Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь


Немного о терминах «конституция», «слой» и «острое психическое состояние» 11 страница



2016-09-16 341 Обсуждений (0)
Немного о терминах «конституция», «слой» и «острое психическое состояние» 11 страница 0.00 из 5.00 0 оценок




перестанут замечать, если эта ненависть связана с глубокой обидой, кото­рую они предпочтут забыть, и забыть вместе с обидчиком.

Ребенок Ignatia выражает чувство незащищенности через капризность. Большую часть времени они радостные и оживленные, однако малейший инцидент, который менее чувствительные натуры могли бы и не заметить, провоцирует в них ощущение, что их не любят, — а это ощущение является ключевым фактором, дестабилизирующим психику Ignatia. Достаточно та­ких пустяков, как поднятый родителями шум по поводу дня рождения сестры или отсутствие ожидаемого подарка за какой-то успех в школе. В подобных ситуациях дети Ignatia склонны к демонстративной мрачности и уходу в себя, одновременно преследующих две цели — наказать обидчиков и привлечь к себе максимум внимания (Кент: «Угрюмая замкнутость», «Детс­кая капризность», «Всякий раз, когда она встречает противодействие или противоречие, у нее возникает желание остаться одной, чтобы в одиноче­стве предаться размышлениям о противоречиях в ее жизни»). Когда обиду чувствует ребенок типа Natrum muriaticum, он тихо уходит в себя, всячески стремясь показать внешне, что « все в порядке ». В противоположность ему, ребенок Ignatia демонстративно отвернется от родителей и бросится в свою комнату, хлопнув дверью, из-за которой до ошарашенных родителей, абсо­лютно не ожидавших такой реакции, может долететь возмущенный крик: « Не подходите ко мне! Вы меня не любите!».

Безответная любовь

По мере взросления склонность подростков Ignatia к проявлению бурных и изменчивых эмоций еще более возрастает, отчетливо выделяя их среди свер­стников. Девушка Ignatia может приставать к одноклассникам и в конце концов безумно влюбиться в одного из них. Большинство подростков Ignatia осознают свою ранимость и избегают серьезных отношений, пока не получат достаточных подтверждений взаимности своих чувств. Если же лю­бимый отвернется от них, горе Ignatia не будет знать границ, далеко выходя за рамки истинной значимости этого события (Кент: «Болезни от несчаст­ной любви»). Естественно, что так может произойти только в том случае, если, вступив во взаимоотношения с любимым, Ignatia снимет часть защит­ного барьера со своего сердца, прикрывавшего его в течение большей части ее жизни. В этом уязвимом состоянии ощущение брошенности вызовет по­давленную ранее боль прежних обид, и такая девушка вновь почувствует себя брошенным ребенком, которого никто не любит. В такие моменты девушка Ignatia полностью теряет над собой контроль и

разражается безутешными рыданиями. Она теряет аппетит, по неделям ни­чего не ест (а если ест, у нее может возникнуть рвота), постоянно прокру­чивая в своей голове мучительные воспоминания о своей потерянной любви, к которой она страстно желает вернуться (Кент: «Несмотря на все ее стара­ния отвлечься, горе буквально разрывает ее на куски»). Малейшие попытки заговорить с ней о ее чувствах вызывают потоки новых слез, полные отчая­ния слова о том, что она хочет умереть. Некоторые Ignatia в этом состоянии могут выпить повышенные дозы снотворных или других препаратов и даже на самом деле совершить самоубийство, так как боль их сердца кажется им непереносимой.

Женщины Ignatia часто склонны влюбляться в мужчин, которые не могут ответить им взаимностью. Это могут быть женатые мужчины или просто недоступные для них люди. Кент в своих лекциях отмечает эту тенденцию Ignatia влюбляться в женатых мужчин или людей «совершенно иного кру­га». Все люди склонны снова и снова притягивать к себе обстоятельства, воспроизводящие ситуацию раннего детства и способствующие имитации взаимоотношений со своими родителями. По-видимому, это связано с под­сознательными попытками залечить старые раны, «переписав страницу на­бело». Склонность Ignatia влюбляться в недоступных мужчин можно, таким образом, расценить как отражение ее детства, когда ее любовь к родителям не находила достаточной взаимности.

Паники

В периоды эмоциональных срывов пациентки Ignatia часто склонны к панике. Она ощущает себя уязвимой, чувствует потерю контроля над собой, и это вызывает в ней нарастающий страх сойти с ума. Удивляет та быстрота, с которой лекарство восстанавливает спокойствие и стабильность психики таких пациентов. Одна капля под язык прямо в кабинете врача — и спустя несколько секунд мучительная тревога на лице сменяется расслабленным и даже заинте­ресованным выражением.

Под действием стресса у Ignatia могут развиться многие фобические со­стояния. Они могут быть напрямую связаны с психотравмирующими пере­живаниями, спровоцировавшими срыв. Например, разрыв с любимым про­изошел во время поездки в автобусе, и после этого каждый раз поездка в автобусе начинает сопровождаться безотчетным ощущением тревоги. Паци­ентка может не осознавать причину своей тревоги, тем более что она может выявиться не сразу, а спустя недели и даже годы после психотравмирующе-го события, а пусковым моментом ее появления может послужить какой-то

иной стресс. По мере стабилизации состояния пациентки фобия может уменьшаться, однако иногда этого не происходит и она остается в подсоз­нании никогда не заживающей раной.

Горе

Когда гомеопат сталкивается с необходимостью лечения глубоких или слиш­ком длительных реакций на горе, основными препаратами, приходящими на ум, будут Ignatia и Natrum muriaticum. Психодинамика обоих препаратов очень схожа: для обоих характерно чувство недолюбленности в детстве (кото­рое может быть подсознательным), а реакции горя чаще всего связаны со старыми психотравмирующими событиями потери любимых — в результате того, что их отвергли или бросили. Пациентки Natrum muriaticum лучше кон­тролируют себя и обычно страдают молча, тогда как женщины Ignatia обычно теряют контроль над собой, по крайней мере в самом начале. Первой реакци­ей Ignatia на потерю будут истерические рыдания, соответствующие острому психологическому шоку. Они сменяются долгими неделями периодов эмоцио­нальной нестабильности, когда вспышки рыданий и гнева чередуются с перио­дами тихих (но очень мучительных) переживаний. Как и Natrum muriaticum^ Ignatia будет прятать свою душевную рану от людей (Кент: «Хуже от утеше­ния», «Отвращение к компании»). Однажды покинутая, она не рискует ис­кать утешения у людей. Однако временами Ignatia чувствует себя в одиночестве гораздо хуже, особенно в острой стадии горя.

Будучи покинутыми или пережив потерю любимого человека, представи­тели любого конституционального типа могут оказаться в состоянии Ignatia. Основными признаками этого состояния будут неконтролируемый плач, быстрая смена эмоций, тошнота, рвота и потеря аппетита, с ощуще­нием пустоты в области желудка, которую невозможно заполнить, а также ощущением кома в горле. По мере того как горе становится хроническим и переходит в подсознательную тоску, которая накатывает, только когда че­ловек вспоминает о своей потере, более подходящим лекарством становится Natrum muriaticum. Другими словами, Ignatia больше подходит для острой реакции на горе, a Natrum muriaticum - для его хронических последствий.

Одним из характерных, хотя и относительно нечастых проявлений реакции Ignatia на горе является истерия. Медицинский термин «истерия» означает появление в ответ на эмоциональный стресс признаков, имитирующих физи­ческие симптомы. В этом смысле Ignatia является, возможно, основным исте­рическим лекарство'м. Однако, как замечает Кент в своих лекциях, Ignatia вряд ли будет помогать тем истеричным субъектам, которые сознательно совершают

эксцентричные действия с целью привлечения внимания. Подобные индивиду­умы нуждаются в других лекарствах, для которых характерна большая степень психической дезорганизации, например Moshus или Lilium tigrinum.

Истерические реакции Ignatia обычно сопровождаются неврологической сим­птоматикой — судорожными припадками, спазмами, онемением и т. п. Совсем недавно мне пришлось столкнуться с подобным случаем — у девочки-подростка возникла преходящая слепота, сопровождающаяся быстрыми непроизвольны­ми подергиваниями глазных яблок. Она была осмотрена окулистами, которые и пришли к заключению об истерическом характере ее симптомов, связанных со стрессовой ситуацией, так как они не имели органической причины. Во время приема девочка показалась мне достаточно разумной. Она была очень рассудительной для своего возраста (12 лет), но совершенно не могла объяс­нить, с чем могла быть связана столь драматическая реакция. У нее были забот­ливые родители, при этом не удавалось выявить явных эмоциональных травм, подтверждающих истерический характер ее симптомов. Тем не менее она сказа­ла, что несколько месяцев чувствует некоторое напряжение и тревогу, признав, что степень этой тревоги явно связана с возникновением слепоты. Из разговора с родителями стало ясно, что отец явно зациклен на своем бизнесе и лишь небольшое количество времени проводил с семьей. Даже когда он бывал дома, его мысли по-прежнему были заняты бизнесом и дочь почти не имела реально­го общения с отцом. В свою очередь, ее мать страдала серьезным хроническим заболеванием, которое все больше мешало ей оставаться собой. В довершение всего пациентке было плохо в школе, так как ее чувствительная, утонченная натура с трудом могла находить общий язык с остальными детьми, выходцами из простых семей. Ее дразнили «воображалой» и никто с ней не дружил. Другими словами, хотя и не удалось обнаружить какого-то явного психотрав-мирующего события, которое могло бы объяснить появление истерических сим­птомов, было очевидно, что девочка испытывает хронический недостаток про­явлений спонтанной любви, которые могут исходить только от относительно расслабленных и удовлетворенных жизнью родителей. Невидное на первый взгляд, непреднамеренное отвержение со стороны родителей усугублялось не­прикрытой травлей со стороны одноклассников. Одна или две дозы Ignatia ЮМ быстро устранили ее глазные симптомы, а степень стресса уменьшилась после перевода ее в более интеллигентную школу, а также благодаря тому, что отец стал уделять больше внимания своей семье.

Желчность и мужеподобность

Когда пациентка Ignatia оказывается отвергнутой своим возлюбленным (или

ей начадает так казаться), она очень часто становится желчной и даже мстительной (Кент: «Последствие унижения», «Сварливый», «Гнев с тихим горем»)..При этом она быстро закрывается дымовой завесой обвинений в нечеещости, жестокости, подлости и эгоизме в адрес обидевшего ее челове­ка. Это негодование призвано понадежнее скрыть от самой себя лежащее на самом дне ее души ощущение того, что она недостойна любви. И обстоя­тельства жизни в очередной раз подтверждают это ощущение. Крайне уяз­вимая Ignatia очень чувствительна к любой форме отвержения, независимо от истинной значимости конкретных событий. Если какая-либо встреча с нужным ей человеком срывается и ее ставят в известность лишь кратким уведомлением, ее гневная реакция будет очень бурной и она постарается ясно дать понять, что крайне возмущена. Яростц Ignatia вполне можно унять, но для этого нужны, во-первых, извинение, а во-вторых, рчевидная демонстрация уважения и симпатии — двух чувств, потребность в которых Ignatia испытывает особенно остро.

Те женщины Ignatia, чья жизнь особенно изобилует неприятными события­ми, становятся жесткими и желчными. Причем чем больше нарастает их жес­ткость, тем больше они становятся похожи на мужчин. По-прежнему нужда­ясь в признании и не имея возможности и далее оставаться столь эмоциональ­но уязвимыми, жесткие женщины Ignatia стараются завоевать внимание пуб­лики доминированием над другими. Они любят командовать, очень раздра­жительны, а вспышки их гнева заставляют дрожать от страха даже крепких мужчин. Для повышения чувства собственной значимости жесткие Ignatia ста­новятся амбициозны и стремятся к максимальной известности. Это женщины, жестко ориентированные на карьеру, которые успешно сражаются с мужчи­нами на их собственном поле — в сфере интеллекта и в духе соперничества.

Чем больше мужских черт появляется в облике Ignatia, тем больше она пола­гается на силу интеллекта. Она старается производить впечатление остротой своего ума. Увенчанные академическими степенями, Ignatia обычно очень гор­дятся своими регалиями и никогда не упускают возможности перечислить все свои титулы. Это придает им ощущение собственной значимости, которое стоит для Ignatia на втором месте вслед за ощущением, что их любят. В совре­менном обществе, в котором доминируют мужчины, обычно легче добиться общественного положения с помощью интеллекта, чем с помощью искусства или ремесла. Кроме того, погружаясь в мир чистого интеллекта, Ignatia мо­жет убежать от болезненных переживаний. Таким образом, многие Ignatia становятся интеллектуалками, что достаточно легко для этого исходно склон­ного к аналитическому мышлению и обладающего острым умом типа.

Чем больше мужских черт приобретает Ignatia, тем легче спутать ее с Nux

vomicay который, хотя и является преимущественно мужским лекарственным типом, тем не менее может встречаться и у некоторого числа женщин. Оба типа решительны, работоспособны и агрессивны, а многие женщины Nux vomica также ориентированы на интеллект. Оба типа предпочитают мужской стиль одежды, преимущественно костюмы, короткие стрижки, во всей их позе ощущается некоторая напряженность и «строевая» выправка. Чтобы разли­чить эти два типа, гомеопату необходимо копнуть чуточку поглубже. Напря­женность Ignatia отличается некоторой хрупкостью, поскольку это не более чем броня, созданная, чтобы защитить слишком чувствительное сердце. Так, для Ignatia более характерны оборонительные реакции и склонность взрывать­ся при малейших признаках противодействия или недостаточно восторжен­ной оценки. Женщина Nux vomica более уверена в себе и своих силах, поэтому она может спокойно проигнорировать мнение других. Жесткая Ignatia все равно во многих случаях сохраняет потребность в любви и может открыть свое сердце другому, а если она почувствует отвержение, это приведет к срыву. (Внешний облик типичных представителей этих двух типов довольно разный, что помогает в проведении дифференциального диагноза.)

Другой тип, с которым легко можно перепутать жесткую Ignatia — это Natrum muriaticum. Здесь сходство гораздо ближе в силу схожести психики. Основное отличие — большая изменчивость состояния Ignatia. Она легко взрывается слезами или гневом, тогда как Natrum muriaticum будет скрывать свои чувства внутри. Оба типа ищут признания за счет карьерного роста, однако обычно женщин Ignatia больше привлекает престиж, власть, началь­ственные должности, тогда как Natrum muriaticum вполне достаточно видеть эффективность и нужность своей работы.

Престиж

Эмоционально уязвимые женщины Ignatia почти все время заняты одним — укреплением своего шаткого чувства собственной значимости. Она будет расшибаться для друзей в лепешку, но ровно до тех пор, пока будет ожи­дать от них чего-либо взамен — либо в виде словесного выражения призна­тельности и восхищения, либо в виде ощущения надежного тыла на непред­сказуемое будущее. Правда, поскольку ее никогда не покидает ощущение старой эмоциональной травмы, она будет очень осторожна, прежде чем, в свою очередь, воспользоваться помощью, и обычно вначале удостоверится, помните ли вы, как она вас когда-то выручила. А вот перечисление имен своих влиятельных знакомых — любимый способ Ignatia зарабатывать себе авторитет. Женщина Ignatia обладает природным обаянием и часто выгля-

ди т очень эффектно.Ее внешность, утонченность и умение подать себя час-ю позволяют ей действительно добиться контактов с влиятельными людьми, и если ей и не удается стать полноправным членом высшего общества, она ПО крайней мере может похвастаться личным знакомством с его представи­телями. Я знал несколько женщин Ignatiay которые регулярно и по малей­шему поводу старались проникнуть к тому или другому известному челове­ку, а одна подобная женщина хранила у себя целую подборку вырезок из прессы, где она была сфотографирована с различными знаменитостями.

Обычно Ignatia бывают очень контактными людьми. Здоровые Ignatia с удовольствием разделяют свой энтузиазм с другими и бывают очень отзыв­чивы. Более уязвимые Ignatia часто используют общественные связи в каче­стве источника одобрения и поддержки. Ежедневник такой женщины обыч­но бывает до отказа заполнен встречами, вечерами и банкетами, позволяю­щими ей общаться с максимально возможным числом людей. Бывая на лю­дях, она излучает очарование, собирая дань восторгов и восхищения, пре­имущественно от представителей противоположного пола. Ignatia очень за­висима от положительной оценки окружающих и часто напрашивается на комплименты, которые ей, возможно, и не собирались говорить. (Образы героинь, которых играет актриса Диана Китон, часто соответствуют типич­ным Ignatia, и она прекрасно передает их самые характерные черты.)

Драматизм

Ignatia— один из наиболее склонных к драматизации и «театральности» типов. Многие из женщин Ignatia с пользой для себя находят применение этому качеству на сцене. Театральная игра во многих отношениях идеально подходит для этого типа, так как в ней оказываются востребованы естествен­ные для него эмоциональный драматизм и тщеславие. Актеру нужна ауди­тория, a Ignatia с раннего детства учится использовать свое окружение — маленькую аудиторию, завоевывая у нее одобрение и любовь либо наказы­вая ее за свои несчастья. Даже когда у нее все хорошо, уязвимая Ignatia будет драматизировать свои чувства, чтобы получить отклик от тех, кто в данный момент оказался рядом, одобрительный отклик, который говорил бы ей: «Да, ты очаровательна, и я тебя люблю». Уязвимая Ignatia будет хвастаться своим счастьем, раздувать его, чтобы она могла показаться ка­кой-то особенной и потому заслуживающей любви. (Похожие вещи могут делать женщины Natrum muriaticum и Phosphorus.) Если Ignatia получает комплимент или простое одобрение, она приходит в исступленный восторг и может даже хихикать от счастья. (Хихиканье вообще очень характерно

для Ignatia.) С другой стороны, малейшая негативная реакция (или равно­душное отношение) со стороны аудитории вызывает смятение и даже деп­рессию или гнев. Ignatia стремится казаться исключительной и большую часть времени тратит на получение одобрения.

Утонченность

Здоровая Ignatia обычно бывает весьма утонченной особой. Ее утончен­ность представляет собой сочетание интеллектуальности и художественно­го/артистического дара. Она одинаково хорошо владеет математическим анализом и интуицией. В этом Ignatia напоминает Silicea, а также Sepia. Оставаясь очень эмоциональными личностями, здоровые Ignatia обычно больше интересуются вопросами о смысле человеческой жизни (а также жизни растений и животных), чем теоретическими науками, мало связан­ными с ее ощущением бытия. Поэзия, метафизика и антропология являются основными областями ее интересов, а также питание, здоровье и эзотерика. Здоровая женщина Ignatia склонна избегать «сухой теории» математики, физики, механики и экономики, оставляя их на откуп чисто рациональным типам, а также мужеподобным Ignatia. He то чтобы она не может понять премудрость этих наук, нет, они просто не привлекают ее интуитивную, чувствительную натуру.

Здоровая Ignatia также очень разборчива в своих социальных контактах. Обычно она очень вежлива и очаровательна и не допускает даже намека на вульгарное поведение. Благодаря способности глубоко чувствовать она мо­жет создать вполне ясную систему ценностей, в которой одинаково высоко стоят уважение и понимание. Подобно Silicea, Ignatia сочетает в себе дели­катность с очень сильным чувством собственного «я», а также с высокой шкалой личных этических норм. (Чувство личного «я» у Ignatia выражено даже сильнее, чем у Siliceay так как, в отличие от последнего типа, ей не мешает избыток робости и нерешительности.) Обычно женщины Ignatia бы­вают достаточно прямыми людьми, несмотря на всю свою деликатность, и если ей приходится поступиться собственными принципами, она быстро начинает смущаться и злиться на себя. Лишь по мере нарастания жесткости в характере Ignatia становится менее разборчивой в средствах и принимает более низкую планку этических стандартов. Впрочем, даже тогда Ignatia старается не нарушать своего слова и требует соблюдения слова от других, так как она не выносит обмана и нечестности. Цельность личности Ignatia столь высока, что многие из них буквально заболевают, если не могут следо­вать собственным моральным принципам. Однажды я лечил одну молодую

женщину от очень сильных вегетативных пароксизмов, сочетавшихся с при­ступообразным подъемом температуры. Эти симптомы начались внезапно после путешествия по тропическим странам, а соединение психологических и физических симптомов очень мешало постановке диагноза.

Немного застенчиво она рассказала мне, что непосредственно перед тем, как началось ее заболевание, у нее случился «курортный» роман с одним человеком, членом ее туристической группы. С ее точки зрения, этот человек не имел каких-либо особых достоинств, и она не слишком горевала после расставания с ним, однако после этого она заболела. Со смущенным видом она подтвердила, что дома у нее были давние отношения с другим человеком, которые она, как теперь поняла, не имела права подвергать риску. Получа­лось, что ее романтическое приключение настолько подорвало ее уважение к себе, что она даже заболела от этого. В конечном счете ей был поставлен диагноз вирусного гепатита, однако я был уверен, что время начала ее заболе­вания не случайно совпало с окончанием ее романа. В результате назначения Ignatia ЮМ ее вегетативные приступы и подъемы температуры быстро ушли, а сменила их сильная робость, потребовавшая назначения China.

Внешность

Внешне Ignatia разделяется на два подтипа, хотя между ними существует много переходных форм. Более утонченные Ignatia очень худощавы, с длин­ными тонкими костями. Мужеподобные Ignatia тяжеловеснее и имеют склонность к полноте. По мере усиления мужских черт в характере Ignatia у нее появляется все больше волос на теле и лице. Оба типа чаще бывают брюнетками, хотя среди Ignatia попадаются и более светловолосые, даже чистые блондинки. Лицо скорее имеет треугольную, нежели округлую фор­му, а скулы обычно посажены довольно высоко, что отчасти объясняет спрос на женщин этого типа в модельном бизнесе. Ресницы длинные и нежные, нос прямой или орлиный, свидетельствующий о сильном и остром уме. Одной из наиболее заметных внешних особенностей Ignatia являются ее губы, которые бывают очень пухлыми, однако всегда четко очерчены, слов­но резцом, что отражает одновременно интенсивность эмоционального мира и утонченность. В отличие от Sepia, волосы у Ignatia обычно бывают густыми и вьющимися, отражающими более страстную натуру. (Хорошим примером женщины Ignatia, как в отношении внешности, так и примени­тельно к характеру, является английская комедийная актриса Элеонора Брон, а также киноактриса Барбара Стрейзанд.)

Kali carbonicum

Сущность: ригидность.

С конституциональной точки зрения Kali carbonicum - наиболее часто встречающийся препарат всего семейства Kali. Сравнится с ним по частоте встречаемости может только Kali bichromicum. Личностные черты этих двух лекарств очень близки, так что различить их на основании одних психичес­ких особенностей обычно бывает невозможно.

Кент в своих «Лекциях» замечает, что «понять сущность пациента Kali carbonicum очень тяжело» и это лекарство «используется реже, чем должно было бы». Kali carbonicum - закрытый тип, и вследствие этого гомеопату очень трудно получить достаточно информации, чтобы ухватить сущность человека. Старые книги по Materia Medica дают очень краткие описания личности Kali carbonicum, и поэтому гомеопаты чаще пропускают таких пациентов, чем узнают их.

Большинство психических характеристик Kali carbonicum можно воспри­нимать в качестве проявлений основного свойства этого типа - ригидности. Первое впечатление, которое производит пациент Kali carbonicum, - опре­деленный формализм отношений, скованность, которая отражает неспо­собность расслабиться как физически, так и психически. Субъекты Kali carbonicum практически неспособны расслабиться. Особенно хорошо это видно на вечеринках и дискотеках, когда шумное и раскованное веселье окружающих может сделать человека Kali carbonicum более замкнутым и строгим. Даже походка Kali carbonicum отличается некоторой скованностью (которую особенно хорошо можно увидеть, если такой человек все же ре­шится переступить порог танцевальной площадки).

«Правильность»

Субъекты Kali carbonicum ответственны, серьезны и консервативны. Один мой приятель Kali carbonicum признался мне однажды, что самое трудное для него в жизни — это участвовать в увеселительных мероприятиях, так как основное, к чему он всегда стремился, — быть максимально правильным. Kali carbonicum - самый консервативный из всех конституциональных типов. Его боязнь изме­нений ярко проявляется в том, как он будет яростно сопротивляться всему незнакомому и недостаточно доказанному. Одно из самых характерных про­явлений Kali carbonicum — педантичное «следование букве». Работник Kali carbonicum будет до мельчайших подробностей изучать свои должностные ин­струкции, чтобы затем выполнять надлежащие обязанности с точностью часо­вого механизма, никогда не поворачиваясь в сторону чего-либо незнакомого и рискованного. Особенно ярко это будет заметно у невысокого ранга чинов­ников, мелких бюрократов и других «маленьких начальников», например у работников автоинспекции. Чиновник Kali carbonicum ни на йоту не отступит от правила. И это ревностное следование правилам будет далеко выходить за рамки обыкновенной добросовестности, необходимой в его работе. (Но при этом Kali carbonicum крайне чувствителен к общественному мнению и к малей­шим угрозам своему положению, поэтому его вполне можно вынудить к тайному нарушению правил. Например, политик Kali carbonicum, как и про­чие политики, вполне способен пойти на тайную сделку, если это будет необ­ходимо ему для сохранения власти.)

Ригидность психики Kali carbonicum приводит к неспособности или неже­ланию увязывать общие правила со специфическими обстоятельствами. На­пример, полицейский Kali carbonicum может оштрафовать автомобилиста за остановку в неположенном месте, даже если у того заглох мотор. При­чем он сделает это не из злобного желания досадить, а просто потому, что закон есть закон и он не может осмелиться изменить его, главным образом из нежелания заработать неприятности себе. Kali carbonicum пытается избе­жать неприятностей, вцепившись в затверженные и испытанные формули­ровки, будь то юридические законы, религиозные предписания, профессио­нальные инструкции или жизненные ценности, переданные ему по наслед­ству. В качестве яркого примера этого типа молено привести функционеров коммунистических профсоюзов, пытающихся придать вес своим утвержде­ниям с помощью нудной марксистско-ленинской фразеологии. В широком смысле ригидность индийской кастовой системы или уродство антигуманно­го бюрократического строя старой советской системы являются примерами ригидного консерватизма, типичного для психики Kali carbonicum.

Однажды мне пришлось работать с одной женщиной-гомеопатом, особен­ности работы которой являлись образчиком характерного для Kali carbonicum ригидного «следования букве». Больше всего она боялась навлечь на себя неодобрение своих далеких от гомеопатии коллег, и одним из проявлений этого страха было желание во что бы то ни стало избежать обострений у ее пациентов. Чтобы избежать обострений, она пользовалась только ЗО-й потен­цией даже при назначении конституциональных лекарств. Она особенно тща­тельно следила за тем, чтобы ее пациенты принимали все показанные при их состояниях аллопатические средства наряду с собственно гомеопатическим лечением. Поступая так, она страховала себя от опасности обвинения во вра­чебной некомпетентности. Ее страх навлечь на себя проблемы пронизывал все, что она делала, поэтому то гомеопатическое лечение, которое она практико­вала, было самым консервативным из всех, которые я видел.

Привязанность Kali carbonicum к ясно очерченным правилам и установкам близка к аналогичному стремлению Arsenicum album. Однако между этими лекарствами имеются тонкие различия. У Arsenicum album обычно более силь­ное эго, чем у Kali carbonicum, поэтому субъект Arsenicum album с большим рвением проводит в жизнь собственные принципы правильности и добросове­стности. В противоположность ему Kali carbonicum обычно менее уверен в себе, и его приверженность правилам в большей степени носит характер само­защиты, нежели самозабвенного отстаивания принципов. Субъект Arsenicum album обычно более яростен и решителен в своей любви к порядку, тогда как Kali carbonicum можно скорее назвать благоразумным, логичным и спокой­ным в отношении своих принципов. Оба типа стремятся к одобрению со стороны общественного мнения, но при этом Arsenicum album делает это более ярко, a Kali carbonicum стремится отойти в тень и «не высовываться», стремит­ся к тому, что приемлемо, а не к тому, что может произвести впечатление.



2016-09-16 341 Обсуждений (0)
Немного о терминах «конституция», «слой» и «острое психическое состояние» 11 страница 0.00 из 5.00 0 оценок









Обсуждение в статье: Немного о терминах «конституция», «слой» и «острое психическое состояние» 11 страница

Обсуждений еще не было, будьте первым... ↓↓↓

Отправить сообщение

Популярное:



©2015-2024 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (341)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.015 сек.)