Мегаобучалка Главная | О нас | Обратная связь  


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Гильдия купцов 6 страница




– Никуда вы от меня не уйдете! Вы будете принадлежать мне и те сундуки, которые на вас висят, тоже будут моими.

Неожиданно один из верблюдов, обернувшись, отвечает ему:

– Нет. Мы никому не принадлежим, и сундуков набитых золотом тебе не видать, – и с этими словами верблюд круто повернувшись, убежал в сторону скалистых гор и увел собой остальных верблюдов.

Мосулюк погнался за ними, следуя за оставленными следами от копыт, но тут, вдруг тучи сгустились над ним, и сверкнула молния. После чего начал идти дождь. Несмотря на сильный дождь и ветер Мосулюк бежал по следам оставленным верблюдами. Но дождь, который усиливался с каждым мгновением начал постепенно смывать все следы оставленные верблюдами. Мосулюк испугавшийся, что вдруг все потерял, с грозными криками и проклятиями вытащив свой меч, начал им размахиваться. В тот же миг дождь прекратился и, разогнав все мрачные тучи, весело засияло солнце.

 Мосулюк поблагодарив судьбу, вложил свой меч обратно в ножны и быстро побежал. Сделав несколько шагов, он увидел верблюдов, которые мирно, как ни в чем не бывало, паслись на зеленой лужайке. Приблизившись к ним, он схватил за ноги первого попавшегося верблюда и повалил его на землю. От сильного толчка один из висевших на спине верблюда сундуков раскрылся, и из него посыпались золотые монеты.



Радостно крикнув, Мосулюк отпустил ноги верблюда. После чего сел на колени и обеими руками потянулся к золоту. Но, когда он взял в обе ладони пригоршню золотых монет, кто-то резко дернул его за плечи, отчего все монеты со звоном посыпались на землю.

Не обращая внимания на то, что его кто-то дернул за плечи, Мосулюк попытался снова потянуться за монетами, и когда он взял их в руки, кто-то снова дернул его за плечи, причем так сильно, что он испугался и проснулся.

Открыв глаза, он увидел перед собой лицо сотника Хурсакая, который тряс его за плечи, пытаясь разбудить. Посмотрев на Хурсакая с налитыми кровью глазами, Мосулюк, рявкнул:

– Не смей трогать! Мои верблюды, мое золото, я их поймал!

Удивленный и немного напуганный сотник Хурсакай отскочил назад и тихо проговорил:

– Все в порядке Мосулюк, это я – Хурсакай! У вас был жар, и вас всю ночь лихорадило. Возможно, вам приснился кошмар.

Немного придя в себя и окончательно проснувшись, Мосулюк привстал и осмотрелся. Дождь все еще шел, но не так сильно, рядом с ним в укрытии стояли Хурсакай и несколько солдат. Взглянув на Мосулюка, Хурсакай подал ему бурдюк с кумысом. Сделав несколько глотков, Мосулюк почувствовал себя лучше.

 Неизвестно, что бы с ними произошло, если бы дождь не прекратился на четвертый день. Люди и кони стали выбираться из своих укрытий. Еле волоча свои ноги, монголы начали делать перекличку. Удостоверившись, что все люди и лошади на месте, они построились и стали приводить себя в порядок. Вся их одежда превратилась в грязное оборванное тряпье. Неожиданно из туч появились солнечные лучи. Мосулюк приказал всем зажечь костры и приступит к сушке одежд. Тем временем Хурсакай взяв собой своих людей, отправился на охоту. Им нужно было раздобыть свежее мясо. Чтобы быстрее найти мясо животных, Хурсакай разделив своих людей на две части, отправился на охоту. Другая часть отправилась в противоположную сторону.

Приблизительно через два часа, дозорные сообщили Мосулюку о возвращении половины людей Хурсакая, вместе с большой добычей. Их появление было встречено с бурными криками и улюлюканьем. Быстро разделав туши, монголы приступили к приготовлению пищи. Через полчаса вернулась и другая половина. И как оказалось с не пустыми руками, помимо убитых архаров они пригнали трех лошадей, нагруженных тяжелым грузом. Мосулюк и Хурсакай узнав об этом, стали расспрашивать своих людей:

– Где вы раздобыли этих лошадей? – спросил Мосулюк у одного из воинов державших лошадей за уздечку.

– Когда мы охотились на северном склоне вон тех гор, Эдигей подстрелил одного крупного архара, – начал отвечать, тот, кому был задан вопрос. – Когда он спустился за добычей, его внимание привлекли странные звуки, похожие на ржание лошадей, он, разумеется, тут же поднялся вверх и предупредил нас об опасности.

– Вы кого-нибудь увидели, там внизу? – перебил его Хурсакай.

– Нет. Мы просто начали спускаться, стараясь не шуметь. Затем, окружив то место, откуда доносились звуки, мы подкрались туда и увидели этих лошадей.

– Постой, ты хочешь сказать, что кроме лошадей там никого не было? – на этот раз, его перебил Мосулюк.

– Ни одной живой души! Мы подозвали всех остальных и прочесали все скалы вдоль и поперек. Там никого не было.

– А сколько вас было, до того как вы подозвали остальных? – продолжал расспрашивать Мосулюк.

– Пятеро: я, Манчук, Харсым, Дуденбей и его сын Башрик. Остальные охотились невдалеке от нас. Мы просто слегка отбились от основной группы. Так, как Башрик как я уже говорил, подстрелил крупного архара. Похоже, стрела сильно ранило его в ногу. Поэтому, мы преследовали его по тропинке ведущего к небольшой речке.

– Значит, первым увидел животных…

– Башрик! Он то и спустился первым и подозвал остальных, – продолжал отвечать монгол. Похоже, было на то, что подобный допрос его слегка начал нервировать.

– И когда вы спустились вниз, там никого не было?

– Да. Но, как я уже сказал…– вспотевший монгол, начал чувствовать себя в не своем блюдце.

– Ладно, можете не продолжать! Приведите ко мне лошадей, я хочу на них взглянуть, – Мосулюк, явно был сильно озабочен свалившимися на их голову лошадьми. Одного взгляда было достаточно, чтобы определить происхождение лошадей. Рослые и сильные черные лошади, не могли принадлежать степным жителям. Такие лошади могли быть, только завезенными, откуда-то извне. Из этого следовало, что лошади принадлежат тому самому каравану, за которым они гнались все это время.

– Скажи мне Хурсакай, ты раньше где-нибудь видел таких лошадей?

– повернувшись, Мосулюк обратился к Хурсакаю.

– Да. Я узнаю этих рослых и черных как уголь лошадей. Точно таких же лошадей я видел, когда мы наблюдали за караваном.

– Итак, сомнений быть не может! Эти лошади принадлежат каравану, – подытожил Мосулюк.

– Выходит, так оно и есть, – согласился Хурсакай.

– Так то оно так, только вот, что они здесь делают? Что делают эти лошади у нас, у монголов, вместо того, чтобы быть у купцов?!

– Может они их нам специально подсунули? – в сомнении спросил Хурсакай.

– Вполне возможно. Может быть, что это даже какая то хитрая ловушка, подстроенная купцами, – высказал свои опасения Мосулюк.

– Но как они, тогда узнали о нас?

– Может быть, мы чем-то выдали свое присутствие? – задумчиво начал размышлять Мосулюк. – Вы осмотрели груз? Что в этих чертовых мешках? – с этими вопросами он обратился к своим людям.

– Да. Вон к тем двум лошадям привязаны четыре мешка зерна. А к тому, третьему лошадью привязаны ковры.

– Я понял, они подкинули нам отравленное зерно! Эти олухи, видно нас за дураков держат. Небось, подумали, что мы тут же кинемся кормить ими наших лошадей. Как бы не так! – воскликнул Мосулюк.

– Да, но тогда зачем им надо было присылать нам еще и ковры? Чтобы укутать ими наших умерщвленных лошадей, и похоронить их с почестями?! – не согласился с ним Хурсакай. – Нет. Тут, что-то не сходится. Они не такие уж дураки, чтобы дарить такие дорогие ковры. Купцы скорее глотку дадут перегрызть, чем подарят врагам хорошие, дорогие ковры.

– Возможно, ты в чем-то прав, – слегка прикусив губы, ответил Мосулюк.

– Простите, что вмешиваюсь …но…– неожиданно, вмешавшийся в их дискуссию солдат запнулся, увидев недовольный взгляд тысячника.

– Говори!

– Видите ли, когда мы обнаружили их, была еще одна деталь, о которой думаю, следует заметить, – начал говорить монгол. – Лошади лежали в небольшой яме, сбившись в одну кучу. Они были слегка напуганными. Однако, увидев нас, они радостно заржали. К тому же, как я уже заметил ранее, мы осмотрели все расщелины и не обнаружили каких-либо следов или отпечатков человеческой ноги. Там были следы одних копыт. Очевидно, что эти лошади сами сбежали и заблудились.

– О боже, так почему ты об этом умолчал? – удивленно спросил Мосулюк.

– Так ведь, вы сами меня тогда перебили.

– Неважно, ты все равно должен был об этом сказать, – громко ответил Мосулюк.

– Простите, виноват!

– Ладно, можешь идти, – повернувшись к Хурсакаю, Мосулюк сказал следующее:

– Похоже, он прав. Лошади видимо, испугались грозы и сбежали.

– Да. Получается, караван находится где-то здесь, недалеко от нас, – согласился Хурсакай.

– Хм…странно, что они не пустились на поиски животных, – задумчиво сказал Мосулюк.

– Ничего в этом странного нет. Они, видимо побоялись отправить людей на поиски. Или же, они так торопятся, что не сочли нужным тратить время на поиски трех лошадей. В конце концов, у них есть товары и поценнее каких-то трех лошадей с какими-то коврами.

– Правильно говоришь Хурсакай. И все же забавно, что их лошади удрали от них с грузом. И куда? Прямо к нам в руки! Ха! Хотел бы я взглянуть на лицо главы каравана, после того как, он обнаружил их исчезновение, – злорадно ухмыльнулся Мосулюк. Ему неожиданно вспомнился сон, виденный им недавно.

– Это очень хорошо! Сначала лошади с коврами, а потом, того и глядишь, и верблюды с мешками золота к нам прибегут, – радостно воскликнул Мосулюк. – Ба, бывают же вещие сны, аа?!

– Что вы сказали? – непонимающе спросил Хурсакай.

– Ничего. Я просто вспомнил свой сон, – покачав головой, ответил Мосулюк.

– Мы приготовили еду, где желаете кушать? – спросил один из воинов, незаметно приблизившись, пока они горячо обсуждали происшедшее и свои дальнейшие действия.

– Принесите сюда. Мы покушаем здесь, – ответил Мосулюк.

После того как один из воинов принес на небольшом, грязном блюдце куски прожаренного мяса, Мосулюк вместе с Хурсакаем с большой охотой приступили к пожиранию мяса.

Плотно покушав, все принялись приводить свое оружие в порядок, а те, у кого оружие было заляпано грязью, занялись их чисткой. Мосулюк, лично приказал привести свою тысячную в боевую готовность. Хурсакаю же он приказал, взять свою сотню и отправиться на поиски каравана. Он решил, что так будет разумнее. Зачем рисковать всей тысячной. Пусть лучше Хурсакай отправится вместе с сотней своих головорезов, на поиски каравана. Как только они обнаружат его, сотник пришлет к нему человека, и только тогда он двинется в путь. К тому же раз караван где-то недалеко, то они наверняка следят в оба. Поэтому сотня Хурсакая, незаметно прочешет всю долину. Тогда как с тысячной, они бы наверняка обнаружили свое присутствие.

Тем временем, пока тысячник Мосулюк готовил своих солдат к бою, сотник Хурсакай, прочесывал всю долину. Получив приказ от тысячника, Хурсакай, прежде всего, решил послать вперед своих лучших лазутчиков.

Когда тысячнику доложили об обнаружении множества верблюжьих и лошадиных следов, он решил, что судьба, похоже, благоволит ему. Чтобы не вернуться к тысячнику с пустыми руками Хурсакай решил выследить их до конца и самому воочию увидеть этот злосчастный караван. Поэтому, он приказал своим людям немедленно скакать за ними, и как можно быстрее догнать их. А чтобы тысячник не был в неведении, Хурсакай послал одного гонца с сообщением, где говорилось о том, что следы каравана обнаружены, но для пущей уверенности, он сам лично догонит их и убедится в этом сам. Затем, он пришлет еще одного гонца с сообщением о точном месторасположении каравана.

Проскакав около двух часов, лазутчики сообщили Хурсакаю, о том, что следы становятся все свежее и свежее. Это обстоятельство еще раз доказывало то, что караван находится почти перед их носом. Узнав об этом, Хурсакай в хорошем расположении духа, обогнул небольшую горную глыбу с левой стороны. Только тогда, они услышали шум и гам. Было очевидно, что караван находится за скалой.

Быстро приказав своим людям спешиться, Хурсакай взяв собой три десятка опытных воинов, прополз вверх, именно в ту сторону, откуда были отчетливо слышен шум. Как только они взобрались на верхушку невысокой скалы, их взору открылся отличный вид.

На огромной зеленой лужайке, всюду усыпанной цветами и благоухающей ароматом весны, удобно расположился красивый караван. А красивым он был потому, что, по мнению Хурсакая, он был самым большим из всех им виданных. Сотни верблюдов, и лошадей нагруженные дорогими вещами, и наверняка с сундуками набитыми до отказа золотом. Это было приятное зрелище. Он даже услышал, как позади него ахнули его воины, видимо обрадованные, тем же, что и он. Внимательно осмотрев караван, Хурсакай решил, что ему не удастся сосчитать точное количество людей и животных. Поэтому, он приказал остаться рядом, только троим, а остальных отослал назад к лошадям.

Оставшись с тремя своими людьми, Хурсакай велел одному считать верблюдов, другому лошадей, а третьему людей и их вооружение. Таким образом, он разрешил возникшую проблему. Сам же он, с удовольствием разглядывал купцов.

С небольшой скалы было видно, все, что находилось на долине. Хурсакай со своими людьми заметил то, как организованно охраняется караван. Наемники, охраняли караван, настолько добросовестно, что надо было отдать им должное. Часовые обходили всех верблюдов, проверяя сохранность груза. Дозорные, расставленные по всему периметру, вовремя делали перекличку. Хурсакаю даже удалось рассмотреть цвета их одежд. Почти все воины, охранявшие караван носили длинные темно синие плащи, надетые поверх отлитых бронзой доспехов. Блеск мечей и наконечников длинных копий, внушали страх. Похоже, вооружением, купцы их не обидели. Даже купцы были одеты в длинные халаты, сшитые золотыми нитями. У слуг и рабов были яркие и разноцветные шаровары и короткие рубашки. Караван действительно был большим и судья по всему с не одним сундуком золота. Через некоторое время, Хурсакай уже точно знал, о том, сколько верблюдов и лошадей в караване, и сколько человек их охраняют. Узнав все, что им следовало знать, Хурсакай и его люди спустились обратно вниз. Затем, собрав своих людей, Хурсакай отправил трех гонцов с сообщением к тысячнику Мосулюку. А остальных, разделив на группы, отправил во все стороны, чтобы контролировать ситуацию.

 

Глава 9.

 

День близился к полудню, когда Хурсакаю начало надоедать их бездействие. Тот факт, что караван как на ладони находится у него под боком, сильно возбуждало его алчность и воинский пыл. Так и хотелось дать команду своим людям начать атаку на караван. Однако он помнил, какой приказ ему отдал тысячник Мосулюк. Ослушаться приказа он не мог, так же как и захватить этот караван, без помощи Мосулюка. Но соблазн был велик. Оглянувшись вокруг, Хурсакай увидел вопросительные взгляды своих воинов. Видно было, что и они, еле держатся от того, чтобы громкими улюлюканьями не напасть на караван. Однако он строгим взглядом дал им понять, что нападать на караван еще рано.

Хурсакай заметил, что караван охраняется по всем правилам, соблюдаемым в общепринятых армейских условиях. Искусно расставленные часовые, и само расположение лагеря, говорило о том, что командует наемниками опытный воин и хороший стратег.

От его взгляда также не ускользнуло и то, что центр каравана охраняется усиленными патрулями наемников. Пристально вглядевшись туда, Хурсакай понял почему. Около трехсот верблюдов были нагружены тяжелыми дубовыми сундуками и огромными мешками. Не трудно было догадаться, что в сундуках и мешках находятся наиболее ценные сокровища каравана. Его подозрения оправдывались, также и тем, что возле верблюдов стоял шатер главных купцов. То, что в том шатре находились главные купцы, было очевидно, по их богатым одеяниям. И, наконец, командиром наемников, как уже догадался Хурсакай, был высокий и статный воин в темно синем плаще. Он все время находился рядом с купцом, который по одеянию, сшитому из золотых нитей, отличался от других, своим властным видом. Очевидно, он и был главой этого купеческого каравана.

Все эти результаты наблюдения, сделанные сотником Хурсакаем, говорили об его способностях лучшего лазутчика. Долгие разведывательные вылазки на вражеских территориях, сделали его лучшим монгольским лазутчиком. Среди монгольских воинов, он прославился именно благодаря своему чутью и зоркости глаз. Всем было известно, что при наблюдении за врагами, от Хурсакая не одна деталь никогда не ускользало. Все его разведывательные донесения всегда были ценными и важными для монгольской империи. Поэтому, его старались держать на приграничных землях. Имея в своем наличии сотню опытных следопытов и воинов, отличающихся от остальных дерзостью и храбростью, Хурсакай мог вести постоянные наблюдения за любыми передвижениями вражеских сил.

Между тем отправленные сотником Хурсакаем гонцы, прискакав к тому месту, где их должны были ждать тысячная Мосулюка, спешились и направились к тысячнику. Ждавший их с нетерпением Мосулюк сам вышел им навстречу. Сообщение было коротким, один из гонцов, подойдя к Мосулюку, просто сказал ему следующее:

– Уважаемый Мосулюк, наш сотник Хурсакай, велел сообщить вам, что караван обнаружен.

– Отлично! – повернувшись к своим воинам, Мосулюк отдал приказ о том, чтобы все немедля седлали лошадей.

Быстро собрав свои вещи, и поспешно потушив костры, воины вскочили на своих коней. За какие-то мгновения, все были готовы отправиться в путь.

Обрадованный хорошей вестью тысячник Мосулюк, повернувшись к присланному гонцу, сказал:

– Скачите вперед, будете показывать нам дорогу! – после чего, взглянув на своих воинов, не удержался от того, чтобы громко крикнуть. – Монголы, за мной! – громко улюлюкая, тысячная поскакала вслед за своим тысячником Мосулюком.

У тысячника Мосулюка было отличное настроение. Еще бы не радоваться тому, что караван уже почти в их руках! Как будто посланным самим небом, этот караван так и затуманивал взор Мосулюка, рисуя в его воображении несметные сокровища, которые они, несомненно, захватят в виде трофеев. Ему так и не терпелось самому взглянуть на этот караван, за которым они столько гнались. Ведь если все что говорят эти разведчики правда, то значит караван и вправду богатый.

Слово «богатство», для него означало не просто какую-то огромную кучу золота и серебра, но и многое другое. Мосулюк, будучи кровожадным монголом, наряду с всякими насилиями, имел слабость к золоту. Именно блеск золота вызывало у него восторг. С самого детства лишенный всякого внимания со стороны своих бедных родителей, еле волочащих свою жизнь, он возненавидел голодную степную жизнь. Еще тогда, он дал себе клятву собрать для себя как можно больше золота. И, он действительно собирал их. Никому не было известно, сколько он уже смог собрать. Но даже того, что он собрал, для него было мало. Все его воины боялись скрыть от него, то, что у них было. В его тысячной с этим было очень строго. Любой, кто пытался скрыть от него хоть часть своих трофеев, немедленно наказывался. Вся тысячная Мосулюка, в обязательном порядке отдавали одну треть своих захваченных трофеев своему тысячнику в качестве дани. За это он их любил, а они его уважали и боялись. По возвращении из похода, все свое богатство Мосулюк прятал в самом надежном месте, известном только ему одному. А до тех пор носил их собой. Точнее носил не он, а его конь. Самый выносливый и быстрый скакун, с черно-белой гривой. Во время похода, жадный и алчный Мосулюк, никогда не расставался со своими трофеями. Он их прятал в черных мешках, сшитых из козьей шкуры, прикрепленных к седлу своего коня.

Тысячная Мосулюка подгоняя своих коней кнутами, скакали, что есть силы. Мосулюку не хотелось терять драгоценного времени. Он никак не мог успокоиться, до того хотелось увидеть, этот чертов караван, что решил загнать лошадей. Однако примерно, через час, разведчик, скакавший впереди начал замедлять бег своего коня. По его примеру остальные тоже поскакали рысцой. Скакавший за разведчиком Мосулюк, даже заметил, как тот поднял правую руку, давая знак замедлить ход лошадей. Догнав его, Мосулюк вопросительно уставился на него, как бы спрашивая, в чем дело?

– Мы приблизились к тому месту, где нас ждет сотник Хурсакай, – поняв его взгляд, ответил разведчик. – Дальше мы должны идти пешком.

– Почему?…Будет лучше, если мы не будем расставаться со своими лошадьми – не согласился с ним Мосулюк.

– Но тогда нам будет трудно, приблизиться к каравану на достаточно близкое расстояние и при этом оставаться незамеченными.

– Пожалуй ты прав. Нам незачем обнаруживать себя сейчас, – согласился Мосюлук.

– Сотник Хурсакай со своими людьми расположился за теми холмами, – говоря это, разведчик показал пальцем в сторону небольшой лощины, за которыми открывался живописный вид на долину.

– Хорошо. Теперь иди к нему и скажи, что мы уже здесь. Пусть придет ко мне лично и доложит обстановку. Мы расположимся за теми скалами на севере долины, и будем ждать его. Да и еще… – собравшийся было уйти разведчик, при последних словах тысячника остановился и круто развернулся, лицом к нему. – Вот что…передай Хурсакаю, пусть без моей команды ничего не предпринимает. Все действия по отношению к каравану, он должен согласовывать со мной. А теперь ступай к нему.

Обернувшись к своим воинам, Мосулюк приказал спешиться и быстрым темпом укрыться в северных скалах. Держа лошадей за узды, воины направились в сторону скалистых гор. Один только вид, которого внушал людям отвращение и страх. Темно-красные, скалистые горы с остроконечными выступами напоминали, какого-то чудища с огромными клыками. Но монголы, прошедшие через многое, не раз смотрящие в лицо смерти, если и ужаснулись от мрачных скал, то только на какую-то долю секунд. Даже сам Мосулюк заметил это. Ему понравилось то, что на этих скалах расположился его тысячная. Поскольку его страшная орда, в полуоборванных лохмотьях, по внешнему виду хорошо сочеталась с этой местностью.

– Если бы горы могли двигаться, клянусь богом войны, из нас получилась бы хорошая команда! Под прикрытием таких страшных остроконечных скал, мы запросто могли бы покорить всех врагов. Жаль, что вы не можете двинуться с мест…– Мосулюк сам не знал, с кем разговаривает. Он просто обращался в пустоту. Или может быть, говорил мысли вслух. И, разумеется, никак не ожидал ответа. Однако ответ последовал:

– Полностью согласен с вами! Горы не могут двинуться с места, зато двигаться можем мы! А горы нам помогут уничтожить врагов…

– Что?! – от удивления Мосулюк даже приоткрыл свой рот. Но, чья-то рука, мягко опущенная на его плечо, заставила его обернуться. На него смотрели узкие глаза, высокого и чуточку худощавого человека.

– Вы присылали за мной?

– А, это ты Хурсакай. Я уже начал было думать, что обладаю способностью общаться со скалами, – быстро придя в себя, Мосулюк начал расспрашивать незаметно подошедшего сотника:

– Где караван?

– Он в наших руках!

– Отлично! Ты узнал точное количество наемников, охраняющих караван?

– Да, – и Хурсакай коротко начал докладывать все, что им удалось узнать, за весь период наблюдения за караваном. Мосулюк слушал его молча, лишь изредка перебивая, когда дело доходило до груза.

Переспрашивая у сотника, точное количество верблюдов, Мосулюк начал потирать руки. Ему очень понравились данные, собранные сотником. Особенно та часть, где говорилось о количестве нагруженных верблюдов. Девятьсот сорок два верблюда! Почти тысячи! Охрана каравана составляла не более восьмисот пятидесяти человек. По тому, как загорелись глаза у Мосулюка, было очевидно, что и он мечтает, урвать свой солидный куш.

– Будет лучше, если вы сами взглянете на караван. Я отведу вас туда,

– в конце доклада заметил сотник Хурсакай.

– Постой, а почему ты остановил всех, так далеко от каравана? – спросил Мосулюк.

– Это необходимая предосторожность! Наемники, охраняющие караван все время патрулируют местность. Они могут запросто нас заметить. И тогда нам придется либо вступить с ними в схватку, либо отступить. Но, и в том и в другом случае, мы останемся в проигрыше. Поскольку не будет эффекта неожиданности, – ответил Хурсакай.

– Хорошо, мне нравится ход твоих рассуждений. Сразу видно, что лазутчик ты хороший, – похвалил Мосулюк.

– Спасибо! А теперь пойдемте, я покажу вам караван.

– Да, лучше самому увидеть, а то столько всего мне известно о караване, что грех на него не взглянуть после стольких мытарств. Ну, веди меня, мне не терпится посмотреть на гору золота!

Прежде чем идти дальше Хурсакай попросил тысячника Мосулюка, о том, чтобы тот велел своим людям сидеть тихо и дожидаться его здесь.

Отдав короткий приказ своим сотникам, чтобы те довели до сведения каждого из тысячи солдат о строжайшем соблюдении тишины. Мосулюк последовал за Хурсакаем.

Проскакав несколько сот метров, Хурсакай и Мосулюк спешились. Тут же появившись, один из воинов Хурсакая увел их коней куда-то в сторону. Опустив голову низко и стараясь не шуметь, Хурсакай пошел вперед. Мосулюк повторив его движения, сразу же последовал за ним. Быстро обогнув небольшой холмик, Мосулюк и сотник наткнулись на монгольских солдат, лежащих на густой траве. Распластавшись на земле, Хурсакай и Мосулюк проползли вперед. Лазутчики, заметившие их появление, расступились, давая им проползти мимо них. Хурсакай повернув голову налево, начал шептаться с одним из своих воинов. Затем, повернувшись к Мосулюку, сказал:

– Похоже, наше появление еще не замечено. Судя по тому, как себя ведут караванщики, они еще не скоро двинутся в путь.

Мосулюк вытянув голову вперед, посмотрел в ту сторону, куда ткнув пальцем, указал Хурсакай. Тут же взору Мосулюка открылось приятное зрелище: на зеленой лужайке, мимо небольшой речки, вписываясь с местной панорамой, расположился огромный караван. Множество разноцветных шатров раскинутых вдоль речки, поражали воображение богатством и убранством. Люди в дорогих одеждах, сновали возле тяжело нагруженных верблюдов. Рядом с ними в темно-синих плащах, накинутых поверх отлитых бронзой доспехов, ходили воины. Очевидно, это и были те самые наемники, охраняющие караван. Хорошее снаряжение и отличное вооружение, говорило об их постоянной готовности защищать караван. Некоторые из этих воинов, сидели возле речки и точили свои мечи. Возле больших котлов тоже суетились люди. Видимо готовили еду. Мосулюк не переставал удивляться красивому каравану. Огромное количество верблюдов и лошадей, живо затуманили его мечтательное воображение. С большим трудом, оторвав свой взгляд от каравана, Мосулюк обратился к Хурсакаю.

– Просто замечательно!

– Что?! О чем это вы?

– Я об этом караване. Просто отлично, что мы сумели так быстро нагнать и обнаружить их! Теперь нам надо вести себя как змеи. Неотступно следить и ползти за ними. А когда они приведут нас в город Ак-Буркут, мы щипа нанесем им смертельный укус.

– Да. Мне будет приятно сразиться с этими навороченными воинами. Интересно, как они дерутся?

– Уверен, что при виде наших монгольских сил, эти железяки разбегутся как трусы! – ухмыльнувшись Мосулюк, не смог скрыть своей зловещей улыбки. – А теперь слушайте мой приказ! Если хоть кто-нибудь своим громким кашлем или писком, вспугнет этот караван, будет наказан мною! Я выпотрошу кишки любому, кому взбредет в голову случайно обнаружить нас! Передай это своим людям Хурсакай.

– О моих людях можно не беспокоиться. Это их не первая работа. Как видите, мои воины опытные лазутчики. Они могут, несколько дней подряд вести слежку за противником, обходясь без еды и питья и не издавая ни малейшего шума, – гордо заметил Хурсакай. – Вам следует, беспокоиться о своих воинах. Я специально расположил их чуть дальше от нас. Но, несмотря на это все же беспокоюсь….– последние слова Хурсакай специально не договорил.

– Беспокоишься, что они могут выдать нас?! – продолжил его мысль Мосулюк. – Ты, верно, плохо знаешь мою тысячную! Они и чихнуть не посмеют без моего разрешения! Такие уж, они у меня….

Но договорить, он, не успел, поскольку тут же, со стороны скал, где расположилась тысячная Мосулюка, раздался дикий вопль. От неожиданности, Мосулюк чуть не вскочил со своего места. Однако Хурсакай вовремя успел его схватить и удержать. Быстрый взгляд, брошенный ими в сторону каравана, подтвердил их самые страшные опасения. Несомненно, все люди, охранявшие и сопровождавшие караван, тоже услышали этот странный, не-то крик, не-то вопль. Быстро вскочив со своих мест, воины в темно-синих плащах построились и, обнажив мечи, замерли в ожидании. Хурсакай и Мосулюк, тихо ругаясь, тоже замерли, уставившись на караван.

С того самого холма, откуда монголы вели скрытое наблюдение, были отчетливо видны все дальнейшие действия купцов. Собравшись в середине лагеря, купцы и несколько воинов о чем-то долго спорили. Затем видимо, придя к какому-то мнению, купцы почему-то решили не посылать своих людей на разведку. Наоборот, вместо того, чтобы отправиться туда и выяснить в чем дело, они начали собираться. Быстро разобрав и сложив шатры, купцы расселись по своим коням. Погонщики и воины, потушив костры и подняв всех верблюдов, построили их. Конные отряды наемников поскакали вперед, следом за ними двинулись и остальные. Охраняя караван с двух сторон и при этом, прикрывая свой тыл, наемные силы показали монголам свою готовность к любому отражению. Всего за какие-то полчаса, караван, быстро собравшись, двинулся дальше. А еще через двадцать минут то самое место где, меньше часа тому назад стоял лагерь купцов, был абсолютно пуст.

Не скрывая свою злобу, Мосулюк встал и в сопровождении Хурсакая направился к своему коню. Один из воинов Хурсакая заметив приближение Мосулюка и Хурсакая, поднес им их лошадей. Вырвав узды с рук державшего его коня воина, Мосулюк сел на нее и поскакал по направлению к скалам. Хурсакай решив не отставать от него, вскочив на своего коня, поскакал за ним.

Поможем в ✍️ написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой



Читайте также:



©2015-2020 megaobuchalka.ru Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. (154)

Почему 1285321 студент выбрали МегаОбучалку...

Система поиска информации

Мобильная версия сайта

Удобная навигация

Нет шокирующей рекламы



(0.035 сек.)
Поможем в написании
> Курсовые, контрольные, дипломные и другие работы со скидкой до 25%
3 569 лучших специалисов, готовы оказать помощь 24/7