Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


ИЗ «ЛЮДВИГА ФЕЙЕРБАХА» 3 страница




Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

28. Ср. «Наука логики» (1, 2, стр. 87 и сл.).

29. Hegel, Naturphilosophie, Werke,.2 AufL, Bd. 7 Berlin 1847.

Стр. 79: «Примером движения, вызываемого центробежною силой (vis cen-trifuga), обыкновенно служит камень, который в праще, приводимой нами в движение вокруг руки, всегда обнаруживает стремление от нее удалиться. (Newton, Phil. nat. princ. math. Defin. 5.) Но дело не в том, существует ли такое направление, а в том, существует ли оно отдельно от тяжести, само по себе, как его представляют себе, т.е. как нечто совершенно самостоятельное в силе».

30. Hegel, Naturphilosophie.

Стр. 67: «Пространство и время наполнены материей. Пространство не совпадает со своим понятием; его понятие находит свое осуществление в материи. Часто брали исходной точкой материю и рассматривали пространство и время как формы этой последней. В этом является правильным то, что материя составляет само реальное в пространстве и времени. Но понятия пространства и времени более отвлечены и потому они должны быть рассматриваемы прежде этой последней, и вслед затем должно показать, что материя составляет их истину. Как нед движения без материи, так нет материи без движения. Движение есть процесс, переход во времени пространства и обратно; материя, напротив, есть отношение пространства и времени как покоящееся тожество».



 

235

 

31. Draper, J. W., History of the Intellectual Development of Europe. 2 vol., London Bell and Sons, 1875.

32. См. Грове, Соотношение физических сил, перев. Ал. Заленского и Ил. Меч-никова, Харьков, 1864.

Стр. 12: «Вместо того чтобы принимать, что собственный предмет физиче-ских наук состоит в исследовании существенных причин, я полагаю, что он дол-жен состоять и состоит в исследования фактов и их отношений; потому полагаю, что хотя слово «причина» может быть употреблено в производном и конкретном смысле, как слово, означающее «предшествующие силы», однако оно совершенно нсприменимо в абстрактном смысле. Ни об одном физическом деятеле, каков бы он ни был, мы не можем сказать, чтобы он был абстрактно причиной другого деятеля. Если же для удобства речи дозволительно пользоваться словоупотребле-нием производной причинности, то мы можем сделать это только по отношению к тем явлениям, относительно которых в данном случае специально идет речь, так как такое словоупотребление никогда не может быть обобщено.

Злоупотребление словом «причина» или, вернее, разнообразие форм его употребления служило источником большой путаницы в физических теориях, и даже в наше время философы отнюдь не согласны между собою в своих пред-ставлениях о причинности. Наиболее принятое воззрение на причинность при-надлежит Юму, который видит в ней неизменное предшествование, – т. е. при-чиной, по его мнению, называется то, что неизменно предшествует, а неизменно последующее называется действием. Однако же можно привести несколько при-меров неизменного следования, где нельзя найти никакого отношения причины к действию. Так, например, по замечанию Рида (на которое Броун не дал удо-влетворительного ответа) день неизменно предшествует ночи, отнюдь не будучи ее причиной. И точно так же семя предшествует растению и все же не служит ему причиной. Таким образом, при изучения физических явлений, становится весьма трудным отделить идею причинности от понятия о силе, так что некоторые философы даже считают их тожественными.

Возьмем пример, который будет противоречить обоим воззрениям. Если поднимают щит, течет вода. Обыкновенно говорят, что вода течет, потому что поднят щит; следствие неизменно, ибо, собственно говоря, никакой щит не может быть поднят без того, чтобы не потекла вода, а между тем в другом, вероятно более точном смысле, тяжесть воды есть причина, заставляющая воду течь. Хотя в этом случае мы безошибочно можем принимать тяжесть воды за причину ее течения, мы не можем обобщить это положение и принять его в безусловном смысле, т. е. вообще принять тяжесть за причину течения воды, потому что вода может течь и вследствие других причин: например, вследствие упругости газа, заставляющей воду вытекать из наполненного воздухом сосуда в другой пустой приемник. Тяжесть может даже в некоторых случаях препятствовать течениию воды, вместо того чтобы заставить ее вытекать.

Но ни с той, ни с другой точки зрения мы не можем добраться до чего-либо схожего с абстрактной причинностью. Если мы будем рассматривать причинность как неизменное следствие, то не найдем ни одного случая, в котором дан-ное предшествующее было бы единственным предшествующим данного последующего. Только в том случае, если бы вода могла вытекать единстиснно от поднятия щита, мы были бы в праве сказать абстрактно, что поднятие щита есть причина течения воды. И точно так же, если мы будем рассматривать причинность как силу, мы могли бы сказать абстрактно, что сила тяготения есть причина течения воды только в том случае, если бы воду заставляла течь единственно сила тяготения. Вообще, какой бы другой пример мы ни взяли, мы всегда найдем, что о причинности можно говорить только в данном определенном случае, но нельзя

 

236

 

формулировать ее в виде общего положения, однако это беспрестанно делают. Тем не менее, в частном случае, когда мы говорим о причине, мы обыкновенно разумеем какую-то предшествующую силу. Никогда не бывает, чтобы, видя дви-жение или всякое другое изменение материи, мы не рассматривали их как про-изведенные другим предшествующим изменением. Если мы не можем найти этого предшествующего, мы все-таки считаем, что такое предшествующее существует и мысленно связывает его с последним, относит его к той предшествующей дея-тельности, которая действительно его произвела. Из этого, однако, еще не следует, чтобы это обыкновение было правильным с философской точки зрения. Другими словами, можно сомневаться не только в том, что слова «причина» и «действие» означают предыдущее и последующее, но даже в том, что причина на самом деле предшествует действию и сила предшествует изменению материи, причиной кото-рой она считается.

Предшествование причины действию подвергалось сомнению, и их одно-временность защищалась весьма искусно. Как пример этой аргументации мы можем привести следующее соображение: притяжение, заставляющее железо приближаться к магниту, – одновременно с движением железа и дажа сопут-ствует ему. Движение железа свидетельствует о наличии существующей при-чины или силы, но ничто не доказывает, чтобы притяжение было отделено от движения каким-нибудь промежутком времени. Согласно этому взгляду, время перестает быть необходимым элементом причинности, и идея причины, за исклю-чением разве только того случая, когда идет речь о первоначальном сотворении мира, теряет свое действительное существование. Доводы, которые мы приводим в пользу одновременности причины и действия, могут служить доказательством также и одновременности силы и движения. Однако, если мы даже примем эту точку зрения, мы все же не можем не принимать в расчет элемента времени в последовательности явлений, и, таким образом, рассматривая действие как всегда одновременно сопровождаемое своей соответствующей причиной, мы все же дол-жны будем относить его к какому-нибудь предшествующему действию, и мы точно так же будем рассуждать в применении к происхождению всех последовательных изменений в природе.

Привычка и отожествление мыслей с явлениями до такой степени заставляют нас пользоваться общеупотребительными терминами, что мы не можем избежать употребления слова «причины» дажа в том смысле, который послужил поводом к вышеприведенному возражению. Если бы мы его выкинули из нашего лекси-кона, то наша речь, когда мы говорили бы о последовательных изменениях, еделалась бы непонятною для современного поколения. Общераспространенное заблуждение (если я действительно прав, предполагая, что это – заблуждение) заключается в том, что абстрагируют причину и в каждом случае принимают существование общей производной причины, – существование чего-то такого, что не есть первичная причина, но что при тщательном рассмотрении оказывается необходимо обладающим всеми свойствами первичной причины и существованием, независимым от материи и господствующим над последней».

Там же, стр. 16: «Хотя слово «сила» употребляется различными авторами в весьма различных смыслах, оно все же в тесном его смысле может быть определено как то, что производит движение или противодействует ему. Несмотря на то, что я весьма склонен думать, что другие вышеназванные состояния материи фактически являются различными видами движения и что в будущем нам удастся это доказать(в дальнейших частях этого «Исследования» я приведу несколько доводов в пользу этого убеждения), – было бы, однако, и настоящее время слишком преждевременно утверждать их тожество. Поэтому я, говоря о них, буду употреблять слово «сила» как обозначающее то нераздельное с материей

 

237

 

активное начало, которое, по предположению, вызывает ее различные изменения.

33. Там же, ,cmp. 20: «Помещая гирю на стекло, мы заставили ее совершить движение, равное но своему размеру тому движению, которое она снова описала бы, если бы противодействие было удалено, и это движение массы становится показателем, или мерой силы, дгействующей на стекло. Пока стекло находится в состоянии напряжения, сила не перестает существовать и способна произвести первоначальное движение, и, хотя она как будто отсутствует, она, что касается действительного движения всей массы, все-таки на самом деле продолжает действовать на стекло. Движение приостановлено, но сила не уничтожена».

34. Hackel, Naturliche Schopfungsgeschichte, 5 Aufl. Berlin, Reimer, 187-1

Стр. 59, 60: «Как видите, согласно представлению Агассиса, творец действует при создании им органических форм точь-в-точь так же, как действует человек-архитектор, поставивший себе задачу придумать и построить возможно больше различных зданий, которые служили бы для возможно более различных целей, были бы построены в насколько возможно отличных друг от друга стилях, отличались бы возможно больше друг от друга по своей величине и по степени своей простоты, великолепия и совершенства. Этот архитектор, может быть, применял бы сначала при постройке всех этих зданий четыре различных стиля, скажем например стили готический, византийский, китайский и рококо. В каждом из этих стилей он построил бы известное число церквей, дворцов, казарм, тюрем и жилых домов. Каждую из этих различных форм зданий он ocyiществил бы в более грубом или более совершенном виде, сделал бы их различными по своей величине, сделал бы одни из них простыми, а другие великолепными и т. д. Однако, архитектор-человек был бы, пожалуй, в лучшем положении, чем божественный творец, в том отношении, что ему была бы предоставлена полная свобода во всем, что касается числа восходящих групп. Творец же, напротив, должен, согласно Агассису, всегда двигаться лишь в пределах вышеназванных шести восходящих групп или категорий, в пределах рода, вида, семейства, порядка, класса и типа. Больше, чем эти шесть категорий, для него не существует».

35. Там же, стр. 75—77: Но Гете не только старался найти такие далеко идущие законы; его вместе с тем долгое время чрезвычайно живо занимали также и многочисленные частные, по преимуществу сравнительно-анатомические исследования. Из последних наиболее интересным, может быть, является открытие межчелюстной кости у человека. Так как это открытие во многих отношениях имеет значение для эволюционной теории, то я позволю себе изложить его вам здесь вкратце. У всех млекопитающих животных существует в верхней челюсти два кусочка кости, сходящихся в средней линии лица, ниже ноздри, и лежащих посредине между двумя половинками главных костей верхней челюсти. Эту пару костей, которая носит на себе четыре верхних резца, очень легко распознать у большинства млекопитающих. Существование же ее у человека было, напротив, в то время неизвестно, и знаменитые сравнительные анатомы даже придавали очень большое значение отсутствию межчелюстной кости у последнего, так как они видели в этом главный отличительный признак между человеком и обезьяной. Странным образом отсутствие межчелюстной кости выставлялось как человечнейшее из всех человеческих свойств. У Гете не могла уместиться в голове мысль, что человек, который во всех прочих своих телесных свойствах явно представляет собою лишь более высоко развитое млекопитающее, не обла дает этой межчелюстной костью. Из общего индуктивного закона, согласно ко-торому млекопитающие обладают межчелюстной костью, он вывел a priori част-ное дедуктивное заключение, что она долша встречаться также и у человека,

 

238

 

и он не успокоился, пока он посредством сравнения большого числа человече-ских черепов действительно не не нашел ее. У некоторых людей эта кость сохраняется в продолжение всей жизни, между тем как обычно она рано срастается с близлежащей верхней челюстью, и лишь в черепах очень молодых людей ее можно обнаружить как самостоятельную кость. У человеческих эмбрионов мы можем в настоящее время показать ее, когда угодно. Межчелюстная кость, стало быть, действительно существует у человека, и Гете принадлежит честь первого констатирования этого важного во многих отношениях факта, причем надо еще прибавить, что он установил этот факт, не считаясь с возражениями главнейших авторитетных специалистов, как, например, знаменитого анатома Петра Кампера (Camper). Интересен в особенности тот путь, которым он пришел к установлению данного факта: это именно тот путь, по которому мы постоянно идем вперед в естественно-научных исследованиях организмов, путь индукции и дедукции. Индук-ция является умозаключением от наблюденных многочисленных отдельных фак-тов к некоторому общему закону; напротив, дедукция является обратным умо-заключением от этого общего закона к отдельному, еще не наблюденному в дей-ствительности случаю. Из собранных тогда эмпирических познаний получилось индуктивное умозаключение, что все млекопитающие животные обладают меж-челюстной костью. Гете вывел из этого дедуктивное умозаключение, что человек, телесная организация которого во всех других отношениях ничем существенным не отличается от телесной организации млекопитающих животных, должен также обладать и этою межчелюстной костью; при тщательном исследовании оказалось, что эта кость на самом деле существует у человека. Дедуктивное умозаключение подтвердилось последующим опытом».

36. Там же, стр. 87: «Геккель приписывает Л. Окену предвосхищение открытия протоплазмы, сделанного позднее Максом Шульцем, и открытия клеточки, сделанного позднее Шлейденом и Шванном. Он для подтверждения ссылается на следующие положения, высказанные Океном в 1809 г.:

«Все органическое произошло из слизи, есть не что иное, как получившая разные формы слизь. Эта первичная слизь возникла в мире из неорганической материи в ходе развития планет.

Всякий высший организм, всякое животное и всякое более совершенного вида растение есть не что иное, как «некоторое скопление (synthesis) таких инфузориальных пузырьков, которые благодаря сочетаниям получают разные формы и, таким образом, вырастают в высшие организмы».

37. Там же, стр. 89, 90: «Телеологический способ рассмотрения природы, объясняющий явления в органическом мире целесообразной деятельностью личного творца или целедейственной конечной причиной, необходимо приводит, если последовательно провести его до конца, или к невозможным противоре-чиям, или к двойственному (дуалистическому), пониманию природы, которое находится в решительном противоречии с повсюду воспринимаемыми нами единством и простотой ее высших законов. Философы, признающие эту телео-логию, должны необходимо принимать существование двух природ: неоргани-ческой, которую мы должны объяснять механически действующими причинами (causae efficlentes), и органической, которую мы должны объяснять причинами, действующими целесообразно (causae finales)».

38. Hackel, Naturliche Schopfungsgeschichte.

Стр. 90-91: «При чтении критики телеологической способности суждения Канта, важнейшего его биологического произведения, вы убеждаетесь в том, что при рассмотрении органической природы он по существу все время стоит на телеологической или дуалистической точке зрения, между тем как для неор-ганической природы он безусловно и безоговорочно принимает механический

 

239

 

или монистический метод объяснения. Он утверждает, что в области неорганической природы все явления могут быть объяснены механическими причинами, движущими силами самой материи, но что это невозможно в области органической природы. Он полагает, что во всей анорганологии (в геологии и минералогии, в метеорологии и астрономии, в физике и химии неорганических тел) все явления объяснимы одним механизмом (сausa efficiens) без вмешательства конечной цели. Наоборот, во всей биологии, в ботаиике, зоологии и антропологии механизм, по его мнению, недостаточен, для того чтобы объяснить нам все явле-ния; напротив того, мы можем понимать их лишь при допущении целесообразно действующей конечной причины (causa finalis). В некоторых местах Кант прямо подчеркивает, что со строго естественно-научно-философской точки зрения над-лежит требовать для всех явлений без исключения механического объяснения и что лишь механизм заключает в себе действительное объяснение. Но в то же время он полагает, что по отношению к живым телам, к животным и к растениям, наша человеческая познавательная способность ограничена и недостаточна для того, чтобы дойти до подлинной действительной причины органических процес-сов, в особенности возникновения органических форм. По его мнению, право чело-веческого разума на механическое объяснение всех явлений не ограничено, но его способность к таковому ограничена, так как органическую природу можно рас-сматривать лишь телеологически».

 

39. Hegel, Vorlesungen uber die Geschichte der Philosophie (GIockner), т. III. Стр. 603, 604: «Кант приходит при этом к следующему выводу: «Мы не делали бы никакого различия между естественным механизмом и техникой природы, т. е. целевой связью в последней, если бы наш рассудок не носил такого характера, что он непременно должен итти от общего к частному, и сила сужде-ния, стало быть, не может высказывать определяющих суждений, не обладая общим законом, под который она могла бы подвести частные факты. Частное же как таковое заключает в себе в отношении общего нечто случайное, и, однако, разум требует единства также и в соединении частных законов природы, требует, значит, закономерности, а такая закономерность случайного называется целесо-образностью. Выведение частных законов из общих a priori, посредством опре-деления понятия объекта, о котором идет речь, невозможно по отношению к тому случайному, что эти частные законы содержат в себе. Таким образом, понятие целесообразности природы в ее продуктах будет тем более необходимым для чело-веческой способности суждения, но не касающимся определения самих объектов понятием, будет, стало быть, неким субъективным принципом, будет также лишь руководящей мыслью для силы суждения, в которой не может быть высказано ничего такого, что существовало бы в себе».

 

40. Энгельс, должно быть, имеет здесь в виду одно из указываемых нами ниже (в 42-м примечании) произведений Никольсона.

 

41 Hackel в «Schopfungsgeschichte» («Естественная история сотворения мира») изображает в таблице 1 «историю жизни простейшего организма, моне-ры», открытой в 1867 г. на Ланцароте, одном из Канарских островов. Описание находится в той же книге, стр. 663 и сл.

 

42. Нам не удалось еще установить точно, каким из многочисленных учеб-ников английского зоолога Никольсона по зоологии, биологии и палеонтологии пользовался Энгельс. Об Actinophrys и Difflugia Никольсон говорит следующее в «A Manual of Zoology» («Учебник зоологии»), Edinburgh and London, W. Black-wood and Sons, 1878:

Стр. 77: «Большая часть Heliozoa живут в пресной воде, и мы можем вы-брать из них, как тип, обыкновенного наливняка (Actinophrys sol), у которых не развиты твердые части. У этих микроскопических животных тело состоит из

 

240

 

сферической массы саркоды,диаметром около 1/13000 дюйма, обычно покрытой длинными, лучевыми, волокнистыми pseudopodia, гораздо менее подвижными, чем у амебы. Деление телесной субстанции на ectosarc и endosarc видно довольно сносно, и последний содержит в себе многочисленные зернышки и пустоты».

Стр.63: «У близко родственной Difflugia саркода, образующая тело жи-вотного, снабжена перепончатой оболочкой или чешуей («carapace»), усиленной

песчинками и другими побочными твердыми частицами. Эта оболочка имеет единственное отверстие в одной конечности, через которое проходят псевдоподии».

43. См. примечание 41-е.

44. Энгельс имеет в виду книгу W. Wund, Physiologic des Menschen, § 5 .

45. Hackel, Schopfungsgeschichte.

Стр. 382: «Некоторые из этих клеток, рано замкнувшись в сумочках благодаря выделению застывшей затем оболочки, образовали первые растительные

клеточки; другие же, оставшиеся голыми, могли развиться в первые клетки животного тела. Присутствие или отсутствие покрывающей неподвижной оболочки составляет важнейшее, хотя отнюдь не всегда имеющееся налицо различие между формами растительных и животных клеток».

 

46. Там же, стр. 384, 385: «...представляют собою веретенообразные» боль-шей частью цвета яичного желтка клетки, которые иногда сидят густыми массами, объединенные в комки, а иногда совершают в высшей степени своеобразные движения. В последнем случае они образуют каким-то до сих пор еще не нашедшим себе объяснения образом сетчатый помост из лабиринтообразно сплетенных тяжей, скользят в неподвижном «нитяном пути» этого помоста. Судя по форме, мы принимали бы клетки лабиринтовых за простейшие растения, а судя по их движению – за простейших животных. На самом же деле они не являются ни растениями, ни животными».

47. Там же, стр. 451: «Эти грегарины представляют собою отчасти совер-шенно простые клетки, подобно амебам, отчасти же – цепи, образуемые двумя или тремя лежащими друг за другом клетками».

48. См. цитированное сочинение.

49. Там же, стр. 452: «А именно все прочие животные, от простейших зоофитов до позвоночных, от губки до человека, составляют сочетание разнообразных тканей и органов, которые все без исключения развиваются первоначально из двух различных слоев клеток. Этими двумя слоями являются те два первичных пласта (Keimblatter), с которыми мы уже познакомились при рассмотрении эмбриональной формы развития Gastrula (стр. 443). Внешний слой клеток, или животный (animale) зародышевый пласт (кожный пласт, или экзодерма), составляет основу животных органов, служащих для животной жизни: кожи,

нервной системы, мускульной системы, скелета и т. д. Внутренний клеточный слой, или вегетативный зародышевый пласт (кишечнкй пласт, или энтодерма), доставляет материал для построения вегетативных органов: кишек, сосудистой системы и т.д. У низших представителей всех шести высших животных пород мы встречаем еще теперь в ходе зародышевого развития гаструлу, у которой эти два первоначальных пласта выступают в простейшей форме и окружают древнейший первоначальный орган, первокишку с первортом. Мы можем поэтому объединить все эти животные (в противоположность бескишечным первоначальным животным) под названием кишечных животных (metazoa).

Все эти кишечные животные мы можем признать происходящими из одной общей основной формы (Keimform), из Gastrea, и эта давно вымершая основная форма должна была быть в главном похожей по своей организации на и теперь еще повсюду распространенную основ-

 

241

 

ную форму—на Gastrula (ср. стр. 445)- Из этой Castrula развились некогда, как мы показали выше, два различные основные формы – Protascus и Prothelmis. Первую из этих форм мы должны рассматривать как основную форму зоофитов, а последнюю – как основную форму червей».

В первый раз Э. Геккель дает в своей «Generelle Morphologic» («Общая мор-фология»), 1866, изложение своего понимания морфологической индивидуально-сти и вслед за этим (IX глава) выставляет свои тектологические тезисы (XVI глава). В других произведениях Геккеля мы находим повторения его основного изложения. Наиболее доступным является изложение отмеченной Энгельсом у Геккеля «относительности индивида» в новом издании «Generelle Morphologie» под назва-нием «Prinzipien der generellen Morphologie der Organismen» («Принципы общей морфологии организмов»). Это издание представляет собою дословную перепечатка одной части появившейся в 1866 г. «Generelle Morphologic» (эта часть носит название: «Allgemeine Grundzuge der organischen Formen-Wissenschaft, mechanisch begrundet durch die von Charles Darwin reformierte Descendenztheorie»).

50. Hackel, E., Schopfungsgeschichte, fanfzehnter Vortrag: «Schopfungsperi- den und Schopfungsurkunden», стр. 333—363. (Геккель Э., История сотворения мира, пятнадцатая лекция: «Периоды сотворения мира и свидетельства об этих периодах», стр. ЗЗЗ—363).

Idem «Anthropogenie», Leipzig, W. Engelmann, 1874. Fflnfzehnter Vortrag «Die Zeitrechnung der menschlichen Stammesgeschichte», стр. 347—368. («Антропогения» 1874, пятнадцатая лекция: «Летоисчисление истории происхождения человека», стр. 341—368).

51. Clausius, R., Ueber den zweiten Hauptsatz der mechanischen Warmetlie i rie. Ein Vortrag, gehalten in einer allgemeinen Silzung der 41. Versammlung driii scher Naturforscher und Aerate zu Frankfurt a. M. am 23 September 1867. Braiiii schweig, Fr. Vieweg, 1867. (Клаузиус Р. О втором основном законе механической теории теплоты. Доклад, читанный в общем заседании 41-го собрания немецких естествоиспытателей и врачей в Франкфурте-на-Маине 23 сентября 1867 г., Брауншвейг, Фр. Фивег, 1867).

Стр. 6—7: «Пусть нам дано некоторое количество совершенного газа, занимающего определенный объем. Когда этот газ расширяется до другого, например до двойного объема, то при этом получает место совершенно точно определеное начальным и конечным объемами увеличение рассеяния. Вместе с тем при этом расширении теплота превращается в работу. А так как в совершенном газе никакой внутренней работы не происходит, потому что молекулы находятся уже на таком расстоянии между собою, что можно пренебречь их взаимодействием, то мы принимаем во внимание только внешнюю работу, которая производится при преодолении внешнего давления, – следовательно такую работу, величину которой легко установить. Чтобы температура газа оставалась неизменной, потребляемая для этой работы теплота должна быть сообщена ему извне».

52 Энгельс, вероятно, имеет в виду спор Пастера с Dr. H. Bastian из Лондона о теории самопроизвольного зарождения. Ср. Oeuvres de Pasteur, reunis par Pasteur-Vallery-Radot, II, pp. 459—473. (Paris, 1922.)

53 Hegel, Vorlesungen uber die Geschichte der Philosophie. (Гегель,

Лекции по истории философии, т. I.)

Стр. 224: «Мы убеждаемся, следовательно, что форма кажется положенной в сущности, но это единство, однако, еще не развито далее. Jlyчше, правда, сказать: «Магнит имеет душу», чем сказать: «Магнит имеет силу притягивать», ибо сила есть род свойства, которое мы представляем себе как нечто отделимое от материи, как некий предикат, – душа же, напротив, есть тожественное с природой материи самодвижение.Но случайно взбредшая в голову Фалеса мысль стоит

 

242

 

у него одиноко и не находится ни в какой более тесной связи с его абсолютной мыслью. Она не имеет у него никакого дальнейшего применения, не определяет ничего всеобщего».

54. Huckel, E., Anthropogenie (Геккель, Антропогения).

Стр. 707, 708: «...согласно материалистическому мировоззрению материя, или вещество, существовала раньше, чем движение, или живая сила; вещество создало силу. Согласно спиритуалистическому мировоззрению дело обстоит нао-борот: живая сила, или движение, существует раньше материи, которая лишь этой силой и вызвана к существованию: сила создала вещество. Оба воззрения дуалистичны, и оба воззрения мы считаем одинаково ошибочными. Антагонизм этих двух воззрений исчезает для нас в монистической философии, которая так же мало может представить себе силу без материи, как и материю без силы».

55. И. Р. Майер высказывается в своей книге «Beitrage zur Dynamik des Himmels in popularer Darstellimg» («Популярно изложенные очерки по небес-ной динамике») следующим образом (стр. 198, 199) :

«Вследствие влияния притяжения луны и солнца нарушается равновесие подвижных частей на земной поверхности, так что морские воды стремятся к точке или к тому меридиану, над которым и под которым проходила луна. Если бы части воды обладали совершенной и не встречающей сопротивления подвиж-ностью, то вершины высокой и низкой воды во время прилива оказывались бы как раз в том меридиане, в котором находится луна, и при этих обстоятельствах не было бы траты живой силы. Но так как в действительности части воды в своем движении встречают сопротивление, то благодаря этому получается запоздание прилива, так что в морской зыби высокая вода наступает в среднем приблизительно через 2l/2 часа после прохождения луны через меридиан данного места.

Так как вода стремится с востока к западу, к лежащему под луной меридиану, а высота воды вследствие указанной причины на востоке всегда выше, чем на западе, то морская вода необходимо должна сильнее стремиться и течь от востока к западу, чем от запада к востоку. Прилив и отлив представляют собою следовательно не только попеременное повышение и понижение частей воды, но также и медленное передвижение волн от востока к западу. Приливы и отливы вызывают общее течение океана к западу.




Читайте также:
Почему человек чувствует себя несчастным?: Для начала определим, что такое несчастье. Несчастьем мы будем считать психологическое состояние...
Как распознать напряжение: Говоря о мышечном напряжении, мы в первую очередь имеем в виду мускулы, прикрепленные к костям ...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (132)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.04 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7