Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


НОВОЕ РУКОВОДСТВО К СОЧИНЕНИЮ КОМЕДИЙ 1 страница




Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

 

Перевод О. РУМЕРА.

 

Вы поручили мне, о цвет Испании

(Уж близок день, когда собранья ваши

И ваша академия затмят

Не только италийские, которым

Дал тоже греческое имя Туллий[12],

Но и Афины, что собрать сумели

Так много мудрости в своем Ликее

Платоновском[13]), — мне поручили вы

Подробно изложить, что нам пригодно,

Чтоб пьесу написать на вкус народный.

 

Задача эта кажется не трудной,

И не трудна она была б любому

Из вас, хотя комедий не писавших,

Но знающих, как надо их писать.

А я себя на всю страну ославил

Тем, что комедии писал без правил.

 

Не то, чтоб этих правил я не знал.

Нет, слава богу, школьником еще[14],

И десять раз увидеть не успевшим

Бег солнца от Овна до Рыб, немало

Я книг об этом изучал, бывало.

 

Но я заметил, что у вас не так

Теперь комедии писать привыкли,

Как первые творцы им быть везде

В подлунном нашем мире положили,

А так, как варварские руки после

Их исказили на потребу черни,

Того достигнув, что отныне каждый,

Кто пишет с соблюдением законов,

На голод обречен и на бесславье.

Известно, что народ — привычки раб,

Что голос разума пред нею слаб.

 

Я несколько комедий, это правда,



По правилам искусства написал;

Но стоит мне на сцене вновь увидеть

Те чудища, чья показная роскошь[15]

К себе и чернь и женщин привлекает,

Восторженный у них встречая отклик,—

И я к своим привычкам обращаюсь:

На шесть ключей законы запираю,

Бросаю прочь Теренция и Плавта[16],

Чтоб не слыхать укоров их (ведь часто

Из книг немых несется голос правды),

И так пишу, как сочинять в обычай

Ввели искатели рукоплесканий.

Народ им платит[17]; стоит ли стараться

Рабом законов строгих оставаться?

 

Комедия, достойная названья,

Имеет целью, как и все искусства,

Поступкам человека подражать,

Правдиво рисовать в ней нравы века.

При этом подражанье состоит

Из трех частей: из речи, из стиха

И из гармонии иль, иначе, музыки.

С трагедией роднит ее все это;

Различье между ними все же в том,

Что действуют в комедии плебеи,

В трагедии же — знатные особы.

В грехах признаться нам пора давно бы!

 

Звались комедьи «актами»[18]затем,

Что жизнь простых людей изображали.

В Испании отменным образцом

В сей области был Лопе де Руэда[19].

До нас дошли написанные прозой

Комедии, в которых он выводит

Ремесленников, а однажды даже

Влюбленную дочь кузнеца[20]. С тех пор

Комедьям старым имя интермедий

Присвоено; они блюдут законы,

Притом из области народной жизни:

В них королей мы никогда не видим;

Уделом низкого искусства стало

Презрение; уступка лишь невежде —

Король в комедье; был он чужд ей прежде.

 

В своей поэтике нам сообщает

(Лишь мимоходом, правда) Аристотель,

Что спорили Афины и Мегара

О первом сочинителе комедий;

Афиняне стояли за Магнета,

Мегарцы ж выдвигали Эпихарма[21].

Донат начало зрелищ всех возводит[22]

К обрядам жертвенным и называет

Отцом трагедьи Фесписа (в чем, кстати,

Он следует Горацию[23]), а первым

Творцом комедии — Аристофана.

Гомер свою составил Одиссею

По образцу комедий, Илиада ж —

Трагедии прекраснейшей пример[24].

И я Иерусалим свой[25]эпопеей —

Трагической при этом — окрестил.

Комедией зовутся точно так же

Поэмы Данте Алигьери Ад ,

Чистилище и Рай ; поэмы эти

Так называет и пролог Манетти[26].

 

Все знают, что комедия умолкла,

Нажив себе врагов своею злостью.

Еще короче жизнь была сатиры,

Ее преемницы, безмерно кровожадной,

И наступил комедьи новой век.

Сперва в комедии лишь хоры были,

Потом ввели и действующих лиц.

Менандр и вслед за ним Теренций, хоры

Считая скучными, их упразднили.

Теренций был особенно искусен

И никогда комических границ

Не преступал, в чем был, по мненью многих,

Повинен Плавт. Теренций, без сомненья,

Был выше Плавта в этом отношеньи.

 

Трагедию история питает,

Комедию же вымысел[27]. Ее

Недаром босоногой называли

Затем, что выступали без подмостков

Актеры в ней, а также без котурнов.

Комедий было много разных: мим,

Тогата, ателлана, паллиата.

Античность жанрами была богата.

 

С аттическим изяществом Афины

В комедиях пороки бичевали

И за стихи, а также за игру

Высокими наградами платили.

Для Туллия комедия афинян

Была «зерцалом нравов и живым

Отображеньем правды», — похвала,

Которая навек дает ей право

Делить с историей венец и славу.

 

Но вы спросить готовы, для чего

Я ссылками на старые труды

Вниманье ваше долго утомляю.

Поверьте: было мне необходимо

Вам кое-что из этого напомнить,

Раз изложить вы поручили мне,

Что нужно для комедии у нас,

Где правил уж давно не соблюдают;

Дать руководство, чуждое всему,

Что нам диктуют разум и античность,

Поможет мне мой многолетний опыт,

Не знанье правил. Правила народ

У нас не чтит, — скорей, наоборот.

 

О правилах, о мудрые мужи,

Вы можете прочесть у Робортелло[28],

Ученого удинца, как в трактате

Об Аристотеле, так и повсюду,

Где о комедии он говорит.

Он выше многих нынешних стоит[29].

 

Коль мненье знать хотите тех, кто ныне

Владеет сценою, тогда как чернь

Комедии чудовищные любит,

Я выскажусь — и попрошу прощенья,

Что соглашаюсь с тем, кто приказать

Имеет право мне. Позолотить

Народные хочу я заблужденья

И указать комедии пути.

Раз ненавистны всем законы ныне,

Меж крайностей пойдем посередине.

 

Наметить надо фабулу, пускай

И с королями (да простят законы!),

Хотя я знаю, что Филипп, мудрейший

Король Испании, был недоволен,

Когда на сцене видел короля;

То ль осуждал он нарушенье правил,

То ль полагал, что королевский сан

Унижен близостью простых мещан.

 

Античную комедию припомним.

Плавт не боялся выводить богов:

В Амфитрионе действует Юпитер.

Одобрить это, видит бог, мне трудно.

Еще Плутарх по поводу Менандра[30]

Бранил комедию былых времен.

Но мы в Испании так удалились

От строгого искусства, что сейчас

Ученые должны молчать у нас.

 

Смешение трагичного с забавным —

Теренция с Сенекою — во многом,

Что говорить, подобно Минотавру[31].

Но смесь возвышенного и смешного

Толпу своим разнообразьем тешит.

Ведь и природа тем для нас прекрасна,

Что крайности являет ежечасно.

 

По действию единою должна

Быть фабула; нельзя ей распадаться

На множество отдельных происшествий

Иль прерываться чем-нибудь таким,

Что замысел первичный нарушает.

Она должна такою быть, чтоб часть

Была в ней неразрывно с целым слита.

Нет нужды соблюдать границы суток,

Хоть Аристотель их блюсти велит.

Но мы уже нарушили законы,

Перемешав трагическую речь

С комической и повседневной речью.

В кратчайший срок пусть действие проходит,

А если автор нам дает событье,

Что длилось много лет, иль отправляет

Кого-нибудь из действующих лиц

В далекий путь, — пускай он это время

Меж актами заставит протекать.

От знатоков предвижу я упрек,

Но может не ходить в театр знаток.

 

Сколь многие сейчас перекреститься

Готовы, видя, что проходят годы

Там, где законный срок — лишь день один,

К тому ж еще искусственный. Но если

Считаться с тем, что зрителю-испанцу

За два часа все нужно показать

От Бытия до Страшного суда[32],

То надобно оставить опасенья.

Ведь наша цель — доставить наслажденье.

 

Удобнее первоначально в прозе

Дать фабулу, в три акта уложив

И, по возможности, следя за тем,

Чтоб не вмещали в акте больше суток.

Впервые Вируэс[33], поэт отличный,

Комедии в трех актах стал писать,

А до него комедии ходили,

Как дети малые, на четвереньках:

Еще младенческим был возраст их.

И я четырехактные писал

Комедии[34]с одиннадцати лет

Вплоть до двенадцати, причем обычно

Акт каждый был величиною в лист.

В те времена три кратких интермедьи

Комедия имела, а теперь

Одна в ней интермедия и танец.

В комедии балет всегда уместен;

Так Аристотель думает (а также

Платон, и Атеней[35], и Ксенофонт).

Он только те движенья осуждает,

Которые, как в пляске Каллипида[36],

Чрезмерной выразительностью дышат.

Пускай интрига с самого начала

Завяжется и разовьется в пьесе,

От акта к акту двигаясь к развязке.

Развязку же не нужно допускать

До наступления последней сцены.

Ведь публика, конец предвидя пьесы,

Бежит к дверям и обращает спину

К тому, чего так долго ожидала:

Что знаешь наперед, волнует мало.

 

Пустой пусть редко остается сцена;

У зрителя лишь чувство нетерпенья

Такие перерывы вызывают

И фабулу растягивают очень.

Кто мог избегнуть этого порока,

Тот огражден от лишнего упрека.

 

Язык в комедии простым быть должен.

Уместна ли изысканная речь,

Когда на сцене двое или трое

Беседуют в домашней обстановке?

Но если кто из действующих лиц

Советует, корит иль убеждает,

Приподнята пусть будет речь его,

Действительности этим подражая;

Ведь в жизни мы особые слова

Всегда находим, если убеждаем,

Доказываем иль совет даем.

Тут образец нам — ритор Аристид[37].

Он требует, чтоб был язык комедий

Чист, ясен, легок и не отличался

От языка обычного нисколько.

Ведь только на публичных выступленьях

Красивую услышать можно речь,

С особым сказанную выраженьем.

Цитаты из писанья[38]неуместны,

И не нужны нарядные слова.

Смешны в простом житейском разговоре

Различные панхои и метавры,

Гиппокрифы, семоны и кентавры[39].

 

Речь короля должна быть королевским

Достоинством полна; речь старика

Пусть рассудительность таит и скромность;

Любовники пусть чувствами своими

У слушателей трогают сердца.

Актер, произносящий монолог,

Преображаться должен и внушать

Сочувствие всем зрителям в театре.

Пусть сам себе он задает вопросы

И отвечает сам себе; в стенаньях

Он должен уши женские щадить.

Пусть дамы дамами на сцене будут,

Их переодевания должны быть

Всегда оправданны; мужской костюм

На женщине успех большой имеет.

Необходимо избегать всего

Невероятного. Предмет искусства —

Правдоподобное. Слуга не должен,

Как часто видим в иностранных пьесах,

Слова высокопарные бросать.

Нехорошо, когда противоречит

Себе одно из действующих лиц,

Забыв свои слова: так, у Софокла

Эдип недопустимо забывает[40],

Что Лая он убил собственноручно.

Все сцены заключать иль изреченьем

Каким-нибудь, иль остротой полезно,

Чтоб сцену покидающий актер

Не оставлял в нас чувства недовольства.

Акт первый предназначен для завязки,

Второй же для различных осложнений,

Чтоб до средины третьего никто

Из зрителей финала не предвидел.

Поддерживать полезно любопытство

Намеками на то, что быть финал

Совсем иным, чем ожидали, может.

Размер стихов искусно приспособлен

Быть должен к содержанию всегда.

Для жалоб децимы весьма пригодны[41],

Надежду лучше выразит сонет,

Повествованье требует романсов[42],

Особенно ж идут ему октавы[43];

Уместны для высоких тем терцины[44],

Для нежных и любовных — редондильи[45].

Способствует немало украшенью

Введенье риторических фигур:

Анадиплосы или повторенья[46]

И точные созвучия начал,—

Того, что называем анафорой[47].

Полезны восклицанья, обращенья

И возгласы иронии, сомненья.

 

С успехом можно применять обман

Посредством правды — мастерской прием[48],

Что у Мигеля Санчеса во всех

Комедиях так ярко выступает.

Двусмысленность и мрак иносказанья

Всегда бывают по сердцу толпе;

Ей кажется, что лишь она одна

Проникла в мысли скрытые актера.

Тем превосходней нет, чем темы чести;

Они волнуют всех без исключенья.

За ними темы доблести идут,—

Ведь доблестью любуются повсюду.

Мы видим, что актер, игравший труса,

Всегда не мил толпе, что в лавке трудно

Ему бывает что-нибудь купить,

И многие с ним встречи избегают;

А если благородна речь его,

То все ему готовы руку жать,

Ему в глаза глядеть, рукоплескать.

 

Не превышает четырех листов

Пусть каждый акт. Их дюжина — предел

Терпенью слушателя в наше время.

Пусть посвященная сатире часть

Не будет наглой; часто, как известно,

За откровенность в древности закон

Не пропускал комедию на сцену.

Без яда нападай! Рукоплесканий

Тот не дождется, кто привержен к брани.

 

Вот правила для тех, кто об искусстве

Античном помышленья не имеет.

В подробности нет времени вдаваться;

Скажу о том два слова, что Витрувий[49]

Назвал тремя частями аппарата.

То область постановщика. Валерий

Максим[50], Кринит[51], Гораций и другие

О занавесах пишут, о домах,

О хижинах, деревьях и дворцах.

 

Мы о костюмах можем у Поллукса,

Коль в этом есть нужда, прочесть[52]. У нас

Обычай варварский укоренился:

Штаны на римском гражданине видеть,

У турка христианский воротник

Испанский зритель уж давно привык.

 

Я сам, однако, больше всех других

Повинен в варварстве, уча писать

Наперекор законам и считаясь

С толпою лишь, за что меня французы

И итальянцы назовут невеждой[53].

Что делать? Я доселе написал

Четыреста и восемьдесят три

Комедии (с той, что на днях закончил),

И все, за исключением шести,

Грешили тяжко против строгих правил,

И все же я от них не отрекаюсь;

Будь все они написаны иначе,

Успеха меньше бы они имели.

Порой особенно бывает любо

То, что законы нарушает грубо.

 

Зеркалом жизни назвать почему мы комедию можем?

Что она юноше дать в силах и что старику?

Что в ней, помимо острот, цветов красноречья и разных

Нас поражающих слов, можно и должно искать?

Как посредине забав настигает беда человека,

С легкою шуткой как переплетается мысль,

Сколько предательской лжи мы нередко у слуг наблюдаем,

Сколько лукавства таит женщина в сердце подчас,

Как смехотворен и глуп и несчастлив бывает влюбленный,

Как соблюдают черед в жизни прилив и отлив,—

 

Про это все, о правилах забыв,

Внимай в комедии: тебе она

Покажет все, чем наша жизнь полна.

 

 

ФУЭНТЕ ОВЕХУНА[54]

 

Перевод М. ЛОЗИНСКОГО

 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

 

Король дон Фернандо.

Королева донья Исавела.

Дон Родриго Тельес Хирон — магистр[55]ордена Калатравы.

Дон Манрике — магистр ордена Сантъяго.

Фернан Гомес де Гусман — командор ордена Калатравы[56].

Лауренсья — дочь Эстевана.

Фрондосо — сын Хуана Рыжего.

Паскуала, Хасинта — крестьянки

Ортуньо, Флорес — слуги командора

Эстеван, Алонсо — алькальды Фуэнте Овехуны[57].

Хуан Рыжий, Менго, Баррильдо — крестьяне

Леонело — студент.

Симбранос — солдат.

Судья .

Мальчик .

Два рехидора — члены городского совета Сьюдад Реаля[58].

Рехидор — член общинного совета Фуэнте Овехуны.

Крестьяне и крестьянки.

Солдаты.

Певцы и музыканты.

Свита.

 

Действие происходит в Фуэнте Овехуне и в других местах.

 

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

 

ПАЛАТЫ МАГИСТРА КАЛАТРАВЫ В АЛЬМАГРО.[59]

 

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

 

Командор Фернан Гомес, Флорес, Ортуньо.

Командор

 

Магистр осведомлен? Он знает,

Что я приехал?

 

Флорес

 

Знает, да.

 

Ортуньо

 

Юнцы заносчивы всегда.

 

Командор

 

Что с ним беседовать желает

Фернандо Гомес де Гусман?

 

Флорес

 

От мальчика чего и ждать!

 

Командор

 

Он может имени не знать,

Но должен уважать мой сан,

Высокий титул командора.

 

Ортуньо

 

Его льстецы ему поют,

Что быть учтивым — лишний труд.

 

Командор

 

Любви добьется он нескоро.

Учтивость отомкнет везде

Расположенье и доверье,

А глупое высокомерье —

Ключ к неприязни и вражде.

 

Ортуньо

 

Когда бы мог невежа знать,

Как на него все люди злобны

И прямо были бы способны

Его на части растерзать,—

Скорей, чем оскорбить другого,

Он предпочел бы умереть.

 

Флорес

 

И эту спесь изволь терпеть!

И возразить не смей ни слова!

Ведь если грубость между равных

Бессмысленна и неумна,

То не насилье ли она,

Когда касается неравных?

Но вас он не хотел кольнуть,

А просто мало у юнца

Уменья привлекать сердца.

 

Командор

 

С тех пор как он украсил грудь

Крестом багряным Калатравы

И носит шпагу у бедра,

Ему, казалось бы, пора

Усвоить вежливые нравы.

 

Флорес

 

Быть может, кто-то ссорит вас.

Вы в этом скоро убедитесь.

 

Ортуньо

 

Раз вы в сомненье, удалитесь.

 

Командор

 

Нет, лучше выяснить сейчас.

 

 

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

 

Те же, магистр Калатравы и свита.

Магистр

 

Фернандо Гомес де Гусман!

Прошу, чтоб вы меня простили.

Меня сейчас лишь известили,

Что вы приехали.

 

Командор

 

Мне дан

Законный повод почитать

Себя задетым. Не такого

Презрительного и сухого

Приема вправе ожидать

От вас, магистра Калатравы,

Высокородный командор,

Ему служивший с давних пор.

 

Магистр

 

О нет, Фернандо, вы неправы!

Ведь я не знал, что вы у нас.

Позвольте вас обнять сердечно!

 

Командор

 

Я это заслужил, конечно.

Я жизнью жертвовал для вас,

Когда такие шли раздоры

И ваши юные года

Нам вверил папа.

 

Магистр

 

Знаю, да.

Клянусь святым крестом, который

Грудь осеняет вам и мне,

Что вы за это мною чтимы

Не меньше, чем отец родимый.

 

Командор

 

Теперь я примирен вполне.

 

Магистр

 

Что слышно про войну?[60]

 

Командор

 

Сейчас

Я все раскрою перед вами,

И вы свой долг поймете сами.

 

Магистр

 

Готов безмолвно слушать вас.

 

Командор

 

Вы, наш магистр, Родриго Тельес

Хирон, своим высоким саном

Обязанный заслугам громким

Отца, увенчанного славой[61],

Который восемь лет назад

Вам отдал власть над Калатравой,

Что подтвердили вслед за тем,

Скрепив ненарушимой клятвой,

И короли, и командоры,

А Пий Второй, святейший папа,

Благословил своею буллой,

Как и его преемник Павел,

С тем, чтобы дон Хуан Пачеко[62],

Достойнейший магистр Сантъяго,

Коадъютором[63]вашим был,—

Теперь, со смертью дон Хуана

Приняв единолично власть,

Хоть вы и молоды годами,

Помыслите о том, что честь

Велит вам в наступившей распре

Примкнуть к сородичам своим,

Признавшим, что, когда скончался

Король кастильский дон Энрике[64],

Король Альфонсо Португальский

Законно чрез свою жену[65]

Наследовал его державу,

Хоть на нее и притязает

Чрез Исавелу дон Фернандо,

Принц арагонский, чьи права

Родные ваши почитают

Не столь бесспорными. Они

Причин не видят сомневаться

В наследственных правах Хуаны,

Которую под верной стражей

Хранит двоюродный ваш брат[66].

И я совет хотел бы дать вам:

Немедля объявить в Альмагро

Сбор кавалеров Калатравы

И с боем взять Сьюдад Реаль,

Лежащий на рубежной грани

Андалусии и Кастильи.

Большого войска и не надо,

Чтобы его завоевать:

Ведь только сами горожане

Твердыню эту охраняют,

Да кое-кто из тех идальго,

Что ратуют за Исавелу

И королем зовут Фернандо.

Родриго юный! Вам пора

Всем недовольным дать острастку,

Всем, кто шептал, что этот крест

Для ваших плеч чрезмерно тяжек.

Взгляните: графы Уруэнья[67],

Блистательные предки ваши,

К вам простирают из могил

Свои воинственные лавры;

А там — маркизы де Вильена[68]

Среди других вождей отважных,

Столь многочисленных, что их

Едва вмещают крылья славы.

Так обнажите белый меч,

Чтобы он стал на поле брани

Таким же алым, как ваш крест!

Я вас именовать не вправе

Магистром алого креста,

Который грудь вам осеняет,

Пока ваш меч остался бел,

И крест и меч должны быть красны

И на груди и у бедра.

Венчайте же, Хирон отважный,

Бессмертный храм своих отцов

Неувядаемою славой!

 

Магистр

 

Я вам ручаюсь словом чести,

Что в этой внутренней войне

И я на правой стороне

С моими родичами вместе.

И, чтобы не дерзал отныне

Сьюдад Реаль служить врагу,

Я грозной молнией сожгу

Его могучие твердыни.

Не скажет ни чужой, ни свой,

На мой незрелый возраст глядя,

Что в день, когда угас мой дядя,

Угас и пыл мой боевой.

Я обнажу мой белый меч,

Чтоб он сравнялся цветом славы

С крестом священным Калатравы,

Омытый красной кровью сеч.

А где сейчас стоите вы?

И есть у вас солдаты?

 

Командор

 

Мало,

Но лучше этих не бывало.

Возьмите их. Они, как львы,

За вас готовы в бой пойти.

В моей Фуэнте Овехуне

Искать бойцов я стал бы втуне.

Там людям впору скот пасти

Да землю рыть, а не сражаться.

 

Магистр

 

Вы там теперь живете?

 

Командор

 

Там,

По нашим смутным временам,

Я предпочел обосноваться.

Вы счастливы в своих солдатах:

Все явятся на сбор к войне.

 

Магистр

 

Сегодня ж буду на коне,

С копьем у стремени и в латах.

 

ПЛОЩАДЬ В ФУЭНТЕ ОВЕХУНЕ

 

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

 

Лауренсья, Паскуала.

Лауренсья

 

Ах, если б он и в самом деле

Убрался прочь из этих мест!

 

Паскуала

 

Я думала, его отъезд

Ты примешь несколько тяжеле.

 

Лауренсья

 

Дай, боже, чтобы никогда

Его я больше не встречала!

 

Паскуала

 

Лауренсья! Я таких знавала:

Посмотришь — ужас, как горда!

А сердце тотчас же готово

Растаять маслом — и конец.

 

Лауренсья

 

Ну нет, мое — из тех сердец,

Что тверже дуба векового.

 

Паскуала

 

Как можно говорить вперед:

«Я эту воду пить не буду»?

 

Лауренсья

 

Я это повторю повсюду,

Хотя бы спорил весь народ.

Чтоб я влюбилась в командора?

Неужто это твой совет?

Меня он взял бы в жены?

 

Паскуала

 

Нет.

 

Лауренсья

 

А я не потерплю позора.

Как много девушек вокруг

Польстилось на его слова,

И вот их участь какова!

А ты уйдешь из хищных рук?

 

Паскуала

 

Ты веришь в чудо? Превосходно!

 

Лауренсья

 

Нет, ты напрасно судишь так.

Ведь скоро месяц, как мой враг

Меня преследует бесплодно.

Ортуньо, хитрая лиса,

И сводник Флорес — тоже зелье!

Мне приносили ожерелье,

Корсаж и гребень в волоса;

Такого мне наговорили

Про господина своего,

Что я теперь боюсь его.

Но, сколько он ни трать усилий,

Я никогда не соблазнюсь.

 

Паскуала

 

Где это было?

 

Лауренсья

 

У ручья,

Паскуала милая моя,

Шесть дней тому назад.

 

Паскуала

 

Боюсь,

Обманут ловкие ребята.

 

Лауренсья

 

Меня обманут?

 

Паскуала

 

Нет, попа!

 

Лауренсья

 

Брось! Курочка не так глупа,

Да для него и жестковата.

Клянусь создателем, что мне

Куда милей, моя Паскуала,

Проснувшись рано, ломтик сала

Себе поджарить на огне,

Чтобы вкусней был кренделек,

Который я из печки выну,

И отхлебнуть, в ущерб кувшину,

Тайком от матери глоток;

Куда милей в полдневный час

Смотреть, как мясо и капуста,

С приятным звуком пенясь густо,

Заводят свой веселый пляс;

Иль, если голод слишком рьян

И от работы ломит спину,

Сосватать жирную свинину

И полновесный баклажан;

А вечером, когда прохлада,

Готовя к ужину еду,

Гроздь пощипать в моем саду,

Господь храни его от града!

Куда милее на ночь съесть

Салат на постном масле с перцем

И лечь в постель с покойным сердцем,




Читайте также:
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...
Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (661)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.205 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7