Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Проблемы познающего в постсоветских условиях




Наше обсуждение процесса познания проходит, в основном, с точки зрения пути человека к совершенству, что вполне согласуется с поставленными задачами. Но не исчерпывает их, поскольку нами еще была заявлена цель гармоничного самоутверждения в обществе, неразрывно связанная с приобретением определенного социального и материального уровня. Поэтому посмотрим, как путь человека познающего способствует достижению этой цели.

Такой вопрос возник, к сожалению, не случайно. Дело в том, что говоря о преимуществах познания (и образования как его составляющей) в целом, нельзя не коснуться одного негативного аспекта, присущего России и, видимо, вообще постсоветскому пространству.

Как ни печально это признавать, в настоящее время хорошее образование, широкий кругозор, наличие глубоких знаний не гарантируют их обладателю ни достойного заработка, ни высокого социального положения. И, более того, порой их наличие вызывает дополнительные затруднения. Поэтому необходимо остановиться на этом вопросе несколько подробнее, чтобы разобраться в сути проблемы и предложить оптимальное решение по, скажем так, «увязке» пути познания и социального роста.



Следует подчеркнуть, что ситуация, сложившаяся в нашей стране, противоестественна. Противоестественна, по меньшей мере, с точки зрения прогресса культуры, науки и технологии. Не могу сказать, что я в восторге от западного образа жизни, но трудно игнорировать факты: западные страны достигли своего исключительно высокого культурного, экономического, военного потенциала в первую очередь за счет развития науки и техники. А потому не удивительно, что в западном мире увеличение знаний человека неизменно сопровождается и повышением его материального уровня и, как правило, социального статуса. Интересна статистика доходов граждан США, показывающая, что сумма, которую человек зарабатывает за свою жизнь, существенно зависит от уровня его образования. «В 1992 году в США работник с дипломом колледжа мог заработать на протяжении всей своей карьеры на $600000 больше, чем специалист, получивший лишь среднее образование. Обладатель докторской степени (соответствующей нашей кандидатской – Д.П.) зарабатывал на $1600000 больше выпускника колледжа и на $2200000 больше обладателя среднего образования» [27;11].

Но это на Западе. В России ситуация совсем иная. В целом, наличие диплома или ученой степени никак не свидетельствует о том, что ваша зарплата будет высокой. Есть, конечно, исключения – отдельные специальности оцениваются неплохо. Например, в Москве на момент написания данного текста это касается юристов, программистов, представителей некоторых экономических специальностей (при том условии, что им удалось трудоустроиться в процветающие коммерческие структуры). Однако общая картина остается неприглядной. Например, средняя зарплата ученых в России, по некоторым данным, на 30% ниже средней зарплаты, которая и сама по себе невысока. Уровень зарплаты в науке в 2002 году составлял в среднем 60-100 долл. в месяц, при том что средняя месячная оплата труда ученых в США, например, составляет 5-8 тыс. долл. «В соответствии с государственной тарификацией профессор, доктор наук (17-й разряд) получает в РФ ежемесячно менее 100 долларов; доцент, кандидат наук – около 60 долларов, а молодой ученый-аспирант – 20 долларов. Аспирант должен кормить себя и семью на 70 центов в день» [Советская Россия 24.06.03]. Что, кстати, не дивительно – ведь «общий объем ассигнований на развитие науки в 2003 г. составляет 1,3 млрд. долл. Это почти в 2 раза меньше годового бюджета Кембриджа» [Советская Россия 24.06.03].

Проблемы характерны не только для науки. Среди других высококвалифицированных специалистов очень велик процент низкооплачиваемых – всем известно, в их числе учителя, многие врачи и т.д.

В настоящее время размер дохода в большей степени зависит не от образования и квалификации сотрудника, а от места, где он работает. Важно место географическое – не секрет, что зарплата в Подмосковье (не говоря о других регионах) существенно ниже, чем в Москве. Но еще важнее, так сказать, место юридическое – под ним понимается работодатель. Именно этот аспект является определяющим в величине заработка. Работая в богатой коммерческой компании даже на неказистой должности, вы можете за месяц получать больше, чем иной профессор за год. При этом вам не нужны ни сверхспособности, ни особые знания. Часто обязанности работников подобных заведений примитивны – отправить факс, рассчитать цену, вычислить наценку, принять товар, оформить документы, собрать информацию по рынку. Для таких трудов не только не требуется высшего образования, но и десятилетку-то заканчивать не всегда обязательно.

Но даже если вы занимаетесь относительно квалифицированной работой – ну например, являетесь бухгалтером – все равно, определяющим фактором для вас будет не ваша квалификация и профессиональное прилежание, а уровень фирмы–нанимателя и щедрость ее хозяев. Описанные факты особенно наглядно проявляются, если наблюдать сотрудников различных организаций на одной территории. У меня была такая возможность, когда я работал в одном из московских министерств.

В то время ситуация характеризовалась своего рода расслоением – некогда целостная система разделилась (не всегда де-юро, но де-факто) на организации с разной степенью доходности. То есть, существовал чисто бюджетный сектор с зарплатами еще ниже, чем в науке, существовали государственные хозрасчетные организации, поддерживавшие своих сотрудников внебюджетными «бонусами», имели место и отпочковавшиеся коммерческие фирмы, под лозунгом свободного предпринимательства беззастенчиво урывавшие от общего пирога нехилые куски. В последнем типе организаций доходы были особенно высоки.

В результате имела место ситуация, когда люди, сидевшие в одном здании, курившие в одних курилках, обладавшие примерно равной квалификацией и занимавшие сходные должности, получали радикально различающиеся зарплаты. Одни находились в крайне тяжелом положении, им не хватало на полноценное питание, они не могли поддерживать имеющиеся условия быта – заменить сломавшийся холодильник, купить качественную зимнюю одежду. Их уровень жизни фактически можно было назвать нищетой. Другие тоже не были миллионерами, но решали иные задачи. Имея достаточный для нормальной жизни доход, они стояли перед выбором иного характера – например, покупать ли скромную иномарку или ограничиться последней вазовской моделью.

Несложно получить наглядную иллюстрацию и не вникая в суть происходящих процессов. Например, в здании какого-нибудь серьезного научного института, который по бедности сдает площади первых этажей различным коммерческим структурам. Не раз, проходя по коридорам таких заведений, отмечал, сколь отличаются по своему внешнему виду весьма бедно выглядящие лица интеллектуального труда от холеных морд торговцев западным барахлом.

Не буду множить примеров, хотя, поверьте, это несложно. Было бы удивительно, если в таких условиях престиж образования, интеллектуального (и уж тем более – духовного) развития оказался бы высок. Предвидя возможное возражение читателя, оговорюсь, что данное суждение характеризует ситуацию в целом. Конечно, я знаю, что есть области, где обстоятельства существенно отличаются в лучшую сторону. Но, к сожалению, не этими областями определяется общая ситуация. Уже практически общепризнанно, что постреформенному времени в России присуще обнищание наиболее интеллектуалоемких сфер деятельности.

Любопытно, что даже в спорте, по словам Президента Шахматной ассоциации России Александра Жукова, сложилась сходная ситуация – и шахматы, представляющие собой один из немногочисленных интеллектуальных видов спорта, оказались задвинутыми на самый задний план по всем разнарядкам, им была придана весьма низкая приоритетность.

Выше мы сопоставляли разные типы организаций - бюджетную, хозрасчетную, коммерческую. Но если рассмотреть конкретный тип, в особенности коммерческий, то мы увидим, что сходные принципы действуют и в его внутреннем пространстве. То есть, для коммерческих процессов характерна та же ситуация девальвации интеллектуального – когда наибольшие доходы приносят не глубокие знания и добросовестный труд, а иные факторы: близость к власти, возможность навязать заказы и т.п. У меня есть опыт работы в коммерции, а потому не раз доводилось воочию убеждаться, что высокоприбыльными зачастую являются проекты, не требующие от людей, их реализующих, интеллектуальных высот.

Когда-то, участвуя в оформлении продажи дома в одном подмосковном городе и покупки в другом, пришлось столкнуться с таким видом доморощенного бизнеса. Чтобы только сдать документы на оформление, нужно было занимать очередь с предыдущего вечера и стоять всю ночь. Разумеется, сам процесс оформления документов растягивался на месяцы. Зато коммерческая фирма, расположенная в том же здании, за несколько сотен долларов могла все оформить в течение часа, потому что документы проходили мимо умышленно созданных очередей. Мне запомнился руководитель этой фирмы, который ходил с гордым и наглым видом, искренне полагая, что вот он-то умеет жить – занимается бизнесом. Фактически же он является паразитом, чтобы не сказать кровососом, не приносящим никакой пользы обществу и никак не приумножающим результатов совокупного труда людей. А чтобы организовать такую ситуацию, вынуждающую всех платить, не нужно быть «семи пядей» во лбу и заканчивать университеты. Достаточно договориться с местными властями.

Сотрудничество с властью приносит прибыль и в других случаях. Так, занимаясь рекламным бизнесом, куда выгоднее подталкивать клиента сделать заказ, прикрываясь (угрожая) своей близостью к московской (или иной – по месту расположения) мэрии, чем завоевывать рынок высоким качеством услуг. Известен и ряд других механизмов.

Или, более общеизвестный факт. Некогда, достаточно долго ожидая посадки на самолет в аэропорту «Домодедово», я посетил местный буфет, гордо названный баром, и обнаружил интересную особенность. Цены данного заведения по многим позициям превышали цены аналогичных пищеблоков в международном аэропорту Хитроу, Великобритания. Разумеется, качество не было аналогичным. Отвратительного вида полуфабрикаты, пицца, пиво производства города Калуги – вот и все, что можно было взять за 10 долларов. При том, что обслуживающий персонал еще и не додавал сдачи, мотивируя это отсутствием мелких денег. Разумеется, альтернативы не было. Для справки: то же самое в магазине стоит от силы 1 доллар. А на продовольственной базе – и того дешевле.

О чем это говорит? О том, что на каком-то этапе пути товара к посетителю буфета сидит паразит, незаслуженно получающий деньги на халяву. Естественно, очень выгодно купить бутылку пива за 10 рублей и продать ее за сто. «Три класса плюс коридор» образования и «полторы извилины» в голове вполне позволят провести такую операцию. Бизнес, видите ли. И даже если сам владелец заведения и не является паразитом, все равно паразит где-то присосался. Например, в его роли может выступать владелец площадей, требующий непомерную арендную плату. Кстати, такая ситуация с общепитом характерна не только для привокзальных и аэропортовых забегаловок.

Я специально, чтобы сравнить, собрал некоторые наблюдения в провинциальной Англии, которые показали, что несмотря на высокие цены на продукты питания в магазинах, стоимость обеда в уличном кафе в этой стране относительно невелика. У нас все наоборот – продукты стоят дешево, обеды в кафе в десятки раз дороже.

В иных сферах положение такое же. Например, издание журналов. Разговор с несколькими людьми, занимающимися этой деятельностью, продемонстрировал сходные особенности распределения средств. Одни квалифицированные люди производят непосредственный продукт: журнал, а создать его, найти интересные людям материалы, подготовить грамотные статьи – дело весьма непростое. Печать журнала также требует трудозатрат – другие квалифицированные люди для этого содержат типографию, обеспечивают непрерывное функционирование производственных процессов. Но при распределении прибыли, как на первых, так и на вторых приходится весьма незначительная ее часть. Множество последующих перекупщиков, накручивая наценки, увеличивают начальную цену в несколько раз. Думаю, вам не нужно объяснять, что перепродажа несравнимо проще созидания. Сколько бизнесменов, занимающихся перепродажей, способно написать хотя бы одну интересную статью? А настроить технологическую линию? Так что в результате основную массу прибыли получают неквалифицированные люди.

На этом, пожалуй, остановимся. В силу популярности и распространенности описанного явления девальвации всего интеллектуального в России, на эту тему можно говорить долго. Но и тогда наверняка каждый из вас без труда добавит к сказанному пяток своих примеров.

Данная ситуация является довольно гнетущей для многих россиян. И среди них немало тех, кто, убегая от этой ситуации, россиянином быть перестал.

На уровне среднесрочной стратегии, данный поступок выглядит разумным. Выше мы освещали вопрос, почему в нашу эпоху преуспевает экономика, основанная на знаниях. Те страны, которые в своем развитии опираются на что-то иное, например на торговлю ресурсами, обречены на деградацию и, как следствие, на снижение уровня жизни своего населения. Ведь сегодня богатство государства, как и богатство отдельных граждан, напрямую зависит от степени научно-технического развития и использования достижений науки. «Основными производителями национального дохода являются не недра, не ресурсы, не токари, не слесари, а именно знания», - говорит ректор МЭСИ Виктор Тихомиров. И пока наше государство не изменит стратегию и не переосмыслит свое отношение к людям знания, мы все будем нести потери.

Интересен факт, приводимый Владимиром Зерновым, ректором Российского Нового Университета: «Если бы те специалисты, которые выехали за границу, готовились в университетах США и Западной Европы, то на их подготовку пришлось бы потратить более $1 трлн… Если эти деньги положить в банк, то за год мы отдали бы весь внешний долг России. При этом мы бы жили лучше, чем любая нефтедобывающая страна».

А за границу уехало уже немало специалистов, и процесс этот продолжается. По оценке председателя профсоюза научных работников России Валентина Калинушкина, за последние 10 лет от 500 до 800 тыс. российских ученых покинули страну для работы за рубежом. Это серьезно. Данный процесс наносит сокрушительный удар по будущему страны, что не может не заботить тех, кто остается в ней жить.

Продвинутые люди понимали это еще в те времена, когда о наступлении технологической эры говорить было преждевременно. Так, Сен-Симон исполь­зует выразительный пример: «Если бы Франция потеряла три тысячи наиболее важных политических и религиозных администраторов, она немного бы потеряла. Государство без особого ущерба заменило бы их другими. Однако потеря в три тысячи наиболее способных ученых, художников и изобретателей закончилась бы для Франции национальным крахом, в подчиненном положении относительно других наций она оставалась бы до тех пор, пока голова не вырастет вновь и утрата не будет восстановлена» [37;118]. Думаю, то же самое сегодня справедливо в отношении потерь от утраты коммерческих работников и научно-технических соответственно.

Но не подумайте, что мы осуждаем уехавших за рубеж. Каждый имеет право на полноценную самореализацию. Выше мы уже показали, как родное государство оценивает труд ученых. И требовать от молодого ученого, чтобы он, выслушивая насмешки со стороны доморощенного бизнесмена, который в ларьке «апэлсыны продает», оставался бы в России заниматься наукой, а в свободное время, в поисках хоть каких-то денег, шел помогать продавать апельсины, было бы верхом цинизма.

Хотя тому научному работнику, который хочет обеспечить себя и свою семью материальными средствами, в нашей стране пока остается лишь две альтернативы – либо продать свою стезю, либо продать родину. В свое время я вынужденно избрал первый вариант, а мой товарищ – второй. Заключив, что «Россия хочет выращивать буржуев и торгашей, а люди знания здесь не нужны», он уехал на Запад, где и трудится по сей день в одном из тамошних научных городков. В конечном итоге, выбор его оказался куда более выгодным, чем мой.

Впрочем, я не призываю читателя эмигрировать. Лишь констатирую факт. Есть, конечно, в России отдельные случаи, когда удается совместить науку и зарабатывание денег, но это лишь отдельные случаи.

В то же время, с нашей точки зрения, благополучное решение описанных проблем в рамках жизни одной личности (семьи) возможно, и, более того, сам процесс поиска такого решения весьма полезен, так как развивает личность и обогащает ее бесценным опытом. Ниже мы рассмотрим общий алгоритм решения, ориентированный на всех позитивных маргиналов (не только относящихся к научной среде), которые сталкиваются с необходимостью дальнейшего социального самоутверждения.


 




Читайте также:
Почему человек чувствует себя несчастным?: Для начала определим, что такое несчастье. Несчастьем мы будем считать психологическое состояние...
Как построить свою речь (словесное оформление): При подготовке публичного выступления перед оратором возникает вопрос, как лучше словесно оформить свою...
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (329)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.013 сек.)