Когда дни были долгими 6 страница
Рэп снова вынырнул на поверхность, повернулся так, чтобы солнце светило ему в правый глаз, и поплыл. Не раз за время испытаний Рэп задумывался над тем, что же случилось с его магическими силами. Три из известных ему Слов были лишь бледными тенями Слов Силы – это те самые Слова, которые много лет назад Инос лишила действенности, выкрикнув их перед толпой слушателей. Четвертого Слова, доныне сохраняющего свое могущество, Инос не знала. Это слово Рэп некогда вырвал у Сагорна – правда, доктора пришлось хорошенько припугнуть. Теперь Рэп знал, что произошло в небесном древе Вальдориана после того, как он отправился в путь. Очевидно, Лит'риэйн разгадал последовательное заклинание, наложенное на Тинала и его компаньонов. «Развеян ветрами», – сказал чародей, и не нужно было особого воображения, чтобы понять, что означают эти слова, произнесенные в небесном древе. Вероятно, правосудие над Дарадом свершилось, и етун уже мертв. Он попытался устроить резню и мог бы перебить всех присутствующих эльфов, если бы его не остановили при помощи магии. Етун был настоящим зверем и убивал, как зверь – не задумываясь. Рэп нисколько не жалел о нем. Он не чувствовал печали – только вину. Оглядываясь в прошлое, Рэп ясно видел, что из чувства благодарности отмахнулся от здравого смысла. Он поступил неправильно, связавшись с Дарадом, особенно после того, как тот изменил заклинание. Следовало бы отпустить етуна и отправить его в Нордленд, к соплеменникам. Но кто мог сказать, что натворил бы Дарад в этом случае? Заклинание не ограничивало его во времени, и, зная, Слово Силы, он легко одержал бы верх над танами и возглавил смертоносный поход на юг, чтобы опустошить побережье Империи. Магическая сила – не игрушка для смертных. Лит'риэйн наверняка не причинил вреда остальным. Сагорн, Тинал, Джалон и Андор должны были остаться живы – вот она, причина проблем Рэпа. Слово Силы, служившее раньше только двоим, теперь было поделено на пятерых. Рэп не мог убрать собственное заклинание, ибо оказался еще более слабым волшебником, чем прежде. И пловец он не лучший, чем волшебник. Рэп плыл очень медленно, убеждая себя, что старается сберечь силы и избежать судороги, которая может его погубить. Но честно говоря, он просто не мог плыть быстрее. И вскоре, видимо, утонет. Это был не самый приятный способ умереть, но более предпочтительный, чем плен у Зиниксо. Больше всего Рэпа мучила мысль, что он исчез из жизни Инос безо всякого предупреждения, и она никогда не узнает, что его тело съели рыбы в море Печалей. Рэп перевернулся на спину, чтобы немного отдохнуть. Ему теперь приходилось отдыхать часто и подолгу. Конца плавания Рэп не запомнил. Прибой подхватил его и ударил о песчаное дно. Рэп тщетно пытался уцепиться за песок, чтобы его не унесло обратно. Потом оказалось, что он лежит на берегу в луже воды, а сзади тем временем накатывается следующая волна. У Рэпа не было сил, чтобы подняться на ноги. Пенный вал обрушился на него и проволок дальше по берегу. И снова пришлось цепляться за песок, сражаясь с волной. Ему удалось протащить свое тело на несколько пядей вперед, и следующая волна его уже не достала. Наконец-то он был в Тхаме. Или на Керите, или где-нибудь еще. Рэп чувствовал себя выброшенным на берег бревном – он не мог даже приподнять голову. А ему нужно было найти воду и какую-нибудь тень, иначе солнце сожжет его. Рэп почувствовал, что засыпает, но поддаваться сну было нельзя – сон означал смерть. Долетевшие до Рэпа звуки возни заставили его открыть глаза. Большая чайка села рядом с ним на песок и теперь тщательно складывала крылья на спине. Потом она принялась рассматривать Рэпа желтым блестящим глазом. Во взгляде не было ни малейшего сочувствия. – Убирайся! – пробормотал Рэп. На губах у него запеклась корка соли. – Кыш! Чайка посмотрела на него другим глазом. Еще одна чайка села с другой стороны от Рэпа – слева, где он не мог ее видеть. – Я еще не умер. Погуляйте пару часиков. Первая чайки сделала пару шажков в сторону Рэпа. До чего же унизительно! Надо же было ослабеть настолько, чтобы даже дуры чайки норовили выклевать ему глаза. Рэп чуть не расплакался от бессильной ярости. – Кыш! Прочь отсюда! Еще несколько чаек с пронзительными криками закружили у него над головой. Ну вот, теперь они станут слетаться сюда, точно мухи. Хоть бы несколько глотков пресной воды, и, может, он сумел бы найти в себе силы двигаться. А пить морскую воду – все равно что топиться изнутри. Он и так, похоже, здорово понизил уровень океана. У Рэпа кружилась голова, а внутренности сводило судорогой. Чайка яростно забила крыльями и поднялась в воздух. Интересно, что это ее напугало? Сквозь грохот прибоя Рэп услышал голос – человеческий голос. Со вздохом облегчения он повернул голову и посмотрел налево. К нему бежала девушка, черноволосая, как Кейди. Рэп разобрал слово, которое она кричала на бегу. Наверное, он бредит, и все это ему кажется.
– Папа, папа, папочка… Бред это был или не бред, но к тому моменту, когда девушка добежала до него, Рэп сумел кое-как приподняться. Это не могла быть Кейди, но выглядела она точно так же – юная девушка-имп с длинными черными волосами и изумрудными глазами. Ну, может, чуть тоньше, чем та Кейди, которую помнил Рэп. На ней были длинная полосатая юбка и белая кружевная блузка. И рапира? Это явно была галлюцинация. Но у девушки из этой галлюцинации был точно такой же голос, как у Кейди. Она остановилась в нескольких шагах, отчаянно вглядываясь в Рэпа. – Папа, это ты? Рэп протянул дрожащую руку и попытался произнести ее имя, вместо этого из его горла вырвался приглушенный хрип: – Воды! Девушка попятилась и осмотрелась по сторонам. Это никак не могла быть Кейди! Какая-то другая девушка… женщина. Может, это волшебство? Нет, магия не смогла бы проникнуть через его щит. Потом кто-то протянул Рэпу кубок с холодной водой и чьи-то руки помогли поднести его к губам. Рэп никак не мог утолить жажду и пил, пока его не стошнило. – Зачем вы защищаетесь? – спросил женский голос. – Если бы вы убрали свой щит, я смогла бы помочь вам. – Я не могу. – Ну это нетрудно. Вот так! Рэп почувствовал, как оккультная сила вливает в него жизнь. Боль ушла, и в голове наконец-то просветлело. Рэп протер глаза. Только сейчас он по-настоящему разглядел все, что его окружало, – песок, жгучее солнце и пенный прибой. И две девушки. Одна из них явно пикс. Глаза как у эльфов, большие и чуть раскосые, но необычайного золотого цвета. Уши даже более заостренные, чем у эльфов, волосы цвета лесного ореха, кожа смуглая, нос широкий. По внешности пиксов, как и по внешности эльфов, нельзя судить об их возрасте, но не вызывало сомнения, что она очень молода. Вторая девушка была старшей дочерью Рэпа или ее точной копией. – Кейди! Это действительно ты? – И Рэп радостно вскочил. Кейди попятилась. Рэп заключил ее в объятия, но Кейди не ответила, лишь сжалась. Когда Рэп отпустил ее, она быстро отступила поближе ко второй девушке, и вид у нее был перепуганный. – Кейди? «Она перенесла ужасные испытания, ваше величество». Только теперь Рэп ощутил присутствие магической силы. Это была лишь бледная тень прежнего окружения – еще бы, ведь силу-то он потерял! – однако он сумел понять, что девушка-пикс была очень сильной волшебницей. Пошатнувшись, Рэп поклонился ей: – Я Рэп из Краснегара. – Я архонт Тхайла из Колледжа, – ответила девушка. «Ваша дочь побывала в плену у гоблинов. Нет, ей не причинили вреда, но она до сих пор не может оправиться от потрясения. Возможно, Кейди успокоится, если вы оденетесь – вид мужчины с голой грудью заставляет ее сильно нервничать. Вам помочь?» – Я очень рада видеть тебя, папа, – неуверенно произнесла Кейди. «Да, пожалуйста», – ответил Рэп девушке-пиксу, и через мгновение на нем появились рубашка и сандалии, а его мокрые шерстяные бриджи превратились в длинные хлопчатобумажные брюки, приятно холодившие тело. – Кейди, доченька! Рэп снова обнял ее, и, кажется, на этот раз, когда он не выглядел больше полуголой жертвой кораблекрушения, она чувствовала себя спокойнее. Но когда Рэп разомкнул объятия, Кейди, натянуто улыбаясь, все-таки поспешила вернуться к своей спутнице. Что же случилось с его маленькой шалуньей, способной перевернуть с ног на голову все королевство? Неужели столкновение с жизнью так повлияло на романтичную принцессу, смотревшую на мир с радостным изумлением? На глаза Рэпа навернулись слезы. Бедная Кейди! «Кто это сделал? И что случилось?» «Она много месяцев провела в плену у гоблинов, – печально сказала волшебница. – Даже с рассветом подобные кошмары исчезают не так-то легко». – Кейди, а что с мамой? Кейди неуверенно заморгала и вцепилась в руку спутницы, словно нуждалась в поддержке. – Мама и Гэт ушли вместе с императором, папа. Я не знаю, что с ними случилось потом. – Гоблины захватили Кинвэйл? Кейди кивнула и еще ближе придвинулась к подруге. – Они сожгли город и собирались убить императора, но Гэт его спас, то есть спасла мама, потому что Гэт сказал ей, кто это такой. А потом Птица Смерти взял меня в заложницы и хотел отдать замуж за своего сына, Кровавого Клюва, а остальных он отослал вместе с дварфами. – И Кейди испуганно посмотрела на отца. Отдать ее в жены? Дварфы? Откуда там взялись дварфы? Рэп прикусил язык. Очевидно, как и сказала Тхайла, Кейди все еще не отошла от потрясения. Волшебством можно было исцелить телесные раны, но не душевные. Птенчик мой! – Ну как бы то ни было, я очень рад, что теперь ты в безопасности, – сказал Рэп, заставив себя улыбнуться. Кейди улыбнулась в ответ, но все так же неуверенно. – И я рада за тебя, папа. Я надеялась, что ты придешь и спасешь меня, но так и не дождалась тебя. Я молилась Богу Спасения. Скажи, Бог Спасения существует? Рэп почувствовал, как у него сжалось сердце. – Не знаю, Кейди. Но кто же тебя все-таки спас? – Меня спасла Тхайла! «Она была в Бандоре, ваше величество». «И видела побоище?» «Кейди оказалась единственной, кто при этом уцелел. Я обратила на нее внимание из-за рапиры». Рапиры? Какой рапиры? Рэп в замешательстве посмотрел на дочку. Он вспомнил, что совсем недавно видел у нее на бедре рапиру. Да, действительно, рапира и сейчас была там, но теперь она казалась ему какой-то расплывчатой. Откуда Кейди взяла волшебную рапиру? О Боги! Кейди, его девочке, посчастливилось выжить во время этого ужасного избиения! Рэп глубоко вздохнул и осмотрелся, стараясь сосредоточиться. Они стояли на берегу, у самой кромки воды. За полосой белого песка лежали поросшие травой дюны, переходившие затем в невысокие холмы, по которым разбежались купы деревьев. Залитая солнцем земля была исполнена безмятежности. Тхам. Это был Тхам. И здесь он нашел Кейди. Вторая девушка – или все-таки женщина? – смотрела на Рэпа с беспокойством. – Так это и есть Проклятая страна? – спросил Рэп, веря и не веря. – Я знал, что она и сейчас населена, – мне рассказала жена, она побывала здесь много лет назад. Я догадывался, что в Тхаме не обошлось без магии. Но мне так и не удалось никого в этом убедить. Вас защищают необыкновенно сильные заклинания. «Я знаю о вашей жене. Очень немногие побывали здесь и ушли целыми и невредимыми, ваше величество». «Пожалуйста, называйте меня просто Рэп. Как звучит ваш титул – архонт? Вы правите этими землями?» Лицо девушки посуровело. «Тхамом правит Хранительница, и сейчас я отведу вас к ней». Гм! Его дикие предположения оказались совершенно правильными. В Тхаме присутствовала магия, могущественная магия. Конечно, это вовсе не означало, что он здесь – желанный гость. Кем бы там ни была эта Хранительница, но при ее упоминании Кейди содрогнулась. Но Кейди в безопасности, хоть и не совсем в порядке, и это было замечательно. Ведь она, как и сам Рэп, пришла в эту потаенную страну незваным гостем. Боги предупреждали, что он потеряет одного из своих детей. Не относилось ли это предупреждение к Кейди? У Рэпа появилось гнетущее чувство, что какая-то часть личности Кейди утрачена, и, возможно, навсегда. Или все-таки предсказание относилось к Гэту? И где теперь Инос? Быть может, эта Хранительница ответит ему хоть на какие-то вопросы.
Войска халифа двигались по побережью Утреннего моря подобно гигантской тысяченожке. Слева от них вздымались безжизненные пики Прогиста, а справа бились об утесы морские волны. Похоже, единственными обитателями этой пустынной местности были морские птицы. Никаких карт этой бесплодной земли не существовало, но зато существовали старые доклады имперской армии, некогда вторгшейся в Зарк с суши, а значит, и возможность проделать этот путь в обратном направлении. Армия остановилась лишь на то время, которое требовалось, чтобы навести переправу через русла пересохших рек или разведать подходящий маршрут. Вода выдавалась строго по норме. Но в целом поход проходил именно так, как было запланировано. Халиф был доволен. По крайней мере, так сказала Зарга. Азак выполнил свое обещание доставить Инос в Тхам. Она ехала в закрытой повозке вместе с шестью женщинами халифа. Повозка нестерпимо скрипела, Инос укачивало до дурноты. Тяжелые занавески почти не пропускали воздуха, нельзя было даже посмотреть на места, по которым пролегал путь. Запряженная волами неуклюжая повозка не имела рессор, и несчастных пассажиров нещадно трясло – от этого не спасали даже шелковые подушки. Иногда повозка резко кренилась набок, и тогда у ее борта образовывалась куча подушек и громко визжавших девушек-джиннов. В этой свалке Инос вновь и вновь падала на вывихнутое плечо или больно ударялась распухшим лицом, и в таких случаях ей стоило большого труда удержаться и не высказать все, что она думает о великом Азаке. Это была одна из трех повозок, в которых везли женщин из сераля, сопровождавших халифа во время походов. Отобрали лишь самых любимых наложниц, и все они гордились выпавшей им честью. Все они были очень молоды и прелестны. Все, кроме Инос. Инос скрипела зубами, слушая их пустую болтовню. Они восхваляли халифа и благодарили счастливую судьбу, позволившую им служить их господину. У Инос было свое мнение по этому поводу. Она привела своих товарок в замешательство тем, что ответила на все их вопросы, при этом ухитрившись толком ничего не сказать. И все потому, что они не знали, о чем надо спрашивать, так как лишь смутно догадывались о существовании какого-либо другого мира, кроме гарема, или других народов, кроме джиннов. Иногда они приводили Инос в замешательство. Эти женщины могли быть злобными, словно ядовитые змеи, и не раз принимались царапать друг друга, но все же в них угадывалась какая-то странная невинность. Они были игрушками, словно золотые рыбки в чаше с водой. Им с детства привили веру в то, что смысл всей их жизни – доставлять удовольствие халифу и рожать ему сыновей. Азак был для них средоточием вселенной, их Богом. Как они ухитрялись быть счастливы при такой ограниченности? Но они действительно были счастливы. Инос никогда не встречала людей, настолько довольных жизнью. И все-таки Инос предпочитала общаться с этими безмозглыми крольчихами, а не с их надсмотрщицей Нуркиной, главной смотрительницей гарема. Нуркина, на редкость ядовитая старая карга, наверняка была одной из многочисленных сестер Азака. Вот уж кого безмозглый крольчихой не назовешь! Сводить Нуркину и Инос вместе было все равно, что лить масло в огонь. К счастью, сейчас Нуркина ехала в другой повозке. В полдень караван ненадолго остановился, и халиф вызвал в свой шатер пятнадцатилетнюю Заргу. Теперь, когда они снова тронулись в путь, Зарга делилась новостями со своими товарками. Халиф доволен тем, как продвигается его армия. Он весел, очень энергичен и требователен – а это хороший знак. Зарга доставила ему большое удовольствие – халиф сам так сказал. Они только об этом и говорят. Маленькие идиотки! Быть может, халиф даже призовет ее сегодня вечером, щебетала Зарга. Эти дурочки только об этом и мечтают. Возлечь на ложе халифа дважды в день считалось величайшей удачей. Прежде чем соединиться с ней, халиф надел на нее изумрудный пояс. Это очень большая честь, поделилась радостью юная счастливица. Остальные девушки поспешили заявить, что с ними халиф тоже это проделывал, и не раз. Повозка дернулась, накренилась, выпрямилась, снова накренилась. Снаружи солдаты пели походную песню о славе и непобедимости халифа. Зарга с жалостью посмотрела на Инос. – Это очень глупо – сопротивляться ему, – с чувством собственного превосходства сказала она. – Я и не сопротивляюсь, – распухшими губами пробормотала Инос. – Потому он меня и ударил. Девушки с недоумением посмотрели на нее. – А, так он велел тебе сопротивляться?.. Почему же ты не сопротивлялась? – Наверное, побоялась, – мрачно сказала Инос. У нее болело не только плечо, но и другие места, причем часть из них она отбила уже в повозке. – А правда, что он использует магию, чтобы поддерживать свою мужскую силу? Девушки потрясенно завизжали, выражая негодование. Видимо, высказывание Инос граничило с государственной изменой. Но зато благодаря этому замечанию разговор повернулся в нужное ей русло. Инос была пленницей, и ей приходилось терпеть все, что с ней делали, но она не упускала ни малейшей возможности, чтобы побольше разузнать об Азаке, о том, как он стал властелином Зарка, его взаимоотношениях с волшебниками. Азак наверняка бы удивился, узнав, как много могут порассказать о его делах наложницы, когда рядом нет Нуркины. Инос еще не представляла, для чего ей могут пригодиться эти сведения, но одно знала точно: однажды она поквитается с Азаком ак'Азакаром ак'Зоразаком. Он изнасиловал ее тогда, на столе, еще два раза у себя в шатре и, похоже, собирался продолжать в том же духе до конца путешествия.
Долгие месяцы Рэп прожил в мире, где волшебство нужно было таить, словно золото в придорожном трактире, копить и расходовать только при крайней нужде. В Тхаме все было не так. Эта девушка, Тхайла, уже щегольнула своим могуществом, когда восстановила силы Рэпа и дала ему одежду, но теперь проявление ее силы было сродни мощному удару молнии.
Залитый солнцем берег исчез, звуки прибоя словно ножом отрезало. Потрясенный Рэп пошатнулся – его окружали непроходимые джунгли. Исполинские стволы устремились ввысь, воздух был душным и влажным, словно губка, в первозданном полумраке струился зеленоватый свет, все звуки казались приглушенными. Рэп услышал, как всхлипнула Кейди, и ему захотелось взять ее за руку, но он подавил этот порыв. В обращении с Кейди требовались забота, любовь и терпение. Сейчас она, похоже, больше радовалась присутствию Тхайлы, чем обществу отца. Отчуждение дочери причиняло Рэпу боль, но пока он не решался попытаться изменить положение вещей из боязни еще больше растревожить ее. Сначала Рэп увидел своих спутниц, а потом – древнюю каменную громадину, искрошившуюся, поросшую мхом. Тхайла уже спускалась по скользкому склону. Кейди шла рядом с ней, держась за ее руку. Рэп последовал за ними и оказался во влажном темном склепе. Затем дверь привела его в зал, в котором было посветлее – просто потому, что тьму гуще, чем в предыдущем помещении, просто невозможно себе представить. Холод каменных плит чувствовался даже сквозь сандалии. Стены пола уходили ввысь и терялись во тьме. Рэп застыл. Мрачноватая величественность этого древнего храма внушала благоговейный страх. В ней была святость, печаль и невыразимое ощущение власти. Рэп ожидал найти в Тхаме что угодно, но не это. Он вообще не мог себе представить ничего подобного. – Что это за место? – Рэп невольно перешел на шепот, словно опасался нарушить мертвое безмолвие. – Это Часовня, – пробормотала Тхайла. – Я думаю, нам с Кейди лучше подождать здесь, король Рэп. Вас ждут. Его действительно ждали. Рэпа охватило жутковатое ощущение, будто само здание осознает его присутствие. Беспорядочно разбросанные окна зияли, словно раны, и скалились обломками разбитых каменных кружев. Все пропорции были неправильными, даже какими-то зловещими. Когда глаза Рэпа привыкли к полумраку, он заметил, что в Часовне нет никакой мебели, не считая маленького кресла в дальнем углу. В этом кресле угадывались неясные очертания фигуры того, кто ждал Рэпа. Рэп заставил себя подойти ближе. Теперь он понял, где находится сердце тайны, источник святости и силы. Из дальнего угла струилась печаль. У Рэпа волосы встали дыбом, когда он уловил сильную боль и отзвуки гнева. Кем бы ни было это существо, оно знало, что Рэп здесь. И не кто иной, как Рэп, вызвал его негодование. Размеренным шагом Рэп приблизился к сидевшей в кресле женщине. Если бы Рэпу не было сказано, что его ожидает женщина, он не сумел бы определить пол этого существа. Она была укутана в темный плащ с капюшоном, и он не ощущал ее магического присутствия. Сперва Рэп удивился, но потом вспомнил рассказ Шанди о женщине, которая явилась ему и рассказала о бассейне-прорицателе, и понял, что круг замкнулся. Наконец-то тайна была разгадана. Когда он встречался с Лит'риэйном, они пошутили по поводу приветствий, принятых у разных народов. Но кто же мог знать, какое приветствие принято у пиксов, если о них вот уже тысячу лет не было ни слуху ни духу? И кто посмел бы вести себя легкомысленно в этом священном месте? Рэп остановился на почтительном расстоянии и низко поклонился. – Меня зовут Рэп. Я пришел с миром. Если она была мирянкой, то почему даже при помощи дальновидения Рэп не мог ничего разглядеть под скрывающим ее покровом? Если она волшебница, то почему он ее не чувствует? Кто она такая? Довольно долго женщина молчала. Потом прозвучал ее голос, подобный шелесту ветра в листве: – Я – Хранительница. Она подняла руку и откинула капюшон. Теперь Рэп знал, кто она такая. Изможденное лицо, измученные глаза… Някогда прежде он не видел подобного лица, но узнал его с первого взгляда. Дело понемногу прояснилось. Рэп опустился на колени и почтительно склонил голову. Женщина вздохнула: – Вы знаете, кто я такая. – Да, госпожа. Некогда я тоже знал пять Слов Силы. – И долго? – Несколько месяцев. – При воспоминании об этом Рэп содрогнулся. – А вы? – прошептал он. Когда женщина наконец ответила, ее голос звучал еще тише: – Семь лет. Рэп не мог представить, на что похожи семь лет подобного испытания и как с этим можно жить. Каждое мгновение было для нее пыткой, и даже простое существование в оковах измученной плоти требовало непрерывной борьбы. Полубогу неведом сон. – Вы здесь – нежеланный гость, – сказала Хранительница. – Но вы знаете, что привело меня сюда. – Безрассудства, творящиеся во внешнем мире, нас не касаются. – Но вы разговаривали с императором и рассказали ему о бассейне-прорицателе. Хранительница снова вздохнула: – Это было ошибкой и к добру не привело. – Я думаю, госпожа, это еще может привести к добру. Шанди нашел Сагорна и Рэпа. По словам Кейди, Гэт узнал императора как раз вовремя, чтобы Инос успела спасти его от гоблинов. Ило сохранил верность Шанди в надежде соблазнить его жену и потому помог ему бежать из Хаба. Все события произошли благодаря видениям, возникшим в бассейне. – Возможно, мое вмешательство отсрочило падение, – прошептала Хранительница, – но не изменило к лучшему окончательный исход. Я могла навлечь на себя немилость Богов тем, что преступила пределы, которые они определили для Кииф. – Кииф? – переспросил Рэп. Женщина отвернулась и посмотрела в другой угол. Оттуда исходило ощущение сильной боли. – Там лежит первая Хранительница. Ваше присутствие пробудило древнюю злобу, Рэп Краснегарский. – Я не собираюсь причинять никакого вреда. – Но вы его причиняете! – Хранительница выпрямилась, ее окружила вспышка ярости. – Вы надеетесь заручиться нашей помощью в безнадежной борьбе против того, кто называет себя Всемогущим. Вы хотите, чтобы мы забыли о тысячелетии жертв и отречения! Хотите разрушить стены, защищавшие от опасности многие поколения пиксов! Неистовство ее ответа потрясло Рэпа. – Но разве битва против Зла не является всеобщим долгом? – Не рассказывайте мне о том, что такое Зло! – В голосе Хранительницы зазвенела горечь. Возглас эхом отдался от стен. – Страдания, которые Тхам претерпел по вине внешнего мира, избавляют нас от всех долгов перед ним. Такова уступка, которую Кииф добилась у Богов. Мы должны держаться в стороне от внешнего мира и не вмешиваться в его дела. – Значит, вам неизвестно, что сейчас происходит в мире. – Мне прекрасно это известно. В число обязанностей Хранительницы входит наблюдение. Иногда мы даже отправляем кого-нибудь за пределы Тхама, дабы оценить обстановку. Но знание не должно заставлять нас действовать. С тем же успехом Рэп мог бы пытаться переубедить гранитную колонну. Его дело было безнадежным. – Тогда скажите мне, какова ситуация сейчас. Рэп сразу же усомнился, что поступил разумно, задав этот вопрос. Иссохшее лицо Хранительницы исказила загадочная улыбка. – Дела не стоят. Они изменяются с каждым вашим вздохом. Сила Всемогущего возрастает. Даже я – полубогиня! – не смею появляться за пределами своих владений, чтобы не быть узнанной. – Если мы сможем объединить всех вольных волшебников… – Вам все равно будет не по силам тягаться со Сговором. Эти страшные слова прозвучали словно приговор. Если это правда, то война проиграна. Рэп почувствовал, как его сердце заполняет холодное отчаяние Часовни. Он боролся с древним отрицанием, которое чувствовал в этом странном месте, с застывшей безнадежностью, с тысячелетним отречением. – При всем моем уважении к вам я не понимаю, как вы можете это знать. – Могу. И знаю. Я наблюдала, как Зло набирает силу, задолго до того момента, когда об этом узнали смотрители, и приняла меры. – А если бы к нам присоединились те волшебники, которые наверняка есть в Тхаме, и вы сами, с вашей мощью полубога, разве наши силы не стали бы равны, госпожа? – Да, они стали бы сопоставимы, – признала Хранительница, – но перевес все равно был бы не в нашу пользу. Не рассчитывайте на наши силы. Мы должны заботиться о собственной безопасности и не станем ввязываться в безнадежное дело. Его поиски обречены не провал! Рэп в гневе вскочил. Он был выше Хранительницы, но ее сила оказалась столь велика, что Рэп по-прежнему чувствовал себя так, словно лежал перед ней ниц. – Как вы можете надеяться сохранить свою тайну?! Вы же знаете сущность этого дварфа. Чем сильнее он будет становиться, тем сильнее возрастет его страх. Став властелином мира, он непременно постарается подчинить себе и Тхам. Он доберется до вас и уничтожит! – Эта земля сокрыта от него и таковой останется, – ледяным тоном ответила Хранительница. – В таком случае могу я забрать свою дочь и уйти с миром? Запавшие глаза Хранительницы заблестели. – Нет. Я сказала, что не могу вмешиваться в дела внешнего мира. А отпустить вас с тем, что вы узнали, значит повлиять на ход событий. Этого Рэп и боялся. – Вы расставили хитрую ловушку! – горько сказал он. – Зато недвусмысленную. Вы с девушкой останетесь в Тхаме. Возможно, здешняя жизнь покажется вам скучной, но это лучше, чем пытки, которые уготовил для вас Зиниксо. А когда вам придет время умереть, волшебник, вы передадите нам ваши Слова Силы – в уплату за содержание. – Но… – Таково мое решение! – И Хранительница растаяла во тьме, словно струйка дыма. Часовня опустела. Могила в углу продолжала свой тысячелетний горестный плач.
Надежде, близкой всем, заказан путь:
Он оглядел пустынную страну, Тюрьму, где, как в печи, пылал огонь, Но не светил, и видимою тьмой Вернее был, мерцавший лишь затем, Дабы явить глазам кромешный мрак, Юдоль печали, царство горя, край, Где мира и покоя нет, Куда надежде, близкой всем, заказан путь.
Мильтон. Потерянный рай
Глава 8 Юный менестрель
Взмах! Взмах! Взмах!.. «Кровавая волна» неслась по седому от пены морю. При каждом погружении весел нос корабля взлетал над волнами. Весла двигались слаженно – так же слаженно, как, словно на едином дыхании, действовали мускулистые гребцы: лопасти вверх, головы вниз, лопасти вниз, головы вверх; взмах, взмах! Темп был беспощадный. Гэт еще никогда не видел, чтобы Драккор так понукал свою команду. Казалось, что эти задыхающиеся, исходящие потом люди вот-вот умрут от изнеможения. На побагровевших лицах вздулись жилы. Почти у каждого весла рукоять была измазана кровью, но никто не соглашался, чтобы его сменили, ведь это было состязание в скорости. Вся команда готова была скорее умереть, чем проиграть. Гэту это казалось глупостью. Он был етуном только наполовину – если совсем уж точно, на две четверти, – и, наверное, в его смешанной крови не хватало чего-то такого, что позволило бы ему понять, почему так важно причалить к берегу на десять минут раньше другого корабля. А кроме того, благодаря своему предвидению Гэт и так знал, что «Кровавая волна» выиграет. Заранее известный исход волноваться не заставляет.
Популярное: Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе... Как выбрать специалиста по управлению гостиницей: Понятно, что управление гостиницей невозможно без специальных знаний. Соответственно, важна квалификация... Генезис конфликтологии как науки в древней Греции: Для уяснения предыстории конфликтологии существенное значение имеет обращение к античной... Почему стероиды повышают давление?: Основных причин три... ![]() ©2015-2024 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (436)
|
Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку... Система поиска информации Мобильная версия сайта Удобная навигация Нет шокирующей рекламы |