Благородный муж» («Цзюнь-цзы») – понятие философии
Конфуция Конфуций создавал свое учение на основе личного опыта. На основе личного общения с людьми вывел закономерность о том, что нравы в обществе со временем падают. Разбил людей на три группы : · Распущенные; · Сдержанные; · Глупцы. Приводя примеры, характеризующие поведение людей, принадлежащих к определенной группе, доказал это утверждение и попытался найти причины данного явления, и, как следствие, силы, движущие людьми в процессе жизнедеятельности. Анализируя и делая выводы, Конфуций пришел к мысли, выраженной в одном изречении: "Богатство и знатность - вот к чему стремятся все люди. Если не установить для них Дао в достижении этого, они этого не достигнут. Бедность и презренность - вот что ненавидят все люди. Если не установить для них Дао в избавлении от этого, они от этого не избавятся". Эти два основные стремления Конфуций считал заложенными в человеке от рождения, то есть биологически предопределенными. Поэтому эти факторы, по мнению Конфуция, определяют как поведение отдельных индивидуумов, так и поведение больших коллективов, то есть и этноса в целом. К природным факторам Конфуций относился отрицательно, и высказывания его на этот счет очень пессимистичны: "Я никогда не встречал человека, который, заметив свою ошибку, решился бы сам осудить себя". На основе далеко не идеальности природных факторов Конфуций даже вступил в противоречие с древнекитайскими учениями, принимавшими идеальность природных творений за аксиому. Целью своего учения Конфуций ставил постижение смысла человеческой жизни, главным для него было уяснить скрытую природу человека, то, что движет им и его стремлениями. По обладанию определенными качествами и отчасти положению в обществе Конфуций разделил людей на три категории: · Цзюнь-цзы (благородный муж) - занимает одно из центральных мест во всем учении. Ему отведена роль идеального человека, примера для подражания двум остальным категориям. · Жэнь - обычные люди, толпа. Среднее между Цзюнь-цзы и Сло Жэнь. · Сло Жэнь (ничтожный человек) - в учении используется в основном в сочетании с Цзюнь-цзы, только в отрицательном значении. Конфуций выразил свои мысли об идеальном человеке, написав: "Благородный муж думает прежде всего о девяти вещах - о том, чтобы видеть ясно, о том, чтобы слушать четко, о том, чтобы лицо было приветливым, о том, чтобы речь была искренней, о том, чтобы действия были осторожными, о необходимости спрашивать других, когда возникают сомнения, о необходимости помнить о последствиях своего гнева, о необходимости помнить о справедливости, когда есть возможность извлечь пользу». Смысл жизни благородного человека заключается в достижении Дао, материальное благополучие отходит на второй план: “Благородный муж беспокоится лишь о том, что не может постичь Дао, его не волнует нищета”. Какими же качествами должен обладать Цзюнь-цзы? Конфуций выделяет два фактора: “жэнь” и “вэнь”. Иероглиф, обозначающий первый фактор, можно перевести как “благорасположенность”. По мнению Конфуция, благородный человек должен относится к людям очень гуманно, ведь гуманность по отношению друг к другу является одним из основных положений учения Конфуция. Составленная им космогоническая схема рассматривает жизнь как подвиг самопожертвования, в результате которого и возникает этически полноценное общество. Еще один вариант перевода - “человечность”. Благородный человек всегда правдив, не подстраивается под других. “Человечность редко сочетается с искусными речами и умильным выражением лица”. Определить наличие в человеке этого фактора очень сложно, практически невозможно со стороны. Как считал Конфуций, стремиться к достижению “жэнь”, человек может лишь по искреннему желанию сердца, и определить, достиг он этого или нет, может также лишь он сам. “Вэнь” - “культура”, “литература”. Благородный муж должен иметь богатую внутреннюю культуру. Без духовной культуры человек не может стать благородным, это нереально. Но в то же время Конфуций предостерегал от чрезмерного увлечения “вэнь”: “Когда в человеке одерживают верх свойства натуры, получается дикость, когда образованность - одна ученость”. Конфуций понимал, что общество не может состоять из одних “жэнь” - оно потеряет жизнеспособность, не будет развиваться, и, в конце концов, регрессирует. Однако нереально и общество, включающее в себя одних “вэнь” - прогресса не будет и в этом случае. По мнению Конфуция, человек должен сочетать в себе естественные страсти (т.е. природные качества) и приобретенную ученость. Это дано не каждому и добиться этого может лишь идеальная личность. Как же узнать, определить принадлежность человека к определенной категории? В качестве индикатора здесь используется принцип “хэ” и противоположного ему “тун”. Этот принцип можно назвать принципом правдивости, искренности, независимости во взглядах. “Благородный муж стремится к хэ, но не стремится к тун, маленький человек напротив, стремится к тун, но не стремится к хэ.” Более полно характер этого принципа можно уяснить из следующих изречений Конфуция: “Благородный человек вежлив, но не льстив. Маленький человек льстив, но не вежлив”. “Благородный муж стремится к справедливости, поэтому он не может следовать тун. Маленький человек стремится к выгоде, поэтому он не может следовать хэ. Обладатель хэ - человек, лишенный жесткого сердца, обладатель тун - человек, обуреваемый льстивыми намерениями. Благородный муж стремится к гармонии и согласию с другими и с самим собой, ему чуждо быть со своей компанией. Маленький человек стремится быть заодно со своей компанией, ему чужды гармония и согласие”. Хэ - важнейший ценностный критерий Благородного Мужа. Приобретая хэ, он приобретал все то, что не могли дать ему вэнь и жэнь: самостоятельность мышления, активность и т. д. Именно это превращало его в важную, неотъемлемую часть теории управления государством. В то же время Конфуций не осуждает и маленького человека, он просто говорит о разделе сфер их деятельности. «Сло жэнь», по мнению Конфуция, должны выполнять неподобающие благородным людям функции, заниматься черновой работой. Одновременно Конфуций использовал образ маленького человека в воспитательных целях. Придав ему практически все отрицательные человеческие свойства, он сделал «Сло Жэнь» примером того, к чему скатится человек, не пытающийся совладать со своими природными страстями, примером, подражания которому все должны избегать. Во многих изречениях Конфуция фигурирует Дао. Что это такое? Дао - одна из основных категорий древнекитайской философии и этико-политической мысли. Лучше всех это понятие попытался раскрыть знаменитый русский ученый-востоковед Алексеев: "Дао - есть сущность, есть нечто статически абсолютное, есть центр круга, вечная точка вне познаваний и измерений, нечто единственно правое и истинное... Оно - самопроизвольное естество. Оно для мира вещей, поэта и наития есть Истинный Владыка...Небесный станок, лепящий формы... Высшая Гармония, Магнит, притягивающий не противящуюся ему человеческую душу. Таково Дао как высшая субстанция, инертный центр всех идей и всех вещей". Таким образом, Дао - предел человеческих стремлений, но достичь его дано не каждому. Но Конфуций не считал, что достичь Дао невозможно. По его мнению, люди могут осуществить свои стремления и даже избавиться от ненавистных состояний, если будут неуклонно следовать “установленному для них Дао”. Сопоставляя Дао и человека, Конфуций подчеркивал, что человек - центр всего его учения.
Заключение к пункту 1.4: Итак, смысл жизни Цзюнь-цзы это стремление достичь Дао. Благородный муж – Цзюнь-цзы должен обладать, прежде всего, двумя качествами «жэнь» (благородный человек должен относится к людям очень гуманно) и «вэнь» (благородный муж должен иметь богатую внутреннюю культуру). В качестве индикатора, определяющего Цзюнь-цзы, используется принцип «хэ» (правдивость, искренность, независимость во взглядах) и прямо противоположный этому принцип «тун». Иначе говоря, благородный муж стремится к справедливости, он лишен жесткого сердца, стремится к гармонии и согласию с другими и, прежде всего с самим собой. 2. Специфика китайской философии Конфуций и первые философы – видели свою основную задачу в теоретическом осмыслении жизни общества и личной судьбы человека. Как носители и распространители культуры они были тесно связаны с социальными институтами, ответственными за хранение и воспроизводство письменных, в том числе исторических и литературных, документов (культура, письменность и литература в китайском языке обозначались одним термином – «вэнь»), и их представителями – скрибами - ши. Отсюда три основные особенности конфуцианства: · в институциональном плане – связь или активное стремление к связи с административным аппаратом, постоянные претензии на роль официальной идеологии; · в содержательном плане – доминирование социально-политической, этической, обществоведческой, гуманитарной проблематики; · в формальном плане – признание текстологического канона, т.е. соответствия строгим формальным критериям «литературности». С самого начала установкой Конфуция было «передавать, а не создавать, верить древности и любить ее» (Лунь юй, гл. 7). При этом акт передачи древней мудрости грядущим поколениям имел культуросозидательный и творческий характер, хотя бы потому, что архаические произведения (каноны), на которые опирались первые конфуцианцы, были уже малопонятны их современникам и требовали истолкований. В итоге доминантными формами творчества в китайской философии стали комментаторство и компиляция древних классических произведений. Даже самые смелые новаторы стремились выглядеть всего лишь истолкователями старинной идеологической ортодоксии. Теоретическое новаторство, как правило, не только не акцентировалось и не получало явного выражения, но, напротив, намеренно растворялось в массе комментаторского текста. Эта особенность китайской философии определялась целым рядом факторов – от социальных до лингвистических. Философы, первооснователи и распространители разных школ, странствующие конфуцианские проповедники, представлявшие весьма влиятельный общественный слой, нередко являлись министрами, сановниками, послами. Это привело к тому, что вопросы управления страной, отношений между различными классами и социальными группами населения в обществе, регламентаций отношений между “верхами” и “низами”, а также внутри господствующего класса, вопросы этики заняли господствующее место в китайской философии и определили сугубо практический подход к жизни общества. Древнекитайское общество не знало полисной демократии древнегреческого образца и порожденного ею типа философа, сознательно отрешенного от окружающей его эмпирической жизни во имя осмысления бытия как такового. Приобщение к письменности и культуре в Китае всегда определялось достаточно высоким социальным статусом. Уже со 2 в. До н.э., с превращением конфуцианства в официальную идеологию начала складываться экзаменационная система, закреплявшая связь философской мысли как с государственными институтами, так и с «классической литературой» – определенным набором канонических текстов. Издревле подобную связь обусловливала специфическая (в том числе лингвистическая) сложность получения образования и доступа к материальным носителям культуры (прежде всего книгам). Благодаря высокой социальной позиции философия имела выдающееся значение в жизни китайского общества, где она всегда была «царицей наук» и никогда не становилась «служанкой теологии». Впрочем, с теологией ее роднит непреложное использование регламентированного набора канонических текстов. На этом пути, предполагающем учет всех предшествующих точек зрения на каноническую проблему, китайские философы с неизбежностью превращались в историков философии, и в их сочинениях исторические аргументы брали верх над логическими. Более того, логическое историзировалось, подобно тому, как в христианской религиозно-теологической литературе Логос превратился в Христа и, прожив человеческую жизнь, открыл новую эру истории. Но в отличие от «настоящего» мистицизма, который отрицает как логическое, так и историческое, претендуя на выход и за понятийные, и за пространственно-временные границы, в китайской философии преобладала тенденция к полному погружению мифологем в конкретную ткань истории. То, что собирался «передавать» Конфуций, было зафиксировано главным образом в исторических и литературных памятниках – Шу цзине и Ши цзине. Таким образом, выразительные особенности китайской философии определяла тесная связь не только с исторической, но и с литературной мыслью. В философских произведениях традиционно царила литературная форма. С одной стороны, сама философия не стремилась к сухой абстрактности, а с другой стороны, и литература была пропитана «тончайшими соками» философии. По степени беллетризации китайская философия может быть сопоставлена с русской философией. Эти черты китайская философия в целом сохраняла вплоть до начала 20 в., когда под влиянием знакомства с западной философией в Китае начали возникать нетрадиционные философские теории. Другая особенность развития китайской философии связана с тем, что естественнонаучные наблюдения китайских ученых не находили, за небольшим исключением, более или менее адекватного выражения в философии, так как философы не считали нужным обращаться к материалам естествознания. Единственным исключением в этом роде являлась школа моистов и школа натурфилософов, которые, однако, после эпохи Чжоу прекратили своё существование. Заложенные моистами традиции соединения философской рефлексии и естественнонаучных наблюдений, проведенных для подтверждения общефилософских выводов, не получили дальнейшего развития. Канонизация конфуцианства, которое с самого начала в лице Конфуция выразило своё крайне пренебрежительное отношение ко всем естественнонаучным наблюдениям и прикладным знаниям, которое считало основной задачей самосовершенствование нравственности человека, создала идеологический заслон для привлечения данных естественных наук в философии и политические суждения, принизила общественный статус естественнонаучных наблюдений и прикладных знаний. Они молчаливо были признаны уделом людей низших, лишенных возвышенных идей. Философия и естествознание существовали в Китае, как бы отгородившись друг от друга. Тем самым китайская философия лишила себя надежного источника для формирования цельного всестороннего мировоззрения, а естествознание, презираемое официальной идеологией, оставалось уделом одиночек и искателей эликсира бессмертия. Таким образом, оторванность китайской философии от конкретных научных знаний сузила её предмет. В силу этого натурфилософские концепции, объяснения природы, а также проблемы сущности мышления, вопросы природы человеческого сознания, логики не получили в Китае большого развития. Они лишь были поставлены в общем виде представителями материалистического направления, прежде всего представителями школы “инь-ян”, или натурфилософами, моистами и в известной мере даосизмом.
Заключение к пункту 2: Итак, вследствие первоначальных установок – «передавать, а не создавать, верить древности», доминантными формами творчества в китайской философии стало комментаторство и компиляция древних классических произведений. Благодаря высокой социальной позиции философия имела выдающееся значение в жизни китайского общества, где она всегда была «царицей наук» и никогда не становилась «служанкой теологии», в отличие от средневековой европейской философии. Китайские мыслители и древности и средневековья уделяли много внимания проблемам управления страной. В философских произведениях традиционно царила литературная форма. Натурфилософские концепции, объяснения природы, а также проблемы сущности мышления, вопросы природы человеческого сознания, логики не получили в Китае большого развития, так как своей основной задачей китайская философия считала самосовершенствование нравственности человека, а естественнонаучные наблюдения и прикладные знания были признаны уделом людей низших, лишенных возвышенных идей.
Заключение Китайская философия – одна из основных составных частей мировой истории философии, характеризующаяся ярко выраженной самобытностью. Радикальная демифологизация осуществлялась в древнекитайской культуре как бы изнутри мифосознания – через переосмысление мифологической модели мира при сохранении ее общей структуры, прежде всего, - принципа единосущности макро- и микрокосма, поэтому базисной идеей китайского философского мышления была идея органического единства человека и мира. В центре внимания китайских мыслителей находились этико-политические проблемы, поскольку деятельность по упорядочению Поднебесной (социума) понималась как важнейший фактор поддержания вселенской гармонии. Уже в период Западного Чжоу (нач. I тыс. до н.э.) оформилась одна из центральных категорий китайской мысли – «дэ», обозначающая силу порождения и упорядочения. Благодаря силе «дэ» Небо (Небо-и-Земля) порождает и взращивает все сущее. Правитель – «Дао», являясь Сыном Неба, приобщается к «великому дэ Неба и Земли» (космоса) и распространяет его на мириады людей, гармонизируя Поднебесную. В свою очередь, на мир и благополучие, царящие в Поднебесной, Небо отвечает правильным порядком природных процессов, хаос же в обществе вызывает природные катаклизмы. «Золотым веком» китайской философии является период 6-3 вв. до н.э. В это время возникли конфуцианство, даосизм, моизм, легизм, школа натурфилософов и школа имен. В условиях, когда власть чжоуского «ванна» стала чисто номинальной, состояние дел в Поднебесной осознается как зависящее от «дэ» каждого человека. Родоначальники двух основных течении китайской философии – Конфуций и Лао-цзы – вводят в связи с этим категорию «Дао» – пути как мерила должного индивидуального поведения. Накопление «дэ» достигается познанием «Дао» и следованием ему; обладание знанием оказывается важным средством гармонизации Поднебесной. Конфуций и Лао-цзы разрабатывают взаимодополнительные модели познания «Дао». Для Конфуция характерна опора на формальную упорядоченность человеческого поведения посредством строгого следования правилам церемониала «ли». Воплощением знания выступает «благородный муж» («цзюнь – цзы»), посредством жесткого самоконтроля обуздывающий природно-хаотическое начало в человеке. Развитие философской мысли в Китае характеризовалось традиционностью: для нее характерна исключительная стабильность круга основных философских проблем и категорий, а преимущественными формами философского творчества являлись комментарии и компиляция канонических произведений.
Список использованной литературы 1. Переломов Л.С. Слово Конфуция. М., ТПО "Фабула". 1992.
2. Малявин В.В. Конфуций. М., "Молодая гвардия",1992.
3. Алексеев В. М. Китайская литература (Избранные труды). М., 1978.
4. Новейший философский словарь / Сост. А.А. Грицанов., Мн.: Изд. В.М. Скакун, 1998., 896 с.
Популярное: Почему люди поддаются рекламе?: Только не надо искать ответы в качестве или количестве рекламы... ![]() ©2015-2024 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (426)
|
Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку... Система поиска информации Мобильная версия сайта Удобная навигация Нет шокирующей рекламы |