Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Книги из серии «Rosemary Beach» 7 страница




– Перестань ревновать. Нет ничего сексуальнее тебя в деловом костюме и в галстуке, твоих коротких светлых волос и загорелой кожи. Я знаю, что у меня есть ты, и не засматриваюсь на других, – сказала Брейден, когда Кент наклонился, чтобы поцеловать её, и передал мне чашку кофе.

Прямо сейчас я не хотела быть свидетелем такого проявления привязанности. По крайней мере, в ситуации с Триппом я знала, что там был только дешевый секс. Но сейчас романтики было слишком много.

Брейден прочитала мои мысли. Она была хороша в этом.

– Иди и позволь девочкам поговорить. Нам нужно время, – сказала она Кенту, посылая ему такой взгляд, что он все понял. Я ничего не сказала. Мне нужно было, чтобы Кент ушел. Только без обид.

– Прости за это. Я не подумала, – сказала Брейден, когда Кент покинул комнату.

– Всё в порядке. Я должна научиться сталкиваться с подобными вещами в своей будущей жизни. Пора бы уже привыкнуть к этому. На улице полно влюбленных парочек.

Брейден потянулась и взяла меня за руку.

– Ты найдешь свое счастье. Я думаю, что ты неправа на счет Вудса, но я уже говорила тебе это. Он любит тебя. Я знаю, что любит. Я помню того безумца, который примчался следом за тобой несколько месяцев назад. Он обожает тебя. И мне больно смотреть, как ты отпускаешь все, что было между вами.



Но как я могла это удержать?

– Я не могла остаться. Он устал от моих безумств. Я слышала, как он сам это сказал. Вудс не знал, что я слышала его. Он разговаривал с Джейсом о том, как трудно ему стало справляться со мной, и как он устал от всего этого.

– Что! Я не верю. Ты должно быть его не так поняла. Я не могу себе представить Вудса, произносящего такие слова. И позволь мне сказать тебе, что если это правда, то я уничтожу его. Уничтожу. Его. Ты слышишь меня? – Брейден начинала закипать. Я должна была держать при себе свои мысли. Я знала, что, рассказав ей о том разговоре, её поглотит слепая ярость.

– Что он точно сказал? – спросила Брейден, ставя кружку на стол. Она пристально смотрела на меня, выискивая любой признак лжи.

– На самом деле, это был подслушанный разговор. Я не могу точно его вспомнить.

– Чушь собачья. Это отпечаталось в твоем мозгу, и ты точно знаешь, что он сказал, слово в слово.

Брейден не отстанет, пока я ей все не расскажу.

– Я была в клубе и искала Вудса. Вместо лифта я решила воспользоваться лестницей, чтобы спуститься вниз. Когда я вышла на лестничную площадку, то услышала его разговор с Джейсом. Я не хотела подслушивать, но услышала, как Джейс сказал, что он не знает, как Вудс так долго справляется с моим сумасшествием.

– И что сделал Вудс? Пожалуйста, скажи мне, что он врезал кулаком ему в нос.

Я покачала головой и позволила оцепенению сковать меня. Я не могла думать о том, что тогда услышала.

– Вудс сказал, что это было тем, с чем он должен иметь дело. Что он не может оставлять меня одну, но это оказывает негативное влияние на его работу.

Я остановилась и сглотнула, потом посмотрела на свои руки, ноги, да куда угодно, только не на Брейден.

– Он сказал, что, по крайней мере, когда Анджелина была рядом, она помогала.

Это часть больше всего причиняла мне боль. Слышать, как Вудс говорит, что с кем-то вроде Анджелины было легче. Что она была тем, кто ему был нужен. А не кто-то подобный мне. Сумасшедший.

– Может быть, он говорил не про тебя. Разве его мама не чокнутая сука?

– Нет. Она просто подлая женщина, – объяснила я. Было кое-что ещё. Джейс сказал кое-что ещё. – Джейс сказал, что Вудсу нужно убрать подальше свою задницу от моего безумного дерьма. Что у него есть компания, которой он управляет. Затем он сказал… что несправедливо Вудсу бросать все, что он имеет, ради того, чтобы разбираться с моими приступами безумства, и добавил, что пора Вудсу положить этому конец.

– Было бы лучше, если бы Вудс после таких слов надрал ему задницу, – сказала Брейден, её лицо раскраснелось от злости.

Мне нужно было сменить тему разговора, так бы я смогла её успокоить. Но мне также нужно было объяснить ей, что я оставила Вудса ради него самого. Это было тем, что он хотел. Он просто не знал, как сказать это.

– Вудс сказал, что не может оставить меня. Потом он спросил у Джейса, как ему с этим справиться.

Брейден покачала головой, её глаза расширились в неверии.

– Это звучит как-то неправильно. Это не тот мужчина, с которым я разговаривала по… с которым я разговаривала, когда он приехал забрать тебя несколько месяцев назад.

– Нет. Это мужчина, которому в одночасье на плечи легла ответственность за загородный клуб и забота о его матери. У него есть реальные проблемы и беспокойства. А я больше того, с чем он может справиться.

Брейден продолжала качать головой. Ей нужно было время, чтобы осмыслить все сказанное мной. Я не говорила Триппу про этот разговор. Я не хотела вообще о нем говорить. Трипп не стал бы на меня давить как Брейден.

– Ты не сумасшедшая. Ты не безумная.

– Я знаю, что ты веришь в это. Но болезнь у меня в крови, Брейден.

Она подарила мне печальную улыбку.

– Нет. Это не так. Есть кое-что, что мне нужно тебе показать, и много того, что тебе рассказать. Пока ты каталась с горячим владельцем байка последние две недели, я провела кое-какое расследование.

– Что? Что ты подразумеваешь под словом «расследование»? По поводу чего?

– Делла Слоан, тебя удочерили.

 

Глава 23. Вудс

 

Дарла Лоури, менеджер гольф-поля, сейчас была членом Совета директоров. Единственная правильная вещь, которую сделал мой отец, это принял её на работу. Я бы смог доверить Дарле собственную жизнь. В то время как Джейс планировал свадьбу с Бети, племянницей Дарлы, мы ещё туже завязывались в родственные узы. Дарла была мудрой женщиной. Она была старше меня, на её глазах клуб рос и процветал последние двадцать пять лет. Она заслужила место в Совете директоров. Она также заслужила иметь ту зарплату, которую получали члены Совета.

Зазвонил мой телефон, я посмотрел на экран и увидел номер Брейден. Я не разговаривал с ней уже несколько дней, но она всегда звонила мне, когда была хоть какая-нибудь информация о Делле.

– Привет, – сказал я, в душе молясь, что звонок не был связан с чем-то плохим.

– Я знаю, почему она уехала. Тут все намного сложнее, чем мы думали. Но прежде чем я тебе все расскажу, мне нужно, чтобы ты пообещал выслушать все, что я должна сказать, потому что я не боюсь тебя и твоих денег, Вудс Керрингтон. Я буду преследовать тебя как ищейка, пока не найду и не закопаю. Ты меня понял? – Брейден вспыхнула и была готова на меня наброситься даже на расстоянии.

– Если ты сможешь помочь мне вернуть Деллу, я сделаю невозможное, даже прогуляюсь по воде, – ответил я.

– Хорошо. Я так и думала. Однако она считает совершенно по-другому. Делла верит в то, что своим уходом сделала тебе одолжение. Якобы ты хотел от неё избавиться, просто не знал, как это сделать. Теперь, когда она ушла, по её мнению, ты живешь спокойной и благополучной жизнью.

– Что? Какого черта? Откуда, черт возьми, у неё появились такие мысли? Трипп это сказал ей? Клянусь Богом, я прибью его.

– Сядь и успокойся. Это ты сделал. Не переводи стрелки на других людей. Во-первых, я должна рассказать тебе о разговоре, который Делла подслушала за день до своего бегства. Тебе же лучше рассказать мне, что на самом деле она слышала, потому что исходя из того, что она слышала, следует надрать твою задницу, а сексуального байкера оставить в покое. Усек?

– Пожалуйста, скажи мне, что она слышала, потому что у меня нет ни малейших идей на этот счет.

– Ты разговаривал с твоим другом Джейсом на лестничной площадке в тот день?

На лестничной площадке? Я опустился в свое кресло, и стал вспоминать день, перед там, как Делла разбила на части мой мир. Я разговаривал с Джейсом в тот день. О своей матери.

– Да, разговаривал.

– И…

Я не понимал, что она хотела от меня услышать.

– И что?

Брейден громко вздохнула.

– О чем вы разговаривали с Джейсом?

Черт, я не мог вспомнить. Моя мама выматывала меня. Я планировал собрать новый Совет директоров. Я собирался позволить Делле вновь выйти на работу, и перестать душить её своей опекой. Но не было ничего такого, что расстроило бы её.

– Я не могу вспомнить ничего такого, что заставило бы её оставить меня.

– Значит Джейс никогда не говорил тебе, что ты должен перестать возиться с её сумасшедшей задницей? И ты не говорил, что это негативно влияет на твою работу, и что с Анджелиной было легче? И Джейс никогда не говорил, что тебе нужно избавиться от этой психапатки, потому что ты должен управлять компанией?

Я подскочил со своего кресла:

– Что? – Прорычал я.

– Я так и думала. Твоя реакция указывает на то, что ты не говорил все это. Если бы кто-то назвал Деллу психопаткой, ты бы надрал ему задницу. Однако, Делла, почувствовала себя виноватой в том, что тебе пришлось возиться с ней, и подумала, что в твоих же интересах будет лучше, если она уедет.

– Твою же мать! Я клянусь, что никогда не говорил такого. И Джейс никогда не говорил такого. Я бы просто-напросто прибил его на месте за такие слова. Мы говорили о… мы говорили о… ох, твою мать. – Я понял, что она слышала. Она не слышала всего разговора. Но она услышала достаточно, чтобы сделать неправильные выводы.

– Пожалуйста, не говори мне, что на тебя только что снизошло озарение, и такой разговор все-таки был, – сказала Брейден, предупреждая меня.

– Нет. Конечно, нет. Я имею в виду, разговор был, но мы говорили не о Делле. Господи! Никогда. Мы говорили о моей матери. Она только и делает то, что создаваем мне проблемы в клубе, и я обсуждал с Джейсом, как справиться с ней. Я… черт! Я не могу поверить, что Делла подумала, что мы говорили о ней. Я приеду забрать ей. Я больше не могу так. Я должен объяснить ей все. Она должна знать.

– Нет! Даже не заикайся об этом, Керрингтон. Я же сказала тебе в начале разговора, что ты будешь делать все, что я скажу. Я ещё не закончила, и сказала тебе не все, что ты должен услышать. Так что успокойся и положи ключи от машины. Когда придет время забрать её, я дам тебе знать. Но сейчас, как я думаю, очень важно, чтобы она сама решила вернуться в Розмари. Она сбежала. И ей надо найти свой путь назад. Кавалерия пока пусть остается на месте, и запасется терпением.

– Я должен увидеть её, Брейден!

– Ты можешь заткнуться и послушать меня? Я меня есть информация для Деллы, с которой она должна разобраться в первую очередь. Она думала, что психически нездорова, потому что такими были её мама и бабушка, и поэтому решила, что ты никогда не захочешь иметь с ней детей, потому что будешь опасаться, что их мать сорвется и станет безумной. Делла любит тебя больше, чем саму себя, поэтому уверилась, что ты не заслуживаешь такой судьбы, которая у тебя была бы с ней.

– Значит, у нас не будет детей. Я просто хочу её. Если она боится, что ж отлично. Мы просто не будем заводить детей. Я должен сказать ей, что хочу только её.

– Да, да, да, я знаю это. Заткнись, я не закончила, – рявкнула Брейден в трубку. Я сжал в руке ключи от внедорожника, и посмотрел через окно на свою машину. Я бы мог добраться до Деллы за пять часов.

– Деллу удочерили.

Так много эмоция пробежалась по мне в этот момент. Я не знал, то ли мне разрыдаться, то ли развеселиться, то ли упасть на колени и глубоко дышать. Черт побери. Правила игры поменялись.

– Деллу удочерили? – умудрился я выдохнуть.

– Ага. Её удочерили. Приемные родители боялись иметь собственных детей, потому что опасались, что психическое расстройство бабушки Деллы передается по наследству. Они усыновили мальчика из детского приюта. Ему было два года, когда они забрали его. Пару лет спустя они удочерили девочку. От неё отказалась родная мать, которая была ещё подростком и решила, что не готова становиться матерью. Остальное ты знаешь.

Деллу удочерили. Её страхи, что она могла сойти с ума, были безосновательны.

– Она знает об этом?

– Я рассказала ей сегодня. Она знает. Я договорилась о встрече с её родной матерью. Она работает воспитателем в детском саду. Она замужем, у неё есть десятилетний сын и восьмилетняя дочь. Они живут в Боулинг Грин, штат Кентукки. Её зовут Гленда Морган, и она хочет встретиться с Деллой. Она сказала, что пыталась найти Деллу после рождения сына. Она понимала, что отказалась от неё, просто хотела убедиться, что с девочкой всё в порядке. Но дело об усыновлении было закрыто, а денег, чтобы нанять детектива, у Гленды не было. Её муж согласился потратить деньги с возвращенного подоходного налога на поиски её дочери, вместо того, чтобы поехать в отпуск. Поэтому, когда детектив, которого я наняла, нашел Гленду, она была также взволнована, как и я.

Я хотел бы полюбить эту женщину, но зная о её решении отказаться от девочки, что стало причиной того ужаса, через который прошла Делла, я не мог простить её. Где был парень, который обрюхатил её? Неужели его не волновал собственный ребенок?

– А что с её родным отцом? – спросил я.

– Гленда связалась с ним. Его зовут Нил Эндрюс. Он живет в Финиксе, штат Аризона. Он стоматолог. Женат, у него тройняшки. Все девочки. Он тоже хочет встретиться с Деллой. Его жена поддержала его в этом решении.

Воспитатель в детском саду и стоматолог.

– Я видела фото её родной матери. Делла похожа на неё.

– Пожалуйста, позволь мне приехать. Я хочу быть с ней в это время. Она нуждается во мне.

– Нет, Вудс. Все что ей нужно, это почувствовать себя сильной. Почувствовать, что она сама способна пройти через все это. Теперь Делла знает, что не сходит с ума. Это важно. По-настоящему важно. Она так долго жила с этим страхом, что он искалечил её. Сейчас ей нужно найти свою скрытую силу. И она сама должна решить, когда вернуться в Розмари, и признать, что она сильная женщина, достойная тебя.

– Достойная меня? Какого черта, это означает? Я принадлежу ей. Как она может быть недостойной меня?

– Я знаю это, и ты знаешь это, но Делла должна сама прийти к этому заключению. Её жизнь была полным дерьмом. Многие годы я была ей поддержкой. Потом она оставила меня и на несколько месяцев нашла поддержку в тебе. В настоящий момент никто не должен помогать.

– Я не хочу, чтобы она была одна.

– Речь идет не о том, что ты хочешь, Вудс. Речь идет о том, что нужно Делле.

Я прижался лбом к окну и закрыл глаза. Я не хотел думать, что Брейден была права. Я не хотел, ждать Деллу. Но речь шла не о моих желаниях. Делла любила меня больше, чем себя. Она любила меня так сильно, что смогла уйти, думая, так будет лучше для меня. Настало время признаться, что и я любил её сильнее, чем себя.

– Хорошо. Но, пожалуйста, держи меня в курсе событий.

Брейден облегченно выдохнула.

– Я знала, что ты поступишь правильно. Я думаю, что ты достоин её. А это, к слову, очень трудно от меня услышать. Ты обещал прогуляться по воде, и я напомню тебе это, когда Делла вернётся.

 

Глава 24. Делла

 

Её звали Гленда. Когда она родила меня, её звали Гленда Джеймс. Она вышла замуж в двадцать два года. Мне в то время исполнилось уже шесть лет. Она вышла замуж за мужчину, которого встретила на первом курсе колледжа. Они влюбились друг в друга с первого взгляда. У них есть дети. Двое. И сегодня я встречусь с ней. И если все пройдет хорошо, то я, возможно, познакомлюсь с её семьей.

Это была какая-то нереальная ситуация, в которой я никак не могла разобраться. Психически больная женщина, которая вырастила меня, не была моей биологической матерью. Я бы не стала такой же, как она. Женщина, которая дала мне жизнь, была воспитателем. Она была чьей-то мамой и женой.

А мой брат. Его тоже усыновили. Я не помнила его, но он играл большую роль в моей жизни. Моя мама сорвалась после того, как потеряла его и моего отца… или её мужа. Он не был мне родным отцом, но некоторое время был приёмным, пока его не убили. Так много всего, что рассказывала мне моя мама, было неправдой. Она говорила, что нянчила меня, и заставила поверить, что после моего рождения впала в депрессию. Но она даже не была беременной. Она не рожала меня. Ничего из этого не было правдой. Теперь я вообще не понимала, что было правдой, а что нет.

– О чем думаешь? – спросила Брейден, пока мы проезжали по оживленным улицам Атланты. Гленда с семьей тоже приехала в Атланту. Мы должны были встретиться в кафе, о котором знала Брейден. Я не была уверена, что смогла бы есть в присутствии этой женщины. Я даже не знала, что сказать или спросить у неё. Было так много всего, что я хотела узнать, но так же много и того, что не хотела.

– Она ни о чем не знает. Я ничего ей не рассказала. Я нашла её, но не посчитала себя той, которая должна поделиться с ней твоей историей.

Я не была уверена, что хотела рассказывать Гленде о своей жизни.

– Что если я не найду слов, что сказать, когда увижу её?

– Тогда ничего не говори. Делай то, что удобно тебе. Если сегодня ты готова сказать только «Привет», тогда это будет все, что мы сделаем. Когда ты захочешь большего, мы договоримся о новой встрече с ней.

По словам Брейден все всегда решалось так легко. Эта женщина посадила свою семью в машину и приехала в Атланту, чтобы встретиться со мной. Мне нужно было сказать ей что-то больше, чем просто «Привет».

– Ты не пойдешь со мной? – снова спросила я. Брейден сказала, что я должна была пройти через это сама. Это был мой шанс доказать себе, что я была сильной. Что я была храброй, и что мне не нужен был кто-то, чтобы быть мне опорой. Хотя прямо сейчас, я хотела за кого-то держаться. Я была в ужасе.

– Не поступай так со мной. Я хочу пойти с тобой. Мне не нравится мысль, что ты пойдешь туда одна, но так лучше для тебя же, Делла. Только для тебя.

Она была права. Брейден всегда была права.

Я кивнула.

– Я знаю. Спасибо.

Я молча наблюдала, как она парковала машину на стоянке около небольшого тихого кафе. Столики стояли как внутри, так и снаружи здания. Я узнала женщину, которая подарила мне жизнь, благодаря фотографии, которая была у Брейден. Гленда сидела за столиком во дворе кафе, с левой стороны от здания. У неё в руках была чашка кофе, которую она без конца крутила взад-вперед, явно нервничая. Это ситуация также пугала и её. Но она была храброй. Она пришла сюда одна.

– Вон она, – сказала Брейден, указывая на Гленду.

– Я вижу, – ответила я, и потянулась к дверной ручке.

– Ты сможешь это сделать.

Я посмотрела на Брейден и улыбнулась в первый раз за эту неделю.

– Я знаю.

В тот момент, когда я вышла из машины, наши с Глендой взгляды встретились. Я видела, как она поднялась с места и посмотрела на меня. Пока я шла к её столику, то все ещё не была уверена, что сказать этой женщине. Она дала мне жизнь, но была для меня чужим человеком.

– Делла, – сказала Гленда, будто хотела убедиться, что я это я. У нас были похожие волосы, носы, и линия рта. Но у неё были карие глаза.

– Да, – ответила я.

Она какое-то мгновенье мяла руки, затем прикрыла рот одной рукой.

– Мне так жаль. Я просто… Я не знаю… – она опустила руки и улыбнулась мне чуть заметной улыбкой. – Я представляла этот день. Я так часто представляла этот день, и сейчас я, наконец-то, стою здесь и смотрю на тебя.

Она пристально изучала моё лицо, отмечая некоторые черты, которые, как я уже знала, достались мне от неё.

– У тебя глаза Нила. Ему это понравится. Он всегда восхищался своими глазами, – сказала она с улыбкой. – Это его самая лучшая черта. Я рада, что ты унаследовала их.

Я знала, что мне следовало сказать что-то, но я не знала, что именно. Я решила, что для меня не так уж важно, понравлюсь ли я ей и признает ли она меня. Я пришла сюда не для того, чтобы слушать восхищение Гленды. Я не была совершенной. Я была разбита на части, но выжила. И мне следовало гордиться этим.

– Мне нравятся мои глаза, – наконец сказала я.

Она мягко улыбнулась.

– Очень красивые. Я всегда завидовала глазам Нила, и говорила ему, что они слишком прекрасны, чтобы принадлежать парню.

Она говорила так, будто все ещё поддерживала связь с моим родным отцом. Мне захотелось узнать об этом побольше.

– Мы можем присесть? – спросила я, пододвигая стул.

Гленда кивнула и опустилась на свой стул. Её чашка кофе стояла забытой на столе.

– Твоя подруга Брейден не стала рассказывать о тебе слишком много. Она сказала, что ты единственная, кто должен решить, что мне следует услышать. Я хочу узнать все, что ты сочтешь необходимым мне рассказать. Чем ты занимаешься? Ты учишься в колледже? – она остановилась и улыбнулась мне. – Извини, я не даю тебе и слова сказать.

В одном я была точно уверена: Гленда не собиралась давить на меня и расспрашивать о моей жизни. Про это было нелегко говорить, и я не была уверена, что не сломаюсь, пока буду рассказывать. Это была часть меня, которую я должна была держать при себе. Если эта женщина войдет в мою жизнь, то возможно, когда-нибудь я расскажу ей свою историю, но не сегодня.

– Я путешествовала. Я хотела посмотреть мир и получить жизненный опыт.

– Звучит замечательно. Ты путешествовала одна?

Я подумала о Триппе и поняла, что мне придется отправить его в Южную Каролину одного. Теперь я туда не собиралась. Мне следовало решить, каким будет мой следующий шаг.

– Я путешествовала с другом. Он собирается вернуться домой в Южную Каролину на этой неделе. И пока я не знаю, что буду делать дальше.

– Как интересно, – сказала она, пристально наблюдая за мной. Я знала, что Гленда хотела проникнуть глубже в мою жизнь, но пока она этого не заслуживала.

Больше я ничего не сказала. На самом деле, мне больше нечего было сказать. Сейчас, когда я увидела её и узнала, что она была моей мамой, то поняла, что больше мне нечего было здесь делать.

– Я чуть не оставила тебя себе. Я хотела этого. Тогда я очень сильно любила Нила. Он был капитаном баскетбольной команды, и все без исключения попадали под его обаяние. Но он выбрал меня. Я была его девушкой, и поклонялась земле, по которой он ходил. Когда я узнала, что беременна, то хотела сохранить ребёнка. Я хотела выйти замуж за Нила и иметь семью. Но мне было шестнадцать. Я ничего ещё не знала о любви и страдании. Я не знала, каково это платить по счетам, и как дорого стоит вырастить ребёнка. Моя мама тогда работала медсестрой, а отец был строителем. Мы жили скромно от зарплаты до зарплаты. Я, разумеется, ничего этого не понимала. Я полностью увязла в романтике. – Она остановилась и сделала глоток кофе. Гленда нервничала, рассказывая мне это, но я поняла, что хотела знать, почему… почему она оставила меня?

– Нил был из состоятельной семьи. Очень состоятельной. Его дедушка был конгрессменом, а отец – хирургом. У них были большие планы на счет Нила. И быть отцом-подростком в эти планы не входило. Думаю, что тогда он любил меня. Я всегда знала, что он любил меня. Нил говорил, что возьмет немного денег, и мы сбежим, а потом будет вместе растить нашего ребёнка. А когда нам исполнится по восемнадцать лет, поженимся. У меня кружилась голова от волнения, пока в один момент всё не поменялось. – В её глазах появилась грусть. Словно вспоминать все это, было слишком больно для неё. Это было двадцать лет назад. Я не могла представить, что Гленда все ещё сожалела об этом. Особенно при той жизни, которая была у неё теперь.

– Нилу предложили баскетбольную стипендию в Университете Аризоны. Он решил принять её. Он сказал мне, что ещё не был готов становиться отцом, и думал, что и я не была готова становиться матерью. Мы были слишком молоды. У нас не было никаких мыслей на счет того, что нам делать. Я поняла, что он просто повторил мне слова своих родителей. Я была зла и обижена на него. Он долгое время пытался поговорить со мной, и убедить простить его, но я порвала с Нилом. Он предал меня. Он выбрал стипендию вместо меня и нашего нерожденного ребёнка. Спустя несколько месяцев, когда стал расти мой живот, Нил из кожи вон лез, чтобы помочь мне в школе, например, носил мне поднос с обедом. Я продолжала игнорировать его. Нил не принял мое решение оставить ребёнка. Он хотел, чтобы я отказалась от него. – Слёзы наполнили глаза Гленды, и она подарила мне печальную улыбку, перед тем как вытерла их.

– Незадолго до твоего появления на свет, мой отец потерял работу. Мама была вынуждена выписать нам талоны на питание, просто чтобы мы могли хотя бы поесть. Родители все время ругались, и я знала, что это происходило потому, что они были напуганы. Ведь в скором времени должен был появиться ещё один рот, который надо было кормить. Ребенку были нужны памперсы, питание, и дополнительный уход, так как я собиралась закончить школу. Я не хотела подобного для тебя… Я не хотела для тебя такой жизни, в которой жила я сама… Я не была готова становиться матерью, и хотела для тебя лучшей жизни... Я любила твоего отца. Ты была плодом нашей любви... Я поняла, когда впервые взяла тебя на руки, что не смогу забрать тебя домой к той жизни, в которой жила я… Этого было недостаточно, чтобы растить ребёнка.

Она замолчала и глубоко вздохнула.

– Я поцеловала твои маленькие пухленькие щечки, затем протянула тебя медсестре, сказала, что не могу оставить ребёнка, и попросила найти для тебя хороший дом.

Я сидела и смотрела на Гленду. В её истории был смысл. Шестнадцатилетние подростки не были готовы стать родителями. Мне было жаль её, и она была достаточно юной, считая, что отдать меня было лучшим решением. Возможно, если бы моего приемного отца и брата не убили, то так оно и было бы. Моя мама, возможно, не сошла бы с ума, если бы они остались живы.

– Я бы хотела встретиться с твоей семьей, – наконец сказала я.

Улыбка осветила лицо Гленды.

– Я рада. Спасибо, Делла.

 

Глава 25. Вудс

 

Я подошел к барной стойке и взял стакан виски, который наш бармен Митч приготовил для меня. Рабочий день закончился, но я кое-кого ждал. Этот кое-кто прислал мне сообщение час назад.

Только я поднес стакан с виски к губам, как в бар вошел Грант и стал осматривать помещение, пока не наткнулся на меня. В этом году его не было в городе дольше обычного. Было лето. Он по идее должен был проводить его в Розмари, где у него была своя квартира.

– Налей мне порцию виски, Митч, – сказал Грант, когда приблизился к бару и, облокотившись на барную стойку, посмотрел на меня. – Я вернулся. Ну, в чем тут дело?

– Где ты был? – спросил я.

Он сжал губы в жесткую линию, прежде чем сдался и вздохнул.

– Ты не захочешь это знать, – сказал он, и сделал большой глоток виски.

Это означало, что он был с Нан. Значит, случилась какая-то история, и я не был уверен, что хотел её знать. Грант был лучшим другом Раша. Они были как братья. Мать Раша была замужем за отцом Гранта, когда парни были ещё детьми. Брак продлился всего пару лет, но ребята крепко привязались друг к другу. Поэтому никто не ожидал, что между Грантом и Нан, сестрой Раша по материнской линии, будет что-то кроме семейных склок. Они дрались, когда были детьми, и сейчас постоянно ругались. Грант был отличным парнем. А Нан была второй в списке самых главных сук в мире. Первое место прочно занимала Анджелина.

– Нан, – просто сказал я.

Грант сделал ещё один глоток виски и протянул стакан Митчу.

– Налей ещё, – сказал он.

– Это виски из Кентукки двадцатитрехлетней выдержки. Им надо наслаждаться, а не глотать как стопку дешевой текилы, – заметил я.

– Послушай, член элитного общества, поцелуй меня в зад. Сейчас мне нужно много алкоголя.

– Любой, кто провел с Нан хотя бы пять минут, нуждается в алкоголе. Вопрос: какого черты ты это делаешь?

Грант опрокинул второй стакан виски, затем посмотрел на меня.

– Давай не будем говорить о ней сейчас. Зачем ты позвонил мне? Что случилось?

Хорошо. Я в любом случае не хотел ничего знать о Нан. Если она вернется в город, то у Раша появится куча проблем. Он любил свою сестру, а она ненавидела его жену. Нан провела черту между собой и Блэр, и Раш остался на стороне любимой женщины. Возвращение Нан в Розмари не принесет ничего хорошего. Я надеялся, что она останется в Лос-Анджелесе со своим отцом. Недавно она обнаружила, что человек, который, как она думала всю свою жизнь, был её отцом, на самом деле таковым не являлся. Настоящим отцом Нан оказался вокалист группы Slacker Demon. По-видимому, мамочке Раша в былые времена нравилось спать с участника этой группы.

– Я распустил Совет директоров. И теперь набираю свой собственный. Тот состав, который был при моей отце, не подходит мне. Я хочу, чтобы ты вошел в новый Совет.

Грант поставил стакан и на какое-то мгновенье уставился на меня.

– Что ты только что сказал?

– В клубе есть Совет директоров. Прежний я распустил. Ты войдешь в новый состав?

Грант дал Митчу знак обновить стакан.

– Черт, я рад, что вернулся. Здесь всегда происходит всякой безумное дерьмо. Нет ни одного места, где происходили бы такие драматические события, как в Розмари. Даже в чертовом Лос-Анджелесе.

– Это значит, что ты согласен быть в моем Совете? – спросил я, делая глоток виски.

Грант усмехнулся мне.

– Черт возьми, да.

Я знал, что он согласится. Теперь нас было четверо. Мне ещё нужно было поговорить с несколькими людьми.

– Тебе нужно будет заполнить некоторые бумаги. Но сегодня, давай выпьем. Мне нужно отвлечься.

Грант пододвинул стул и присел.




Читайте также:
Модели организации как закрытой, открытой, частично открытой системы: Закрытая система имеет жесткие фиксированные границы, ее действия относительно независимы...
Как распознать напряжение: Говоря о мышечном напряжении, мы в первую очередь имеем в виду мускулы, прикрепленные к костям ...
Как выбрать специалиста по управлению гостиницей: Понятно, что управление гостиницей невозможно без специальных знаний. Соответственно, важна квалификация...
Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (338)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.04 сек.)