Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь

НОСТРАТИЧЕСКИЕ ФОРМУЛЫ ЭТНОНИМОВ И РОДОВОЙ СОСТАВ ЯКУТОВ





 

В журнале «Советская этнография» №3 от 1940 г. появилась статья Г.Н.Прокофьева «Этногония народностей Обь-Енисейского бассейна (ненцев, нганасанов, энцев, селькупов, кетов, хантов и мансов)». В данной статье впервые даются в переводе на русский язык значения этнонимов. «На основании анализа самоназваний, племенных названий, а также слова «человек», «мужчина» у народностей обь - енисейского бассейна удается установить наличие двух древнейших пластов доисторических насельников территории, ныне занятой ненцами, нганасанами, энцами, селькупами, кетами, хантами и мансами пласт «тян» (цян, сан), «дян», «ден», «тин», «тен» и т. п., вскрываемый в самоназваниях ненцев (ненэцян), нганасанов (нгана-сан), энцев (энэ-тен), кетов (денг), тундренных одулов (тин), в племенном названии, которым селькупы именуют татар (тын кула - «иноплеменники»), в племенных названиях, имеющихся у эвенков для соседних племён «чангит» и «дендр» (иноплеменники), в названии, которым взаимно именуют друг друга луораветланы нымыланы; нымыланы «тан - гит», луораветланы «таньнг» (иноплеменники)...

Другой пласт... «кум» (куп), «хум», «хаби», «коми» и т. д., вскрываемый в самоназвании селькупов «соль куп-кум» (земляной человек), «соль кум-куп» (таёжный человек), «чумыл куп» (земляной человек), «суссе кум» (таёжный человек), коми (коми), в племенном названии, которым селькупы именуют хантов - «лангаль куп» (язевый человек), в племенном названии, которым ненцы именуют хантов и мансов («хаби»), селькупов - «тасунг хаби», кетов - «ензя хаби».

 

/* */ В ненецком языке слово «хаби» имеет значения: 1 «человек» - «именинник», 2. «раб»... «касы», «тюба», «тиба» - «человек», «мужчина»... ненецкое «хасава» - «мужчина», нганасанское «куан ма», «куасума» - «мужчина», энецкое «каса» - «мужчина»... «таубу» (саянское «ту ба») - так энцы именуют нганасанов... некая группа тунгусов «Ася»...

Кеты сами себя именуют «денг»... селькупское «тибэ ня», «тимня» - «брат», «мужчина», «товарищ», где «ня» - «товарищ», а «тибэ» - «мужчина» (сохранилось из саянско - самодийского языка). Мансийский «хум» - «человек», «мужчина», «ма хум» - «местные люди», «люди земли»... «ху» - усечённая форма того же слова в хантыйском языке ... «землянка» - «карамо»...- селькупское жилище ...



Ненецкое числительное «юкад вата нгоб» - «от десятка излишествующая единица» - «одиннадцать» (сравните: якутское «уон ордуга биир» «десять с излишествующей единицей» - «одиннадцать».)

Выписка здесь дана отрывками, чтобы внимание читателя было сконцентрировано на одних переводах нужных слов, сделанных знатоком языков всех вышеописанных народов. В полемике с Кастреном о смешивании на Севере алтае-саянских угро-самоди с местными палеоазиатами, этот талантливый исследователь сам почти не заметил, что ему удалось открыть попутно. Он случайно наткнулся на то, что самые древнейшие этнонимы состоят из единственного слога и означают «человек», «мужчина». Такой констатацией он буквально наткнулся на изначальный кирпич всех этнонимов планеты.

При продолжении исследований, пользуясь данным ключом, почти все этнонимы планеты выстроились наподобие формул, напоминающих систему складывания формул в химии. Изначальным ультра-простейшим строительным кирпичом в них становится «человек», «мужчина» на языках древнейших топонимов. И тех языков-то оказалось считанное количество. Создаётся впечатление, будто все языки планеты имели некогда древнее ностратическое единство. Я не стал навешивать тем изначальным ностратическим языкам приватизационные ярлыки, привязывая их к сегодняшним, невзирая на сильнейшую тягу на то.

Как и следовало ожидать, реликтовых односложных этнонимов-кирпичиков в одинарном виде на планете сохранилось очень немного: куп, кум, ку (ху), вэн, весь, ром, рем, рос (русь), хэм, сэм, ра (бог) и т.п.

Удивительно: все они образуют форму множественного числа при помощи окончаний: (сем, хам, кум), -п (куп, вэп, кацап, хасап), (весь, вепс, рус), (ман, тин, цян, дэн), (шор, чер, cap), (сак), (кет), (одул). Далее, как в химических формулах, идёт последовательность составных этнонимов, складывая те кирпичики друг на друга в штабеля: Саа-ма, Хо-би, Суо-ми, куо, ко-ми и т. п. При дальнейшем сложении состава, идут трёхзвенные и многозвенные штабеля: Са-ма-ту, Ту-ма-ту, Ба-йа-ки-пильпа. К таким сложносоставным нередко прилипают такие же сложносоставные, сложенные в пачки: Байаки-пильпа, Тибэй-хаби и т. п. Складывание в штабеля встречается с применением кирпичиков как в единственном числе, так и оставляя их или часть их в форме множественного числа: ман-си, ман-чи, ман-чу, ман-чжу, кип-чак, ха-зар и т. п.

Перестановка местами одних и тех же кирпичиков даёт совсем новые этнонимы: Са-ма-ту, саа-ма, Ма-та, Маа-тар, Ту-ма, Ма-тут или Mo-дут, Ту-ма-ти и т. п.

 

 

Pin It

Весна, Якутия. Фото Виктора Солодухина

/* */ Слово «ас» или «асе», «эс» (эсе), приставленное к этнониму, выставляет напоказ не принадлежность к названному этнониму: ace-тин (не - принадлежащие к племени «тин», т. е. «Аланы», где «ала» - «большой», «алан» - «большие, многолюдные»); Ас-тэк или «остяк» сибирский (непринадлежащие к племени «тэк», «тяк», «Ас-тэк») или американский «Ацтек» (не принадлежащий к племени «Тэк»); Аскип или Скиф (не принадлежащий к племени «Кип», «Кипчак»), «Эс-ты» (не принадлежащие к «ти»), «Эскимос» (не относящиеся к «кимос»).

«Ас» и «асе» (ася) явно относились к многоязычным одиночкам и мелким группам, ставшим неотъемлемыми вкраплениями внутри компактной преобладающей массы. Остатками подобного выделения являются сегодняшние термины: «нерусский», «неякут», «озбекэмас», «казах имэс» («хзх имэс») и т. п. «Ас» и «Асе» в некоторых случаях становились самостоятельными этнонимами. Случалось подобное, видимо, вследствие привыкания к термину и когда сами представители того рода начинали рекомендоваться: «Мы из рода неотносящихся», т. е. «Из рода Асе и Ас». В подобных случаях «Ас» и «Асе» (Ася) начинали фигурировать как самостоятельные этнонимы в единственном и множественном числах (кетоязычные Ас, Асан, Озян, Эдьээн, Эжен, Эдьигээн, Жиган, Аайа, Аадьа, Ээдьээн, Эдвэн-Йейэхсит и т. п.). Те самостоятельные этнонимы Ас и Асе (Ася) могли, как самостоятельный кирпичик, участвовать в сложении многосоставной формулы сложного этнонима. В подобных случаях «Ас» и «Асе» могли ставиться в начале и конце штабеля: «асетин», «астяк», «тавгас» (тавгач), Кангалас, Канзас и т. п. Здесь «ас» - не только отрицание, но и равноправный кирпичик, указывающий составленность сложного этнонима и из представителей самостоятельных «Ас».

Так, в древнем орхонском «Памятнике Кюль - Тэгину» упоминается пленный из племени Ас («Ас будун»). Там же кюльтэгинцы сражаются с народом «тавгач», явно составленным из тавгов-самоди и кетоязычных Ас. В случае с кангаласами, говорившие носом майаты нгана или нганга-ханга (во мн. числе «Хангал») составлены в смеси с бывшими кетоязычными Ас. Без смеси с Ас, те же Ханга фигурировали на Колыме как Хангаайы (Хангайи), в Бурятии Хангал, Хангалдор и на границе с Олекмой как тунгусы Хангал. Рядом с кангаласами бок о бок на Лене жили в аналогичном составе разнотипности Мэгэ-Мага-рас, Ыйылас и т. п.

Другой вариант «Ас» и «Асе», т. е. отрицания «Чужак», «ненашеязычный», «немец» (как «немой»), пущенный древними северянами Запада и Сибири, в виде «тау» (в видоизменении или выпадении начального звука и адаптации давль йу на звук по образцу Аугуст-Август, Ануар-Анвар), образовал множество прозвищ соседям и самоназваний самим. Так, от «тау» образовано прозвище «Чанг», «Чангит», «Чаучи» - дословно: «Чау - Человек». Отсюда, этнонимы Чаучи, записанный как «чукчи» от местной адаптации «Чууп-ча», «Чуубча». Последние дали этнонимы «Чуванец» и якутский Чуупча-Чуубча - Дуубча-Дубчэ-Дуп-сэ - Дупсээ. Этот термин долго не могли записать однозвенные и многозвенные штабеля: Са-ма-ту, Ту-ма-ту, Ба-йа-ки-пильпа. К таким сложносоставным нередко прилипают такие же сложносоставные, сложенные в пачки: Байаки-пильпа, Тибэй-хаби и т. п. Складывание в штабеля встречается с применением кирпичиков как в единственном числе, так и оставляя их или часть их в форме множественного числа: ман-си, ман-чи, ман-чу, ман-чжу, кип-чак, ха-зар и т. п. Перестановка местами одних и тех же кирпичиков даёт совсем новые этнонимы: Са-ма-ту, саа-ма, Ма-та, Маа-тар, Ту-ма, Ма-тут или Mo-дут, Ту-ма-ти и т. п.

 

Спортивные состязания

/* */ Слово «ас» или «асе», «эс» (эсе), приставленное к этнониму, выставляет напоказ не принадлежность к названному этнониму: ace - тин (не - принадлежащие к племени «тин», т. е. «Аланы» где «ала» - «большой», «алан» - «большие, многолюдные»), Ас-тэк или «остяк» сибирский (непринадлежащие к племени «тэк», «тяк», «Ас-тэк») или американский «Ацтек» (не принадлежащий к племени «Тэк»), Аскип или Скиф (не принадлежащий к племени «Кип», «Кипчак»), «Эс-ты» (не принадлежащие к «ти»), «Эскимос» (не относящиеся к «кимос»).

«Ас» и «асе» (ася) явно относились к многоязычным одиночкам и мелким группам, ставшим неотъемлемыми вкраплениями внутри компактной преобладающей массы. Остатками подобного выделения являются сегодняшние термины: «нерусский», «неякут», «озбекэмас», «казах имэс» («хзх имэс») и т. п. «Ас» и «Асе» в некоторых случаях становились самостоятельными этнонимами. Случалось подобное, видимо, вследствие привыкания к термину и когда сами представители того рода начинали рекомендоваться: «Мы из рода неотносящихся», т. е. «Из рода Асе и Ас». В подобных случаях «Ас» и «Асе» (Ася) начинали фигурировать как самостоятельные этнонимы в единственном и множественном числах (кетоязычные Ас, Асан, Озян, Эдьээн, Эжен, Эдьигээн, Жиган, Аайа, Аадьа, Ээдьээн, Эдвэн-Йейэх-сит и т. п.).

Те самостоятельные этнонимы Ас и Асе (Ася) могли, как самостоятельный кирпичик, участвовать в сложении многосоставной формулы сложного этнонима. В подобных случаях «Ас» и «Асе» могли ставиться в начале и конце штабеля: «асетин», «астяк», «тавгас» (тавгач), Кангалас, Канзас и т. п. Здесь «ас» - не только отрицание, но и равноправный кирпичик, указывающий составленность сложного этнонима и из представителей самостоятельных «Ас». Так, в древнем орхонском «Памятнике Кюль-Тэгину» упоминается пленный из племени Ас («Ас будун»). Там же кюль-тэгинцы сражаются с народом «тавгач», явно составленным из тав - гов - самоди и кетоязычных Ас. В случае с кангаласами, говорившие носом майаты нгана или нганга - ханга (во мн. числе «Хангал») составлены в смеси с бывшими кетоязычными Ас. Без смеси с Ас, те же Ханга фигурировали на Колыме как Хангаайы (Ханга йи), в Бурятии Хангал, Хангалдор и на границе с Олекмой как тунгусы Хангал. Рядом с кангаласами - бок о бок на Лене - жили в аналогичном составе разнотипности Мэгэ-Мага-рас, Ыйылас и т. п.

Другой вариант «Ас» и «Асе», т. е. отрицания «Чужак», «ненашеязычный», «немец» (как «немой»), пущенный древними северянами Запада и Сибири, в виде «тау» (в видоизменении или выпадении начального звука - т и адаптации давль йу на звук - в по образцу Аугуст - Август, Ануар - Анвар), образовал множество прозвищ соседям и самоназваний самим. Так, от «тау» образовано прозвище «Чанг», «Чангит», «Чаучи» - дословно: «Чау - Человек». Отсюда, этнонимы Чаучи, записанный как «чукчи» от местной адаптации «Чууп-ча», «Чуубча». Последние дали этнонимы «Чуванец» и якутский Чуупча-Чуубча-Дуубча-Дубчэ-Дуп-сэ-Дупсээ. Этот термин долго не могли записать однозначно.

Свидетельством такого происхождения термина служат: озеро «Чукча» там же, этноним Чачы от Чаучи и серия преданий о чукчах, помогавших обиженным невестам. На базе тех преданий возник роман А. Сыромят - никовой «Кыыс хотун». Тот же «Тау» на Енисее создал понятие «Тавг» (тавгиец) для всех южных самоди и этноним Таубу-Тува-Тыва и Тавгач. В последнем случае образовалось двойное отрицание «не - не» из-за функционирования обоих отрицаний «Тау-Тавг» и «ас» в виде самостоятельных этнонимов - кирпичиков.

В Якутии от адаптации «Тау» возникли этнонимы «тонгус» (тунгус), тагус, Тогуйский род, Тангас (Тангас Балтугай-Ta5гac Болто5го, Тонус Болтоноо), и понятие «Тонг», «Танг», «Тан» - «ненашеязычный». В. Г. Богораза прозвали «Тан Богораз», который он превратил в свой псевдоним.

 

/* */ С выкидыванием начального «-т» от «Тау», эвены и эвенки создали своё самоназвание. Только давль йу от оставшегося«-ау» они превратили в звук, напоминающий не то «в», не то «а», не то «ы»: «аон» «ывн», «эвн», «эвен» и даже «ывык». К этой основе при образовании «эвенки» добавляется лишнее «ки» - «человек». Получается: «эвенки» - «человек эвен», как при чаучи - «человек чау». Старые эвенки до середины XX века помнили о том, что «эвенк» означает «чужак», что по-якутски «туора», переводимый как «поперешный». В литературе часто встречается именно эта народная этимология «поперешный», в качестве самотолкования этнонима «эвенки».

Именно, из-за значения «эвенки» как «чужак», у них возник термин «ангнаки», отторгающий ближайшего родича при обострении взаимоотношений. Тот термин «ан-гнака» произносился созвучно якутскому «агдака» - «лопаточная кость». Отсюда, у эвенков мясо и кость из области лопат животных и зверей стали запрещёнными для угощения гостей.

Они опасались как бы подобное угощение не было принято как оскорбление: «Вы, мол, родственничек, для нас - чужак».

Многолюдность и другие превосходные качества рода и племени этнонимы и топонимы отмечали или при помощи добавления -ре, -ра, -ро (как русскоязычный -айший, -ейший) и определения «большой», «великий» - «ала», «элэ», «эл», «ал», «ай», «Бар», «Вар», «Бор». «Ай-гур» или адаптированный «уйгур» («большие люди», «великие люди», «многолюдные люди»), Айсор, Ай - ны (ни, ня, на - народ.

Сравните: газету «Нян Зан» — «Голос народа»); Алагар у якутов, Албан (албанцы), Алан (Аланы) в этнонимах и топонимах: «Ал - тай, Ала Тау, Ала - Зея (зее - вода), Эль - тон (Большое озеро), Элэ - Энэ или Лена (Большая река); якутские этнонимы Бара - гон («Бар» - «большой», «гон» - «люди»), Бар дон («Вар» на самоди «большой», и по кето - асански «денг», «дон», «дьон» - «люди»); в топонимах: Вар - ка или Мар - ха (Большая речка), Бар-гу-сун или Баргузин (Большая речная речка); этнонимы: Ка-ра-гас, где «Ка» - «человек», -ра - превосходная степень, «гас» от «каса» - «человек», сравните Ха-кас или Каа Кае - «малочисленные люди». Сопоставьте с топонимами: Каа Хэм, Бий Хэм, Улуг Хэм - названия верхних ветвей Енисея, где «Хэм» - «река». Этнонимы Кара - Чай, Кара-ктай. Здесь народная этимология хантов сравнивает «Кара» с хантыйским «Кара» - «журавль», как этноним «Ку» от «Ху» - «человек» сравнивают со звучным самодийским «ку» «лебедь» (от - него и поклонение лебедю). Однако те этимологии не меняют «ку» (ху) и «ка» в превосходных степенях-ра, не меняют «человек» в превосходной степени, ибо та же - ра в массовом порядке встречается в топонимах в том же значении: «ку» - «река» в превосходной степени Кура на Кавказе; «Ан» - «ворота», «дверь», «Устье» и «га», «ка» - «река» в превосходной степени -ра даёт топонимы Ангара (на Байкале) и Анкара (в Турции), кстати, около Покровска в Якутии два «Аан» — «ворота»: «Уулаах Аан», «Улахан Аан». Не исключено, что египетская богиня Ра и мусульманский Аллах означают оба «Величайший», ибо этноним самоди упоминается в коране. Мифическая Рома (римская волчица), возможно, также относится к «- ра» (-айший, -ейший).

Понять, почему сложные составные этнонимы сложены в менделеевские штабеля элементов — кирпичиков нетрудно, если, вспомнить восточные и европейские личные имена, сложенные аналогичными штабелями: Мир-Махмуд, Таш-Махмуд, Пир-Махмуд, Шо-Махмуд, Хас-Махмуд, Мо-Махмуд, Луи-Филипп, Мария-Тереза, Франц-Иосиф, Жо-Анн, Римский-Корсаков, Голенищев-Кутузов и т. п.

 

 

Народная сказительница Екатерина Иванова

/* */ Некогда те имена-штабеля складывались из имён родичей отца и матери - представителей двух неродственных по крови родов. Имена-штабеля служили оберегом, спасавшим детей от смертности. Явно в тех оберегах сохранилась нещадная борьба против кровосмесительства и только в ней видели залог здоровья. Борьба та наступила, вероятно, натерпевшись от промискуитета - беспорядочных половых общений. Штабеля этнонимов, вероятно, фиксировали, какой род породнился с кем и для учёта с кем надо избегать браков, когда дети подрастут. Короче, сложноноставной этноним был памятным показателем кто кому кровная родня.

Перечень ультраосновных кирпичиков для штабеля формул этнонимов в единственных числах таков: ку, ху, гу в вариациях со всеми гласными: ка, ха, га, кы, хы, гы, ку, ху, гу, ко, хо, го, ки, ги, хи, ке, ге, хе, куо, хуо, гуо, чи, ши, ти, че, ше, те, ча, ша, та, чы, шы, ты, чо, шо, то, чу, шу, ту, чуо, шуо, ту, туо, ма, ба, ва, па, фа, мы, бы, пы, фы; мо, бо, во, по, фо; му, бу, ву, пу, фу; ми, би, ви, пи, фи; ме, бе, ве, пе, фе; муо, буо, вуо, пуо, фуо; са, ha, ца; со, ho, цо, сы, hы, цы; су, hy, цу; си, hи, ци; це, he, cyo, hyo, цуо; йа, йы, йу, йо; йи, йе; за, зы, зу, зо, зи, зе; ра, ры, ру, рo, ри, ре, руо; на, ны, ну, но, ни, не, ня, ню. Здесь в прононсном варианте (произношении носом, по-якутски «таныынан caнгapыы»), звук н иногда заменяется носовым нг или х (нгана, нганга, ханга) например, в этнонимах «нганасан», «Хангалас», «Хангайи» и т. п. Звук т имеет замену в виде звука д, например, то, до, та, да, ту, ду, те, де, ти и т. п. Начальный й часто выпадает, создавая начало гласных звуков, например, йатабаск, атабаск, Йатамай, Атамай, Йадам, Адам, Йева, Ева и т. п.

Нередко, напоминая химические «аш два» (H2), «О три» (O3), в самоназваниях этноним-кирпичик повторяется дважды или трижды подряд. Например, нанай, неней, нанагкр, нганасан - в Сибири и «ненана» - у индейцев Аляски в США; в Якутии: Мама, Момо, переозвученные как Мэмэ (мэмэл), Муома. Кальки подобных повторов сохранились в сегодняшнем якутском языке в виде выражения «киhи-киhи» - «человечный человек», «настоящий человек» в противовес «киhи-абааhы» - «человек-дьявол». В самоназваниях же подобные повторы переведены как «настоящий человек». Подобные выражения явно стараются отгородиться от пополнений со стороны чужаков, получивших тот же этноним. Последних выражение «настоящий человек» молчаливо превращает в «ненастоящих», «поддельных», «ложных», «самозванцев», «позже пришедших». В других случаях, наоборот, позже пришедшие отстаивают свои право от отторжения, мол, «Мы тоже настоящие». Так, в Якутии позже объякутившиеся часто начинают свои предания с возгласа: «я - настоящий якут». Его, бедного, видимо, не очень хотели принимать за якута. Те же повторы наблюдаются и в топонимах. Например, Татта иеёокающий вариант Тотта вблизи Охотска и Йайа в якутской адаптации Айаайа повторяют дважды «то» (та) - «река» и «Йа» - «виски», т. е. «речная речка», по-якутски «урэх yрэ5э». В топониме из Вилюя Кыадангда или Ке-та-нг-да - «речка», «вода», «ручей» почти повторяют трижды одно и то же, но в названии «озеро с притоком с речки». Здесь «ке» - «речка», «то» и «да» - «озеро», «вода», «ручей», а «нг» - флексия. В литературе встречаются неправильные мнения будто формант «нгда» является эвенкийским.

 

Екатерина Иванова в с. Амга

/* */ Как видно из приведенных повторов в топонимах Татта, Тотта и в этнонимах нанай, нэнэй, нанагир, Не-нана и в самих штабелях этнонимов, на заре их создания, языки древности явно ещё не дошли до флексий и других форм склеивания корневых основ. Потому и получились простые штабеля, наподобие химическим формулам. В тот период явно ограниченность запаса слов вызывала применение звучавших одинаково слов в нескольких значениях. Например, «то» - и «озеро», «то» и «речка» и одновременно этноним - «человек», «мужчина»; «Йи», «йе», «йу» - и гидронимы, и этнонимы; «ке», «хэ», «ку» - и «река», и «человек», и «мужчина» («йу - рал», «йорел» - реки, «йу», «йурэн»- этнонимы и т. п.).

Как выяснилось при проверке, на территории Якутии оказались племена и роды, которые под двумя древнейшими отрицаниями «не нашеязычный» («Ас-Асе» и «Тау») забывшие и подменившие свои ультраизначальные этнонимы прозвищами «Я - чужак по языку». Кем они были до возникновения тех языкоклассифика - торских прозвищ, осталось древнейшей загадкой. Остается ясным только то, что классификаторы по «Тау» и «Ас-Асе» знали как свои пять пальцев все языки, располагавшиеся от них к югу и востоку. Кем были те глубокие знатоки языков столь обширного для древнего бездорожного региона от Ямала до Персидского залива и от Ямала до Чукотки и Амура, охватывая всю полосу к Северу от Алтая и Саянов?

Как показывают сопоставления сохранившихся пластов топонимов и этнонимов, гаковой могла быть только единственная всюду неразлучная этническая троица нанай (нэнэй), манчи (манч-жи, манси) и Хан (Ханты). Топонимы и этнонимы этой неразлучной троицы охватывают сплошь всё от Амура - Чукотки до Ямала.

Так, все древнейшие топонимы Якутии и от Чукотки до Ямала сплошь хантоязычиы и угро - самодиязычны. Только сквозь них проглядывают полуисчезнувшие палеоазиатские топонимы типа Энэ - считанные крупнейшие названия рек, непосредственно впадающих в Ледовитый океан. «Энэ» - явно «матерая река». Они встречаются от Чукотского Анадыр лишь до Энэ Сой. Ана дир («дир» - «жир» «Ана», «Энэ» - «матёрая река»).

Калек подобных «жирных» рек в Якутии полно. Река Лена - Элэ Энэ (Большая река) с одноимённой эвенкийской калькой «погду быра». (Причём «быра» и «Мыраан» - «быраан» - «приречные плоские горы» - остатки у тунгусоязычных от их дотунгусского майаатоязычия).

На юге Якутии, сквозь хантоязычие, кетоязычие и неизвестные палеоазиатско-язычия проглядывает селькупоязычие (сыралта, где «сыры» - «светлый», «-л» - флексия, «-та» - «озеро»). Якутские слова «сырай», «чырай» и «чыыраа» - от этого селькупского «сырыа» - «светлый». Выходит, «сырай» - «светлая часть человеческой фигуры».

Сравните с охотничьим словом - оберегом: «человек» - «хара» - «тёмный». Только сверх указанных нижних слоев больших гидронимов следуют верхние слои тунгусоязычных средних топонимов. Якутоязычный и русскоязычный топонимы представляют сегодняшние слои. Они представляют собой лишь кальки или охватывают одни микротопонимы, т. е. они вчерашние.

Если пройтись по тем древним слоям топонимов Якутии, получились бы несколько самостоятельных монографий. Сегодняшней экономике не до такой роскоши науки.

Как и в этнонимах, в топонимах планеты наблюдается то же самое ностратическое единство, с незначительными местными вариантами. Например, «Пензя» в Пенжинской губе у Камчатки «пен» - «лесная», «зя», «зее» - «вода», «река». Его же копия в реке, где город Пенза (от реки Пензя). По-немецки «Зее» - «озеро», «вода», «море». В Южной Африке река Замбези состоит из «зя», «ве» и «зя», где «ве», «ва», «во» - «вода». «Замбези» - тройной повтор: «вода - вода - вода», как этноним «ненана» - «человек - человек - человек».

 

/* */ «Река» всюду на планете «ко», «ку», «ка», «ке», «ге», «ги», «га», «ха», «хэ», «ху», «хи», и т. п. Подобны же варианты «река» от «йи» («йэ», «йу» и т. п.), от «то», «до» и т. п. От него два Дона: шолоховский Дон с притоком Хопер и якутский Ал Дон с притоком Копру - это Алдан - (Большой Дон, или Большая река). Американская река Патомак в Якутии: Патом, Баатам, Патома, Буотума, Ботуобуйа, Ботомоойу и т. п. Любопытно, в каких условиях создавались те этнические и топонимические единые менделеевские формулы...

Подобно топонимическим пластам, пласты неразлучной троицы нанай (нэнэй) - ханты (хан) - манси (ман-чжи) охватывают всю территорию Якутии от Тихого океана до Ямала и даже от Америки до Ямала. Так, «ня», «на», «не», «нэ» от индейцев Ненана от Аляски до Ямала следует непрерывно: нанай на Амуре, нанагир на Вилюе, Ханга (Хангалас) на Лене, Ханга Йи (Ха-нгаайы) на Колыме, Хангал в Бурятии, «ня», «нганасан», нэнэтэн - энэтэн (энцы) на Таймыре и нэнэй (ненцы) от Таймыра до Ямала. Система племён Са, Ма, Ту в разных адаптированных вариантах и перестановкой порядка расстановки в штабеле разлита от Тихого океана до Ямала. Хантыйские и кетоязычные этнонимы повторяют ту же картину. Например, Ас-Асе от американских Ацтеков тянется всюду до сибирских Астеков - остяков, «Тау»-«Тавг», «тэн», «тон», «тонгос» (тунгус) господствовал от Чукотки и Амура до Енисея. Кстати, от их дотунгусоязычного периода сохранились добавления «кия» - «человек» к названиям чуть ли не всех животных и птиц: сулаки, дьэлэки, пороки, нгинаки и т. п. Это - пережитки от времени, когда очеловечивалась людьми вся природа. Вот почему арсеньевский нанаец - гольд Дерсу Узала всё и вся называл «человеком» и разговаривал с ними как с людьми. Старые якуты до мировой войны, как Дерсу Узала, разговаривали с деревьями, птицами, зверями, животными. Всё это легло в основу обрядов и волшебств.

Возглас «Айыы!» - «Не делай это!» - относятся к тому времени. Криком: «Айыы!» («Ай Йи дословно «Великий Человек») пристыжали за неблаговидный поступок: «Опомнись, ты, ведь, Великий Чела век, а не очеловеченные лесина или зверина!» Понятие «Айыы аймага» подчёркивало, «человек разумный» есть Великий Человек, а не очеловеченные скот, зверина, птица, рыба. Только православие превратило «Айыы» от «Великого Человека» в Бога и Христа и возглас «Айыы, нельзя» - в понятие «грех». Само же слово «грех» не от слова ли «грек»? Ибо православие было заимствовано от греков. А в слове «Аминь» (католическое «Amen») сохранилось имя египетского Амон, «Амин». Вот таковы религиозные перетаскивания и переработки. Ни у кого не отыщется столько денег, чтобы провести изучение и публикацию исчерпывающе полного анализа с соответствующими сравнениями родового состава тех, которые сегодня фигурируют как якуты, ибо подобная работа охватила бы родовой и племенной состав населения огромной территории от Тихого океана до Енисея и Таймыра с выходом на американский континент со стержнем из Майя - ацтеков - создателей Майя-ацтекской цивилизации. Отюркизированный сегодняшний язык якутов оказался лишь очередным сменным при традиционных сменах языков, начатых издревле предками тех, кто сегодня называет себя саха. Смена их сегодняшнего языка - сагаязычия русскоязычием уже началась интенсивно с середины XX века. Численность единственно русскоязычных якутов достигла за какие-то 40 лет до двух десятков тысяч человек. Это немало для всего трехсоттысячного народа. Обрусевшие якуты пока ещё не выбрали для себя новый этноним. Когда они это сделают, сегодняшних сагаязычных саха они назовут «малочисленными» и не станут признавать единокровие с ними, как это делают сегодняшние саха со своими малочисленными в Якутии, говорящими на оставленных ими в разное время языках. И русскоязычным якутам со временем придется уступить своё место иностранно-язычным якутам. Подобное явление сегодня уже дало предварительную заявку.

 

Якут проводник

/* */ При прошедших сменах этнонимов взаимно заменяли друг друга звуки м, в, б, п, ч, т, с, h, гласные и дифтонги менялись местами; й то выпадал, то заменялся дь и н; н, нг, х, и h заменяли друг друга. Русскоязычие также заставляло менять звуки этнонимам: «Одуге»-«Одугей», «сага»-«сагай», «Борту», «Боотул»-«Боотулу» (от «Ботулинский»), «Намцы», «Борогонцы», «Жатай» и т. п. Ниже при перечне этнонимов не будут повторены те оговорки.

Моим преемникам и продолжателям - будущим исследователям якуто-индейских общностей предстоит увлекательнейшая работа. Она, скорее всего, пойдёт по линии загадок историй двух цивилизаций: американско-индейского и Старого Света. Первая тропа в этом направлении уже проторена: на Старом Свете уже обнаружены два древнейших центра человечества. Из них Олдувай находился в Африке, а Диринг-Юрях в Якутии. У последнего все нити тянутся к Америке. Надо ожидать, что новые Диринги будут обнаружены и в Америке.

В последней находкам Дириигов явно мешает частная собственность на землю, ибо мало кто из землевладельцев пожелает, чтобы их владения археологами были превращены в колдобины.

Мои этнонимические и топонимические «формулы», единые для Старого Света и Нового Света - фактическое продолжение Олдувая и Диринга. Исследователи будущего обязательно заинтересуются, почему Олдувай дал чёрную и белую пигментации кожи в тропиках и на Севере, а у Диринга всего одна жёлтая пигментация, не меняющаяся в тропиках и на Севере. Не исключено, что эпицентром рождения жёлтой пигментации окажутся особые природно-климатические условия американского континента. Тогда учёные будут искать не переселение из Азии через Якутию предков индейцев в Америку, а наоборот. Тому направлению первый почин уже сделал знаменитый Тур Хейердал, переплыв на бальсовом плоту из Америки на остров Пасхи в Океании. Таким же путём па катамаранах и плотах предки индейцев могли доплыть до всех островов шельфовых архипелагов от Командоров - Алеутов до Мадагаскара к монголоидам мальгашам. А там уже переход на азиатский материк не составил бы особого труда. Подобным переправам могли способствовать океанские течения, бьющие только в сторону Азии. Подобные прямые морские связи могли объяснить и то обстоятельство, что ранние высшие успехи цивилизации оказались в Америке и на юге Азии. Единственно берингийский путь общения двух континентов выглядит куцым в любых отношениях. «Открытие» Америки было запоздалым открытием только для Европы. Америка и Азия «открыли» друг друга с самой зари сапиентации человека, и связи между ними не прерывались никогда. Свидетельствуют о том мощные пласты общностей материальной и духовной культур Америки и Азии, где не мала была контактная роль Якутии. Живым свидетельством о роли Якутии в тех прямых контактах является относимость доброй половины этнонимов данного края к Майя-Ацтекской системе. Туда относятся в первую очередь сами майя - майааты и их составные: Маайа, Маайма5а, Мэйи, Мэйик, Майаат, Майа5атта, Баайа5а, Баайа5ан, Баайа5антай Бая (у нганасан и ненцев), Баяки - Пильпа (у ненцев, энцев, и нганасан), Бадьаайы (у кобяйцев и нганасан), Маугир, Майагир-Ванедыр, Быйаагы, Быйаган, Быйагир, Бу-йааги, Буйаагир, Пуяги, Пуяган, Пуягир.

 

/* */ Поскольку вторым самоназванием майаатов являются «ня» (не, на; ню, нга, ха) и их двойные повторы подряд «нана» и т. п., сюда относятся все нанагирские, нганасанские этнонимы и их составные с кирпичиками «-чер», «-чор», «-сир». «Чир» - «человек». Сюда входят и «куу», «ку»: Чордуу из озера Есей, держащиеся рядом с Маай-мага и тамошними Мэйиками - Осогостоох и другими Маугирами-Майаатами, участвовавшими в XVII в. в мау - гирской - майаатской войне. Там, в их лагере, выступали вилюйские нанагиры: нюрмаганы, нирмагааты, нюрба - чааны, нюрбаканы, сологоны, сунтаро-садынские Мэйи-мэйики, нерюптей, бардоны, барагоны, бырангааты, ва - недыры и т. п. Участвовать там тогда отказались одни угуляты, мотивируя, что они - не нанагиры. Видимо, они не совсем ладили со своими невилюйскими мэйи-мэйик-майаатами, собирательно называемыми нанагирами или нганагирами. На деле же угуляты или йу-куулаты, живущие в компакте с натуральными куула-куулатами («к??лэт»), были одними из ветвей вилюйских маайа - нганасан. К той же группе вилюйских майаатов или нгано - нанагиров входили и кобяйские куу: Куукуй, Куокуй. Ленские «Чер» - Майааты в лице Намчер, Намсыр и Чериктей держались поближе к Мааймага, Аспек (Эспэх) и Асеку и к кобяйским нгана - вадеевцам Бадьаайы. Данная взаимная тяга друг к другу наблюдалась и на озере Есей. Тамошние «Чер» - Чордуу держались поближе к Мааймага, Мэйикам-Осогостоох и Асе-Аспекам (Эспэх). Верхневилюйские Асе-Асе-куй - Асыкан жили на пару с мэйиками-Осогостоох и Хоро Черелуку с утраченным «Чэрэлуку». Это и понятно, ибо «Хоро» по майат-нганасански «лицо». По-якутски «сырайдаахтар» с добавлением «Чэрэлукуу» - «Чэрэгэр». Сунтарские Мэйи-Осогостоохи также имели своих Хоро, но «Хоро Сочема», - «шитолицый» (тигии - лээх), т. е. с татуировкой на лице из шейных волос оленя. Та татуировка сохранилась там до А.Ф.Миддендорфа (см. его рисунки). Сунтарцы «сочема» у Хоро описательно заменили «тигиилээх сирэйдээх дьйри - кинэй». Здесь «дьирики» - «бурундук», т.е. татуировку ту сравнили с полосами на спинке бурундука. Тут наблюдается явное расхождение взглядов на татуировку. Ведь, азиатская татуировка - культура индейских Майя-Ацтеков. Она встречалась в индейском стиле на океанийских островах и у австралийцев, как раз на пути бальсовых плотов и катамаранов. Признак из красноречивейших.

В детстве, когда отец мой Алас привез меня в Далыыр к наакаанам, в Мэйиике я услышал легенду - шутку: «Корова Мэйик всюду разрешилась телятами по кличке Бардон, Нерюптей, Асыкай и Аспек-Эспэх». Как проверил выросши, предками меиков легенды и в самом деле считали беременную женщину Осогостох и значительная часть названных в той шутке всюду следует друг за другом как телята за коровой. Нерюптей в Олёкме - приставка к Мэйикам, в Сунтаре Нерюптей и Бардон - опять приложение к Мэйи, а Кангаласские переименованные в Хаптагай - Нерюптей и Мэйики приложены к Маайа. По народной этимологии «Нерюптей» означает «Хаптагай» - «плоский». Отсюда, и их предком принято считать Хосууна Хаптагай.

Ленские «ня» - майааты в лице Найахи, Наахара, Ханга (нганга, нана), Хангал, Хангалас и Хан-аайы держались как-то особняком, держась поближе только к Маайа и к Хаптагай - Нерюптеям. Не совсем ладили они с Барагон - Онерами. «Онер» - якутская калька значения слова «Бара - гон». Здесь «го» - «человек», «-и» - указатель множественного числа, а «Ба», «Бара» - «большой», «много». Сравните это с сегодняшним якутским выражением «бар дьон». Здесь «бар» по-самоди «большой», «много» (сравните р, Бар-ка - Марха), «дьон» или «денг» по-кето-асански «люди». Отсюда, видимо, в Онер-Борогонах больше асано-самодийского и поэтому чурались их ня-нана-майааты в лице ханга-лов. Вилюйские «ня»: накааны в Далыре соседили с мэ-йиками, асыкаями и хоро. Накаанны из реки Чоны жили смежно с тамошними Хоро и Мэйи.

Упомянутая «маугирская» или «майаатская» война фактически не была войной. Она представляла собой лишь словесную брань с демонстрацией «групповщин», т. е. шантажей с групповыми склоками.

 

 

Pin It

Зимняя тайга. Якутия. Фото Виктора Солодухина

/* */ Малолюдную, но вездесущую поодиночке группу в Якутии составляли этносы Ацтек - Остякской системы в лице Ас-Асе-Асан-Аадьа-Эдьээн-Эдьигээн-жиганов. Асыкай у верхневилюйских Мэйиков - нганасанов, Асекуй XVII в. у кобяйских вадеевцев, Ac-пек (еспех), Хангалы-Ас (Хангалас), Меги-Мага-р-Ас (Магарас), Maнгаас-Ac (Maнгaac), какие-то Ыйыл Ас (Ыйылас), Бэтун Ас (Бэ-тенг-кэс, Хата Ас (Хатас), где «Хата», «Каты» - женщина. Отсюда якутские слова: «хатык» - «Эй, девка», «хадагой» - «родня невесты». Предок вилюйчан - шаман Аадьа, там же исчезнувший этноним Ээдьээн и одноименное название крупного озера, Эдьээн, на р. Маайа, Эдьигээн, бог-Эдьэн - Иэйиэхсит, «Ас», «Ася», «Асе» - прозвища долган, жиган - русское прозвище для эдьигээнов.

Третью систему этнонимов, преобладавших в Якутии прошлого, условно можно назвать угросамодийской. Её главную составную составляют Са, Ма, Ту, но почти без Са. А «Ма» и «Ту» больше выступают от себя самостоятельно, без обязательного присутствия полной упряжки Самату. При этом даже звуки в этнонимах Ма и Ту выступают в самых всевозможных адаптациях и перестановках. Варианты «Ма» и «Ту» в данной системе комбинируются с массой других этнонимических кирпичиков.

Ма и Ту, переставив порядок размещения кирпичиков, здесь превращаются в Ту-Ма-т (Тумат) и Тюмати. При сохранении традиционного порядка размещения кирпичиков, и, адаптируя звуки, та же «Мата» создаёт: Бата-5ай (Баата5ай), Быта-Бытантай, Бытаа, Бутаа, Мыта, Мытаах, Мэти, Бэтинчэ, Бэту, Бэту5, Бэтэ5кэс, Боту, Бооту, Боотул, Боотулу, Боотур, Бэрт Хара (Майа5aтта) скорее всего, усечённый вариант этнонима Бэти, которую народная этимология из «Бэт» превратила в нарицательное «бэрт». «Хара» - по словарю оберегов означает опять же «человек», «мужчина». Сама же «Хара» взята от старомайаатского «Хара» - «сам» и равнозначна «бэйэ».





Читайте также:


Рекомендуемые страницы:


Читайте также:
Почему люди поддаются рекламе?: Только не надо искать ответы в качестве или количестве рекламы...
Как построить свою речь (словесное оформление): При подготовке публичного выступления перед оратором возникает вопрос, как лучше словесно оформить свою...

©2015 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.

Почему 3458 студентов выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.022 сек.)