Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь


Глава 3. Основание для возбуждения уголовного дела и основания отказа в возбуждении уголовного дела





После установления законного повода в стадии возбуждения уголов-ного дела для принятия законного и обоснованного решения необходимо определить достаточность для этого оснований. Это же продиктовано и принципом публичности уголовного процесса.

В ч. 2 ст. 140 УПК РФ под основанием для возбуждения уголовного дела понимается наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Данная норма перенесена в УПК РФ из УПК РСФСР без изменений.

Что же понимать под достаточными данными? Состав преступления содержит в себе следующие элементы: объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона. Какие же элементы состава необходимо установить для обоснованного возбуждения уголовного дела? Бесспор-ным является установление самого события преступления, а именно: объекта преступления, т. е. охраняемых уголовным законом обществен-ных отношений на которые совершено посягательство; объективной стороны, т. е. действия (бездействия), направленного на нарушение охраняемых уголовным законом отношений. Исходя из этого, С. Г. Бандуриным сформулировано следующее понятие оснований для возбуждения уголовного дела: «Основанием для возбуждения уголовного дела является достоверное установление достаточных данных, указывающих на признаки объективной стороны состава преступ-ления»[36]. Данная дефиниция призвана конкретизировать норму УПК РФ, однако по нашему, мнению ограничиться на момент возбуждения уголовного дела знанием только о событии преступления не всегда представляется возможным. В ряде случаев для возбуждения уголовного дела необходимо установить субъект преступления (ст. 201 УК РФ «Злоупотребление полномочиями», ст. 291 УК РФ «Дача взятки»), так как без наличия специальных признаков субъекта будут отсутствовать признаки конкретного преступления. В ИУ, на момент принятия итогового решения в стадии возбуждения уголовного дела, субъект, как правило, известен (ст. 313 УК РФ «Побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи, ст. 228 УК РФ «Незаконные приобретение, хранение перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов»). В некоторых случаях, лицо, совершившее преступление, может быть не известно (ст. 105 УК РФ «Убийство»), в таком ситуации установление лица, совершившего преступление, не является обязательным для принятия решения о возбуждении уголовного дела.



Таким образом, для возбуждения уголовного дела должны быть установлены необходимые для каждого конкретного случая элементы состава преступления. Причём, достаточно лишь вероятностного знания о признаках преступления, так как более точно все элементы состава преступления должны быть установлены в стадии предварительного расследования. В некоторых случаях, должностные лица, производящие доследственную проверку перестраховываются и стремятся на стадии возбуждения уголовного дела установить достоверно все признаки состава преступления. Считаем такую практику порочной, так как проводится своего рода расследование на стадии возбуждения уголовного дела, и в последствии такая деятельность дублируется в стадии предварительного расследования. Кроме того, такая детальная проверка затягивает сроки принятия решения, что может нарушить права и законные интересы как лиц пострадавших от преступлений, так и лиц их совершивших.

Согласно ч. 1 ст. 148 УПК РФ при отсутствии основания для возбуждения уголовного дела следователь, орган дознания или дознаватель обязаны вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

В отличие от понятия «основание возбуждения уголовного дела», УПК РФ не содержит определения оснований отказа в возбуждении уголовного дела. Определение данного основания является не менее важным и теснейшим образом связано с обеспечением прав и законных интересов личности

Решение об отказе в возбуждении уголовного дела является правоприменительным решением, в котором отражается отрицательный ответ на вопрос о необходимости продолжения производства по уголовному делу. Следовательно, если решение о возбуждении уголовного дела носит характер промежуточного процессуального решения, которое даёт возможность для продолжения исследования обстоятельств дела и исправления возможной ошибки (например, уголовное дело возбуждено, хотя на самом деле события не было и уголовное дело прекращается в дальнейшем), то отказ в возбуждении уголовного дела исключает последующее исследование события, о котором было сообщено в заявлении о возбуждении уголовного дела и по своей сути является окончательным решением. С этой точки, зрения постановление об отказе в возбуждении уголовного дела схоже по своей правовой природе с постановлением о прекращении уголовного дела или с приговором суда, которые также носят окончательный характер.

В связи с окончательным характером решения об отказе в возбуждении уголовного дела, особого внимания заслуживает определение оснований для данного отказа. УПК РФ в ч. 1 ст. 148 прямо не говорит об обстоятельствах, предусмотренных ст. 24 УПК РФ, как об обстоятельствах, влекущих отказ в возбуждении уголовного дела. Данный факт был отмечен Л. М. Карнеевой (ещё в период действия УПК РСФСР), которая писала, что «... в норме закона на первом месте – не основание собственно отказа в возбуждении уголовного дела, а отсутствие оснований к его возбуждению»[37].

Таким образом, формулировка ч. 1 ст. 148 УПК РФ позволяет сделать вывод о том, что закон в качестве оснований для отказа в возбуждении уголовного дела указывает лишь на отсутствие оснований для его возбуждения, т. е. на отсутствие события и состава преступления.

Схема построения ст. 24 УПК РФ (которая, по сути, повторяет систему ст. 5УПК РСФСР) включает в себя обстоятельства, являвшиеся одинаково как обстоятельствами, влекущими отказ в возбуждении уголовного дела, так и обстоятельствами, влекущими прекращение уже возбужденного уголовного дела, вызывает нарекания. На нецелесообраз-ность такого построения закона обращал внимание ещё Р. Д. Рахунов, который указывал, что «…разделение этой статьи на две, из которых одна содержала бы условия, исключающие возбуждение уголовного дела, а другая – основания прекращения уже возбужденного дела, создало бы условия, устраняющие неправильное толкование закона»[38].

С этим выводом сложно не согласиться, так как такое разделение вытекает, в первую очередь, из специфичности задач и процессуальных механизмов стадии возбуждения уголовного дела, что обуславливает невозможность установления определённых обстоятельств, предусмот-ренных ч. 1 ст. 24 УПК РФ в этой стадии[39].

Во-первых, истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Уголовный закон ставит возможность освобождения от уголовной ответственности за истечением сроков давности в зависимости от категории преступления. Следовательно, уже в стадии возбуждения уголовного дела необходимо определить точную квалификацию преступления, однако это не отвечает назначению данной стадии.

Во-вторых, вызывает сомнение отказ в возбуждении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого (п. 4. ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Так как, необходимо точно установить лицо, совершившее преступление и доказать, что именно это лицо виновно в совершении преступления, что, вряд ли, возможно в стадии возбуждения уголовного дела, кроме того на этой стадии нет таких участников уголовного процесса как подозреваемый, обвиняемый – они появляются позже в стадии предварительного расследования. При принятии такого решения в стадии возбуждения уголовного дела, лицо фактически бездоказательно признаётся виновным. В данном случае можно возразить: закон содержит гарантию того, что невиновное лицо не будет признано виновным, так как отказ от производства и прекращение производства по уголовному делу невозможны, если есть необходимость в реабилитации умершего. Однако не ясно, что будет основанием для производства по уголовному делу в целях реабилитации умершего. Необходимо согласиться с А. Б. Дивае-вым, который указывает на необходимость исключения такого обстоятельства, как смерть возможного обвиняемого, из числа обстоятельств, влекущих отказ в возбуждении уголовного дела, оставив его только в качестве обстоятельства, влекущего прекращение уголовного дела при условии доказанности виновности умершего и отсутствии необходимости продолжения производства по делу для его реабилитации[40].

В науке не сложилось единого понимания такого обстоятельства, влекущего отказ в возбуждении уголовного дела, как отсутствие события преступления. Для установления отсутствия события преступленияважно различать это понятие и иное основание – «отсутствие состава преступления». Каждое из них представляет разные основания отказа в возбуждении уголовного дела, а значит, влечёт и различные юридические последствия такого отказа. Отказ в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления не исключает последующей юридической ответственности лица, совершившего данное деяние. Речь может идти о привлечении лица к дисциплинарной, административной, гражданско-правовой, но не к уголовной ответственности. Совершенно иная ситуация возникает, когда в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием «события преступления». Здесь лицо не подлежит не только уголовной, но и любой другой ответственности.

В научной литературе разными авторами в качестве случаев «отсутствия события преступления»приводятся следующие.

Так, например, ряд процессуалистов считает, что данное основание может применяться лишь тогда, когда не существовало никакого деяния, послужившего причиной сообщения о преступлении, в том же случае, когда проверяемое событие (деяние) было, однако оно не является преступным, следует говорить об отсутствии состава преступления[41].

Другие ученые относят к отсутствию события преступления следующее: событие отсутствовало (ложное заявление о преступлении, заблуждение лица относительно пропажи денег и т. д.); событие произошло, но оно не было результатом деяния человека (стихийное бедствие, действия животных, неконтролируемые физические или химические процессы и т. д.); событие произошло, но оказалось результатом действия пострадавшего (самоубийство, несоблюдение правил дорожного движения пешеходом и т. п.)[42]; событие произошло, но это не явилось результатом неправомерных действий, т. е. событие ошибочно воспринято как преступление (собственник передал вещи другому лицу, не сообщив об этом домочадцам, член семьи переставил автомобиль в другое место без ведома владельца и т. д.)[43].

По мнению Н. В. Жогина и Ф. Н. Фаткуллина, к отсутствию события преступления следует отнести: 1) случаи, когда отсутствует само правонарушение, о котором поступило сообщение; 2) случаи, когда отсутствуют «отрицательные факты, которые по мнению заявителя являются свидетельством и результатом преступного деяния»; 3) случаи, когда «сам отрицательный факт присутствует … но он не является следствием какого-либо преступного действия или бездействия»[44]/

С точки зрения Б. М. Сергеева, «отсутствие событие преступления предполагает случаи отсутствия деяния (действия или бездействия), о котором поступило заявление или сообщение и которое можно было бы расценить как преступление либо нарушающее другие нормы права или же как правомерное... Нет деяния, которое подлежало бы оценке. Когда речь идёт об отсутствии события преступления, то имеется в виду отсутствие всех без исключения его элементов... Различие между отсутствием события преступления и отсутствием состава преступления заключается в том, что применение названных оснований... влечёт разные правовые последствия. Отсутствие в деянии состава преступления не исключает наличия в нём административного или дисциплинарного проступка либо иного нарушения общественного порядка и правил общежития. Поэтому, в отличие от отсутствия события преступления, отсутствие состава преступления не исключает возможность применения в этих случаях мер административного или дисциплинарного воздей-ствия. Кроме того, отсутствие события преступления влечёт отказ в удовлетворении гражданского иска, в то время как отсутствие состава преступления оставляет возможность решить вопрос о возмещении ущёрба в порядке гражданского судопроизводства. Как видно, между рассматриваемыми обстоятельствами есть принципиальные отличия, и правильное их определение имеет существенное значение»[45].

У правоприменителя также нет единого понимания отсутствия события преступления. На практике, в схожих ситуациях сотрудники, производящие проверку, принимают разные решения.

В одном случае, осуждённый З. доставлен в медицинскую часть учреждения с характерными порезами на запястьях, т. е. причинил вред себе сам, оказанная медицинская помощь не позволила спасти осуждённого З., он скончался. В ходе проверки было установлено, что у З. были личные проблемы дома, и он решил совершить суицид. Принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с отсутствием события преступления[46].

В другой ситуации осуждённый К. обратился в медицинскую часть учреждения с травмой предплечья. Травму К. получил при следующих обстоятельствах: поднимаясь по лестнице в баню, оступился и упал на руку, следствием чего стал перелом. По данному факту была проведена проверка и принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления[47].

В перечисленных примерах необходимо было принимать решение об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с отсутствием события преступления, так как и в том и другом случае действий кого-либо, направленных на причинения вреда здоровью пострадавших не усматривалось.

В ситуации смерти осуждённого по естественным причинам (болезнь и т. п.) во всех случаях обоснованно принималось решение об отказе возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления.

В отличие от отсутствия события преступления, отказ в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления возможен лишь в том случае, если установлено наличие деяния и как его результат – наличие соответствующего события. Это связано с тем, что состав преступления выражает правовую оценку конкретного деяния, его существование вне деяния невозможно.

Большинство авторов согласны с тем, что общим условием отсутствия состава преступления следует признать случаи отсутствия одного из необходимых элементов состава преступления: объекта, объективной стороны, субъекта, субъективной стороны[48].

В первую очередь, в стадии возбуждения уголовного дела можно говорить об отсутствии объекта и объективной стороны состава преступления.

Отсутствие объективной стороны преступления выражается в зависимости от её конструкции в отсутствии общественной опасности деяния, последствий и причинной связи между ними.

Ч. 2 ст. 14 УК РФ предусматривает, что не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо преступления, предусмотренного уголовным законом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности.

На сегодняшний день малозначительность деяния не предусмат-ривается Уголовно-процессуальным кодексом РФ в качестве самостоятельного основания прекращения уголовного преследования. Авторы большинства комментариев, учебных и научных работ направляют правоприменительную практику таким образом, что прекращаться процессуальная деятельность в данном случае должна за отсутствием состава преступления[49]. Признавая абсолютную специфич-ность малозначительности деяния, некоторые учёные считают, что отказ в возбуждении уголовного дела необходимо аргументировать не отсутствием состава преступления в деянии лица, а именно малозначительностью последнего[50]. На наш взгляд, нет необходимости выделять такое отдельное основание для отказа в возбуждении уголовного дела, как малозначительность деяния.

Законодатель не устанавливает формализованных критериев малозначительности, что обусловливает возложение решения этого вопроса на правоприменителя. В то же время в науке, и, что немаловажно, на практике не сложилось единого подхода к пониманию малозначительности: «Вопрос о малозначительном характере того или иного деяния – это вопрос факта, и находится в компетенции суда, прокурора, следователя, дознавателя. Правоприменитель в каждом конкретном случае, оценив все фактические обстоятельства действия (бездействия) лица, руководствуясь собственным правосознанием, признаёт деяние малозначительным или преступным»[51]. Обычно на практике, отказывая в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в силу малозначительности, ориентируются либо на размер причинённого ущерба, либо на значимость причинённого ущерба для пострадавшего. Однако ни тот, ни другой критерий не могут показать степень общественной опасности содеянного в отрыве от иных критериев.

Малозначительность выражает не только и не столько размер ущерба или значимость его для пострадавшего, степень общественной опасности содеянного складывается из множества факторов таких, как характеристика личности преступника, направленность умысла, способ совершения преступления, совершение преступления в соучастии и др.

В ходе проведённого исследования нами не установлены случаи, когда лица, проводившие проверку принимали решение, не учитывая вышеперечисленных факторов.

Отказать в возбуждении уголовного дела за малозначительностью можно только тогда, когда в ходе предварительной проверки было установлено, что деяние на самом деле не представляет общественной опасности, безотносительно причиненного ущерба. Например, совершен-но правомерно было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в силу малозначительности в следую-щем случае. В ходе личного досмотра по прибытию в общежитие колонии-поселения, у осуждённой Л. было обнаружено при себе 3 кг. мясных продуктов, на сумму 133 рубля, которые осуждённая для личных нужд взяла на складе в столовой[52].

Несмотря на то, что в действиях Л. содержатся формальные приз-наки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, степень их общественной опасности настолько низка, что возбуждать уголовное дело и производить расследование нет необходимости.

Также в связи с отсутствием состава преступления ввиду его малозначительности необходимо признать случаи, когда у осуждённых изымалось наркотическое вещество, однако, проведённым химическим исследованием установлено, что вес наркотического вещества недостато-чен для признания его крупным размером. На наш взгляд, принятие такого рода решений правомерно, так как уголовный закон устанавливает для такого рода преступлений обязательный признак объекта – предмет (наркотическое вещество) и его размер.

Недопустимой, на наш взгляд, является практика вынесения решения об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления в случаях, когда в постановлении не указывается лицо, в отношении которого вынесено данное постановление, так как это является прямым нарушением требований ч. 1 ст. 148 УПК РФ.

Отсутствие субъекта преступления обычно выражается в отсутствии у субъекта двух признаков: достижения им возраста уголовной ответственности и наличии психического здоровья (что означает отсутствие психических заболеваний, исключающих вменяемость). Недостижение возраста уголовной ответственности как основание для отказа в возбуждении уголовного дела по преступлениям, совершённым в учреждениях, исполняющих наказание исключается, так как в данных учреждениях находятся лица, отбывающие уголовное наказание, т. е. достигшие возраста уголовной ответственности. Что же касается невменяемости лица, совершившего преступление, то данный вопрос в стадии возбуждения уголовного дела решить невозможно, так как для этого требуется обязательное производство судебной экспертизы.

Отсутствие субъективной стороны преступления выражается в отсутствии вины, а, если этого требует квалификация, – мотивов и целей преступления. По общему правилу установление признаков, характеризующих субъективную сторону преступления, до возбуждения уголовного дела не требуется. Преступление, предусмотренное ст. 313 УК РФ (побег), может быть совершено виновно только в форме прямого умысла. Имеют место случаи, когда в отношении лиц, отсутствующих в учреждении на проверке по разным причинам, принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела. Данная практика установления умысла осуждённого на побег, является положительной. Так, например П. и Т., отбывающие наказание в колонии поселении уклоняясь от работы, ушли в лесопосадки, где заснули, проснувшись ночью они заблудились и перестали передвигаться стали дожидаться утра. Утром, увидев сотрудников колонии, занимавшихся их розыском, сами направились в их сторону, обратились к ним и попросили доставить в администрацию колонии[53]. В данном случае обосновано было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием в действиях П. и Т. Признаков состава преступления, а именно умысла на совершение побега.

В ходе изучения материалов об отказе в возбуждении уголовного дела было установлено, что осуждённые при получении телесных повреждений (ст. 115-116 УК РФ) по вине других осуждённых, как правило, отказываются писать заявление о привлечении своего обидчика к ответственности. Исходя из того, что указанная категория уголовных дел относится к делам частного обвинения, т. е. по общему правилу их возбуждение возможно только при наличии заявления потерпевшего, сотрудниками, производящими проверку, выносится решение об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В изученных нами материалах, встречалось такое основание отказа в возбуждении уголовного дела, как примирение сторон в случаях, когда лицо, которому причинён вред в своих объяснениях указывал, что претензий к лицам, причинившим вред, не имеет.

Полагаем, что данные решения не основаны на действующем УПК РФ по следующим основаниям:

v примириться стороны могут только по возбуждённому уголовному дел;

v данное основание не является основанием для отказа в возбуждении уголовного дела, а является нереабилитирующим основанием прекращения уголовного дела или преследования, а в стадии возбуждения уголовного дела отсутствует уголовное преследование;

v также такого рода постановления носят безличный характер, то есть не указано в отношении кого вынесено постановление.

Считаем, что в таких случаях правоприменителю необходимо применять положения п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – отсутствие заявления потерпевшего, – если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению. Кроме того, необходимо отметить некорректность формулировки п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. На стадии возбуждения уголовного дела отсутствует процессуальная фигура потерпевшего, поэтому необходимо скорректировать данную норму закона, указав на отсутствие заявления пострадавшего, либо его представителей.





Читайте также:


Рекомендуемые страницы:


Читайте также:
Как вы ведете себя при стрессе?: Вы можете самостоятельно управлять стрессом! Каждый из нас имеет право и возможность уменьшить его воздействие на нас...
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (1958)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.015 сек.)