоматов с газировкой, которые что-то активно обсуждали. Она спряталась за журнальной стойкой, чтобы ее не заметили, подобралась как можно ближе и принялась прислушиваться.

Глупые дети. Они как будто не понимают опасность течения реки. Они думают, что это игровая площадка, все для их развлечения, — возмущалась пожилая женщина.

Что поделаешь, так уж устроены дети в наши дни. Они все считают игрой. Их уже не заставишь работать, — сказал Пит, вытирая прилавок грязной и жирной на вид тряпкой.

Сара поморщилась, услышав эти слова. «Старые кошелки, — подумала она. — Что произошло? Переходите к тому, что произошло».

— Ну, это не первый ребенок, который едва не утонул в реке. Девочка Хендерсонов тоже туда падала, правильно? Как ее зовут? Сара, кажется? Я слышала, что она упала в реку и чуть было не утонула. Нужно что-то делать с детьми, которые играют у реки. Нельзя им и дальше это позволять.

Сара сжалась позади журнальной стойки. Сердце у нее забилось так сильно, что она испугалась, что ее услышат. Ей хотелось убежать и спрятаться, но бежать было некуда. Она наверняка умрет, если ее тут поймают.

— Ее мать мне рассказывала, что тысячу раз говорила девчонке держаться подальше от реки, но все без толку. Я до сих пор ее вижу время от времени на берегу. Вот что я вам скажу: если бы это были мои дети, они не стали бы играть у реки. Я нашла бы им достаточно занятий. Я бы их заняла так, чтобы им некогда было баловаться у реки, а если бы они попытались возражать — поверьте, мне не возражают, — сказала огромная женщина.

Сара посмотрела на нее из своего убежища. «Если бы я была твоим ребенком, я бы построила плот и уплыла от тебя как можно дальше, — подумала она. — От всех вас. Вы просто злые, ужасные люди, и ничего не понимаете».

Передняя дверь хлопнула, и в аптеку вошли трое мужчин.

— С ними все в порядке, — сказал один из них. —Старший довольно сильно порезался куском колючей проволоки, но выглядит все неплохо. Наверное, с ним все будет хорошо. Если только он не истечет кровью по дороге.

Сердце Сары забилось у нее в горле. «Сет!» — подумала она. На глазах выступили слезы. Она чувствовала себя так, словно не сможет выдержать больше ни минуты.

Он хорошо плавает, этот парнишка. Я бы на его месте дважды подумал, прежде чем прыгать. Течение там ужасное.

Док его заштопал?

Дока нет в городе. Пришлось везти его в больницу в Фоулервилле.

«В больницу! Сет в больнице!» — Сара больше не могла терпеть. Она выбежала из-за журнальной стойки и вылетела за дверь. Никто ее даже не заметил. Она бежала по улице, и по лицу у нее струились слезы. Она едва ли могла припомнить более ужасный момент в своей жизни.

Она пробежала по мосту Мэйн-стрит, вниз вдоль реки, по тайным тропинкам, которые протоптали они с Сетом, и вскарабкалась по замечательной, сделанной им лестнице в дом на дереве. Быть здесь, в их тайном месте, зная, что он ранен, и, возможно, шрамы останутся навсегда, и зная, что она не может увидеть его, утешить его, помочь ему — ничего ужаснее Сара не могла себе представить. Она закрыла лицо ладонями и расплакалась.

— Соломон, Соломон! Где ты, Соломон? Ты мне нужен. Мне нужно, чтобы ты помог Сету. Соломон, где же ты?

Соломон кружил высоко над домом на дереве. Сара открыла глаза и прищурилась, глядя в небо, но слезы так застилали ей глаза, что она едва могла различить хоть что-нибудь. Она вытерла лицо рукавом и шмыгнула носом, пытаясь его прочистить. Голова была как будто набита ватой. Воздух через нос совсем не проходил. Прошло много времени с тех пор, как Сара в последний раз плакала так горько. Ощущения были не из приятных.

Но когда она увидела Соломона, кружившего в небе над ней, то немедленно испытала огромное облегчение.

Сара многое узнала от чудесного волшебного филина. И самым важным уроком был могущественный Закон Притяжения. Этот закон важнее всех прочих законов, вместе взятых, — объяснял ей Соломон. — Он гласит: «Все подобное притягивается к -подобному».

Сара знала, что то, как ужасно она себя чувствует прямо сейчас, никоим образом не соответствует чувству Благополучия, которое воплощал Соломон. И поэтому она понимала, что пока чувствует все это, Соломон не сможет ей помочь, не может даже быть с ней, потому что Соломон был учителем Благополучия.

Сара села прямее и сняла резинку, стягивавшую ее волосы в хвост. Зажав ее в зубах, она пальцами рас-

чесала волосы и снова завязала их. Лицо она вытерла рукавом, глубоко вздохнула и постаралась найти мысли, соответствующие Благополучию, как раньше неоднократно учил ее Соломон. Сара знала, что для того, чтобы вернуться к чувству Благополучия, ей нужно отпустить болезненные мысли и заменить их мыслями о Благополучии. Но сделать это было нелегко. Не тогда, когда самый лучший ее друг был в беде.

Сара смотрела, как Соломон кружит в небе. Его могучие крылья были широко раскрыты, и несколькими взмахами он поднимался все выше и выше, а потом плавно спускался вниз. Благодаря одному только наблюдению за его завораживающими движениями Сара начала чувствовать себя лучше, почти спокойно—и тогда Соломон мягко опустился на платформу рядом с ней.

Все хорошо, моя. милая Сара, — начал он.

Спасибо тебе, что пришел, Соломон! Сэмюэль упал в реку, и Сет его спас, но, как я понимаю, Сет ранен, и я не знаю, что с Сэмюэлем.

Соломон слушал рассказ Сары. Тут Сара поймала себя на том, что ей не нужно объяснять ему все это. Потому что, как было известно Саре, Соломон знает практически все на свете. И уж конечно он знает, что случилось с Сетом. Потому что Сара, Сет и Соломон были лучшими друзьями.

— Мне кажется, что тебя затянуло в переживания толпы в аптеке. Разве ты забыла, что Благополучие всеобъемлюще'?

Сара посмотрела на Соломона.

Да, наверное, так и есть, — сказала она тихо, стыдясь этого.

Не нужно быть с собой такой строгой. Это нормальная человеческая реакция — позволить реальности момента, который ты наблюдаешь, задавать тон твоим чувствам. Когда человек, которого ты любишь, переживает что-то, что ты не хотела бы, чтобы он переживал, вполне естественно чувствовать себя плохо. Но помни, Сара, что именно ты предлагаешь свою безусловную любовь. А тот, кто понимает и живет жизнь, полную безусловной любви, способен чувствовать себя хорошо в любых обстоятельствах. Сара улыбнулась, вспомнив, сколько часов они с Сетом и Соломоном разговаривали о безусловной любви. И как легко им было чувствовать себя хорошо, или чувствовать любовь к кому-то или чему-то, когда все шло хорошо, но настоящее испытание для безусловной любви наступало тогда, когда нужно было позволить ей течь через тебя, даже если дела, как казалось, шли плохо.

— Сет и его брат в порядке, Сара. И я полагаю, что раны от колючей проволоки заживут прекрасно. Но раны, которые могут причинить встревоженные жители города, или напуганные и взволнованные родители — такие раны могут оказаться намного тяжелее.

Сара прекрасно понимала, о чем говорит Соломон. Она сама пережила достаточно подобного, пока пряталась за журнальной стойкой в аптеке.

И здесь ты сможешь оказать большую помощь.

О чем ты?

Ты — тот самый человек, единственный человек, который не станет драматизировать негативные впечатления. Ты станешь единственным стабильным человеком в жизни Сета, который будет стоять рядом с ним, полностью осознавая Благополучие его опыта.

Сара ощутила, как по ее душе прокатывается сильная волна вины, потому что она не поддерживала свое знание Благополучия Сета. Она так легко поплыла по течению страха и боли.

— Не нужно огорчаться из-за своих тревожных мыслей. Твой страх всего лишь указывает на твою огромную любовь к другу. Но ты быстро вернешь себе равновесие. На самом деле твое знание сейчас сильнее, чем было бы, если бы ты не потеряла на время опору. Потому что теперь твое желание поддерживать равновесие намного сильнее.

Саре стало настолько лучше!

Прояви свою любовь к другу, не обращая внимания на его раны.

Но разве ему не покажется, что я его бросила?

Сара, я не предлагаю тебе совсем не обращать внимания на твоего друга — только не обращать негативного внимания. Дай Сету свое внимание, но сосредотачивайся только на тех аспектах его жизни, которые ощущаются для тебя приятными, пока ты на них сосредоточена.

Я считаю, что тебе это принесет немало пользы. Все хорошо, моя милая Сара. Поговорим позже.

Соломон поднялся одним взмахом крыльев и улетел.

Сара глубоко вздохнула. Соломон дал ей много тем для размышлений. Она задумалась, когда сможет встретиться с Сетом. И что ему скажет. Она была рада, что не увидела его сегодня, потому что ей нужно было время, чтобы все обдумать и потренироваться в позитивных мыслях.

Глава 17

Весь день, проходя по людным коридорам из класса в класс, Сара не переставала разыскивать Сета. «Надеюсь, с ним все в порядке», — грустно думала она.

Она спустилась по лестнице с четвертого этажа на третий, потом на второй, и после последнего поворота, который вывел ее на первый этаж здания школы, она увидела Сета, который медленно шел по лестнице вниз. Она тоже замедлила шаги и пошла за ним следом, наблюдая. Рюкзак неловко свисал с его правого плеча. Сара сначала задумалась, почему он не надет на оба плеча, как обычно носил его Сет, а потом заметила толстую повязку на левой руке, обматывавшую руку целиком, от плеча до самых кончиков пальцев.

Сара сглотнула, понимая по размерам повязки, что левая рука Сета наверняка серьезно повреждена. А потом, когда он повернулся, направляясь к входной двери школы. Сара ахнула вслух, увидев другую повязку, которая скрывала почти всю левую сторону его лица. Она захотела окликнуть его, желая утешить. А может, она хотела, чтобы он утешил ее? Но она остановила свой порыв.

Держась за перила лестницы, потому что колени у нее ослабли и готовы были подкоситься, Сара вспоминала мудрые слова Соломона: Ты — тот самый человек,

единственный человек, который не станет драматизировать негативные впечатления. Ты станешь единственным стабильным человеком в жизни Сета, который будет стоять рядом с ним, полностью осознавая Благополучие его опыта.

Меньше всего Саре хотелось, чтобы Сет увидел ее тревогу. Она была рада, что не наткнулась на него в течение дня. Ей действительно нужно было больше времени, чтобы найти свое место. Как она должна была стать стабильным человеком и не драматизировать его негативные переживания, когда его тело было наполовину замотано ужасными повязками? Как она могла притворяться, что все идет точно так же, как раньше?

«Соломон, — мысленно позвала Сара, — мне нужна твоя помощь. Мне нужно сосредоточиться на чем-нибудь хорошем, касающемся перевязки Сета».

— Сара, эти прекрасные повязки помогают процессу исцеления. Под ними находятся разумные клетки Благополучия. Эти клетки сейчас призывают Энергию Источника сильнее, чем обычно, чтобы способствовать процессу исцеления. Человеческое тело устроено просто замечательно, Сара. Оно упругое, и гибкое, и крепкое. Так что просто представь, что повязки сняли и Сет восстановился полностью, точно таким же прекрасным, каким был.

Сара улыбнулась. Соломон всегда умел заставить ее почувствовать себя намного лучше.

Спасибо, Соломон!

Эй, Сет! Подожди!

Сет двигался не слишком быстро, но уже преодолел половину парковочной площадки. Сара побежала за ним.

Привет! — сказала она, догнав Сета.

Привет, — ответил он, глядя в сторону.

Я слышала, что ты прекрасно плаваешь, и что течение тебя нисколько не пугает, — сказала Сара, желая подчеркнуть самый положительный момент, который смогла найти во всем том, что пришлось пережить Сету с тех пор, как они виделись в последний раз.

Сет молчал.

— И твоя сообразительность и реакция спасли Сэмюэлю жизнь!

Сет по-прежнему не сказал ни слова.

— А заколка миссис Карсли упала в банановый пудинг и застряла в миксере, так что весь пудинг пришлось выкинуть. — Сара улыбнулась. Она сама не понимала, зачем это сказала, но с радостью увидела, что Сет тоже улыбается.

Он засмеялся.

Сара, это правда случилось, или ты все выдумала?

Нет, честное слово, так все и было! Ты же знаешь, Сет, я никогда не стану тебе лгать. По крайней мере, не о таких важных вещах, как пудинг.

Ну конечно, — засмеялся Сет. — Ну, тогда хорошо.

Я рада тебя видеть. Я по тебе скучала.

И я по тебе тоже скучал, Сара. Думаю, пройдет несколько дней, прежде чем я смогу кататься на канате, а сегодня я не смогу туда пойти, потому что... — Он остановился, не желая объяснять, что ему нужно идти к врачу и менять повязки.

Ничего страшного, — сказала Сара. — Потом нагоним упущенное. Я должна рассказать тебе миллион разных вещей, но ничего такого, что не могло бы подождать. Пока, Сет.

Сет свернул к своему дому. Сара чувствовала себя так, словно успешно преодолела полосу препятствий, хотя что угодно могло пойти не так. Она улыбнулась. То, что сейчас произошло, вызывало у нее прекрасные ощущения. Разговор не был идеальным, это она понимала. Но ей удалось не драматизировать то, что большинство назвало бы негативным опытом. Она хотела поднять Сету настроение. И надеялась, что ей это удалось.




Читайте также:
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...
Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (382)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.049 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7