Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


Юридико-психологического исследования психических состояний




Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

§ 1.1. Психологическая экспертиза и ее место в юридико-психологическом знании

Система научных знаний, находящаяся на стыке юридических и психологических наук, иначе как юридической психологиейименоваться просто не может. Это определяет и интегративную сущность самой реальности и интегративный характер знаний о ней, являющихся юридико-психологическими. Закономерные связи, феномены и механизмы, обнаруживающиеся и действующие при соприкосновении юридической и психологической реальностей, и выступают основой предмета юридической психологии. Возникает, однако, потребность уточнить область распространения этих знаний.

Юридическая психология, находясь на стыке юриспруденции и психологии, призвана понимать свой предмет в «юридической части» так, как его понимает юридическая наука, а в «психологической» — как его понимает психологическая наука. Поэтому предметом юридической психологиивыступает психологическая реальность (психологические феномены, психологические закономерности и психологические механизмы) в деятельности юридических органов, государственных, хозяйственных и общественных организации в их влияниях на правовую систему и зависимостях от нее, а также юридически значимых сторон образа жизни, поведения и правоотношений граждан и их групп[4].



Принцип психологической специфичности обязывает вскрывать в интегративных юридико-психологических феноменах и опосредованиях, прежде всего, «психологическую составляющую», ибо юридическая психология — отрасль психологической науки, это юридическая психология, а не психологизирующая юриспруденция[5]. При раскрытии «психологической составляющей», как показывает опыт, реализуются разные подходы - психолого-иллюстративный, психолого-комментаторский, психолого-объяснительный, психолого-феноменологический, экспертный.

Подлинное юридико-психологическое знание начинается не когда «под» юридические действия и проблемы «подводятся» общепсихологические феномены и понятия, а только тогда, когда вскрывается именно юридическая специфика психологического, его изменения под влиянием юридической реальности и обратное влияние на эту реальность.

Фундаментальной особенностью юридико-психологического исследования является возможность получения нового знания на базе уже известного, как правило, при ограниченном объеме представляемой исходной информации об отражаемом событии, его уникальности, неповторимости, незаменимости. Указанная особенность способствует проявлению ряда частных разноплановых закономерностей. Например, определяя единство общего подхода к решению экспертных задач, теория судебной экспертизы выявляет частную закономерность общеметодического плана. На ее базе осуществляется разработка методов исследования специфических объектов — закономерность объектного конструирования методик[6].

На наш взгляд, если речь идет о предмете экспертизы в ее общем, родовом или видовом понятиях, то правильнее считать, что он предопределяется положениями той науки, на которой основывается экспертиза, и ее практическими возможностями. Предмет экспертизы составляют проявления тех закономерностей объективной действительности, которые образуют предмет соответствующей науки. Следовательно, род или вид экспертизы и ее возможности обусловливают объекты исследования и вопросы эксперту (экспертное задание), а не наоборот.

Основаниями классификаций выступают область знаний, на которой базируется тот или иной род (вид) экспертизы, последовательность экспертного исследования, состав субъектов исследования, характер экспертного учреждения. Возможны и другие основания. Так, в зависимости от области базовых знаний различают: криминалистические, биологические, медицинские, психиатрические, психологические, автотехнические и другие виды экспертиз. В свою очередь, каждый вид экспертиз относится к определенному классу и делится на подвиды. Среди перечисленных видов экспертиз для нашего исследования научный интерес представляет лишь психологическая и комплексная психолого-психиатрическая экспертиза эмоциональных состояний, имеющая своим предметом установление психического состояния обусловленного действием экстремального боевого профессионального опыта и способности субъекта к волевой регуляции своего поведения.

В юридической науке неоднозначно решается проблема относимости к объектам экспертизы помимо материальных предметов еще и идеальных объектов — данных о событии и характеризующих его фактах. То есть объективной и субъективной стороны рассматриваемого события (правонарушения, преступления и т.д.). Такой подход к разрешению этой проблемы аргументируется тем, что исследования, проводимые в ходе рассматриваемого какого-либо вида экспертиз, весьма затруднены, если и возможны вообще, без изучения идеальных объектов, т. е. фактических данных, свидетельствующих о событиях прошлого. Именно с этих позиций наиболее содержательно раскрываются признаки, характеризующие объект экспертизы: 1) объектом может быть любая вещь, процесс, явление, любой фрагмент реальной действительности; 2) объект тесно связан с предметом познания; 3) объект воспроизводится в мышлении субъекта.

При производстве психологической экспертизы приходится иметь дело не с самими фактами, процессами, явлениями, а с их отражением. Например, в уголовно-релевантных ситуациях УПК (ст.196) предусматривает обязательное проведение экспертизы для определения психического или физического состояния потерпевшего или свидетеля в случаях, когда возникает сомнение в их способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания.

Касаясь этой проблемы, В.Д. Арсеньев правильно отмечал: «В качестве основного объекта экспертизы выступают те реально существующие (или существовавшие в прошлом) явления, на установление которых объективно направлена экспертиза. Материальные носители информации об этих явлениях — их составная часть (действительная или предполагаемая)»[7].

Р.С. Белкин справедливо отмечает, что тезис о том, что объекты нематериального характера, например, события прошлого, не могут рассматриваться в правовом аспекте, представляется несостоятельным. Стоит лишь вспомнить, что весь процесс доказывания направлен на познание событий прошлого — преступления. При исследовании процессов, явлений эксперт имеет дело с материальными объектами, в которых или с которыми протекали эти процессы.

Нами разделяется именно такое толкование данного вопроса — объектами юридико-психологического исследования могут быть как материальные объекты, так и психические процессы, явления, феномены реальной действительности.

Юридико-психологическое исследование — это система логически последовательных методологических, методических и организационно-технических процедур, связанных между собой единой целью: получить достоверные данные об изучаемом явлении или процессе для их последующего использования в правоприменительной практике.

Объекты юридико-психологического исследования являются, как правило, сложными системными образованиями, состоящими из множества свойств и признаков, имеющих иерархически упорядоченную структуру (например, личность человека его поведение, психическое состояние), различаются по степени интегративности и их доступности для выявления и познания различными методами и средствами науки.

Помимо общих свойств и признаков объектов следует выделять индивидуальные свойства этих объектов, что целиком и полностью относится к пониманию исследования как экспертного оценивания степени выраженности признаков. Индивидуальность объекта — это его неповторимость, уникальность, отличие от любых иных объектов, в т. ч. принадлежащих к тому же роду или группе. Для юридической психологии и экспертной деятельности в частности в исследовании индивидуальности объекта важна не столько диагностика индивидуальных свойств как таковых, сколько их проявление в конкретный момент времени и в определенной ситуации значимой для права.

Принято различать родовой и частный (конкретный) объекты экспертизы. Под родовым объектом понимают класс, категорию объектов, обладающих общими признаками, например, личность, психические состояния, имеют психологическую природу и относятся к специальным познаниям психологической науки. Частным (конкретным) называют определенный объект, подлежащий данному экспертному исследованию. Например, исследование психических состояний значимых для права и относящихся к исключительным психическим состояниям исключающих уголовно-правовую ответственность (состояние патологического аффекта) и особых психических состояний таких как: аффект, стресс, фрустрация, кризис не исключающих уголовное наказание.

Как известно в психологической науке, психика определяется как свойство живых, высокоорганизованных материальных тел, которое заключается в их способности отражать своими состояниями окружающую их и независимо от них существующую действительность.

Общая характеристика психики может быть выражена следующим образом:

1. Психика - особое свойство высокоорганизованной материи, под которой понимается специальный орган психики - нервная система и ее высший отдел - головной мозг, сформировавшийся в ходе эволюции человека.

2. Психика - продукт деятельности, функция мозга, отражение объективного мира.

В идеальном варианте, чтобы разграничить объекты исследования, например, судебных экспертов (психологов и психиатров), мы должны говорить о том, что объектом судебно-психологической экспертизы является психика психически здорового человека[8]. Судебный психолог, деятельность которого протекает в рамках судебно-психологической или комплексной психолого-психиатрической экспертизы, сталкивается с подэкспертным лицом, о психическом здоровье которого априори судить невозможно.[9] В этих случаях судебно-психологической экспертизе должна обязательно предшествовать судебно-психиатрическая или (при проведении комплексных экспертиз) психолог начинает рассмотрение своих профессиональных вопросов только в случае положительного решения вопроса психиатром в пользу вменяемости подэкспертного. Однако практика показывает, что идеальные варианты встречаются не всегда. Это связано с тем, что само определение понятий «психическая норма» и «психическое здоровье» является одной из самых сложных проблем в психологии и психиатрии[10]. Еще сложнее обстоит дело с видом экспертного исследования, объектом и предметом которого является отсроченное посттравматическое стрессовое состояние (расстройство). Выходом из сложившейся ситуации представляется изменение критериев экспертной оценки и уточнения понятия психологического и медицинского критерия вменяемости.

Предметом юридико-психологического исследования является изучение конкретных процессов, свойств, состояний и механизмов психической деятельности человека, протекающих в юридически значимых ситуациях и имеющих юридическое значение. Лиц, проводящих служебное расследование, интересует не собственно диагностика особенностей психики человека, а наличие или отсутствие таких ее свойств, которые определяют их юридическую значимость. Сами по себе психические состояния аффекта, стресса фрустрации, вне связи с юридической оценкой не являются существенными, поскольку отсутствуют объективные признаки, придающие юридическую значимость психическим переживаниям субъекта деятельности.

Как содержание предмета экспертизы, так и понятие родового объекта претерпевает изменения. На это будет специально обращено внимание в нашем исследовании в части, касающейся методов и методик юридико-психологической экспертизы и психологической экспертизы ПТСС, в частности.

Сущность юридико-психологической экспертизы, на наш взгляд, заключается в исследовании обстоятельств дела (служебной проверки) на основе специальных психологических знаний. Наличие таких знаний является необходимым условием привлечения лица к производству экспертизы. Специальные знания могут быть охарактеризованы как теоретическая база, обеспечивающая решение задач экспертизы, включающая в себя основополагающие знания юридической психологии, специализации ее отраслей, общих и специальных методов исследования. Специальные знания являются основой, на которой формируется компетенция и компетентность психолога эксперта.

Обратим внимание на то, что объем организационно-правовой стороны назначения и проведения психологической экспертизы ПТСС специально не рассматривается в нашем исследовании, однако отметим, что назрела необходимость в создании нормативных правовых актов в системе правоохранительных органов, регулирующих использование специальных психологических знаний в служебной (профессиональной) деятельности. При этом действующее законодательство не содержит ограничений для проведения психологической экспертизы в уголовном, гражданском и административном процессах.Существующие на практике противоречия между общими положениями закона и ведомственными нормативными и методическими актами, касающимися психологической экспертизы, должны быть разрешены путем приведения этих актов в соответствие с законом.

Необходимость возникновения и развития психологической экспертизы ПТСС (как самостоятельного вида юридико-психологического исследования) в области административно-служебной деятельности в рамках проведения служебных расследований объясняется тем, что профессиональные сведения о закономерностях психической деятельности сотрудников ОВД - участников КТО, характеристики психических процессов, отсроченных постстрессовых состояний и свойств личности детерминированных влиянием экстремального боевого профессионального опыта не являются общеизвестными и общедоступными. Специальные знания в области психологии составляют научный фундамент, теоретической и методической основой, которого является юридическая психология.

Анализ экспертной практики показывает, что рассматриваемый нами вид психологической экспертизы ПТСС осуществляется на базе одной конкретной науки — юридической психологии. Вместе с тем, не всегда достаточно знаний только этой науки, несмотря на то, что основными направлениями ее развития в последние 20 лет являются: криминальная психология; психология следственной и оперативно-розыскной деятельности; судебная психология; пенитенциарная психология, в практическом ее применении возникает потребность в привлечении специалистов в области военной психологии, психологии травматического стресса и психотерапии, экстремальной психологии, экстремальной юридической психологии, психиатрии и других наук. Поэтому справедливо утверждение, что специальные познания не являются категорией неизменной. Они постоянно совершенствуются как за счет их трансформации, так и за счет приращения новых знаний, установленными закономерностями взаимосвязи феноменов юридико-психологической реальности. При этом и то, и другое может касаться любого из элементов цепочки - объект – предмет - задачи - методы исследования. Резюмируя сказанное, отметим, что приращение специальных познаний об объектах экспертизы увеличивает возможности их исследования, способствует появлению новых объектов экспертизы и развитию в целом теории экспертного подхода в юридической психологии.

Так, в классическом, процессуально-правовом понимании экспертиза предполагает применение специальных знаний только в определенной законом форме специального исследования. При этом, важнейшая из ее особенностей состоит в том, что действия, составляющие исследование (а именно: выбор специального метода и научных методик, применение их для изучения объекта исследования, получение и анализ промежуточных результатов, профессиональная оценка полученных ре­зультатов, о чем речь пойдет ниже), процессуальным законом не регулируются и не могут регулироваться, поскольку сам процесс получения знаний о фактах в ходе исследования — не предмет нормотворчества.

Например, при экспертизе ПТСС юридическую значимость имеют особенности личности, представленные в виде «комбатантной акцентуации», сформированные в результате участия в боевых действиях в условиях вооруженного конфликта (экстремальным боевым опытом или участием подэкспертного в ситуациях, связанных со смертельным риском). Предметный вид экспертизы – изучение индивидуально-психологических особенностей личности, проявившихся в ситуации инкриминируемого деяния и оказавшие существенное влияние на его поведение). Второй аспект - оценка самого юридически значимого психического состояния, оказавшего существенное воздействие на поведение подэкспертного в ситуации правонарушения. То есть, экспертное исследование способности произвольной регуляции поведения и деятельности.

Цель и задачи экспертизы заключаются не в простой констатации установленных экспертом новых фактов объективной реальности, а в их профессиональной оценке на основе проведенного исследования. Например, при экспертизе психических состояний в ходе юридико-психологического экспертного исследования и, в частности, психологической экспертизы ПТСС в области административно-служебной деятельности ретроспективно выявляются индивидуально-психологические особенности личности, детерминированные действием травматического стресса, обусловленные экстремальным боевым профессиональным опытом и особенности психического состояния на момент совершения сотрудником ОВД должностного проступка. Оценивается влияние личностных особенностей на поведение сотрудника в исследуемой ситуации и влияние психического состояния на способность сотрудника (субъекта) к осознанной произвольной регуляции своего поведения. Нам представляется, что психологическая оценка влияния психического состояния на «способность субъекта к произвольной регуляции своего поведения» будет составлять предмет экспертного исследования, тогда объектом исследования будет выступать само психическое состояние. А вот цель исследования – это и выработка психологических критериев оценки выраженности ПТСС, и степени его влияния на поведение сотрудника ОВД в конкретных ситуациях, ставших предметом служебного расследования, и разработка методологии и алгоритмов служебной внепроцессуальной, юридико-психологической экспертизы.


§ 1.2 Посттравматическое стрессовое состояние как объект психологической экспертизы

Рассматривая ПТСС в качестве объекта юридико-психологического исследования, необходимо проанализировать теоретические подходы, концепции, точки зрения ученых в отечественной и зарубежной психологической науке на природу развития, формирования и проявления ПТСС, изучить структуру психического состояния, диагностические критерии оценки выраженности психического состояния и механизмы влияния на личность и деятельность в ситуациях, значимых для права.

Анализируя проблемы психических состояний, обусловленных влиянием травматического стресса в психологической науке, отметим, что в рамках юридической психологии и экстремальной юридической психологии психические состояния человека, развивающиеся в особо сложных или «стрессовых» условиях, принято называть стрессовыми состояниями. Однако, точное определение самого понятия «психическое состояние» дать весьма трудно, так как это понятие в психологии является одним из наиболее «проксимальных»[11].

Н.Д. Левитов считает, что психическое состояние – это самостоятельное проявление человеческой психики, всегда сопровождающееся внешними признаками, имеющими преходящий, динамический характер, не являющимися психическими процессами или свойствами личности, выражающееся чаще всего в эмоциях, окрашивающее всю психическую деятельность человека и связанное с познавательной деятельностью, с волевой сферой и личностью в целом [12].

По мнению В.Н. Мясищева, психическое состояние выступает, по существу, общим функциональным уровнем психической деятельности, на фоне которого развиваются психические процессы, и заключается в переживании человеком отображения общего фона психической деятельности.

Таким образом, в структуру психического состояния входят: определенная модальность переживания, конкретные изменения в протекании психических процессов (психической деятельности) в целом, отражение особенностей личности и характера, а также предметной деятельности и соматического состояния.

Сложность изучаемого феномена заключается в том, что у человека связи между стимулом и реакцией практически всегда носят не прямой, а опосредованный характер. Вследствие этого внешние поведенческие реакции на ту или иную ситуацию у человека также опосредованы той оценкой, которую дает человек самой ситуации. Высочайший уровень условно-рефлекторной деятельности человека, наличие у него психики и сознания, позволяющих отражать внешний мир, свои переживания в тончайших нюансах и привносить в это отражение богатый и разнообразный прошлый опыт, сомнения, колебания, нравственные, моральные, этические и многие другие, лишь человеку присущиекритерии оценки ситуациине только обуславливают глубокую индивидуализацию поведения при столкновении с трудной или опасной ситуацией, но и, на наш взгляд, лежат в основе этих переживаний.

Отмеченные обстоятельства свидетельствуют о том, что решающим фактором, определяющим механизм формирования психических состояний, отражающих процесс адаптации к сложным (экстремальным) условиям у человека является не столько объективная сущность «опасности», «сложности», «трудности» ситуации, сколько ее субъективная, личная оценка человека[13].

В связи с этим приобретает важное значение вопрос об объективной оценке экстремальной ситуации. Что следует считать стрессогенными обстоятельствами?

До настоящего времени в работах, посвященных поставленному вопросу, нет единства взглядов, но есть большое количество попыток упорядочить систему понятий «экстремальная ситуация» и «экстремальное состояние». К сожалению, эти понятия нередко смешиваются, и те факторы, которые должны быть отнесены к характеристике ситуации, приписываются состоянию субъекта и, наоборот, признаки состояния субъекта рассматриваются как экстремальные факторы.

В одних случаях под экстремальными ситуациями понимаются такие обстоятельства, в которые попадает человек и которые характеризуются параметрами, предъявляющими последнему требования, выходящие за пределы функционального диапазона его приспособительных возможностей, обусловленных эволюционным процессом. Это определение будет неполным, если мы не будем учитывать важной и решающей роли фактора субъективного отражения (оценки) индивидом объективных параметров экстремальной ситуации. Индивидуальное отражение объективной реальности в сознании человека создает субъективную оценку ситуации, степень ее опасности, представление о масштабах ее возможной угрозы, предположения о возможных последствиях и, в соответствии с этим, участвует в организации приспособительных реакций. Экстремальными факторами следует считать не только те, которые по своим объективным характеристикам выходят за рамки оптимального обитания человека (процесса социализации), но и те, которые выходят за рамки оптимальных условий трудовой (профессиональной) деятельности[14].

Согласно литературным данным, психологические факторы при ликвидации экстремальных ситуаций и их последствий, а также психологические методы преодоления их отрицательного воздействия на психику человека определяются и исследуются в основном в зависимости от вида и модальности воздействий, характерных для данного вида экстремальной ситуации. Поэтому как их научное исследование в психологии, так и разработка практических мер (психологических методов) по преодолению их отрицательного воздействия строятся с результативной стороны, когда тот или иной внешне или внутренне воздействующий фактор уже стал фактом психического состояния индивида. Об этом свидетельствует, например, то обстоятельство, что наиболее изученной в экстремальной психологии является посттравматическая проблематика (от диагностики до реабилитации).

Изменение компонентов ситуации (внешне-средовых и личностно-смысловых условий), при котором параметры осуществления психических процессов выходят за диапазон их естественного осуществления, приводит к появлению фактора экстремальности, вызывающего экстремальные (критические) психические состояния, в том числе и отрицательные, включая остротравматические и посттравматические (Дикая, Семикин, 1991; Китаев-Смык, 1983; Котенев, 1996; Леонова, 2000; Тарабрина, Лазебная, 1992).

Н.И. Наенко (1976), отмечая отсутствие установившейся терминологии в определении экстремальной ситуации подчеркивает, что, с одной стороны, экстремальность может создаваться формальными, внешними условиями (когда они превышают диапазон оптимальных воздействий), а с другой - экстремальность существеннейшим образом зависит от того, как воспринимает и как относится индивид к данным воздействиям. Рассматривая экстремальность в целом как континуум, он выделяет три типа ситуации по мере возрастания их экстремальности: трудные, параэкстремальные и экстремальные.

Ю.А. Александровский связывает психическую дезадаптацию в условиях психотравмирующей ситуации с прорывом индивидуального для каждого человека функционально динамического образования, так называемого адаптационного барьера. Он включает в себя особенности психического склада и возможности реагирования человека.

Длительное, особенно резкое напряжение функциональной активности барьера психической адаптации приводит, как правило, к его перенапряжению. По наблюдениям Ю.А. Александровского, такое перенапряжение проявляется в виде преневротических состояний, выражающихся лишь в отдельных, наиболее легких нарушениях: повышенной чувствительности к обычным раздражителям, беспокойстве, заторможенности или суетливости в поведении, бессоннице и т.п. Эти перенапряжения не вызывают изменений целенаправленного поведения человека и адекватности аффективных реакций, носят временный и парциальный характер[15].

Поскольку в задачи экстремальной психологии входит диагностика, реабилитация и профилактика психических состояний в экстремальных условиях, то необходимо отметить, что для каждого индивида характерен свой индивидуальный диапазон восприятия, понимания и отношения к окружающей среде и к самому себе. По этой причине одна и та же ситуация разными индивидами будет восприниматься и субъективно оцениваться по-разному: для одних - как нормальная, а для других - как напряженная и даже экстремальная[16].

Обобщая эмпирические характеристики психических состояний, представленных в вышеизложенных исследованиях и абстрагируясь от их теоретических различий, выделим наиболее значимые характеристики для понимания психических состояний, обусловленных воздействием стресса: дискретность, гетерогенность (разнородность), гетерохронность, субъективность, системность, интегративность, функциональная обусловленность, ситуационная обусловленность, процессуальная обусловленность, возможность отожествления проживаемого в данный момент индивидом психического состояния с сознанием в целом.

В значительной мере характерная для проблемы психических процессов методологическая разноликость исследований и подходов в значительной мере объясняется тем, какие свойства психических состояний постулируются в качестве исходных эмпирических оснований для построения того или иного подхода.

Кроме того, нетрудно заметить, что, несмотря на различия в вышеизложенных подходах, все они подчеркивают функциональную и ситуационную взаимосвязь психического состояния и окружающих средовых условий его возникновения и развития.

Для понимания психологической природы посттравматического стрессового состояния в нашем исследовании нам может быть полезна функциональная типология психических состояний, разработанная с позиций экопсихологического подхода[17]. Типы психических состояний:

· реактивные - неосознанный или осознанный тип реагирования на внешнее или внутреннее воздействие по субъект-объектной логике воздействия.

· репродуктивные - вновь, повторно проживаемые состояния, когда в ответ на какую-либо ситуацию (выступающую в качестве «ключевого стимула») происходит стереотипное воспроизведение одного и того же состояния, ранее уже прожитого данным индивидом. В качестве примера можно привести состояния, содержанием которых являются так называемые стереотипы восприятия, переживания, мышления и поведения.

· продуктивные - психические состояния, которые имеют два разных варианта. Если это изменение происходит и завершается продуктивным результатом (конструктивно), то у данного индивида происходит качественное изменение его сознания. В частности, мы имеем положительный индивидуально-боевой опыт и психологическую готовность сотрудников ОВД к действиям в ситуациях, сопряженных с опасностью и риском. Если же это изменение по каким-то причинам не доходит до своего естественного (конструктивного) завершения, то новое психическое состояние начинает служить основанием для формирования измененной, трансформированной личности.

· деструктивные психические состояния выражают предельные варианты реактивной или же продуктивной динамики такого изменения психического состояния, в ходе которого происходит разрушение «старых» структурно-процессуальных механизмов, обеспечивающих системную взаимосвязь актуально проживаемого психического состояния и сознания в целом. Однако «новые» аналогичные механизмы взаимосвязи актуального психического состояния и сознания в целом по каким-то причинам при этом не образуются (например, из-за дефицита времени, дефицита энергетических ресурсов организма и т.п.). В итоге происходит структурно-процессуальное обособление, «автономизация» данного психического состояния от сознания данного индивида как системного единства различных психических состояний, проживаемых им, т.е. сужение и опять же изменение сознания и личности индивида.

· завершенные (проработанные), когда каждая из сфер сознания индивида «отреагировала» на данную (в том числе и экстремальную) ситуацию нормально, т.е. до конца пройдя все естественные этапы своего развития от зарождения до угасания, не нарушив при этом системного единства с другими сферами сознания. В психотерапии этому соответствует термин «проработанность». Например, говорят о том, что индивид «проработал» или же «не проработал» состояние страха, вызванное боевым стрессом.

· незавершенные (не проработанные), когда некая сфера сознания или же все сразу по каким-либо причинам «не успели» или «не смогли» пройти все стадии своего развития до естественного своего завершения. Во внешне-предметном плане ситуация, вызвавшая данное психическое состояние (например, боевая ситуация), уже давно закончилась, а психические процессы, составляющие содержание данного психического состояния, еще не завершились, они все еще «крутятся» в сознании, а точнее, уже в подсознании, индивида и пытаются найти (или искусственно создать) ситуацию, в которой смогли бы получить свое завершение (например, во сне, а иногда и наяву). Иначе говоря, эта незавершенность как некий своеобразный энергетический потенциал «уходит, смещается» из центра осознаваемости в фон и потому становится неосознаваемым внутренним фактором, скрыто влияющим на осуществление психической деятельности данного индивида. В психотерапии этот феномен неосознанного последействия процессуально-незавершенных компонентов сознания обычно предстает в виде посттравматического состояния (синдрома) и тому подобных явлений.

· критические (экстремальные) психические состояния. О возникновении кризисного, КРИТИЧЕСКОГО состояния в экстремальной ситуации можно говорить в том случае, когда энергетическое обеспечение (возможности) данного состояния начинает перекрывать, превышать оптимальный диапазон энергетического обеспечения сознания в целом и потому начинает разрушать энергетику «старых» (предшествующих) структур сознания.

Экстремальные условия– это совокупность объективных и субъективных обстоятельств, порождающих значительные трудности в осуществлении деятельности. Для деятельности в экстремальных условиях характерно не только наличие опасности, риска, но и необычность обстановки, внезапность, возрастание ответственности, необходимость выполнения особо трудных задач. Можно говорить об экстремальных условиях как при сильных внешних воздействиях, так и при осознании сложности ситуации субъектом.

В.А. Бодров (1995, С. 96-103), анализируя работы различных исследователей, отмечает, что специфичность реагирования на внешние стимулы обуславливается не только характером первых, но и психологическими особенностями субъекта. Х. Базовиц с соавторами писал, что «не следует рассматривать стресс в качестве фактора, навязанного организму, его следует рассматривать как реакцию организма на внутренние и внешние процессы, которые достигают тех пороговых уровней, на которых его физиологические и психологические интегративные особенности напряжены до предела или более того» (Basowitz H., 1955). То же самое, по сути, подчеркивал и Р. Лазарус (1970): вследствие «индивидуальных различий в психологической конституции отдельных личностей любая попытка объяснить характер стрессовой реакции, основываясь только на анализе угрожающего стимула, была бы тщетной». Он также отметил, что определение неблагоприятного стимула, условий, событий требует, чтобы это воздействие соотносилось со структурой и функцией того объекта, на который оно направлено. Применительно к психологическому стрессу степень вредности или неблагоприятности стимула также зависит от характера психологической структуры личности.

Известно, что один и тот же стрессогенный стимул либо вызывает, либо не вызывает развитие стрессовой реакции в зависимости от ориентации человека по отношению к этому психологическому стимулу. Не само по себе воздействие как таковое является причиной последующей реакции организма, а отношение к этому воздействию, его оценка, причем оценка негативная, основанная на неприятии стимула с биологической, психологической, социальной и прочих точек зрения данного индивида.Объективно вредоносный стимул, если он не признается за таковой данной личностью, не является стрессором. Физиологические проявления стрессора у данного конкретного индивида не могут быть непосредственно соотнесены с характером стресс-воздействия. Не внешние, а внутренние психологические условия и процессы являются определяющими для характера ответного реагирования организма. Типы и формы этих реакций имеют индивидуальные, личностные черты (Бодров В.А.,1995, С. 96-103).

Для понимания природы посттравматических состояний нам важно показать и то, что в настоящее время в литературе используется множество терминов, по своей сути описывающих критические состояния личности: стресс, фрустрация, кризис, конфликт, состояние психической напряженности, экстремальное состояние, аффект и др. Часто встречается подход к изучению этих состояний через описание критической жизненной ситуации: ситуации нервного напряжения, ситуации эмоционального напряжения, «трудной ситуации», экстремальной ситуации, стрессовых условий и т.д. В связи с этим встает задача разграничения содержательного поля указанных терминов. Более того, в литературе существует смешение понятий о состоянии и ситуации, когда, например, кризисное состояние личности определяется как «ситуация, порождающая дефицит смысла в дальнейшей жизни человека», то есть когда внутреннее состояние человека определяют, главно




Читайте также:
Организация как механизм и форма жизни коллектива: Организация не сможет достичь поставленных целей без соответствующей внутренней...
Почему двоичная система счисления так распространена?: Каждая цифра должна быть как-то представлена на физическом носителе...
Личность ребенка как объект и субъект в образовательной технологии: В настоящее время в России идет становление новой системы образования, ориентированного на вхождение...



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (841)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.028 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7