И все ж тебе дано преодолеть 5 страница
Ньютон сидел под деревом, упало яблоко, и он задумался: Почему яблоко всегда падает вниз? Почему хотя бы изредка — не вверх? Или «лево? Или вправо? Просто в другом направлении... Почему оно всегда падает вниз? И в его уме что-то переключилось: должна существовать какая-то сила, которая притягивает его к земле. Но яблоки падали всегда! И до Ньютона — тоже. Яблоки не беспокоились, открыл Ньютон этот закон или нет. Яблоки просто падали всегда, не зная никакой науки о падении. И почти то же самое произошло с законом изящества. Были люди, которые падали вверх. Будда, Иисус, Пифагор — эти люди падали вверх. Они знали, что нечто притягивает вверх — если вы позволяете. Если вы просто перестали совершать усилия, если вы ничего не делаете, если вы сдаетесь, если вы доверяетесь, то что-то начинает притягивать вас вверх, вы начинаете левитиро-вать — не физически: духовно. Что-то в вас начинает подниматься все выше, выше и выше, и достигает вершины окончательной сознательности. Точно так же, как яблоко падает вниз, вы начинаете падать вверх. Есть известная суфийская притча: Один суфийский мистик, которого считали безумцем... Многих мистиков считали безумцами. Они были в здравом уме. Мир принимал их за сумасшедших, потому что с точки зрения мира они вели себя совершенно нелепо. Мир копит деньги, мир находится в поисках все большей и большей власти и престижа, а они вообще не интересуются этими важными предметами. Мир хочет обладать и иметь все больше и больше. Но были такие люди, которые не беспокоились о том, чтобы иметь больше и больше. Конечно, они казались безумными. У них за душой не было ничего... вспомните Диогена, у которого ничего не было, но все же он был счастливее Александра Великого, постояно радостным. Даже Александр Великий почувствовал зависть. Говорят, он сказал Диогену: Когда я должен буду в следующий раз идти в мир, я попрошу Бога: «Пожалуйста, сделай меня на этот раз Диогеном, я не хочу снова стать Александром Великим». Должно быть, он очень позавидовать Диогену, обнаженному безумцу. Но что ответил Диоген? Он засмеялся и сказал: «Если у меня будет еще возможность прийти в мир, я не стану просить сделать меня Александром Великим — потому что я не дурак. Но зачем тебе ждать следующей жизни? Ты можешь стать Диогеном прямо сейчас, ведь для того, чтобы стать Александром Великим, требуется огромный труд, а для того, чтобы стать Диогеном, никакого труда не нужно. Ты можешь стать им немедленно!» Он сказал: «Сбрось свои одежды! Ложись возле меня! Я принимаю солнечную ванну, и ты можешь присоединиться. Забудь все о завоевании мира... ты — Диоген в этот самый момент!» Эти люди кажутся безумными. Они привыкли казаться безумными. Диоген обычно средь бела дня ходил с зажженной лампой. И когда он встречал какого-нибудь человека, он мог поднять свою лампу и посмотреть ему в лицо — средь бела дня! Люди спрашивали: «Что ты делаешь?» — и он отвечал: «Я ищу человека — я все еще не встретил его». И знаете ли вы, что случилось, когда он умирал? Кто-то спросил Диогена: «Всю свою жизнь ты искал настоящего человека, с лампой, даже среди бела дня — ты нашел его?» Пифагор открыл глаза и сказал: «Нет, но я умираю счастливым по крайней мере, никто еще не украл мою лампу». Эти люди кажутся сумасшедшими. В истории, суфийской истории, говорится: Безумный суфийский мистик остановился в доме ученика. Ученик был слегка этим обеспокоен, поскольку этот человек славился своей странностью: «Он может сделать что-нибудь и создать неприятности. А люди, а соседи — что они подумают? Они подумают, что я тоже безумен, раз я ученик этого сумасшедшего». \ А было известно, что от радости даже среди ночи он мог начать петь, кричать или танцевать. «Лучше запру его в подвале, тогда по крайней мере среди ночи он не начнет вытворять что-нибудь». Так что он запер его в подвале. И как раз в полночь это началось — великая радость! Крики и танцы, и он был в полном замешательстве, потому что слышал, как тот танцует на крыше! Он бросился наверх. Он спросил: «Как тебе удалось? Как ты попал на крышу?» Тот ответил: «Что я мог поделать? Я открыл глаза и увидел, что падаю вверх». Это прекрасная история — о падении вверх. Это и есть закон падения вверх. И порой, когда вы медитируете, танцуете, посте, вы почувствуете это: вами овладевает нечто высшее, сверху. И вы переноситесь на такие высоты, о которых никогда не знали раньше. Это — закон изящества, закон силы. И когда вы сможете жить в обоих мирах... Один принадлежит науке, другой принадлежит религии. И мир находится в ожидании нового взгляда на вещи, в котором наука и религии сольются воедино. Назовите его «религиозно-научным», или «научно-религиозным — но мир ожидает чего-то, что заставит эти законы действовать как один, в великом синтезе. Вот что я имею в виду, когда говорю, что я хотел бы, чтобы мои саньясины были похожи на грека Зорбу и Гаутаму Будду — одновременно на обоих. Я работаю здесь над созданием Зорбы-Будды. Второй вопрос: Ошо, я люблю смотреть, как двигаются и танцуют твои руки, когда ты говоришь с нами. Я опьянен твоими руками и их выразительными движениями. В чем секрет твоих рук? Здесь нет секрета — я просто старый, древний еврей. А привычки трудно умирают, Стояло декабрьское утро, и был жестокий мороз. Два еврея прогуливались по тротуару; один из них, окруженный густыми клубами пара, убежденно говорил и жестикулировал. Другой, напротив, молчал. Наконец, первый еврей сделал длинную паузу в своей речи и сцросил: — Ну, Мойша, или ты не согласен с тем, что я говорю? На что Мойша ответил: — Яша, ты можешь говорить все, что хочешь, но я буду держать руки в карманах. Третий вопрос: Что ослабляет действие закона необходимости и усиливает действие закона силы? Анураг, Закон необходимости означает, что вы не сознательны, что вы действуете,как роботы. Только тогда приложим закон необходимости. Поэтому если вы хотите ослабить закон необходимости, то единственный путь — это стать более сознательным, более бдительным. Деавтоматизируйте свою деятельность. Когда вы гуляете, гуляйте сознательно. Когда вы едите, ешьте сознательно. Это трудно в начале, потому что вы всегда жили бессознательно. Вы ходили механически — внесите в ходьбу сознательность. Но для того, чтобы сделать ходьбу сознательной, необходимо несколько вещей. Первое: не ходите обычным шагом — ходите медленнее. Идите так медленно, как только можете, поскольку, если вы идете медленнее обычного, ваша старая привычка не сможет возобладать. Вы вносите в нее что-то новое, и ваше тело вынуждено будет приспосабливаться. Для этого потребуется время, и это время можно использовать для того, чтобы стать сознательным. Если вы курите, курите очень медленно, растягивайте время. Вынимайте пачку сигарет из кармана очень медленно, как можно медленнее. Будьте как в замедленной съемке. А потом медленно вынимайте сигарету, очень медленно, как будто у вас нет сил..., и вы не сможете не быть сознательным! Затем постучите сигаретой о пачку, как можно медленнее, как будто вы почти умерли, и продолжайте постукивать подольше. Затем медленно возьмите ее в рот. Теперь подождите! Не нужно спешить. Затем поднесите огонь... все так же медленно... тяните время. Курите одну сигарету целый час. И вы будете удивлены, сколько сознательности в вас родится. И вы также удивитесь, когда узнаете: в тот момент, когда вы теряете сознательность, вы возвращаетесь к быстрому движению. Сбавьте скорость... В этом состоит все действие випассаны. В випассане вы должны выполнять два вида медитации: первый — это свдение, задзен; второй — это ходьба. Ходите медленно... Это можно делать любым способом. Просто медленно дышите, и дыхание станет медитацией. Пусть ваша рука медленно движется из одной стороны в другую. И вы будете сознательны. Деавтоматизируйте свои действия. И чем более сознательны вы будете, тем скорее исчезнет закон необходимости. А когда нет закона необходимости, другой закон вступает в действие автоматически, сам собой — закон силы. Говорят, что... Однажды некий великий астролог возвращался из Каши. Он двадцать лет изучал астрологию в Каши; он стал очень известен. Теперь он возвращался в свой родной город. Проходя мимо реки, он увидел на уягком мокром песке какие-то следы... он не мог поверить св<тм глазам! Эти следы могут принадлежать только человеку, который управляет всем миром! Вот что говорили ему в течение двадцати лет его астрологические книги. В Индии для правителя всего мира есть специальное название — его называют Чакравартин — тот, кто правит шестью континентами. «Что за Чакравартин мог ходить по этой бедной деревне? Голый, босой, по горячему песку, на берегу этой маленькой грязной речушки? Этого не может быть!» У астролога зародились большие сомнения: «Или мои книги лгут?» Он очень внимательно изучил следы; все признаки были налицо. Он пошел по следам в поисках этого человека... и натолкнулся на Будду, сидящего под деревом. Теперь он был в еще большем затруднении. Человек имел вид великого императора: его изящество, его красота, и эта тишина, что окружала его, и это празднование, что было вокруг... От одного его присутствия светились деревья, светился камень, на котором он сидел. «Это Чакравартин! Но он похож на нищего с нищенской чашей». Он упал к ногам Будды и сцросил: — Ты поставил меня в тупик. Я должен бросить свои книги? Двадцать лет я провел впустую! Можно мне взглянуть на твои ноги? Он посмотрел на ноги Будды и сказал: — Теперь совершенно ясно: ты должен быть Чакравартином! — величайшим императором в мире, императором императоров. Что ты здесь делаешь? Я не вижу вокруг тебя ни одного слуги. И что это за нищенская чаша, и эти одежды, что ты носишь? Ты что, нищий? Будда рассмеялся и сказал: — Не надо выкидывать книги — они правы, но они правы только для тех людей, которые подчиняются закону необходимости, которые живут бессознательно. Когда человек становится сознательным, он выходит за пределы астрологии и астрологических предсказаний. Тогда закон необходимости к нему больше не относится. Тогда он становится частью бесконечной силы, тогда он — часть Бога; он сам Бог! Он живет совершенно другим образом. Ты не можешь предсказать его: он непредсказуем. Не выбрасывай свои книги. Ты не встретишь больше в своей жизни такого человека, как я. Не беспокойся. Это случается редко: очень редко бывает, чтобы ребенок родился как Чакравартин; очень редко бывает, чтобы человек стал Буддой. И уж, конечно, исключительно редкий случай, чтобы Чакравартин стал Буддой. Сам по себе Чакравартин — это редкость; сам по себе Будда — редкость; а уж сочетание, в котором Чакравартин становится Буддой — это исключительная редкость. Ты больше не встретишь такого человека в этой жизни, или во многих жизнях, так что не беспокойся. Я исключение; а исключение подтверждает правило. Ты можешь следовать своим книгам, ты можешь пользоваться своими книгами, и ты всегда будешь прав. Ты ошибся один-единственный раз.
Стань сознательным, Анураг. Чем более ты сознателен, тем больше ты выходишь за пределы предсказуемости. Тогда ты свободен каждое мгновение — сила означает свободу. Сила означает освобождение от старой кармы. Сила означает, что вы уходите из-под власти прошлого. Прошлое больше не имеет силы над вами. Каждое мгновение вашей жизни свободно от прошлого мгновения. Каждый ваш миг свеж, юн, девственен. Вы живете полностью свободно! Но это не должно стать обузой для следующего мгновения. Каждый миг остается неоскверненным, чистым, кристально ясным. И жить под властью закона необходимости — значит жить в рабстве. Вот что подразумевается под самсарой — рабство, заключение. В этом все значение закона кармы. Фактически, идея, пояоженная Пифагором в основу закона необходимости, заимствована из закона о карме; он выразил ее по-своему. Закон кармы говорит: то, что вы сделали в прошлом, все еще определяет вашу жизнь. Вы во власти мертвого прошлого; вамиуправляет мертвое прошлое. То, что вы сделали вчера, становится моделью, структурой, характером, и вы просто повторяете это сегдня. Повторяя, вы усиливаете его. Завтра оно станет сильнее, послезавтра — еще сильнее. И жизнь за жизнью вы повторяете одно и то же, и это создает в вашем уме определенный шаблон — а потом это становится абсолютной необходимостью. Вы живете, как робот. Гурджиев часто говорил, что человек — это машина. Это правда. Пока вы не станете буддой, вы — машина. Что означает слово «будда»? Будда означает того, кто пробудился, кто стал сознательным. Станьте сознательными. Человек сознания не имеет характера. Вы будете удивлены: я говорю, что человек сознания — бесхарактерный, но не в том смысле, который вы придаете слову «бесхарактерный», он бесхарактерный в соверяенно другом смысле. Ни прошлое, ни структуры, ни образцы не господствуют над ним. Он совершенно свободен. Он невинен. Он отвечает моменту, но у него нет готовых ответов, потому что если ответ уже готов, то это вообще не ответ: это — реакция. Он отражает момент таким, как он есть, и в этом отражении он действует. Несознательный человек реагирует: сознательный человек действует. И если вы можете действовать сознательно, в полном соответствии с моментом, вы не создаете никакой кармы, вы не создаете никаких структур. Вы всегда остаетесь свободным; вы всегда движетесь вне досягаемости прошлого. Вы ускользаете от прошлого, как змея выскальзывает из своей старой кожи. Тогда в жизни есть потрясающая красота — потому что тогда-в ней есть сила. И эта сила — не ваша, так что это не вопрос путешествия эго. Эго приходит из ппопього; это часть закона необходимости. Эго — это ваш характер, хороший ли, плохой — но эго есть тюрьма, которая держит вас в рабстве. Эго формируется всем вашим прошлым. Просто задумайтесь на миг: если у вас нет прошлого, то кто вы? Внезапно рушится все здание эго. Человек силы не завоевывает своего права на силу: он — просто проводник силы Бога. У него нет требований. Он действует простокак представитель целого. Он абсолютно свободен, абсолютно радостен. Он не знает никакой зависимости, у него нет ограничений. Пространство и время больше не имеют к нему отношения. Он — за пределами пространства, за пределами времени. Вот что значит быть просветленным. Исчезнуть как характер, исчезнуть как личность, исчезнуть как эго... и стать единым с целым: учио мистика. Этот мистический союз... и вас больше нет, и есть Бог. И Бог — это сила. Мост от необходимости к силе — это сознательность. Ану-раг, привноси все больше и больше сознательности во все, что ты делаешь. И это твое право по рождению — вступить в мир силы, в сияющий мир силы, светлый мир силы.
Четвертый вопрос: Ошо, пришло ли мне время стать саньясином? Скажите, когда приходит время?
Это случилось в морском путешествии. Попугаю было невыносимо скучно, и он был по-настоящему счастлив, обнаружив в один прекрасный день, что на корабле находится обезьяна. Чтобы время шло быстрее, попугай предложил: — Давай играть в прятки. Обезьяна ответила: — Я не знаю такой игры. Как в нее играют? Попугай объяснил: — Это очень просто. Ты закрываешь глаза, поворачиваешься к стене и считаешь до ста. В это время я прячусь, и когда ты доходишь до ста, ты начинаешь меня искать. Так они и сделали. Но случилось так, что в тот самый момент, когда обезьяна досчитала до ста, корабль взорвался. Попугаю удалось найти доску, плывущую по морю. Через некоторое время он увидел обезьяну, которая плыла к нему, совершенно выбившись из сил. Вцепившись в доску, обезьяна посмотрела на попугая и сказала: — Что за идиотская игра! Когда вы почувствуете, что жизнь — это идиотская игра, значит, пора принимал, саньясу.
Пятый вопрос: Не могли бы вы побольше сказать о послушании? Разве это не правильно — послушно служить славному делу? Сознательность для меня — единственная добродетель, запомните. Если вы служите осознанно, это хорошо. Если вы служите бессознательно, это плохо. Вопрос не в славном деле. Если вы бессознательны, даже славное дело станет совершенно бесславным. Именно сознательность придает делу это качество. Вы можете заглянуть в учебники истории: все беды на земле проводились под именем славных дел. Христиане, мусульмане, индусы воевали, уничтожая друг друга — во имя правого дела. Коммунисты, социалисты, фашисты творили все большее и большее насилие, все больше и больше убивали — во имя правого дела. Вы думаете, дело Адольфа Гитлера не было правым? Если бы оно не было правым, как такая разумная нация, как немцы, могла пойти за ним? И помните: немецкая нация — одна из самых интеллигентных на земном шаре. Четыре величайших ума нашего века, которые господствовали во всем мире, появились в Германии. Фридрих Нищие, Зигмунд Фрейд, Карл Маркс, Альберт Эйнштейн — четыре великих имени нашего времени. Все они вышли из немецкого ума, из немецкого источника. Как такой интеллигентный народ мог пойти за этим глупым маньяком, Адольфом Гитлером? Во имя благородного дела. Вот это благородное дело: мир находится в хаосе, и господствовать и править в нем должны благородные люди, арийцы. Вы знаете? — слово «арий» означает «благородный». В мире должны господствовать и править благороднейшие из благородных. Арий — санскритское слово. Оно означает благородство. И вот, за этим словом «благородный» Адольф Гитлер упрятал все виды уродств. И за ним пошли тысячи и тысячи интеллигентных людей, послушно — ведь цель была благородной! Были сожжены миллионы евреев во имя благородного дела — миллионы страдали в концентрационных лагерях. И люди, которые пытали их, вовсе не были неразумными, они были очень исполнительными и разумными. И они выполняли свои обязанности, послушно, во имя благородного дела. А что произошло в России? Иосиф Сталин, другой представитель того же типа, что и Адольф Гитлер, поубивал и перерезал миллионы людей — тоже во имя правого дела: коммунизм должен победить, и никакие жертвы не чрезмерны. Если на землю может прийти коммунизм — рай, бесклассовое общество — то нет чрезмерных жертв. И то же самое происходило на протяжении многих веков: крестовые походы христиан, мусульманские джихады — войны религии во спасение религии. Ну конечно, если ислам в опасности, то его нужно спасать, а людей, которые создают для него опасность, нужно уничтожить — во имя правого дела. Когда христианство в опасности, позволено все. А кто решает, что ислам в опасности? Кто решает, то) христианство в опасности? Кто определяет, кто является арийцем, а кто — нет? Евреи считают, что избранный народ Божий — это они, а Адольф Гитлер считал, что избранный народ Божий — это нордическая раса, истинные арийцы. И получается, что два народа, которые считают себя Божьими избранниками, не могут ужиться: один нужно уничтожить, нужно уничтожить соперника. Посмотрите на эту бесчеловечность истории человечества, и вы увидите, что именно послушность во имя доброго дела стала причиной невероятных страданий, превратила всю жизнь человечества в кошмар. Вы спрашиваете меня: Разве это не правильно — послушно служить честному делу? Нет. Служите только сознательно. Подчиняйтесь только сознательно. Послушание не должно быть внешним. Послушание должно быть чем-то внутренним. Вы должны быть способны увидеть, что поставдено на карту. И вы сможете сказать «да» или «нет», исходя из собственного осознания. Только тогда мир может стать чуть-чуть лучше, немного более человечным. Люди, сбросившие атомную бомбу на Хиросиму и Нагасаки — всего два человека! — они могли сказать «нет». Было настолько очевидно, что сто тысяч человек, живших в Хиросиме,, совершенно ни в чем не виноваты — маленькие дети, женщины, старики. Зачем сбрасывать на них бомбу, которая уничтожит их мгновенно, за несколько секунд? За десять секунд Хиросима превратилась в мертвый город. Всего десятью секундами раньше она была жива. В это время... люди завтракали, люди пели, люди занимались всевозможными делами. Всего несколько секунд назад все было таким живым. И всего через несколько мгновений Хиросима полностью превратилась в киадбище — все люди были мертвы. Человек, который сбросил бомбу, мог сказать «нет», но он послушно служил правому делу. Что это было за правое дело? Демократия. Эти красивые слова очень опасны, потому что за ними ничего не стоит. Сейчас под именем демократии прячется капитализм. А под именем равенства прячется коммунизм. Присмотритесь ко всем высоким словам, и когда политик произносит красивое слово, будьте сознательны — в этом есть что-то подозрительное. И не идите за ними. Лучше умереть... если бы человек, который бросал атомную бомбу, сказал «нет», то возможно, его отдали бы под трибунал. Так что же? Он мог сказать: «Убейте меня — мне кажется, это меньшее зло. Я предпочитаю умереть». И это было бы благородным делом! «Вы можете расстрелять меня, но я просто говорю «нет». Я не буду сбрасывать бомбу на невинных людей». Люди, которые уничтожали несчастный Вьетнам, могли сказать «нет». И всегда и везде повторяется одно и то же, на всем земном шаре. Настало время, когда мы должны стать более сознательными. Послушанием пользовались. Послушание было очень тонкой стратегией политиков и священников. Если это исходит из вашей сознательности, если вы видте, что это хорошо — не то, что ваши вожди, ваши политики, ваши священники говорят, что это хорошо, но вы чувствуете, что это хорошо, это должно быть вашим ответом — тогда делайте это всеми средствами. Но если выведите... ваше индивидуальное сознание должно решать. В этопмоя единственная цель: каждый индивидуум должен создать свою собственную сознательность и сознание — только тогда мы сможем создать лучший мир. В противном случае мир в ближайшие двадцать пять лет совершит самоубийство. К концу этого века дурацкая идея послушания во имя правого дела может уничтожить все человечество, и не только человечество: вместе с человечеством — все живое на земле, все деревья, всех птиц, всех животных — все виды жизни. А на земле существуют миллионы различных видов жизни. Земля — это праздник. Если вы и дальше будете держаться за эту глупую идею, которую веками вдалбливали вам в голову... многие века вы впитывали эту идею с молоком матери: слушайся! Я учу вас сознательности. И конечно, из сознательности родится совершенно другой вид послушания. Тогда вы скажете «да» потому, что ваше сердце говорит «да». А если ваше сердце сказало «нет», то говорите «нет» и рискуйте всем для вашего «нет». Это — человеческое достоинство. Артур Кестдер описал один эксперимент. Медитируйте над ним:
Под руководством доктора Стоили Милгрема началась серия в высшей степени оригинальных экспериментов. Целью этих экспериментов было выяснить предел послушности среднего человека авторитету, когда в интересах благого дела приказано причинить сильную боль невинной жертве. Благим делом было образование. Участвовали три человека: профессор, которому принадлежало право назначать наказание; ученик, или жертва; и человек, над которым проводился эксперимент: профессор попросил его играть роль учителя, и он должен был наказывать ученика каждый раз, когда тот даст неправильный ответ. Наказание производилось ударом тока возрастающей мощности; силу тока устанавливал учитель по приказу профессора. Ученика, или жертву, привязывали к электрическому стулу. Учителя сажали перед генератором тока, который имел весьма устрашающий вид; на нем располагалась клавиатура с тридцатью переключателями от пятнадцати до четырехсот пятидесяти вольт. На этой машине также были надписи: «слабый разряд», «сильный разряд» и «опасно: очень сильный разряд». На самом деле, весь этот отталкивающий антураж требовался только для того, чтобы придать эксперименту убедительность: роль жертвы исполнял актер, а генератор был простой декорацией. Только учитель, над которым проводился эксперимент, верил в то, что удары током, который ему приказывалось регулировать, и пронзительные крики боли и мольбы о пощаде, издаваемые жертвой, реальны. Эксперимент состоял в следующем: ученику давали прочесть длинный перечень парных слов — «синяя коробка», «приятный день», «дикий гусь», и т. д. Затем для проверки ему предлагали одно слово например, «синий» — с четырьмя вариантами парного слова — «чернила, коробка, небо, лампа», и он должен был выбрать правильный ответ. Профессор давал учителю указание наносить удар током каждый раз, когда ученик отвечает неправильно, и кроме того, он должен был при каждом новом неправильном ответе переключать генератор на одно деление выше. Ток каждый раз усиливался на пятнадцать вольт. Чтобы учитель не сомневался в том, что все происходит на самом деле, актер, играющий роль ученика, издавал стоны, которые становились все сильнее в соответствии с напряжением — от слабых жалоб при семидесяти пяти вольтах они все усиливались, и наконец, при напряжении в сто пятьдесят вольт жертва кричала: «Выпустите меня отсюда! Я более не желаю участвовать в эксперименте. Я отказываюсь продолжать!» Помните: учитель был уверен в том, что ученик — тоже добровольный участник. При напряжении в триста пятнадцать вольт, издав пронзительный крик, ученик вне себя от боли еще раз повторял, что он больше не участвует в эксперименте. Он переставал выбрать ответы, и только кричал от сильнейшей боли, когда его ударяли током. После трехсот тридцати вольт его больше не было слышно... однако профессор приказывал считать отсутствие ответа неправильным ответом и продолжать увеличивать напряжение согласно установленному порядку. После трех ударов по четыреста пятьдесят вольт эксперимент объявлялся законченным. Как вы думаете, сколько средних людей согласится выполнять приказ и продолжать пытку жертвы до предела в четыреста пятьдесят вольт? Кажется, можно ответить заранее: может быть, один из тысячи — какой-нибудь патологичный садист. Перед началом своих экспериментов Милгрем действительно попросил группу психиатров предсказать результат. С замечательным единодушием они ответили, что откажутся подчиниться приказу фактически все люди, которые будут проходить испытание. Общее мнение психиатров было таково, что большинство субъектов эксперимента не пойдут дальше ста пятидесяти вольт — отметки, на которой жертва первый раз просит об освобождении. Они предполагали, что только четыре процента продержатся до трехсот вольт, и лишь патологические выродки — примерно один из тысячи — будут включать на клавиатуре более сильные разряды. В действительности, свыше шестидесяти процентов испытуемых продолжали подчиняться профессору до самого конца — до предела в четыреста пятьдесят вольт. Запомните: шестьдесят процентов. Когда эксперимент повторили в Италии, Южной Африке и Австралии, процент послушания у испытуемых оказался несколько выше. В Мюнхене он составил восемьдесят пять процентов. То, что жертву подвергали ударам тока, исходит не из желания уничтожать, но из того факта, что люди объединены в социальную систему, основанную на послушании. Чтобы доказать это, Милгрем предпринял следующую серию экспериментов: на этот раз учителю говорилось, что он сам может нанести ученику удар любой силы по своему усмотрению. Хота были открыты все возможности, почти все испытуемые включали самые низкие уровни, средний удар равнялся пятидесяти четырем вольтам. Вспомните, что первая слабая жалоба жертвы раздавалась только на отметке в семьдесят пять вольт. В первом эксперименте, когда учитель действовал по приказу, в среднем двадцать пять испытуемых из сорока включали максимальный ток — четыреста пятьдесят вольт. В эксперименте со свободным выбором наказания тридцать восемь из сорока не выходили за пределы ста пятидесяти вольт — когда раздавался первый громкий протест жертвы — и только двое испытуемых достигли трехсот двадцати пяти и четырехсот пятидесяти вольт соответственно. Подавляющее большинство испытуемых, которым не доставляло никакого удовольствия мучить жертву, обнаруживали различные признаки эмоционального напряжения и утомления. Некоторые из них покрывались испариной, другие умоляли профессора остановиться или протестовали против жестокости и глупости эксперимента. И все же, несмотря ни на что, две трети участников продолжали до самого конца. Веками нас учили подчиняться — и говорили, что послушание во имя благого дела есть добродетель; а непослушание — порочно, это грех. Проявляя непослушание, вы будете испытывать чувство вины. Слушаясь, вы будете чувствовать себя хорошо. И вы можете быть послушны даже вопреки своей собственной совести. Посмотрите на эту ничтожность, на эту глупость, на эту жестокость. Человек, сбросивший бомбу на Хиросиму, очень хорошо спал той ночью, и когда наутро у него спросили, как он себя чувствует, он сказал: «Прекрасно!» Люди не могли в это поверить. Они говорили: «Как вы могли спать этой ночью? Вы сожгли сто тысяч людей — как вы могли спать ночью?» Он ответил: «Я спал очень хорошо, потому что исполнил свой долг. А если ты хорошо исполнил свой долг, ты заслужил хороший сон». Когда была сброшена атомная бомба, президентом Соединенных Штатов был Трумен. Когда его спросили: «Как вы себя чувствуете?» — он ответил: «Я чувствую себя великим! Сделано великое дело — демократия одержала верх над всеми фашистскими силами».
Популярное: Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной... Модели организации как закрытой, открытой, частично открытой системы: Закрытая система имеет жесткие фиксированные границы, ее действия относительно независимы... Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе... ![]() ©2015-2024 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (395)
|
Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку... Система поиска информации Мобильная версия сайта Удобная навигация Нет шокирующей рекламы |