Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Глава Х. Омаровая кадриль




 

Якобы Черепаха тяжело вздохнул и вытер ластой глаза. Он взглянул на Алису и попытался заговорить, но минуту или две рыдания душили его. «Словно ему кость в горло попала», – сказал Грифон и принялся трясти его и хлопать по спине. В конце концов голос вернулся к Якобы Черепахе, и, со слезами, стекавшими по щекам, он продолжил рассказ:

– Ты, может быть, не жила достаточно долго на дне морском («Не жила»,

– сказала Алиса), и тебя, возможно, ни разу не представляли Омару (Алиса начала было: «Однажды я пробовала…» – но поспешно прикусила язык и сказала: «Нет, никогда») – так что ты и понятия не имеешь, какая восхитительная вещь Омаровая Кадриль!

– И впрямь, – призналась Алиса. – А что это за танец?

– Ну, – сказал Грифон, – первым делом все выстраиваются в линию вдоль берега…

– В две линии! – крикнул Якобы Черепаха. – Тюлени, морские черепахи, лососи и так далее; затем, когда с дороги уберут всех медуз…

Это обычно занимает некоторое время, – перебил Грифон.

– Делаете два шага вперед…

– Все – с омарами в качестве партнеров! – крикнул Грифон.

– Разумеется, – согласился Якобы Черепаха, – два шага вперед, поворачиватесь к партнерам…



– Меняетесь омарами и отходите назад в том же порядке, – закончил Грифон.

– Затем, стало быть, – продолжал Якобы Черепаха, – бросаете…

– Омаров! – завопил Грифон, подпрыгивая в воздух.

– Как можно дальше в море…

– Плывете за ними! – крикнул Грифон.

– Делаете в воде кувырок! – закричал Якобы Черепаха, дико прыгая вокруг.

– Снова меняете омаров! – заорал во весь голос Грифон.

– Возвращаетесь на сушу, и – это конец первой фигуры, – сказал Якобы Черепаха, неожиданно понизив голос, и два создания, которые только что скакали вокруг, как безумные, снова тихо и печально уселись на песок, глядя на Алису.

– Наверное, это очень милый танец, – робко сказала Алиса.

– Хочешь малость посмотреть на него? – спросил Якобы Черепаха.

– Конечно, очень, – ответила Алиса.

– Давай, попробуем первую фигуру! – обратился Якобы Черепаха к Грифону. – Мы ведь сможем сделать это и без омаров. Кто будет петь?

– Давай ты, – сказал Грифон, – я забыл слова.

И они принялись величаво танцевать вокруг Алисы, постоянно наступая ей на ноги, когда оказывались слишком близко, и размахивая в такт передними лапами, в то время как Якобы Черепаха тоскливо и протяжно пел:[ [32]]

 

«Проходи быстрей! – улитке говорила так треска, –

Позади дельфин, отдавит он мне хвост наверняка.

Вон, омары, черепахи обгоняют в спешке нас!

Ждут они на пляже танцев – ты пойдешь ли с нами в пляс?

Хочешь, нет ли, хочешь, нет ли ты пуститься в пляс?

Хочешь, нет ли, хочешь, нет ли ты пуститься в пляс?»

Ты не ведаешь, как будет нам приятно и легко,

Коль с омарами нас вместе бросят в море далеко!»

«Слишком далеко! – улитка на нее скосила глаз –

Нет, спасибо тебе, рыба, только не пойду я в пляс.

Не могу я, не хочу я, не пущусь я в пляс.

Не могу я, не хочу я, не пущусь я в пляс.»

«Пусть далеко, что за беда? – подруга ей в ответ, –

За морем берег есть всегда, и это не секрет.

От Англии уплыли – тут Франция как раз;

Так не бледней, гляди смелей, пускайся с нами в пляс!

Хочешь, нет ли, хочешь, нет ли ты пуститься в пляс?

Хочешь, нет ли, хочешь, нет ли ты пуститься в пляс?»

 

– Спасибо, очень интересно было посмотреть на этот танец, – сказала Алиса, которая была счастлива, что он, наконец, закончился, – и мне так понравилась эта удивительная песня про треску!

– Кстати, о треске, – сказал Якобы Черепаха, – она… ты ведь ее, конечно, видела?

– Да, – ответила Алиса, – она часто бывала у нас на обе… – она прикусила язычок.

– Не знаю, где эта ОбА, – сказал Якобы Черепаха, – но раз ты встречалась с ней так часто, то, конечно, знаешь, как она выглядит.

– Наверное, да, – задумчиво ответила Алиса. – С хвостом во рту и вся в сухарях.

– Насчет сухарей ты ошибаешься, – сказал Якобы Черепаха. – в море их бы сразу смыло. Но хвост у нее действительно во рту, по причине… – тут Якобы Черепаха зевнул и закрыл глаза. – Объясни ей причину и все такое, – велел он Грифону.

– Причина в том, – сказал Грифон, – что она очень любит танцевать с омарами. Так что ее бросают с ними в море. Так что ей приходится далеко лететь. Так что она от страха закусывает хвост. Так, что потом не может его вытащить. Вот и все.

– Спасибо, – сказала Алиса, – это очень интересно. Я прежде не знала столько всего о треске.

– Я могу рассказать тебе и больше, если хочешь, – сказал Грифон. – Знаешь, почему ее называют треской?

– Никогда об этом не думала, – призналась Алиса. – Почему?

– Треску от нее много, – важно ответил Грифон.

Алису это озадачило.

– Много треску? – удивленно переспросила она.

– Ну да. Ты что, никогда не слышала, как трещит огонь в камине?

– Ну, в общем, слышала, – Алиса на всякий случай немного подумала, прежде чем задать следующий вопрос: – А что, разве в море тоже есть камины?

– Разумеется, есть. Недаром говорят: «топить в море», – низким голосом пояснил Грифон. – Вот, теперь ты знаешь.

– А чем же их топят? – с огромным любопытством спросила Алиса.

– Угрем, конечно, – ответил Грифон уже с некоторым раздражением, – это тебе любая креветка скажет!

– Я бы на месте трески, – сказала Алиса, чьи мысли все еще вертелись вокруг песни, – сказала бы дельфину: «Держись подальше, пожалуйста, мы не собираемся брать тебя с собой!»

– Им положено иметь его при себе, – сказал Якобы Черепаха, – ни одна здравомыслящая рыба не позволит себе остаться без дельфина.

– Что, правда? – изумилась Алиса.

– Конечно, – ответил Якобы Черепаха. – Какой рыбе захочется прослыть бездельфицей?

– Вы имели в виду «бездельницей»? – спросила Алиса.

– Я имел в виду то, что сказал, – обиделся Якобы Черепаха. А Грифон добавил:

– Давай, теперь ты расскажи о своих приключениях.

– Я могу рассказать вам о них, начиная с утра, – сказала Алиса Алиса с некоторой робостью, – но нет смысла возвращаться ко вчерашнему дню, потому что тогда я была другим человеком.

– Объясни это все, – потребовал Якобы Черепаха.

– Нет, нет! Сначала приключения, – нетерпеливо воскликнул Грифон, – объяснения отнимают ужасно много времени.

И Алиса начала рассказывать о своих приключениях, начиная с того момента, как она впервые увидела Белого Кролика; поначалу ее слегка беспокоило, что оба существа придвинулись к ней слишком близко, каждый со своей стороны, и открыли глаза и рты слишком уж широко, но в процессе рассказа она постепенно осмелела. Ее слушатели молча внимали, пока она не дошла до того, как читала Гусенице «Ты уж стар, папа Вильям», а слова получались совсем другими; тут Якобы Черепаха протяжно вздохнул и сказал:

– Это очень странно.

– Все это страннее некуда, – согласился Грифон.

– Получались совсем другими! – задумчиво повторил Якобы Черепаха. – Я бы хотел услышать, как она сейчас что-нибудь прочитает. Вели ей начать, – он посмотрел на Грифона, словно полагал, что тот имеет какую-то власть над Алисой.

– Встань и прочти «Это голос лентяя»,[ [33]] – распорядился Грифон.

«Как же эти существа любят командовать и заставлять отвечать уроки! – подумала Алиса. – Можно подумать, я в школе!»

Тем не менее, она поднялась и начала декламировать, но голова ее была полна Омаровой Кадрилью, так что она сама не знала толком, что говорит, и слова, разумеется, получились очень странными:

 

Это голос омара; я слышу сей голос:

«Не варите так красно! Попудрите волос!»

Поправляет он пуговиц ряд и ремень

Своим носом, носки развернув набекрень.

Если после отлива песок всюду сух,

Он ругает Акулу презрительно вслух,

Но когда приплывают акулы в прилив,

Его голос дрожащий не столь горделив.

 

– Это не то, что я учил в детстве, – сказал Грифон.[ [34]]

– Ну, я прежде этот стих не слышал, – сказал Якобы Черепаха, – но, по-моему, это редкостная чепуха.

Алиса ничего не сказала; она снова села, закрыв лицо руками и думая, встанут ли вещи на свои места хоть когда-нибудь .

– Я бы хотел, чтоб она объяснила это, – сказал Якобы Черепаха.

– Она не может объяснить, – поспешно возразил Грифон. – Читай дальше.

– Но насчет носков? – упорствовал Якобы Черепаха. – Как это он мог развернуть их носом, спрашивается?

– Это первая балетная позиция, – ответила Алиса; однако все это ее ужасно озадачило, и ей хотелось поскорей сменить тему.

– Читай следующую строфу, – нетерпеливо повторил Грифон, – она начинается: «Я в саду его видел…»

Алиса не осмелилась ослушаться и, хотя и была уверена, что все опять получится неправильно, продолжила дрожащим голосом:

 

Я в саду его видел, даю вам зарок,

Как Сова и Пантера делили пирог:

Мигом съела Пантера пирог со стола,

А Сове только блюдце пустое дала.

И в придачу была еще ложка одна,

Как великая милость, Сове отдана;

А Пантере нож с вилкой достались сперва,

Ну а после уже, на закуску – …

 

– Какой смысл читать всю эту чушь, – перебил Якобы Черепаха, – если ты ничего не объясняешь? Это, уж наверняка, самая запутанная вещь, какую я когда-либо слышал!

– Да, думаю, лучше остановиться, – сказал Грифон, и Алиса была только рада так и сделать.

– Попробуем еще одну фигуру Омаровой Кадрили? – продолжал Грифон. – Или ты хочешь, чтобы Якобы Черепаха спел тебе песню?

– Ой, песню, пожалуйста, если Якобы Черепаха будет так добр! – ответила Алиса столь горячо, что Грифон довольно-таки обиженно заметил:

– Гм! Ну, о вкусах не спорят! Ладно, старина, спой ей «Черепаховый суп»!

Якобы Черепаха тяжело вздохнул и запел прерывающимся от рыданий голосом:[ [35]]

 

Красивый суп, ты зелен и густ!

Наш котелок горяч и не пуст!

Кто не поклонится? Кто так глуп,

Чтоб не отведать красивый суп?

Кра-а-а-сивый суп!

Кра-а-а-сивый суп!

Е-э-да ве-э-э-черняя,

Красивый, красивый суп!

Красивый суп! К чему нам уха,

Дичь или прочая чепуха?

Кто не отдаст все, лишь бы к столу п-

одали этот красивый суп?

Кра-а-а-сивый суп!

Кра-а-а-сивый суп!

Е-э-да ве-э-э-черняя,

Красивый, кра-СИВЫЙ СУП!

 

– Еще раз припев! – крикнул Грифон, и Якобы Черепаха только было начал его повторять, как вдалеке послышался крик «Суд начинается!»

– Вперед! – воскликнул Грифон и, схватив Алису за руку, помчался, не дождавшись конца песни.

– Какой еще суд? – пыталась спросить задыхавшаяся от бега Алиса, но Грифон в ответ лишь повторил «Вперед!» и побежал еще быстрее, а сзади бриз доносил до них все слабевший и слабевший печальный голос:

Е-э-да ве-э-э-черняя,

Красивый, красивый суп!

 




Читайте также:



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (465)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.02 сек.)