Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь


Глава 1. «Охотный промысел»



2015-12-06 1082 Обсуждений (0)
Глава 1. «Охотный промысел» 0.00 из 5.00 0 оценок




Природный парк «Вепсский лес» расположен в восточной части Ленинградской области на территории четырех административных районов – Тихвинского, Подпорожского, Лодейнопольского и Бокситогорского. 43,5 % территории парка приходится на Подпорожский район, где проживают оятские вепсы – самая большая подгруппа средних вепсов. Знакомство с традициями, жизненным укладом и самобытной культурой оятских вепсов и было целью этнографической экспедиции, которая проводилась в конце августа этого года сотрудниками научного отдела.

Природа Подпорожского края уникальна, и поражает своей величественной красотой. Холмисто-грядовый рельеф чередуется с болотными массивами, глубокими и чистыми озерами, множеством быстрых речушек и обилием холодных родников. Но главное богатство – это, конечно же, лес. Здесь преобладают еловые леса с примесью березы, осины, сосны. На возвышенных местах нередко встречаются боры из мачтовых сосен. Леса изобилуют грибами и ягодами, полны птичьего гомона и звона ручьев. Водятся в них лоси-великаны, кабаны, зайцы, медведи. В дремучих уголках леса можно встретить глухаря, рябчика или тетерева. Обилие озер и болот – раздолье для водоплавающих птиц. Такие природные богатства издавна привлекали к себе людей, и не случайно берега Ояти были заселены ещё в первом тысячелетии. Об этом мы узнаем из различных исторических источников. Охота и рыболовство – самые древние из промыслов оятских жителей, и до сих пор почти в каждом деревенском доме можно найти рыбацкие сети с берестяными поплавками, самодельные крючки и хитроумные ловушки. А шкурки пушного зверя, в изобилии водившегося в девственных лесах, долгое время были самой устойчивой валютой для местных охотников.

В беседах с деревенскими жителями тема «охоты» вызывает живой интерес, не только мужчины, но и женщины рассказывают «жизненные» истории, связанные с этим промыслом. В них, подлинные ситуации причудливо переплетаются с фольклорными и религиозными представлениями вепсов о непреложных законах природы, о необходимости гармоничного существования человека в естественных условиях, и об ответственности людей за сохранение и рациональное использование природных богатств.

Так, в селе Винницы, довелось мне слышать рассказ о «сороковом» медведе. Надо сказать, что вепсы всех групп с почтением относились к этому животному, существовали свои ритуалы и обряды, связанные с правилами «медвежьей охоты». Самой опасной считалась - сороковая. Так же как и русские, вепсы были уверены, «что сороковой медведь охотника калечит», и «что сороковой – роковой». Рассказ винницкой жительницы – яркое тому подтверждение.

«Жили мы тогда в деревне Мягозеро. Отец мой, Николай Егорович Гришин, был потомственным охотником-медвежатником. Это был промысел – за это и жили. Очень хороший меткий стрелок. Взял 39 медведей. Охотился так: ставил капкан, потом медведя добивал. 21 мая 1949 года очередной сороковой медведь попал в капкан. Медведь был большой, сильный, сорвал капкан и ушел. Отец позвал сына Ивана, и отправились по следу. Других людей не взяли, чтобы не показывать свой промысел. Возле чащи, куда ушел медведь, отец отослал Ивана вкруговую, а сам пошел на медведя. Ружье дало осечку, и медведь замял охотника. Пока сын прибежал, зверь нанес смертельные раны когтями и зубами. Порвал кожу на голове и теле. Иван добил медведя. А отец с такими ранами еще шел самостоятельно почти 5 км. Ни врачи, ни «знающие» люди помочь не смогли, через пять дней отец умер. Это был сороковой медведь. Интересно, что когда отец был на войне, цыганка нагадала ему, что погибнет он не на фронте, а от медведя. После возвращения домой, он всем рассказывал об этом предсказании, и смеялся, что этого не может быть – ведь он хороший, опытный охотник». Рассказывая этот случай и смахивая слезу, моя собеседница долго вздыхала: «Ведь говорили ему люди – «сороковой - опасный». А он не верил».

В почете была и охота на зайца. Еще во времена крепостной зависимости значительную часть оброка составляли продукты охоты. Так, в документах XVIII века говорится, что «…в деревне Чичино Пелдушского погоста крестьяне Нестеренко и Октронов уплачивали оброк в количестве одной деньги или шкурки зайца». Промысел зайца ведется и в настоящее время. В деревне Чурручей наш добровольный провожатый Лукьянов Г.М. подробно рассказывал, как он охотится на зайца с помощью силков («А ружья-то у меня век не бывало!»). На мой вопрос о количестве добытого трофея, простодушно заметил: «Да за зиму штук пяток возьму, а больше мне и не нужно».

Главной причиной широкого распространения ловушек и капканов всегда было недостаточное количество огнестрельного оружия. Это ощущалось вплоть до конца XIX столетия. Только вначале XX века среди местных охотников получило распространение оружие системы Бердана. До этого использовались ружья местного изготовления, в основном работы мастеров северных уездов. Охотничьи ружья переходили из поколения в поколение, и свидетельствовали о материальном благосостоянии семьи.

Говоря об охоте нельзя не упомянуть и о собаках. Практически в каждой деревне я обращала внимание на то, что собаки в крестьянских домах одной породы – лайки. Спрашиваю у жителей, почему не видно ну хотя бы обычной дворняжки. Ответ прост – «Так другие и не нужны, а эта и сторожит и охотница».

Зато в исторических документах ответ найти можно. «Охотники использовали местную породу собак – карельскую лайку. Знатоки сообщали: «Эта замечательная собака сама добывает пищу и без какой-либо дрессировки годна к охоте. К сожалению, эта порода, при столь отличных качествах, не имеет достаточной известности…». Впрочем, последнее утверждение было не совсем верным. Карельскую лайку заметили и уже в середине XIX века через Управление государственных имуществ собаки этой породы ежегодно поставлялись в Петербург для «царевой охоты». К началу XX века чистопородных карельских лаек осталось мало, и стоили они очень дорого – около 100 рублей».

Название «карельская» я так ни разу и не услышала, хотя честно и добросовестно пыталась навести бывалых охотников на эту мысль. Видимо, действительно не сохранилась порода. А жаль…

 

Глава 2. Верю… Надеюсь…

Вепсы были обращены в христианство в его православной форме очень рано – на рубеже 10-11 веков, намного раньше, чем большинство других финно-язычных народов.

Но, несмотря на то, что вепсы считали себя православными и исповедовали христианскую религию, множество языческих обрядов и ритуалов сопровождало жизнь вепса от рождения до самой смерти. Вепсы верили в то, что повсюду их окружают «живая сознательная сила», с которой надо было жить в мире, и потому была выработана система отношений к этой силе в виде различных примет, заговоров, заклинаний, оберегов и т. д. Некоторые из них существуют и в сегодняшнем быту вепсов.

Поклонение и почитание деревьев, воды, огня возводилось в ранг культа. Существовал и культ камней, их называли «святыми», а места где они находились «почитаемыми». О поклонении камням у вепсов есть свидетельства прямые и косвенные. В нашем Тихвинском районе, у деревни Корбеничи, есть на холме в сосновой роще кладбище с оградой из больших валунов, ими же обложены и могилы. Думалось, что это очень старое кладбище, а оказалось, что организовано оно было в 30-е годы, после закрытия церкви. На старом кладбище у церкви, камней не обнаружено, по-видимому, священнослужители вели борьбу с любыми проявления язычества. Когда же церковь была закрыта, то старинная традиция проявилась при перенесении кладбища на новое место.

В деревне Чурручей, недалеко от Ярославичей, побывали мы у такого камня. С точки зрения науки – это обнажение каменного пласта, который вместе с песком и глиной образует «тело» холма. Когда началось почитание этого места, никто из жителей не помнит, но идут и идут сюда люди, несут «заветы» и просят у «святого» камня исполнить их желания. В небольшом углублении, наподобие ниши, устроен скромный иконостас: на деревянной полочке, покрытой кружевным краем от подзора, три типографские иконы с ликами Богородицы, рядом подсвечник, кружка для монет и приношения – «заветы» - полотенца, конфеты. Наш провожатый рассказывает, что когда-то на камне было изображение монаха, а сейчас его нет - «смыло дождем». Потом добавляет: «Мой дед говорил, что в 1912 году, перед войной, лик монаха здесь уже был». Рядом, чуть выше, еще одно обнажение камня. Но здесь уже есть пещера (так называют это углубление местные жители), проход в нее закрыт корнями старой березы. Чуть ниже – новый сруб часовенки. Часовню строит один из бывших жителей Чурручья: «Я ведь родился тут, здесь родители похоронены, а сейчас деревня пустая стоит, вот часовню поставлю - память будет». Уместно заметить, что говорил это не «новый русский», для которого строительство часовни дань моде, а простой труженик, и сегодня живущий крестьянским трудом. В Ярославичах учительница-пенсионерка сетует: «Не могу с вами сходить к «святому» камню, ноги сильно болят, а ведь у меня самой «завет положен», вот полегче будет обязательно пойду». Идут люди к камню… Верят… Надеются…

А с фотографией «Крестный ход» целая история получилась. Увидев ее, моя собеседница Лодыгина В.В., заволновалась: «Так ведь это деревня Озёра, там престольный праздник на Тихвинскую, мама говорила всегда крестный ход был. Идут люди «на гору» к ручью, там и молятся». И действительно, до сих пор ходят старушки 9 июля с иконами, с «заветами», на высокий холм к струящемуся из недр родничку, возносят молитвы, просят Богородицу о помощи и заступничестве. И я мысленно, «кладу завет» побывать здесь на Тихвинскую в будущем году, сходить вместе с бабушками «на гору», и в тихой молитве испросить у Пресвятой Богородицы чуда: чтоб вернулась жизнь в опустевшие деревни, чтоб не перестала звучать в этих местах вепсская речь, чтоб не канули в лету многовековые традиции многострадального народа. И явится чудо…

Верю… Надеюсь…

 

Глава 3. «Ломать – не строить…»

Бывая в деревнях и разговаривая с людьми, всегда задаю вопрос о национальности моего собеседника. Как правило, 7 из 10 отвечают: «Я – вепс, и родители вепсы, и прадеды», а потом, лукаво улыбнувшись, добавляют: «Только по документам – я русский». Вот такая статистика.

Так что же происходит с вепсской национальностью? Проблема эта появилась не сегодня и даже не вчера, а гораздо раньше, и имя её – ассимиляция. В конце 30-х годов резкое изменение советского государства к вепсской национальности имело две причины:первая, общая, касающаяся абсолютно всех малочисленных народов СССР того времени. Это принятие в 1936 году Конституции СССР, которая провозгласила в Советском Союзе победу социалистических общественных отношений, при которых все народности постепенно сливаются в единую нацию, и вторая причина – частная, касающаяся вепсов - это ухудшение взаимоотношений СССР с Финляндией. Называться вепсом стало «не приличным», а иногда и опасным.

Второй виток искусственной ассимиляции относится к 60-м годам. В эти годы в правительственных кругах вызревали грандиозные планы концентрации сельского населения на центральных усадьбах колхозов и совхозов за счет ликвидации мелких (неперспективных) деревень. Нашлись услужливые ученые, которые посчитали, что можно сэкономить уйму средств за счет социальной сферы, если упразднить мелкие деревушки. Не надо строить туда дороги, тянуть линии электропередачи и телефонной связи, содержать мелкие магазинчики, школы, медпункты, клубы, библиотеки – да много чего не надо, если сельчане будут жить на центральных усадьбах в каменных пятиэтажках. Невзыскательные к условиям жизни вепсы, исконные приверженцы сельской жизни, потуже затянули пояса и в меньшей степени, чем русские поддавались переселению, но все равно удар по народности был нанесен очень чувствительный. На сегодняшний день многие вепсские деревни опустели, и жители перебрались в другие места. Вот и в деревне Пашозеро можно встретить вепсов из деревень Шиголы, Сяргозера, Нойдалы, Нюрговичей, а в селе Винницы Подпорожского района из Мягозера, Озер, Чурручья. Все больше появляется на топографических картах области населенных пунктов с пометкой – «не жилая».

При проведении переписей 1970 и 1979 г.г. счетчики, согласно «установке» руководства, всех вепсов фиксировали как русских. Работникам сельсоветов, счетчикам и вепсскому населению объявили, что вепсской национальности нет в официальном списке. То есть, записывая вепсов русскими, был нанесен большой урон достоинству и самосознанию народа, тем самым, ставя под сомнение «полноценность» нации.

Теперь мы пожинаем плоды недальновидной национальной политики. Проживая в городах и вращаясь в среде русского населения, вепсы под час забывают о своих корнях. Языком предков не пользуются - в этом нет необходимости, да и зачем учить вепсскому языку собственных детей, если рядом звучит только русская речь. Вот и катится волна пресловутой ассимиляции по реке времени все быстрее и быстрее.

Сколько проживает сегодня вепсов на территории природного парка сказать трудно. Нет точной статистики, даже в администрациях волостей. Ученые-вепсологи уже давно бьют тревогу, предлагая правительству различные проекты по выходу из критической ситуации. Но воз и ныне там. Да, как говорится «ломать – не строить», вернее – сохранять.

 

Бондарева Вера Викторовна, научный сотрудник ТИМАХМ.

 

Фестиваль как способ возрождения и сохранения

искусства колокольных звонов России

Возведенная в Тихвинской обители в 1593-1600 годах пятипролетная одноярусная (по ярусу звона) звонница-стена является уникальным архитектурным памятником. Возвращение звоннице реставратором Кириллом Александровичем Степановым в 60 –е годы 20 века первоначального внешнего вида с реконструкцией древнего пятишатрового завершения переводит тихвинскую звонницу, по свидетельству специалистов, в наивысший разряд памятников русской церковно-звонарской архитектуры. Отличительной особенностью тихвинской звонницы является прекрасная акустика сооружения, так как звучание колоколов беспрепятственно распространяется по округе. Тихвинская звонница – единственный памятник, несущий вес колокола до 6 тонн, а общий вес колоколов до 11 тонн.

Тихвинская земля издревле славилась перезвонами своих колоколен и звонниц. К сожалению, в недавние времена все тихвинские колокольни и звонницы (за исключением звонницы Большого Успенского монастыря), а также их колокола были почти полностью утрачены, звонари-музыканты разделили участь прочих церковнослужителей. Всего на территории Тихвина было 2 звонницы и 5 колоколен. Пресеклась звонарская традиция. О том, что представлял собой тихвинский звон и как он исполнялся, сейчас практически ничего не известно. Восстановить всю полноту утраченных звонов невозможно, но вернуть их в стены монастыря стало главной задачей проводимых в нашем городе фестивалей.

Исторически сложилось, что в колокола звонили не только во время богослужений, но и во многих других случаях полагались викториальные, коронационные и прочие праздничные великие звоны, как говаривали на Руси «во вся тяжкая». Во времена Бориса Годунова иностранцы, посещавшие Россию в праздничные дни описывали ее так: «…когда они зазвонят все разом, то поднимается такой гул и сотрясение, что друг друга нельзя расслышать»(Петрей, с.56), «… в день Св. Николая и накануне множество звонивших колоколов были докучны и невыносимы»(Барберини, с.58).

Существовала такая традиция и в древнем Тихвине. В 1883 году во время празднования 500-летнего юбилея обретения Тихвинской иконы Божией Матери Городской думой была разработана и принята целая программа юбилейных торжеств. Седьмой пункт этой программы гласил: «В течение всего юбилейного дня производить колокольный звон…».

Начало проведения фестиваля на Тихвинской земле имело глубокие корни и было положено в эпохальный момент для истории города и всей нашей страны – возвращения в родную обитель Тихвинской иконы Божией Матери летом 2004 года. Фестиваль положил начало возрождению православных и народных традиций маленького древнего города – одного из тысячи ему подобных в России.

Проведение таких фестивалей в Российских городах не является инновацией нашего музея. Уже около 13 лет подобные фестивали проводятся во многих Российских городах таких как Ярославль («Преображение» с 1992), Москва («Московский пасхальный фестиваль» с 2001 года) и др. Но проведение его в рамках маленького провинциального города – вот что стало тем важным моментом в череде колокольных фестивалей России.

Проведение подобного мероприятия в Тихвине стало возможным с 2004 года по двум объективным причинам:

- появление колоколов на звоннице;

- возвращение Тихвинской иконы Божией Матери.

В ходе подготовки к празднику в 2004 году впервые и встал вопрос о наполнении праздничного пространства колокольными звонами. Своих звонарей в обители пока еще на тот момент не было. Поэтому очень важным этапом стало приглашение на праздник лучших звонарей России: Москвы, Петербурга, Петрозаводска и Новгорода, дабы они своим мастерством смогли положить начало возрождения звонарской гильдии на Тихвинской земле.

В 2005 году в монастыре появились свои звонари, но традиция проводить фестиваль и приглашать лучших была продолжена.

Сегодня колокола вернулись на звонницу, но звучание ее как музыкального инструмента требует проведения дополнительной отладки и настройки. И это уже следующий этап колокольной истории Тихвинского края.

К сожалению, при комплектовании набора и развески колоколов в арках, являющихся колоколоприемниками, был применен типовой подход, заключавшийся в случайной развеске колоколов от большого к малому. Веса и звучание колоколов не совпадают с историческим подбором колоколов звонницы. Для комплектования звонницы был выбран типовой набор колоколов предприятия «Вера». Развеска по убывающему весу не характерна по стилю для сооружений подобного вида. Основным недостатком подбора колоколов монастырской звонницы, по архивным материалам, является отсутствие большого благовестного колокола, весом 635 пудов или 10 401 кг.

Но несмотря на это ближайший аналог Тихвинской звонницы – Софийская звонница в г. Новгороде не имеет даже и такого набора колоколов.

Фестиваль способствовал привлечению не только лучших звонарей, но и лучших специалистов колокольного дела и меценатов, благодаря поддержке которых ведутся переговоры о дальнейшей реконструкции колоколов.

На сегодняшний день проведено ряд исследовательских работ в плане сохранности и устойчивости звонницы в связи с планируемым вводом 10 тонного колокола. И нас очень радует, что исследования завершились успешно – на звоннице допускаются звоны в колокол, весом до 20-ти тонн.

Поэтому сегодня у фестиваля появились новые задачи. Конечно в первую очередь формирование интереса к православной культуре, ее возрождение и сохранение несомненно остаются на первом плане. Ведь проведя 2 фестиваля мы не решили все поставленные задачи.

Сотрудниками музея и привлекаемыми специалистами ведутся научные разработки по различным направлениям:

- архитектуре звонницы,

- развеске колоколов,

- музей проводит изучение партитуры Н.А. Римского-Корсакова, запечатлевшего в ткани своих бессмертных произведений звон колоколов.

Доброе начало праздничных звонов древнего города уже положено. Необходимо восстановить тихвинские звоны, несмотря на многочисленные трудности. Подобные фестивали нужны в нашем городе, т.к. они будут способствовать возрождению и развитию мастерства русских колокольных звонов. Собирая по крупицам некогда роскошную ткань российской духовной культуры, укладывая каждую жемчужинку в узор, мы положим начало возрождению духовной и музыкальной культуры Тихвинской земли и всего нашего Отечества.

 

Хабукина Нина Алексеевна, заведующая городской библиотекой им. Я.И. Бередникова, председатель Общества любителей старого Тихвина.

 

Петр I и Тихвин

 

Грандиозность личности Петра I, всеохватность петровских образований такова, что спустя 200 и 300 лет они не смогли стать только историей, но продолжают жить живой жизнью. Как писал историк М.П. Погодин «Мы просыпаемся: «Какой ныне день?» 1 января 1889 года. – Петр I велел считать годы от Рождества Христова»; Петр Великий велел считать месяцы от января; просматриваем газеты...- Петр Великий их начинал... и т.д. Время показало живучесть многих институтов созданных Петром I. Вокруг имени Петра сложилось не мало легенд и стереотипов, прочно впечатанных в массовое сознание: «Царь-плотник»; «Прорубил окно в Европу»; «Суровый, но справедливый и демократичный, не чета своим приемникам». Время Петра – это время основания тоталитарного государства. Внедрение массовое сознание культа личности, «отец нации». Это время страха и социального иждивенчества, время внешней и внутренней несвободы личности.

«Он, как и мы, не знал иных путей,

Оприч указа, казни и застенка

К осуществлению правды на земле...»

М. Волошин «Россия»

Насилие, составляющее суть экстраординарных мер, было зафиксировано и в законах, заложено в устройстве государственного аппарата, отлажено в системе государственной власти. Все это наглядно видно и на примере тех событий, которые происходили в нашем крае в период правления Петра I.

Обратимся к документам:

Мордвинов И. П. Старый Тихвин и Нагорное Обонежье. Исторические очерки. – Тихвин – СПб, 1999.

Почти половина третьей главы этого издания посвящено времени Петра I. Причем предыдущая глава заканчивается весьма любопытной фразой «В 17 веке Тихвин проявил изумительную энергию; разоренный в 1613 году, трижды сгоревший дотла, лишившийся значительной части населения в войне, переобремененный налогами и поборами, он все богател, улучшался, развивался и в конце века стал значительным городом. Со времени Петра началось его падение».

Далее, из весьма подробного описания, мы и узнаем, в чем это падение выражалось. Я не буду цитировать все страницы, желающие могут обратиться к тексту, но постараюсь сделать короткий анализ происходившего. Усилился экономический гнет на тихвинцев. Они должны не только платить традиционные налоги, но и: откармливать лошадей, выделять подводы для проезда войск, выделять дополнительные хлеба, фураж и т.д., кроме того содержать на своих квартирах солдат. Особенно много проблем возникало у кузнецов, которым предписывалось усилить добычу железной руды и изготовление различных изделий. Все распоряжения, присылаемые в Тихвин, выдержаны в очень строгой форме и грозят лишением жизни за любое не повиновение и за невыполнение в срок приказа.

Девять документов из сборника И. П. Мордвинова «Тихвинская старина: Сборник материалов к истории города Тихвина и Нагорного Обонежья (современного Тихвинского уезда). - Тихвин, 1911» относится к этому же периоду:

- «Железное дело на Тихвине». По бумагам Барановского архива принадлежащего ныне С.И. Успенскому. 1704-1707 гг. (Дворянину Петру Баранову поручено заставить всех местных жителей проживающих в районе рек Паша и Капша добывать и переплавлять железо. Были определены жесткие сроки и за невыполнение грозили серьезные наказания).

- «Приказ о принятии управления монастырских вотчин в казну. 1706 г.» (Все вотчины Большого монастыря передавались государству, т.е. монастырь лишался серьезных доходов).

- «Письмо тихвинского архимандрита к князю С.И. Прозоровскому. 1704 – 1706 г.» (Эта жалоба Прозоровскому на тяжелую ситуацию в монастыре и благодаря ходатайству Я. Н. Римского-Корсакова вотчины были возвращены монастырю).

- «Крепостная заручная челобитная тихвинских посадских людей архимандриту Павлу. 1717 г.» (В связи с решением государя переселить лучших тихвинских людей в Новую Ладогу, тихвинские жители просятся под защиту монастыря и становятся его крепостными).

- «Тихвинские крестьяне во времена Петра Великого 1706-1709 г.» (Группа этих документов свидетельствует о тяжком бремени легшим на плечи крестьян во время строительства Санкт-Петербурга. Почти разорительной была повинность подводная т.е. доставка разных подвод на большие расстояния и сроки, затем «дубовая» повинность т.е. постройка судов, «железная» - добыча железа, «смоляная» - заготовка смолы и дегтя, «постойная» т.е. содержание военных на своих квартирах. А также подати: «подушная», «с дыму», «конская», «лесная» и т. д. Кроме того, крестьяне должны были истреблять воров и разбойников, которые селились в близ лежавших лесах.

- «Описная книга. 1708 г.» (Перепись населения и их состояние на 1708 г. с целью выявления «воров и разбойников», которые не явились на государеву службу).

- «Заказ Петра Баранова явосемскому волостному старосте и жителям волости о поимках беглых солдат. 1708 г.» (Из-за тяжести солдатской службы многие пытались убежать, поэтому периодически производились облавы).

- «Истребление разбойников. Приказ капитана С. Баранова дворянину П. Баранову. 1709 г.» (Выражается требование собирать полнее налоги, ловить разбойников и не брать взяток, «ибо наказание будет велико»).

- «Третейская разводная спорных земель Введенского и Большого монастырей. 1714 г.» (Спор между Большим и Введенским монастырем из-за земель длился почти 100 лет и этот документ свидетельствует об одном из этапов этой борьбы. Дано подробное географическое описание земель, которые были предметом спора).

В «Тихвинском земском календаре-справочнике на 1917 год» описываются времена Петра Великого. «Явились в Тихвине иноземные конкуренты с товарами, которые считались раньше запретными; табак, трава «негоциана», стал продаваться уже в 1698 г., а в 1702 г. в Тихвине явился табачный двор «англицкой компании иноземца Юстра». Купечеству часто приходилось ездить в новую столицу и многим она так пришлась по душе, что многим она стала новой родиной. В 1703 г. Тихвинские торговцы уже стали откалываться от монастыря, и потребовали «для оберегательства в подводах» солдата. Был прислан Григорий Скорняков-Писарев, впоследствии знаменитый судья царевича Алексея и государственный деятель. Затем появилась воеводская изба, - и Тихвином стали править «коменданты» - Василий Никитич Римский-Корсаков (1706-1711 г.), Иван Скобельцин (по 1714 г.) и Афанасий Стромилов (1716 г.).

…Ставший тогда архимандритом Рувим Гурский, человек добрый и искренно-верующий, к духу тех времен не подходящий, поехал лично хлопотать за тихвинцев, чтобы не разоряли их налогами, и взял с собою в столицу копию образа Тихвинской Божьей Матери. Знатные благочестивые люди просили его потихоньку служить молебны перед иконой, а это было настрого запрещено царем, как пустое суеверие. Царь услыхал о молебнах Рувима, и ночью 7 декабря 1718 года подослал к нему своего денщика, который заказал Рувиму молебен; царь накрыл архимандрита во время служения и посадил его, «яко плута и льстеца», в Петропавловскую крепость, а потом в Невскую Лавру, где, за незначительный проступок, приказал отдать его в солдаты. Но Рувим, архимандрит-солдат, сохранив сан, бесследно скрылся 11 октября 1720 года».[18]

Насколько стеснена была церковная жизнь монастыря - свидетельствует такой случай. В 1721 году, заболел и онемел, по мнению врача Блюментроста, - навсегда, царский денщик Преображенский капрал Федор Тулубьев; в 1724 году он приехал в Тихвин на богомолье и исцелился. Монахи поговорили о чуде только между собою и потихоньку. Этого было достаточно, чтобы «разгласители чуда» и Тулубьевы попали в застенок, но по личному приказанию царя, случайно узнавшего об этом, дело было прекращено.

«После Рувима был назначен архимандритом тихвинского монастыря, лично известный царю, главный «флотский» иеромонах Варлаам Ванатович, подписавшийся на «Духовном регламенте», впоследствии архиепископ Киевский, сосланный и кончивший свои дни в Тихвине под именем схимонаха Василия. При нём в 1722 г. явился в Тихвине первый рассадник просвещения - «славянская школа», - которою управлял «архиерейского дома школьник», дьячок Андрей Никитин»[19].

Петр Великий посещал Тихвинский край и задумал здесь устройство водной системы; обследование рек производил англичанин Джон Перри, оставивший о своих работах любопытную книгу. Уже при Петре правительство пользовалось монастырем, как тюрьмою. Так в 1698 году были заточены здесь стрельцы Чубарова полку».

Из «Историко-статистического описания первоклассного Тихвинского Богородицкого большого мужского монастыря»[20] мы узнаем, что император Петр I посещал Большой мужской монастырь в 1717 году, а ранее «в 1682 году августа в 10 числа по Указу Великих Государей Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, всея великая и малая и белая России Самодержцев присланы в дом Богоматери на освящение сосуды три покрова, да на алой под святое Евангелия пелена и священнические риза, епитрахиль и поручи дьяконской стихари со орарем золотные, Их Царского Величества с подъячим с Андреем Григорьевым Новгородцем».

«До царствования Петра I Тихвинский монастырь назывался Великою Обителю, а иногда Великою Лаврою Успения Пресвятыя Богородицы, но со времени Петра I-го Тихвинский монастырь вместо великого стал называться большим. Сему подтверждением служит современные грамоты, хранящиеся в монастырском архиве».

Петр I заложил морское дело в России и многие тихвинцы окончили морской кадетский корпус. Среди них яркие представители Римские-Корсаковы, Николай Васильевич Обернибесов (участник первой антарктический экспедиции) и др.

Яков Никитич Римский - Корсаков (1679—1734), поначалу служил в Новгородском полку, а при Петре Великом стал сподвижником А.Д. Меншикова. «Обратив внимание на незаурядные способности Якова Никитича, Меншиков начал довольно быстро продвигать его по службе. В 1706 году Яков Никитич был назначен комендантом Копорья, потом ландрихтером и в 1711 году вице-губернатором ингерманландским, то есть земли, впоследствии именовавшейся Петербургской губернией.

Блестящая, благодаря покровительству Меншикова, карьера Якова Никитича внезапно оборвалась. В 1715 году группа знатных государственных деятелей: сам Меншиков, генерал-адмирал Апраксин, князь Волконский, Апухтин, обер-адмиралитетсгер Кикин, генерал-фельдцейгмейстер Брюс и многие другие — была замешана в хищении казны. Среди прочих оказался и Яков Никитич, который, как вице-губернатор, не мог не быть в курсе этих темных дел. Меншиков, как всегда, вышел сухим из воды; правда, ему пришлось заплатить солидный штраф. Поплатились лишь штрафом и пользовавшиеся расположением Петра I Апраксин и Брюс. Остальные же были жестоко наказаны. Их били кнутом, некоторым выжигали языки. Яков Никитич был публично сечен, после чего сослан и лишен имений. Он был женат на Прасковье Аггеевне, урожденной Елагиной (конец XVII — начало XVIII века), благодаря чему сыновья его нищими не остались, хотя и особых богатств не получили.

В феврале 1717 года десять русских дворянских юношей, и среди них Воин Римский-Корсаков, были отправлены совершенствоваться в морском деле во Францию. С соизволения герцога Орлеанского, состоявшего тогда регентом при малолетнем Людовике XV, юные русские моряки были зачислены гардемаринами во французский королевский флот в Тулоне. Воин Яковлевич вернулся из Франции лишь в апреле 1723 года и продолжил свою карьеру. За годы пребывания в Тулоне он хорошо усвоил морскую профессию, светское воспитание и стал порядочным щеголем. Как рассказывает И. Голиков в «Деяниях Петра Великого», как-то, вскоре после возвращения в Петербург, Воин Яковлевич прогуливался по городу одетый по последней французской моде, в белых чулках. Ехавший в одноколке Петр заметил его и, подозвав к себе, стал расспрашивать об учении во Франции. Во время разговора одноколка Петра I продолжала путь, а молодой моряк вынужден был идти рядом. Император отпустил его, лишь когда весь костюм щеголя был забрызган грязью из-под колес экипажа.

Тем не менее, Воин Яковлевич, отличаясь профессиональными знаниями и деловыми качествами, стал быстро восходить по службе, приобрел известность. Он командовал различными судами в плаваниях по Балтийскому морю, составлял карты местностей. В 1740 году как маршал флота он сопровождал графа А. И. Румянцева, назначенного чрезвычайным полномочным послом в Константинополь.[21]

Из многотомного труда С.М. Соловьева «История России с древнейших времен» в 15-ти книгах – Москва 1963 год, мы черпаем очень мало сведений о Тихвине петровского времени. В томе 18 на страницах 583-584 мы узнаем, что «в январе 1726 года велено новгородской провинции комиссаров Н. Арцыбашева и Г. Баранова, которые в Обонежской петиние у собора денежной казны явились в презрении указов в похищении казны и в излишних сборах и взятках, казнить смертию».

В томе 16 страница 581 Тихвин упоминается в связи с борьбой Петра против «кликушества и различных прелестников» в том числе подвергается сомнению история с понаморем Юрышем и различные чудеса у иконы Тихвинской Божьей Матери.

Что касается самого распространенного издания И. П. Шаскольский и др. Тихвин. Историко - краеведческий очерк, Лениздат 1982 год., на стр. 62- 67, то в нем опубликованы практически все сведения из книги Мордвинова. Представляет лишь интерес абзац стр. 63, где излагается предыстория строительства тихвинской водной системы, упоминается, что царь послал английского инженера Джона Пери для исследования местности и сам Петр I посетил водораздел между Тихвинкой и Соминкой т. к. задумал построить водную систему. Она была построена лишь в начале 19 века.

По устным рассказам тихвинцев известно, что Петр I бывал у кузнецов на Романихе и, якобы в споре с одним из кузнецов запросто согнул железный прут (или кочергу).

На карте города с 1773 года по 1970 была улица Петровская (современная Юных Разведчиков) названная так в память о посещении Петром нашего города.

Старовойтов Леонид Алексеевич, краевед, г. Пикалево.

 

Наши земляки из прошлого (Качаловы)

Дворянский род Качаловых утвердился на Тихвинской земле в XVI веке. Происхождение данного дворянского рода довольно запутано. По версии И.П. Мордвинова Качаловы выдвинулись, служа новгородскому архиепископу в составе так называемого «софийского дворянства». При московских великих князьях Иване III и Василии III они могли из однодворцев-своеземцев перейти в разряд дворянства, получив поместья на основе несения военной службы. Потомки Качаловых настаивают на московском происхождении своего рода.

Действительно, род Качаловых внесен в I и VI часть родословных книг не только Новгородской, но и Калужской губернии. Возможно их происхождение, как и происхождение тихвинских дворян Киовых, связано с подмосковным селом Киово-Качалово, известного со времён Дмитрия Донского, т.е. с XIV века. После присоединения Новгорода к Московскому государству великие князья раздавали новгородские земли в поместья различной служилой мелкоте, вплоть до московских боярских холопов, и выходцы из села Киово-Качалово могли оказаться среди них.

В XVI веке Качаловы обосновались на тихвинских землях. От этого времени известны два судебных дела касающихся помещиков Качаловых. Одно из них 1575 года упомянуто И.П. Мордвиновым, другое, 1594 года, советским историком В.И. Корецким. Оба судебных дела похожи друг на друга, в них соседние с Качаловыми помещики, в первом случае Мокеев, во втором случае Я.Вындомский жаловались на захват их земель и крестьян Качаловыми, сумевшими подкупить подьячих, занимающихся выделением земель в поместья.

В конце XVII века в новгородских землях насчитывалось 32 семьи дворян Качаловых, вотчин они не имели, в поместьях за ними числилось 495 крестьян м. п., т.е. по 15,5 душ на одно поместье. Качаловы были типичными представителями мелкопоместного новгородского дворянства, высоких государственных постов они не занимали. Поместья их в основном располагались в Обонежской и Бежецкой пятинах. В Тихвинском крае, в центре и на его окраинах, они обосновались в Пашезерском, Колбекском, Ильинском Сясском, Паше-Кожельском и Бельско-Пчевском погостах.

В этот период из среды Кач



2015-12-06 1082 Обсуждений (0)
Глава 1. «Охотный промысел» 0.00 из 5.00 0 оценок









Обсуждение в статье: Глава 1. «Охотный промысел»

Обсуждений еще не было, будьте первым... ↓↓↓

Отправить сообщение

Популярное:
Модели организации как закрытой, открытой, частично открытой системы: Закрытая система имеет жесткие фиксированные границы, ее действия относительно независимы...
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной...
Как выбрать специалиста по управлению гостиницей: Понятно, что управление гостиницей невозможно без специальных знаний. Соответственно, важна квалификация...



©2015-2024 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (1082)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.014 сек.)